Ты будешь сильным, а я с тобой слабым буду

Я НЕНАВИЖУ ЛЮДЕЙ, НО ОНИ В ЭТОМ ТОЧНО НЕ ВИНОВАТЫ Кажется, Антон, по совету психолога, должен был уйти от подобных песен, но не получается, ты не можешь не слушать песни, которые полностью описывают твое существование. Сегодня у него вновь прием у специалиста, поэтому уже к обеду Шастун выходит из подъезда и направляется в клинику. На стойке регистрации ему говорят, что его психолог уволился, поэтому у него на выбор два свободных на данный момент специалиста в этой же области. —Тогда запишу вас к Попову—миловидная девушка быстро щелкает по клавишам и выдает чек за оплату услуг—303 кабинет, проходите, он вас ждёт. Шастун быстро поднимается на два этажа выше, заходит в кабинет и первый порыв: выйти обратно. За столом сидит тот самый Арсений, которого неделю назад так невзлюбил парень. —Приветствую вас, Антон, проходите… Весь сеанс Антон просто хотел все бросить и уйти, зачем он вообще сюда пришел второй раз? Что нового он хотел услышать? А может… он пришел сюда за светом, которого ему так не хватает? Чем дольше Шастун думает, тем сильнее он осознает эту мысль, и ещё больше бесится, что не укрывается от Арсения, который вот уже 40 минут пытается вывести клиента на диалог. — Что такое? Почему ты так раздражен?—В этих океанах действительно видно искренне переживание за моральное состояние пациента— Ты же не против, что мы перешли на «ты»? А то вроде уже познакомились в неформальной обстановке. Антон теряется, никто еще о нем не переживал, кроме самого родного человека, кроме мамы, которой уже нет. —Мне в общих чертах известна твоя ситуация, расскажи мне подробнее, начни с рассказа о себе—и что-то все же не дает покоя Антону в этих глазах, он как будто видит самого себя почти год назад, такого же оптимистичного молодого человека. — Мне 18 лет, я студент, учусь на 1 курсе СпбПУ на менеджера, отец после моего совершеннолетия отправил меня сюда из Москвы, чтоб я не мешался в его новой семье. Мы не общаемся. Мама, как вы знаете, умерла, собственно, поэтому я и здесь. —Хорошо, уже лучше. Скажи, пожалуйста, что ты сейчас чувствуешь? — Я совсем не люблю эту жизнь, но мне и не хочется сдохнуть… Что еще тут можно сказать? —А если не строчкой из песни?—Психолог явно напрягся, парень слушает депрессивные песни, это может значить, что состояние у него соответствующее. —А если не строчкой из песни, тоя ненавижу всех и вся, но о самоубийстве стараюсь не думать, я обещал маме. Как сказал великий Маяковский, все люди- бляди, весь мир- бардак, один мой дядя, и тот мудак. Только вот… у меня нет дяди, я совсем один. —Таак, а друзья у тебя есть? Ты можешь с кем-то поделиться своими переживаниями? —Есть Димка, мы с ним курить вместе ходим, общаемся иногда, но в основном по делу, я знаю, что он может выслушать и поддержать меня, но я ему ничего не рассказывал никогда. — Почему же? Ты считаешь его ненадежным? —Нет, Дима парень хороший. Просто это мои проблемы, мои и больше ничьи, я сам с ними справлюсь.—Психолог искренне удивился непробиваемости и мужеству этого парня. —Мое время истекло. Я, наверное, пойду. —Да, хорошо, приходи в среду, еще с тобой побеседуем. —Скорее всего, не приду, у вас тут дорого, я не готов устраиваться на еще одну работу просто, чтобы оплачивать психолога. Арсению необъяснимо хотелось помочь парню, хотелось вытащить его душу из той кромешной темноты, в которую он его опустил. Решение пришло спонтанно. —Если хочешь, мы можем проводить беседы в школе, где я работаю, ты вполне сойдешь за обучающегося, а там посещение бесплатное.—Арсений нервно улыбнулся, ожидая ответа Антон помнил слова мамы о том, что он не должен опускать свое сердце в непроглядный мрак, он для себя решил, что будет менять свою жизнь и начнет с себя. — Хорошо, если у вас потом проблем не будет, то я приму ваше предложение. —Вот и чудно, адрес скину, у меня твой контактный телефон есть, в среду жду тебя в школе. —Спасибо, до свидания. Из кабинета Арсения Шастун вышел со смешанными чувствами. Он рассказал этому человеку о себе слишком много, но почему то, не корил себя за это, это же все-таки какой никакой первый шаг к нормальному существованию. Да и сам психолог внушал доверие, не то, чтобы хотелось прийти и выложить всю подноготную, но рассказать хотелось многое. То, что он столько времени держал в себе, не рассказывая даже единственному другу, который, как было сказано ранее, мог выслушать и поддержать его в любой момент. Антон четко и ясно себе сказал, что он через силу, но будет открываться людям, хотя бы этому жизнерадостному психологу, который, к удивлению парня, денег не то, чтобы не попросил, он сделал так, что их вообще платить не нужно будет. С чего бы это? Антон не понимал, но искренне хотел выбраться из состояния, в котором пребывал сейчас. И поэтому грех было не воспользоваться так любезно предложенной помощью.