Я лишь Тень

Натаниэль мрачнел с каждым днем все больше и больше. До свадьбы несколько дней. На нервах, молодой мужчина чуть не пристрелили организаторов, решивших одеть его в «миленький, розовенький костюмчик!», благо Тай оказался рядом, и смертоубийство удалось избежать. Правда, не надолго, но не суть важна. По мимо этого, Янг все так же скрывался в стенах особняка, существенно мешая вырвать свои кишки альфе. Борджиа зверел с каждым днем, и слуги, на пару с подчиненными итальянца, шарахались от господина, искренне боясь попасться под горячую руку темпераментного брюнета, внешне остающегося равнодушно-брезгливым. Собственно говоря, он мог убить с таким выражением лица. Тайлер разрывался между всеми. С одной стороны был папа, буквально, избивающий бедного Родриго знаменитым томом по анатомии человека, с другой Акиль, уж больно сильно распустивший ручонки, по отношению к Тони, с другой Франсуа а-ля тень отца Гамлета, а с третьей Натаниэль, что не упускал возможности потискать будущего мужа, недовольно уходя, стоило только напомнить о интересном положении Тая. Акиль каждую минуту проводил со своим малышом, балуя блондина. Тони расцветал на глазах, становясь очень миленьким, тихо отказываясь от дорогих подарков. Семья араба, сначала отнёсшаяся к мальчику с подозрением и недоверием, души не чаяла в юноше, хваля нерадивого Наследника. Темноволосый лишь недовольно хмурился и поджимал губы, пока их не касались пухлые губы Энтони и ощутимая затрещина от Тайлера, ясно показывающая истинное отношение иерархии в данной компании. Только Франсуа не знал, куда деться от неприятного чувства потери. То, что местонахождение Джейса стало известно, спустя неделю, значительно успокоило француза, но в том квадрате две деревеньки, один небольшой городок, и несколько частных ферм. И больше всего ранило альфу, что Тай жестко пресек малейшую попытку поползновения в сторону Сандерса. Омега попросил дать рыжеволосому время освоиться и отойти от пережитого, нанесшего очень глубокие раны однокласснику. Блондин вздохнул, читая отчет, как вдруг, ему под нос сунули планшет, с чьей-то перепиской. Иностранец вскинул бровь, встречаясь глазами с расплавленным серебром. - Я думаю, тебе это понадобиться, - хитро улыбнулся шатен, оставляя писк современной техники, тихо выскользнув из чужого кабинета. Дю Пон, широко распахнув глаза, читал переписку Джейса и Тайлера. Адрес и точное местоположение последнего были даны на страничке рыжика. Ему дали шанс. *** Натаниэль ловко перехватил юного сводника за талию, с силой вжимая в стену. - Значит, на других у тебя время есть, а на мужа нет? – глаза опасно сузились, а ноздри хищно затрепетали, выдавая высшую степень бешенства Борджиа. - Кхм… Натан, я сейчас… - Да. Сейчас ты повернешься спиной к стене, прогнешься в спине, оттопырив попку, и будешь глубоко принимать мой член, - светским тоном произнес итальянец, от чего фраза прозвучала еще пошлее. - Но… Я… - Тайлер. Юноша покорно кивнул, поворачиваясь к жениху спиной, и выполняя все просьбы-приказы аристократа. Мальчик тут же вскрикнул, когда жадные руки сдернули джинсы, крепко подхватывая под живот. Длинные пальцы грубо растягивали вход, впрочем, судя по стонам, срывающихся с пухлых губ, шатену в удовольствие такие ласки. - Признай, что хотел этого, - зашептал мафиози, фактически, не шевеля пальцами, так как юноша уже сам насаживался на пальцы, хрипло выстанывая имя Наследника. Пикантность ситуации добавлял тот факт, что они находились в коридоре, и будущих супругов в любой момент могли застукать. Твердая эрекция Борджиа тут же прижалась к оголенным ягодицам, и не медля больше не секунды, Натан вытащил пальцы, врываясь в туго сжатый сфинктер, не смотря на должную растяжку. Тайлер почувствовал боль от проникновения, пронесшуюся по нервам, словно лава, но ее быстро сменило чувство такого наслаждения, которого школьник был лишен уже давно. Резкие, грубые толчки вышибали дух их изящного тела, однако возносили на небеса обоих любовников, заставляя потеряться в мареве страсти и любви. *** Михаил замер, смотря округлившимися глазами на своего воспитанника. Джейс стоял, облизываясь и сглатывал слюну, наблюдая за замороженными креветками, которые изредка выбирали покупатели большого супермаркета, из огромного выбора морепродуктов. Насколько помнил омега, рыжик не любил употреблять в пищу морских обитателей. Догадки мужчины все больше и больше утверждались, заставляя красивое лицо хмуриться. - Килограмм креветок, - улыбнулся Джейс, когда подошла их очередь у небольшого прилавка. *** Эрик лежал на разворошенной кровати, прижимаясь всем телом к смуглому Родриго. Снова они поругались насчет частной клиники, и ссора готова была перерасти в холодную войну, но страстный поцелуй, хитрого и полностью оправдывающего имя своего Рода Борджиа, успокоил разбушевавшегося омегу. - А на полученные деньги ты бы мог открыть бесплатный пансион для больных и обездоленных. Ну же, соглашайся, Эрри, - словно змей-искуситель шептал мафиози. - Но ты будешь его хозяином, а я лишь директором, - упрямо тыкнул локтем под ребра русоволосый. - Нет. Ты – хозяин, директор и доктор. Все равно я ничего в этом не смыслю, - целуя Эрика в макушку, усмехнулся брюнет. - Уффф… Ну, да. Тебе политику и интриги подавай, - недовольно буркнул Джонс. – Ладно… - вздохнул британец, не замечая довольного блеска адамантовых глаз. – Я подумаю, - прикрыв глаза от очередной ласки мужчины, улыбнулся омега. Это было последнее связное предложение, которое удалось произнести хирургу. *** Джейс недоверчиво косился то на Михаила, то на улыбающегося мистера Смита. Рыжик прикоснулся к своему животу, хмуро смотря в окно. Он уже тридцать минут не мог прийти в себя. Опасения репетитора оказались верными. Юноша действительно омега, да к тому же, еще и беременный. Кто отец, не составило догадаться труда, так как единственный, с кем спал подросток, это обладатель невыносимо-синих глаз и надменной улыбки – высокомерный выродок Дю Пон. - Я… Я даже не знаю… - потеряно оглядел нежно-синие стены Сандерс. - Ты хочешь оставить ребенка? – мягко поинтересовался Миша, внутренне надеясь на положительный ответ. Юноша покачал головой, не давая точного ответа. В голове роились мысли о том, что в нем живет частичка ненавистного альфы, а мысль о том, что Джейс – омега, вообще привела парня в шок, переворачивая и без того, не устойчивый мир с ног на ногу. Омега со слабовыраженным запахом или полным его отсутствием, а недомогания каждые четыре месяца – оказывается течка! Господи, да что же он неправильный такой? И бета отвратительный, и омега никакой. - Что ж... – бета поджал губы. – Раз ребенок Вам не нужен, то… - Кто сказал?! – тут же ощетинился, как оказалось, юный омега. – Ребенок мой! Я собираюсь его родить и воспитать! Слишком свежи воспоминания и раны о детском доме, а об аборте он и помыслить не мог. Это его дитя, плоть и кровь. Джейс никогда не избавиться от крохотного лучика счастья, что просто обязан появиться в его жизни. Сандерс будет растить малыша, как своего, просто «забыв» имя второго родителя.