Спектрум

«Внимание! Всем сотрудникам службы безопасности необходимо проследовать в блок А». Темно было, как под землёй. Джейсон знал: что-то очень дерьмовое вот-вот должно произойти или уже произошло, а он просто не мог вспомнить. Башка болела, будто кто-то взорвал в ней парочку фейерверков, но тут уж лучше было сжать яйца в кулаке, потому что в темноте Джейсон почувствовал чьё-то присутствие. Кто-то или что-то, чем бы оно там ни было, двигалось, а у Джейсона в руках, не считая, бля, яиц, нихуя и не было, чтобы отбиться. Он пятился к стене на ощупь, пока над дверью не зажглась красная лампочка. Не сильно она помогла, но хотя бы оставила вокруг себя узкую полосу света. До Джейсона вдруг дошло — эти события связаны. Вот только между тем моментом, когда его вели по вылизанным коридорам, и вот этим, где он слепым котёнком жался к ебаной двери, произошла какая-то херня. И Джейсон поклясться мог хоть Иисусом, хоть жизнью матери — херня была охуеть какая важная. — Думай, дебил, думай, — он пытался себя поторопить, но мысли путались, как после бессонной ночи в алкогольном угаре. Джейсон хлопнул себя по виску ладонью и встряхнул башкой. Ну да, тупо было считать, что это поможет. — Ты с ума сошла, отойди от двери! Купер ясно сказал, потеря одного подопытного никак не скажется на проекте, — донёсся снаружи приглушённый голос. Каком ещё проекте? Когда Джейсон попробовал снова покопаться в своей памяти, его в очередной раз скрутило. И на этот раз вспышка боли была такой сильной, что он рухнул на колени, сдавив голову руками. Сука. Сука, ебаный ты нахуй. Мир стал слишком громким, почему бы этим сраным сиренам просто не заткнуться? Из-за двери донеслись звуки борьбы, а за ними — выстрелы, но Джейсону было как-то не до них. Он, блядь, блеванул бы, если бы вообще мог пошевелиться. Это ощущение было до жопы знакомым. Он точно не сказал бы, сколько времени провёл в таком положении, но когда дверь открылась, в комнату проник нормальный свет. А это значило... Можно было хотя бы попробовать разглядеть, что же пряталось в темноте. Поднять голову толком так и не вышло, так что пришлось довольствоваться половиной чьего-то силуэта. Ноги у того, чего Джейсон поначалу так стреманулся, были вполне себе человеческие, даже в ботинках. И всего-то? А он, бля, панику развёл как баба. — Сара! Зачем ты… Боже. Пожалуйста, отойди. Отойди оттуда, чёрт подери, это слишком опасно! Прямо перед самым пробуждением к Джейсону пришло озарение — этот голос принадлежал Тому. Он, кажется, протяжно застонал. Первое, что Джейсон понял о своём состоянии — он не чувствовал свою правую руку. То есть, сука, совсем. Чтобы проверить, на месте ли она вообще, ему всё-таки пришлось заставить себя разлепить глаза. Ну, рука никуда не ушла, пока он валялся в отключке. Да и у самого Джейсона шансов уйти было мало — он был пристёгнут к куску железа, который раньше, по ходу, называли машиной. С правой ногой творилась та же хуйня. А вот слева всё было в полном порядке — то ли кто-то не догнал, как с этой стороны его обездвижить, то ли дело пустили на самотёк. Тоже логично. Джейсон никогда не был хиляком, но уж гнуть пласты железа, тем более из такого положения — тут уже помогли бы только сверхспособности. Особого ума не надо было, чтобы понять — его занесло на свалку для машин. Одна из них, с которой Джейсону довелось познакомиться ближе, чем ему хотелось бы, стояла на каком-то рукотворном возвышении. По крайней мере, спрыгнуть можно, не переломав ноги — до земли всё равно было невысоко. Видимо, убедившись, что Джейсон пришёл в себя, Том кашлянул, привлекая к себе внимание. Он притащил себе откуда-то стул и теперь сидел на нём, облокотившись на спинку обеими руками. Выглядел этот хуй настолько довольным собой, что у Джейсона сразу начало припекать. Но кроме ярости нашлось кое-что поважнее. — Ты там был, — хмуро заметил Джейсон. Том мог бы сделать вид, что не понял, о чём речь. Но по глазам видно было — всё он понял. Он сжал и разжал пальцы, словно хотел успокоиться. Знакомое движение, но он явно был не в курсе, что это нихрена не помогало. — Спасибо, что ты наконец меня вспомнил, — Том пытался казаться бесстрастным, но получалось у него это хуёво. То ли он реально был чертовски зол, то ли жизнь обделила его актёрским талантом. Джейсону так-то было срать, эта мысль просто задела его по касательной. — Ага, не обосрись от счастья, — он хмыкнул. — Давай пропустим эту скучную часть, где ты пилишь меня взглядом, и сразу к делу перейдём, а? Хули тебе надо? Но Тому, видимо, скучные части нравились. Может, он чувствовал себя хозяином положения или хер знает что ещё, но выдержал он такую паузу, что Джейсон за это время мог бы выспаться. — Ты говорил во сне, — сказал он в итоге. Ага, охуенно ценное наблюдение. Разве что кое-где закралась ошибка. Даже если Том был уверен, что он спал, Джейсон готов был заложить душу — какая-то часть этих событий, если не все, произошла на самом деле. Он не мог объяснить — это было одно из тех ощущений, которые лучше держать при себе. — Люблю пиздеть, знаешь ли. Даже вот во сне не затыкаюсь, — Джейсон оскалился. Не, он не собирался сдавать назад и лебезить. Если Том ждал от него этого, то он мог засунуть ожидания поглубже себе в задницу. — Я подумал сначала, может, зря я всё это делаю? — но вместо того чтобы взбеситься, Том его проигнорировал. Он будто вообще ничерта не слышал вокруг себя. Только пялился в одну точку, как сраный псих. — Думал, может, тебя мучают угрызения совести? Джейсон рассмотрел теперь — всё это время Том держал в руках какой-то пульт. Он бывал на таких вот свалках от силы раза два, да и то в детстве, но в общих чертах знал, как здесь всё устроено. Рукотворное возвышение? Ага, блядь, гениально. Этот мудак посадил его в пресс. — И каков ответ? — Ты полное дерьмо, Джейсон Колчек, — сплюнул Том. Когда он посмотрел в упор, во взгляде его было столько ненависти, что её можно было использовать вместо ракетного топлива. — Полное дерьмо, что бы кто ни говорил. — А, так ты тоже любитель попиздеть, — Джейсон прищурился. Ситуация выходила из под контроля, но он бы, сука, предпочёл хотя бы знать, в чём его обвиняли. — Ну так просвети, в чём моя проблема. Совать голову в петлю — опасная затея, но он должен был вспомнить.