Спектрум

***

Джейсон опустил панаму Ника на стол. На ощупь она казалась вполне обычной — ткань как ткань, разве что протёршаяся местами. От неё всё ещё исходил запах пороха, крови и пота, словно сняли её с Ника ещё вчера. До чего же реальным это всё было, даже жутко. — Добро пожаловать обратно в «чистилище», — отсалютовала Дженни. Она снова была за барной стойкой, покачивала в руке стакан с каким-то пойлом. Выглядела она до пизды собой довольной. — Нашёл то, что искал? Видимо, пока Джейсон страдал хернёй, Дженни подсунула на стол бутылку текилы. Молчаливо предлагала напиться вдрызг? Да, заманчивая была идея. Утонуть в алкогольном угаре и послать всё нахер было бы проще, чем копаться в говне. Ну, для кого угодно, кроме него. Не было у Джейсона такой роскоши — тратить время на то, чтобы нырнуть на дно бутылки. Служба его слишком сильно, бля, изменила. Показала, что со страхами можно бороться иначе. Джейсон вот собирался отпиздить свои как следует, чтобы они в следующий раз точно знали — к нему лезть не стоит. — Почти, — хмыкнул Джейсон, рассматривая ладони. — Но картинка в целом сложилась. Дженни рассмеялась. Да она, сука, угорала. Как ещё не уссывалась-то с таким смехом, а? — Ладно, ладно, — выдавила из себя она, когда наконец вернула дар речи. — Тогда, может, поделишься? Делиться соображениями с галлюцинацией — да тут уже впору было самому звонить в дурку. И ладно бы кого нормального представлял, так общался с тёлкой, с которой когда-то вместе закидывался наркотой. Если эта Дженни вообще имела хоть что-то общее с той Дженни из прошлого. Кроме внешности, ясен хер. — Чем больше я об этом думаю, тем больше себе не верю, — Джейсон широко усмехнулся. Он спрыгнул со стола, отряхнул ладони. В воздухе стояла вонь сигарет и запах выпивки, а если бы Джейсон всё-таки приложился к бутылке, он бы отчётливо почувствовал вкус алкоголя. Да тут вообще не к чему придраться, поэтому он опять засомневался. — Но вариантов не то чтобы много. Либо у меня окончательно крыша поехала, либо нихуя из этого не было. — Чего именно? — осторожно переспросила Дженни. — Всего, блядь, — и откуда она брала эти тупорылые вопросы? — Ни Лондона, ни переезда, ни ебаных документов. Всё тот же её сраный кабинет, только масштаб побольше. Правда с вами она прямо постаралась, выше башки прыгнула. Но знаешь, что это меняет? Да нихуя. Ты, Том, Рейчел — сраная липа. А Салим? Джейсон на секунду задумался, мог ли Салим быть настоящим? Если он был прав, и всё, с чем он столкнулся — было всего лишь наваждением, то Салим всё ещё должен находиться под руководством БСР. Сука. Ладно бы эти придурки, но как аль-Манджад так хорошо удалось скопировать Салима? Джейсон нормально в людях разбирался, но он нихера подмены не почувствовал. С ним происходило то, что казалось невозможным — и с каждой минутой доверия к своему же собственному рассудку у Джейсона становилось всё меньше. Может, он и правда где-то в комнате с мягкими стенами слюни пускал? Иногда к нему заходили и, покачивая головами, спрашивали, как такая беда могла с ним случиться. Нахуй. Не, он не собирался в это верить. — Ну, — протянула Дженни, щёлкая зажигалкой. — Сны всегда кажутся реальными, когда ты в них находишься. В пепельнице уже не хватало места для окурков, но она закурила снова, и Джейсон проглотил замечание о вреде курения. Она же сдохла, какая ей уже была разница? Бля, до сих пор не укладывалось в голове. — Пиздишь как зря. Есть тут охуительная разница. Одно дело, когда ты во сне разряжаешь обойму по иракцам, а потом понимаешь что стрелял резиновыми пулями, — только посмотрев ещё раз на стол, где он только что сидел, Джейсон заметил, что панама исчезла. — И другое, когда спишь, жрёшь, трахаешься и разговариваешь с людьми, которых даже не помнишь. Не сон это. Скорее... — Джейсон щёлкнул пальцами, подобрав подходящее слово. — Иллюзия. — Ты серьёзно хочешь об этом поговорить? — левая бровь Дженни красиво изогнулась. — Обосновать научно то, что с тобой происходит? О боже, Джейсон, неужели ты подхватил что-то от аль-Манджад? — Намекаешь, что у меня самого для этого мозгов маловато? — может, так и было. Но не то чтобы Джейсон сильно об этом жалел. Дожил же он до тридцатника без достойного образования, нашёл вон смысл жизни на свою голову. — Но из нас двоих ты — стриптизёрша, которая сдохла тупо от передоза. Дженни пожала плечами. Разговор зашёл в тупик, и если раньше у Джейсона был хоть какой-то план, теперь он понятия не имел, что должен делать дальше. Башку себе разбить, чтобы проснуться? А что, если... — Не советовала бы я тебе продолжать, — сказала Дженни, выпустив колечко дыма. — Что? — То, что ты делаешь. От такого люди действительно сходят с ума. Теперь что, каждая галлюцинация собиралась его поучать? Джейсон недовольно цыкнул. — Тебе бы с таким талантом ссать в уши на телевидение. Там местечко как раз для таких. Дженни фыркнула. Отвечать она не захотела, вместо этого она выдохнула в сторону Джейсона дым, когда он подошёл ближе. Сучка же наверняка знала, что он терпеть не мог сигареты. Джейсон облокотился о барную стойку обеими руками. Вроде с возвращением памяти вопросов должно было стать поменьше, но на деле нихера не изменилось. У него до сих пор не было ответов, а часть воспоминаний плавала как в тумане. Вряд ли Дженни могла быть ещё хоть чем-то полезной, а вот Салим — другое дело. Знать бы ещё, как с ним теперь себя вести. Когда здание знакомо задрожало, Джейсон вздрогнул. — Это что ещё за хуйня? Дженни посмотрела на него с каким-то совсем уж нечитаемым выражением. Ну бля. В отличие от аль-Манджад, Джейсон мысли читать так и не научился. — Значит, план у тебя уже есть, — она задумчиво качнула головой. — Пойдём, хочу сама тебе показать. — Ну хоть кто-нибудь избавит меня от этих ебаных загадок? — Джейсон застонал. — Что показать-то? Здание затрясло снова, на этот раз сильнее. Джейсон услышал, как где-то наверху трещит стекло. Он задрал голову к потолку, но сверху пока ничего не сыпалось. Дженни в последний раз глотнула из стакана и, взяв Джейсона за руку, потащила его за собой. Ну, так-то он и сам знал, где выход. Но раз уж ей так хотелось его самой выпроводить, то и хуй с ней. Джейсон заподозрил неладное, когда они прошли через занавес. Он услышал вой ветра — такой знакомый, что на языке он мгновенно ощутил вкус песка. А потом Дженни распахнула двери, и Джейсон понял — снаружи бушевала та же самая буря, которую он видел во сне. Песок, чёрт знает откуда взявшийся тут, в Лондоне, пожирал здания — одно за другим они исчезали из поля зрения. И что-то подсказывало Джейсону, что исчезали они и на самом деле. Растворялись, будто их никогда и не было. Джейсон вспомнил Джоуи, истекающего кровью. Кажется, внутри у него похолодело. — Вот так ты и представляешь саморазрушение? — иронично заметила Дженни. Она отпустила его руку и стояла теперь, прислонившись к одной из дверей. Песок царапал её бёдра и руки, но это, похоже, не причиняло Дженни никаких неудобств. — Так себе у тебя фантазия, если честно. Саморазрушение, значит? Это и правда кое-что объясняло. Если бы только Джейсон настоял, чтобы Эрик потребовал у ЦКВС чуть больше времени, всё могло сложиться иначе. Не было бы всех этих гребаных смертей. Тогда бы ни иракцы, ни храм не забрали у него Никки, Джоуи и Мёрвина. — Сука, — сплюнул Джейсон. К чертям всё это. Сейчас надо было подумать о том, как стрясти с Салима ответы. С его копии, если уж совсем точно. Или что он там из себя представлял? Забавно, что единственным местом, где горизонт был чист, оставалось пространство вокруг дома, в котором они с Салимом жили. Сраный глаз бури, не иначе. Джейсон посмотрел в ту сторону и, наконец, решился. Эта реальность, может, и старалась его задержать, но он устал от лжи. Всё, чего Джейсон хотел — проснуться, даже если для этого надо было сунуть дуло себе в рот. — Удачи, Джейсон! — крикнула Дженни вслед, когда он вышел в бурю, заслоняя лицо ладонью. Когда он обернулся в следующий раз, «Спектрума» больше не существовало. На его месте остался лишь яростно вихрящийся песок.