Его личный рассвет

      В воскресное утро Кэйе не спалось. Не то чтобы он страдал от бессонницы, но сегодня сна, ни в одном глазу не было.              Недолго думая Альберих, убрал руку Дилюка со своей талии, и встал с кровати. Надев тапочки, он направился на кухню попить воды. Там он посмотрел на настенные часы, стрелки которых показывали пол пятого утра.              Делая глотки спасательной воды Кэйа, почувствовал, как об его ногу кто-то обтирался. Своим пробуждением он видимо разбудил котёнка.       — Мяу! — закончив обтираться, котёнок пошёл в сторону своей миски.       — Феникс, у тебя же есть еда, — тихо говорил синеволосый, чтобы случайно не разбудить сопящего Дилюка.       Завести котёнка была спонтанная мысль Кэйи. Уговорить красноволосого было непросто, но перед очарованием Альбериха, Дилюк все-таки не устоял и согласился. И уже как месяц, у них жил рыжий котенок. Кэйа часто называл в шутку, что это их ребёнок. Иногда, Кэйа даже жалел, что они завели «ребёнка», ведь очень часто, этот «ребенок» забирал все внимание Дилюка, себе. Нет, Кэйа не ревновал. Ну, может чуточку…       Насыпав еще немного еды капризному котёнку, Кэйа, накинул рубашку на голый торс, попутно взяв пачку сигарет, зашёл на балкон. На улице стоял октябрь. Ветра почти не было — лишь иногда он чуть-чуть шелестел листьями, словно шептал что-то на ухо. Кэйа облокотился на перила и глубоко выдохнул, сделав первый затяг, наблюдая как темное небо постепенно отступает от небосклона, ночные тучи будто растворяются в нем, и открывается взору небесная красота. Слегка мутная дымка, нависшая над землей, постепенно рассеивается в воздухе и потом вовсе исчезает. В атмосфере царит тишина, которую нарушают лишь тонкие голоса проснувшихся птиц, разливающиеся повсюду.       Кто-то обхватывает талию Кэйи со спины.       — Почему не спишь? — сонным голосом спросил Дилюк, утыкаясь в шею любимого, вдыхая такой родной запах.       — Почему-то не спится, — Альберих слегка поворачивает голову, чтобы увидеть Дилюка. — А ты почему не спишь?       — Без тебя не спится, — пробурчал Рагнвиндр, обращая внимание на вид из окна квартиры. — Вау, смотри!       Дилюк указывал на солнце, пробудившееся ото сна.       Рассвет.       Небо озарилось розовым цветом. Первый луч солнца пробил облака, осветив землю, а затем и город. Красноволосый прикрыл глаза от блаженства, когда почувствовал, как теплые солнечные лучи касаются его кожи.       А Кэйа не обращал внимание на то, что происходит на улице, продолжал любоваться возлюбленным. Он был самым красивым на свете: красные волосы, алые глаза, кожа цвета магнолии. В такие минуты он чувствовал, насколько сильно хочет его обнять, поцеловать, почувствовать этот родной запах, полностью заполняющий легкие. Он чувствовал тепло и мягкость его тела, которое было прижато к нему, чувствовал запах его волос.       Зачем ему смотреть на какой-то рассвет, когда есть Дилюк.       Его личный рассвет.       — Эй ты сейчас пропустишь рассвет, — наконец Дилюк обратил внимание на Кэйю       — Я и так смотрю на рассвет, — улыбнувшись сказал Кэйа, наконец полностью обернувшись к красноволосому. — На свой личный рассвет.       — Идиот…— пробурчал Дилюк, на щеках его робко проступал румянец. — Пойдем спать.       — Пошли, — ответил Кэйа, улыбаясь как дурак.       Альбериху всегда нравилось смущать Дилюка. Ведь всегда сдержанный Рагнвиндр превращался в смущённую булочку, которую хотелось так потискать.       — Ты обещал бросить курить, — ворчал красноволосый, плюхаясь на кровать.       — Прости, — пристыженно ответил Кэйа, обнимая Дилюка сзади. — Я тебя люблю.       — И я тебя, — развернувшись Дилюк потянулся к Кэйе и поцеловал его, прижимаясь всем телом, наслаждаясь его теплом. — Но курить ты все равно бросишь.