действие или правда? соврать не получится

под конец учебного года, когда все экзамены уже были сданы, семикурсники плакали от того, что не хотят взрослеть и выпускаться, а первокурсники радовались возвращению домой, все остальные курсы радовались, что ещё вернутся сюда, встретятся с друзьями, а не будут обмениваться скучными письмами, которые не имеют какого-либо веса, когда близкого человека хочешь обнять. в один из таких вечеров четверо пятикурсников сидели в пустой библиотеке, обсуждая прошедший учебный год. Серёжа рассказывал об очередной однокурснице, с которой целовался ночью в коридоре, как это происходило примерно постоянно. Димка мечтательно смотрел в потолок, буквально видя в нём образ Кати, которая ещё с четвёртого курса была его возлюбленной. жаль, что к очаровашке с гриффиндора не так просто подступиться. Арсений и Антон слушали друзей, периодически кивая головами и задавая разные вопросы, когда Матвиенко вытащил из кармана маленький бутылёк с прозрачной перламутровой жидкостью. — правда или действие? — он с громким стуком ставит сосуд на стол. — соврать не получится. — ты где её взял, дурила? — смеётся Позов. — стырил у Снейпа, а я стоял на стрёме. играют все, отговорки не принимаются, не надейтесь. — Арсений первым берёт бутылёк и делает маленький глоток. — это сыворотка правды, да? — Шастун рассматривает жидкость за стеклом. она красиво переливается серебристым блеском, но пить её было страшно. и не то, чтобы гриффиндорец скрывал что-то от лучших друзей, нет. скорей ему было страшно рассказать что-то одному из них. — пейте, а я пока начну. — Попов снимает с себя мантию и поправляет тёмно-зелёного цвета галстук на шее. — Дима, правда или действие? — я, пожалуй, всегда буду выбирать действия, потому что правда с вами — это страшно. — он пожимает плечами, но глоток сыворотки делает. — принеси нам твою самую любимую книгу из всей библиотеки. Позов встаёт со своего места и уходит в дальний угол, а через несколько секунд кладёт на стол потрёпанную жизнью, пыльную книгу. — учебник по зельеварению тысяча восемьсот третьего года выпуска? серьёзно? — в наших учебниках нет того, что есть тут. — он пожимает плечами. — например, я знаю, какое зелье сварить, чтобы избавиться от действия сыворотки правды. дайте мне только ингредиенты и я сорву нашу игру. — а вот не надо. нам ещё три месяца по отдельности провести придётся, а так хоть узнаем что-то друг о друге. — Серёжа улыбается, косясь на Попова. — а за пять лет общения не узнали. ладно, с вами три, но с Антоном то я больше общаюсь. — Дима разводит руками. — вы на одном факультете, конечно, блин. — Матвиенко пародирует манеру речи и движения друга, слегка улыбаясь. — так же, как и мы с Арсом. — ладно, ты выполнил действие, молодец. оставь книгу тут, потом уберёшь. твой ход. — Арс отодвигает учебник к краю. — Серёжа, правда или действие? — мне не страшно, так что правда. — он склыдвает руки в замок на груди, всем видом крича, мол: «задавайте любые вопросы, я ничего не боюсь, в отличие от вас, придурки» — хоть с одной из всех твоих девушек ты чувствовал что-то? — Поз щурит глаза, чуть улыбаясь. — с одной. — с кем? — очкастый поднимает одну бровь. — уважаемые, разрешён лишь один вопрос на ход. спросишь позже. — Арс пожимает плечами. — Серж, давай. — Антоша, правда или действие? — мы пока только начали, вряд ли будет что-то страшное, так что правда. оставлю действия на потом. — он перебирает кольца на пальцах, бесконечно крутит их, меняет положения. — топ пять самых горячих девушек во всём Хогвартсе? — Серёжа чуть ёрзает на стуле, ожидая ответа. Антон из всей этой четвёрки казался более скромным, поэтому залезть ему в голову и узнать о тёмных мыслишках Серёжа хотел ещё с третьего курса. — никто. — он нервно сглатывает и пожимает плечами. — меня не интересуют девушки. — ты гей? — два вопроса за ход, Серёж. — Шаст чуть улыбается. — Арс? — правда. предлагаю убрать действия. — недовольства послышались со стороны Поза и Антона, но слизеринцы более рисковые. — ну чего вы кипишуете? интересно же. — правда или правда, Арс? — смеясь, озвучивает русый. — очевидно, правда. кто твой любимый препод? — а почему так скучно? нам пять лет? — Матвиенко фыркает. — давай интересней. — Люпин, очевидно. он самый адекватный. — Попов пожимает плечами. — Дима, как ты понял, что тебе нравится Катя? — когда хотел больше её касаться и дольше обнимать, придурки. я не думаю о такой пошлятине, как некоторые. — он кидает косой взгляд в сторону хвостатого. — Серёжа, так к кому у тебя были чувства? — Оксана с пуффендуя. она пусть и младше на год, но такая прикольная. она, кстати, единственная, с кем мы не целовались на ночных прогулках, а разговаривали и бегали от учителей. — парень смеётся. — я знаю, что вы этого не спрашивали, это не я, а сыворотка. Антон, а тебе нравится какой-то парень? — какой-то да. — одно кольцо с оглушительным звоном падает на пол. — Арс, а тебе кто-то нравится? — да. глаза Антона загораются каким-то особым огоньком. — кто? — правило од… — хотел было перебить Димка, но Серёжа сразу на него шикнул, заставляя замолчать. — ты. — так же непринуждённо отвечает брюнет, развалившись в кресле. на лице Антона появилась улыбка. он обязательно бы подумал, что это шутка, спор, действие в похожей игре, если бы не сыворотка, которую Арсений честно выпил перед началом игры. сердце намеревается выпрыгнуть наружу, судя по тому, как быстро оно сейчас стучит. глаза Арсения, такие родные и тёплые, выражают всю нежность и любовь. — Антон, а тебе нравится Арс? — Позов разбавляет затянувшуюся тишину. — да. — Шастун взгляда со слизеринца не сводит, лишь улыбается, как придурок. — поздравляю! жених, можете поцеловать жениха! — Матвиенко радостно хлопает в ладоши. — я этого весь год ждал. — я полтора — шепчет ему Димка, и улыбается, смотря на друга. — предлагаю вернуть в нашу игру действия. — Арс ехидно косится на друзей, а потом переводит взгляд на Шастуна. — Дима, правда или действие? — а у тебя нет выбора. твоё действие — прямо сейчас признаться Кате. Серёжа, а ты Оксанке. — Антон берёт Попова за руку и они буквально толкают друзей в сторону выхода из библиотеки, смеясь с того, как их покрывают матом. учебник по зельеварению так и останется лежать на столе, зато теперь библиотека навсегда будет связана у парней не с учёбой, а чем-то большим.