Вечер с тобой

      Снег с утра не шел, но народу на ярмарке практически не было. Одни сонные торговцы в своих украшенных киосках. Вечером, когда стемнеет, тут наверняка станет еще красивее — огни будут гореть ярче. Хотя и в белизне этого ясного дня смотрелись они сказочно, создавая на душе какое-то легкое и уютное чувство грядущего торжества. Может, это и есть то самое праздничное настроение, которое все так пытаются уловить?       Троица притормозила у ларька с горячим шоколадом.       — «Добавление маршмеллоу в какао — одна из лучших традиций…» — начал глубокомысленно зачитывать очередную листовку Сай, пока Сакура и Наруто ждали, когда приготовится их заказ.       — Мама с самого утра собиралась готовить. К нам набежит просто вся родня… — выдохнула Сакура и глянула на свой мешок с покупками. — Сейчас я должна была помогать ей…       — Но ты сейчас с нами. Это ведь веселее, — улыбнулся Наруто и взял с поданного подноса свою чашку с ароматным шоколадом, в котором плавали разноцветные зефирки. Получив напитки, они отодвинулись к краю стойки, чтобы не мешать продавцу обслуживать следующих потенциальных посетителей.       — Потому что вы заставили меня пойти! — раздраженно отрезала девушка, на что Сай задумчиво заметил:       — Но ты сказала, что хотела сюда заглянуть…       По виду Сакуры было понятно, что она вот-вот выплеснет свой горячий напиток прямо на парня, и Наруто поспешил ненавязчиво перевести тему.       — А ты, Сай, где будешь отмечать Новый год?       — Меня позвала к себе Ино, — не без оживления ответил он, кажется, даже покраснев. — В книге «Как понять, что вы нравитесь девушке» написано, что…       — Да тут и без книг все ясно! Главное — момент не протупи! — Наруто воодушевленно потрепал друга по плечу, так что тот едва не расплескал свое какао. Сам же он посмотрел на другую сторону стойки, где примостились две девушки, немного постарше, тоже, видимо, ранние пташки.       — Раз он пообещал тебе, что вернется к Новому году, то обязательно это сделает! Я тебе говорю, мой брат — человек слова! — бодро сообщила одна, в розовой шапке, другой, в сером капюшоне с пушистым мехом. — Он наверняка уже закончил задание и мчится обратно со всех ног.       — Да, я тоже на это надеюсь, — отозвалась вторая. — Просто… мне всегда хотелось встретить Новый год вместе с особенным человеком, знаешь… Это что-то вроде моей детской мечты. Если даже это звучит банально и как-то глупо…       — Почему же? Новый год на то и есть, он должен нести счастье. Не зря же говорят, что желания сбываются, и происходят всякие чудеса…       Но продавец с кокетливой улыбкой подал напитки, и девушки, вежливо попрощавшись, взяли свои стаканы и пошли на выход. Наруто проводил их взглядом. И вдруг почувствовал странную, неприятную пустоту внутри.       Друзья будут отмечать Новый год в кругу семьи. А кто-то — с любимым. С «особенным человеком». Видимо, «особенность» такого человека заключается в том, что он нуждается в тебе так же, как и ты в нем. Когда оба хотят быть рядом, не с кем-то, а друг с другом, особенно — в значимый праздник… От этих мыслей так и веяло теплом. И болью. Потому что это тепло постоянно где-то вдали. За чужими окнами…       — А ты? — с вдруг появившейся в голосе участливостью спросила его Сакура, выдернув из мыслей.       — А я?..       — Да, что в Новый год будешь делать?       — А, вот что! — Наруто попытался прогнать хандру и нацепил непринужденную улыбку. — А я закупился новогодним раменом! И еще лампочками, вот. Украшу квартирку. Потом заварю рамен, посмотрю телек…       Но, наверно, прозвучало это не слишком-то весело. Сакура все равно показалась ему погрустневшей. Видимо, поселившаяся в его душе тоска все-таки была написана у Наруто на лице, как бы он ни пытался этого скрыть. Конечно, ему бы тоже хотелось, чтобы рядом с ним кто-то был. Семья. Родные люди. «Особенный» человек. Хотелось быть кому-то нужным. Хотелось кому-то нравиться. И тем острее он чувствовал эту потребность сейчас, когда разговоры о празднике слышались отовсюду.       У всех его близких друзей, с которыми ему комфортно, был хоть кто-то. Но парнишка совершенно не хотел стать лишним в чьей-то семье, навязываться и разрушать чью-то идиллию. Поэтому, чтобы избавить товарищей от неловкости и, кроме того, от желания из жалости пригласить его в гости на празднование, он повторил:       — Все в порядке, я уже привык. Зато могу разбросать чипсы и фантики по всей квартире и скакать всю ночь в одной пижаме…       После такого заявления Сакуре уже явно меньше хотелось звать Наруто к себе. Чего парнишка и добивался. Он подумал, что у Саске тоже никого нет. И, будь он тут, в деревне, они могли отметить праздник вместе… Но Саске вряд ли бы захотел. А где он сейчас — неизвестно… Да и если бы он был дома, наверняка встречал бы Новый год с Сакурой. Приятно ведь быть для кого-то по-настоящему «особенным»…       Выбросив пустые стаканы, они вышли из-под навеса. Посетителей на ярмарке прибавилось. В Конохе был выходной у большинства жителей, так что неудивительно, что они решили отоспаться перед бессонной ночью, поэтому не спешили выползать на улицу с утра пораньше.       Но Сакура не захотела углубляться дальше, а повернула к выходу.       — Мне нужно возвращаться домой и помогать маме…       — Но мы осмотрели всего малую часть! — возмутился Наруто.       — Еще успеем, ярмарка будет работать почти неделю.       — А если нас отправят куда-нибудь на миссию? Да и вообще, праздник ведь сегодня! Нужно купить все необходимое!       — У тебя этого «необходимого» и так выше крыши, — девушка кивнула на набитый новогодним барахлом пакет Наруто.       — Смотрите, — в это время окликнул их Сай. — Это там Какаши-сенсей?       Все обернулись туда, куда он смотрел. И в самом деле, у лавки с какими-то побрякушками притормозил Какаши, которого Наруто узнал по шапке с помпоном, которую, в свою очередь, уже успел обсмеять несколько недель назад, с наступлением холодов. Сам-то он, конечно, тоже носил похожую, но на сенсее такая шапочка смотрелась непривычно весело.       — Точно! Пойдемте! Сакура?       — Ладно, — прошипела она. — Но только поздороваться…       Тем не менее, они втроем резво добежали до учителя.       — Какаши-сенсей! — закричал Наруто еще издалека, и мужчина обернулся, кажется, ничуть не удивившись.       — Привет, — он улыбнулся, что они уже научились распознавать по мимике глаза сенсея и по движению неизменной маски, скрывающей его лицо.       — Вы тоже решили все-таки сходить на ярмарку? — поинтересовалась Сакура, пока Наруто изучал прилавок перед ними.       — Да, дома стало как-то нечего делать в выходной…       — Говорите как трудоголик, — заметила девушка, тогда как Наруто хихикнул:       — Да у него просто книжечки закончились… — и покосился на сенсея, который глянул на него в ответ. — Вот, смотрите, вам бы что-то такое подошло! — парнишка указал на висящую над прилавком тряпичную маску на пол лица, с узором из красных оленей и елок на зеленом фоне. — Хоть вид был бы праздничным, для разнообразия. Да и к шапочке вашей… дурацкой… — и поймал взгляд мужчины, который сначала показался ему слишком серьезным.       — Почему ж с оленями? — Какаши подошел к нему, протянул руку в перчатке и покрутил круглую вешалку, на которой висели остальные маски, с другими расцветками. Продавщица наблюдала за ними через прилавок, приплясывая от холода. Наруто же смотрел на сенсея, который задумчиво рассматривал маски. А Сакура спросила:       — Как будете отмечать Новый год?       — Как?.. Да особо никак, я думаю. Лягу спать.       — А как же праздник?       — Выходной — это уже праздник, — мужчина остановил взгляд на белой маске с серебристыми, сверкающими на свету силуэтами волков. Но перелистнул и ее. Хмыкнул и вытащил следующую, повернувшись к Наруто. — А эта подошла бы тебе.       Парнишка недовольно зарычал, обнаружив, что эту маску украшают улыбающиеся кучки какулек. Сакура с Саем прыснули, кажется, как и продавщица, которая тут же отвернулась и сделала вид, что собирается что-то порекомендовать другим покупателям.       — Сенсей… — проворчал Наруто и толкнул мужчину плечом в бок, услышав его усмешку.       — Вы бы дом украсили, сразу праздничное настроение появилось бы, — просмеявшись, все же заметила Сакура.       — Вот именно, — поддакнул Наруто, переведя взгляд на гирлянды, переливающиеся на витрине. — Я еще огоньков возьму!       — У тебя и так уже много, — снова вставила девушка.       — Ну и что? Эти другие. Я хочу, чтобы все сияло!       — И на это ты потратишь все свои деньги?       Сай же, все это время молча стоявший позади и изучавший один из кучи буклетов, которые он собирал в каждой лавке, сообщил:       — Здесь написано, что по западным традициям, по которым мы отмечаем этот Новый год, двоим, оказавшимся под веткой омелы, необходимо поцеловаться.       — Под чем? — переспросил Какаши, обернувшись к нему.       — Чего говоришь? — Наруто, расплатившись за очередную гирлянду и маску, сунул покупки в уже и без того набитую сумку и тоже глянул на друга.       — Ну… полагаю, под этим, — Сай указал вверх, и Наруто поднял голову. Над ним висела какая-то зеленая ветка, перевязанная ленточкой.       — И чего?.. — но, отведя взгляд, он обнаружил, что Какаши тоже глядит наверх. Да и вообще стоит слишком близко. Тоже прямо под веткой.       Мужчина опустил голову, и Наруто встретился взглядом с его темным глазом. И ощутил пробежавший в животе холодок. Щеки же кольнули: смотрел Какаши как-то слишком пристально.       — Это что, очередной трюк, чтобы вынудить Какаши-сенсея снять маску?! — растерявшись, выпалил Наруто, гневно зыркнув на задумчивого Сая.       — Что-что? Какой еще «очередной трюк»? — Какаши с показной суровостью упер руки в бока, делая вид, будто удивлен заявлению.       — Нет, так написано вот тут, — Сай невинно повернул к ним брошюру с рисунком веточки омелы и целующихся под ней силуэтов. — Не знаю, правда, если это двое па…       — Да кончай ты уже читать свои извращенческие советы! — не дал ему закончить Наруто, пусть и заметил, что Сакура хихикает из-за его смущенной горячности. Какаши же напротив сохранял спокойствие. Он-то в маске, ему это попроще… Пытаясь отшутиться, парнишка небрежно бросил:       — Да и сенсей все равно не стал бы маску снимать… — и продолжил смотреть перед собой, чувствуя на себе взгляд Какаши. — Здесь ничего интересного, идемте дальше! Там столько мишуры!       — И куда тебе эта мишура? — тем не менее, Сакура и остальные пошли за ним, и девушка продолжила его отчитывать. — Что ты с ней делать будешь?       — На шкаф повешу.       — Да ты же все порвешь. И украсить нормально не сможешь.       — Ну, так ты можешь мне помочь, — Наруто игриво глянул на подругу. Та вроде бы собралась рассердиться, но вдруг, будто бы вспомнив о чем-то, смягчилась.       — Я бы тебе помогла… только ради украшений и твоих выброшенных денег. Но меня уже давно ждет мама…       — Тогда я и сам справлюсь. И это выйдет красиво, вот увидишь. Повешу огни на полках. Или над окном… Хотя, я до него не дотянусь… Тогда я могу встать на теневого клона…       — И вывалишься в окно.       — Да почему сразу вывалюсь? — возмутился Наруто. — Вот пусть мне тогда Какаши-сенсей поможет, он высокий.       — Точно, сенсей, помогите ему, — с усмешкой обратилась Сакура к Какаши, который вместе с Саем шел на полшага позади. — А то он точно навернется и повесится на гирлянде.       — Кстати, тут еще написано… — вклинился было Сай, так и не отрывающийся от брошюры, но Наруто его остановил.       — Сай, не надо, я не хочу больше ничего слышать. Почитай это лучше Ино.       — Хорошая мысль. Я читал, что многие девушки считают праздничные традиции романтичными, — парень с довольным видом убрал брошюры в сумку. — Спасибо, Наруто.       Наруто от этого только скривился.       — Мне пора домой, — все же сказала Сакура, обведя взглядом друзей и сенсея. — Увидимся в новом году!       — Да, и я тоже пойду, — решил Сай, притормозив. — Вдруг Ино понадобится помощь…       Помахав на прощание, они оба ушли. Наруто же остановился, снова чувствуя приближение пустоты внутри, о которой он, казалось, забыл с утра.       Однако парнишка заметил, что Какаши по-прежнему стоит рядом с ним, глядя вслед уходящим.       — Сай идет к Ино?.. — вдруг поинтересовался сенсей.       — Да. Она его пригласила. У них там вроде что-то наклевывается… — Наруто все-таки подошел к прилавку с горами украшений. — Все любят смазливых парней… Я не в курсе деталей. Эта слишком короткая… — он принялся перебирать разноцветную мишуру. Взялся за серебристую, но ему в память врезались неосторожные слова Сакуры. И он поспешил исправить ситуацию, чтобы не ставить в неудобное положение и сенсея.       — А то, что Сакура там сказала… Вы забудьте. Мне не нужно помогать, уж с мишурой я как-нибудь управлюсь. Все равно у всех свои дела, все торопятся к себе домой, — пытаясь спрятать так и рвущуюся из него грусть, он улыбнулся. — Да даже если я все порву, все равно получится хорошо. Да и кроме меня-то этого никто не увидит.       Слишком поздно он понял, что наговорил лишнего. Какаши смотрел на него долгим взглядом, задумчиво трогая пушистую золотистую мишуру. И, кажется, в его темном глазу засела все та же жалость, которую Наруто видел у многих в последние дни. Жалеют его. Конечно, хорошо, что не ненавидят, как раньше… Но тоже не слишком приятно.       — Ну, мне и в самом деле не сложно тебе помочь, — негромко проговорил Какаши, переводя взгляд на мишуру. — Дел других нет, домой я не тороплюсь…       Тут Наруто почувствовал, что на его губы так и просится улыбка. Мысль, что он не будет один еще какое-то время в этот слишком радостный день, принесла ему приятный покой.       — Хорошо, — пробормотал он. — Может, так и у вас новогоднее настроение появится, как Сакура и сказала…       Закончив с покупкой мишуры, Наруто огляделся, думая, куда пойти дальше.       — А елка у вас дома есть?       — Нет.       — У меня тоже, — парнишка направился к стойке с маленькими искусственными елочками, с облегчением отмечая, что сенсей идет рядом.       — Зачем тебе тогда столько украшений?       — Хочу комнату ими обвешать. Зачем украшать только елку, если можно украсить всю квартиру? Почти все давно уже подготовились, — он глянул на дома за пределами ярмарки, на окнах которых сияли лампочки. — А у нас все задания, задания… Некогда было даже заморочиться. Вы ведь тоже ничего не украшали? — он обернулся к Какаши, и тот отрицательно качнул головой. — Я вот тоже думал, что мне будет лениво. А с утра почему-то захотелось. Хоть как-то праздник почувствовать… — и снова поймал себя на мысли, что слишком много болтает. — Вам-то что-нибудь тут надо?       — Нет. Так, посмотреть зашел.       — Ну, конечно, — в парнишке вновь проснулось ехидство. — Книжных магазинов-то тут нет. С вашей любимой эротикой…       — Почему? Разве не бывает новогодней эротики? — в голосе сенсея чувствовалась улыбка, и настроение у Наруто тоже улучшилось.       — Вот уж не знаю. Меня в такие магазины не пускают… Да и вряд ли бы они поставили лавку с эротикой на всеобщем обозрении.       — Надо попросить у организаторов жалобную книгу, — сообщил Какаши, на что Наруто засмеялся. И отметил, что они просто бредут мимо прилавков и проходящих мимо людей. Какаши смотрел по сторонам, но не выражал желания посмотреть на что-нибудь поближе.       Наконец, они дошли до просторной площади, в центре которой стояла огромная украшенная шарами и гирляндами елка. Рядом с ней уже скучковались дети, таращась и шумно переговариваясь. Сенсей остановился и поднял голову.       — О, снег идет, — заметил он. Наруто на секунду хотел спросить, обнаружил ли он еще не пошедший снег шаринганом или какой-то другой техникой, хотя и сам знал, что это невозможно, да и левый глаз мужчины был закрыт повязкой. Но тут и в самом деле разглядел крупные хлопья снега, медленно опускающиеся с белого неба. Дети тут же заскакали, открыв рты и пытаясь поймать ими снежинки.       Какаши смотрел на них с улыбкой. Наверно, не будь на нем маски, он бы и сам последовал их примеру. Хотя, вряд ли… Для этого сенсей слишком серьезный. Наверно…       Но, учуяв запах какой-то сладкой выпечки, Наруто закрутил головой. И приметил ларек с изображениями кренделей и пряников на навесе.       — Какаши-сенсей, давайте зайдем? — парнишка потянул Какаши за рукав куртки, заставив отвлечься от созерцания снега.       — Мм?.. — мужчина перевел на него задумчивый черный глаз, и Наруто неловко моргнул.       — Туда. Пойдемте, купим что-нибудь, домой возьмем. У меня есть только праздничный рамен, но это на вечер…       — Праздничный?       — Да, я потом вам покажу. Пойдемте же, пока очереди нет! Вы же очень хотите меня угостить, да?       Дотащив Какаши до ларька, Наруто припал к витрине. И, доверив выбор своему вечно голодному желудку, набрал пирогов и пряников на любой вкус. Сенсей со скорбным видом заплатил, надо заметить, не слишком этому сопротивляясь.       И, когда обе руки Наруто были заняты мешками с добром, он торжественно решил:       — Теперь можно и домой! Если вы еще не передумали, конечно…       Но мужчина не передумал, поэтому Наруто весело направился в сторону дома. Настроение у него сделалось приподнятым. Он чувствовал аромат еще теплых булочек, которые обещали быть вкусными, и вес накупленного барахла, которым украсит дом. Щеки приятно покалывали на морозе, да и присутствие сенсея его тоже радовало, напоминая о теплых моментах откуда-то из детства. Какаши был задумчив, но при этом в очевидно хорошем расположении духа.       Войдя, парнишка быстро скинул куртку, на которую уже успел упасть снег. Встряхнул шапку, наблюдая за тем, как раздевается Какаши. Мужчина тоже снял шапочку с помпоном и взлохматил примявшиеся под ней белые волосы. Потом, подумав, стянул с головы немного сбившуюся повязку, продолжая трепать свою шевелюру. Вдобавок, одет он был в зеленый свитер с высоким горлом, что выглядело как-то непривычно.       Почувствовав взгляд, Какаши посмотрел на Наруто в ответ обоими глазами, удивленно подняв брови. И почему-то у парнишки загорело лицо. Не надо было так пристально рассматривать его… Но вид у сенсея был уж больно домашний, каким его доводилось видеть редко. Даже его повязка была какой-то другой, более тонкой, без эмблемы Конохи. Видимо, предназначенная как раз для ношения под шапкой…       — Это… ну вы проходите, — бросил Наруто и сам вошел в кухню, где оставил пакет с едой на столе. — Правда, у меня тут бардак…       — Не скажу, что меня это удивляет, — Какаши зачесал волосы назад и завязал повязку, спрятав под ней глаз с шаринганом. Конечно, сенсей уже бывал у Наруто дома, но парнишка все-таки решил еще разок его поддеть.       — Ага, у вас наверняка такая же «холостяцкая берлога».       — Ну, нет. Да и «берлога» и «свинарник» — это разные вещи, — мужчина демонстративно огляделся и скорбно покачал головой, изображая полное разочарование от увиденного.       — Вот видите, как хорошо, что вы пришли, — Наруто прошел дальше, в спальню, где принялся вываливать содержимое мешков на пол. — Не знаю, хватит ли этого для всех стен…       — Мне кажется, этого хватит даже для стен снаружи, — заметил Какаши, наблюдая за растущей кучей украшений. — Как это все у тебя поместилось?       — Я утрамбовал. Надеюсь, что ничего не сломал… — парнишка невинно улыбнулся. — Только все спуталось… — и присел, почесывая голову, глядя на комок, в который превратились все его гирлянды с мишурой. — Ладно, сейчас с клонами лихо управимся…       — Не надо, — остановил его Какаши и, вздохнув, вдруг сел рядом. — Теперь я понимаю, почему Сакура волновалась…       — Эй! В смысле? — Наруто, недовольный заявлением, обернулся к нему и заметил, что сенсей засмеялся. — Вот не надо, я могу быть аккуратным!       — Наруто, я слишком хорошо тебя знаю, — глаз Какаши все также улыбался. Парнишка отмахнулся, берясь за спутанную ленту гирлянды. И на секунду посмотрел на ситуацию как будто со стороны…       — Сенсей… а вам что, реально больше нечего делать?.. — озвучил мысли он, особо не задумываясь над формулировкой.       — Ну, сказано это как-то грубо, но… — Какаши примолк. Вытянул из кучи зеленую мишуру, сложил ее и отодвинул в сторону. — Но я бы вряд ли провел этот день с большим толком. А так, можно считать, я предотвратил несколько несчастных случаев с выпадением из окна и спас парочку гирлянд…       Наруто кивнул, хмыкнув, как раз наматывая на руку гирлянду, стараясь как можно осторожнее распутывать ее, чтобы ненароком не оторвать лампочки.       — А нет никакой… типа… «распутывающей» техники? Может, я мог бы как-то ветром…       — И устроить погром в твоей квартирке? Нет. Считай это частью тренировки… на развитие мелкой моторики.       — Чего?..       — Эх… Развитие ловкости, в общем.       Парнишка застыл, отмечая эту самую ловкость, с которой пальцы Какаши выуживали из кучи одну ленту мишуры за другой. Оказывается, рядом с сенсеем уже образовалась аккуратная горка из распутанных украшений, тогда как сам Наруто все еще возился с одной несчастной гирляндой.       — Да… Тренировка… А спорим, что я быстрее вас управлюсь?       — Так я ведь уже тебе «проспорил». Только не понял, за что, — мужчина кивнул в сторону кухни, подразумевая купленные им на ярмарке сладости.       — Ну, вот у вас и появится шанс отыграться.       — Мм… Ладно, — и с этими словами Какаши разделил две оставшиеся гирлянды, держа их за кончики в обеих руках. И исчерпывающе глянул темным глазом на Наруто. Который только поскрипел зубами.       — Это не считается…       Какаши победно хохотнул. Поднялся на ноги, так и держа одну из гирлянд. И, задумчиво рассматривая ее, проговорил:       — Я раньше никогда не украшал дом лампочками…       — Ничего, вы справитесь, — Наруто, подскочив, со смехом похлопал мужчину по плечу. Но почувствовал, что, возможно, только что разрушил какой-то драматичный момент. Поэтому успокоился и спросил уже серьезно:       — Что, правда? Почему?       — А вот так. Может, повода не было.       Звучало это странно. И как-то до боли знакомо… Но, не желая поддаваться только отступившей грусти, Наруто оживленно проскакал до розетки вместе со своей освобожденной гирляндой. Вставил в розетку вилку, с облегчением наблюдая, как заиграли цветами огоньки.       — Работает! А я бы не удивился, если бы мне впарили сломанную…       Какаши тоже посмотрел на сверкающую гирлянду в его руках, долго, зачарованно.       — И куда ты хочешь ее повесить?       — Вот сюда, над окном. И вдоль стены. Может, по шкафу. Или на кухне… И мишуру тоже. И к кровати можно привязать, например…       На это Какаши хмыкнул. Наруто же не обратил внимания и поднял руки вверх, к окну, проверяя, насколько он не дотягивается. И обернулся к сенсею.       — А вы достанете?       Мужчина тут же оказался рядом, слишком близко, так что Наруто шагнул в сторону. Какаши же поднял руки и перекинул край гирлянды через карниз. И продолжил обворачивать ее вокруг карниза, двигаясь вдоль него. Наруто наблюдал за процессом, периодически кидая взгляд на сосредоточенное лицо мужчины. И все-таки угрюмо буркнул:       — Да я бы и сам справился. Сел бы клону на плечи. Или поднялся бы по стене, на потолок… Или подпрыгнул…       — Или встал бы на стул, — бросил Какаши, спустив конец гирлянды вниз, к розетке.       — Точно… Но это слишком просто!       — Настолько просто, что до этого сложно додуматься, — Какаши шагнул назад, оглядывая протянутую вдоль карниза гирлянду, и немного поправил ее.       — А чего это вы в философию подались? В ваших книжках и об этом пишут?       — Почему же тебе все мои книжки покоя не дают? — мужчина между делом подобрал с пола другую гирлянду, обводя взглядом стену и шкаф. — Так интересно?       — Нет… Ну так вы ж с ними не расстаетесь. Это вам они покоя не дают, — выкрутился Наруто и все-таки взялся за мишуру, думая, как прицепить ее к кровати.       — Дать тебе полистать?.. — вдруг предложил Какаши, так что у парнишки вспыхнули щеки.       — Не надо мне. Я же не какой-то извращуга…       — Ну-ну. И «технику соблазнения» изобрел не ты.       От вдруг набежавшего волнения сделалось жарко, и Наруто стянул кофту, оставшись в одной футболке. Да и дома у него было тепло…       — У этой техники, между прочим, серьезное применение, — заявил парнишка, все же встав и направившись к кухне. — Она служит отвлекающим маневром. Для всяких там извращенцев. Вот как. Пойду принесу стул… и помогу вам.       Вернувшись, он обнаружил, что Какаши тоже снял свитер, оставшись в одной своей странной черной майке с высоким горлом, продолжение которого служило ему маской. Наруто хотел было спросить, как называется этот элемент одежды, но решил не акцентировать на этом внимания.       За окном уже вовсю шел снег, и стало будто бы темнее. Но работа продвигалась быстро, и вскоре все украшения с пола переместились на стены и мебель.       Наруто плюхнулся на кровать, оглядывая результат их стараний. Какаши тоже сел рядом, видно, для таких же целей. Над окном и на шкафу светились разноцветные лампочки гирлянд, окрашивая стены и, казалось, даже воздух вокруг них в такие же яркие цвета. Они мерцали медленно, ритмично, успокаивающе. Отражаясь в поблескивающей, пушистой мишуре, развешанной и разложенной вокруг.       И, любуясь получившейся красотой, парнишка почувствовал, как его губы расплываются в восторженной улыбке.       — Какаши-сенсей, мы здорово справились, — проговорил он, глянул на сенсея, который с какой-то детской завороженностью смотрел на огоньки.       — Да, вышло неплохо, — только отозвался он. У Наруто в груди разлился приятный трепет. Наконец-то в его доме стало уютно. Так же, как и в чужих окнах. Теперь праздник был и здесь, у него.       — Какаши-сенсей, — снова протянул парнишка, млея от наполнившего его счастья. — Спасибо…       И, повинуясь все тому же импульсу, привалился к плечу Какаши. Услышал его тихий, добрый смех. Мужчина же отвел руку назад и в ответ потрепал его по волосам, совсем как в детстве.       И в самом деле, как в детстве… Наруто прижался к нему, закрыл глаза. В детстве он любил обнимать своих учителей. Да и обнимать было больше некого… А учителя и не возражали. Привыкли, видимо… Но обнимать Какаши всегда было приятнее…       Правда, парнишке на миг сделалось неловко. Все-таки, то было в детстве, а теперь… Многое изменилось. Но ведь они сами не изменились. Не так кардинально, чтобы нельзя было выразить свои чувства таким образом… Тем более, на его плечо мягко легла рука. Значит, все в порядке.       Наруто приоткрыл глаза, глядя на лампочки, на тусклый свет из окна, чувствуя тепло, внутри, в груди, и тепло рядом, вокруг него. Кажется, каким-то таким ему и представлялся «домашний уют», который царил в других домах. В семьях…       Пальцы Какаши задумчиво трогали рукав его футболки. И в животе вдруг защекотало странное волнение. Наруто поднял голову, отстранился. И достаточно быстро смог определить причину этого ощущения. Заглянул мужчине в лицо и предложил:       — Пора перекусить, а? Не зря же вы тех булочек для нас купили.       — Так они были «для нас»?       — Ну да. Вы же мне помогли. Я все продумал, — Наруто заулыбался и соскочил с кровати. Кухню они тоже украсили, протянув гирлянду над тумбами, но в комнате все равно было слишком темно, поэтому парнишка включил свет. Отметил, что Какаши показался в дверном проеме, и кивнул ему на стол.       — Ну вы… это… — и вспомнил об одной маленькой детали, смутившись. Почему же все не может быть просто… — Вы садитесь, тут все лежит, вон… Я не буду пялиться на вас. Ну или могу отвернуться, если вам так будет спокойнее… Рамен пока уберу.       И, чтобы замять неловкость, взял со стола лежавший там мешок, оставив только пакет с выпечкой. И в самом деле отвернулся, выкладывая покупки на кухонную тумбу. Услышал, как стул позади скрипнул, и довольно выдохнул. Среди упаковок новогоднего рамена парнишка обнаружил ту самую маску с волками, которую зачем-то купил. Решив, что она может понравиться сенсею. Хотя, наверно, это глупо. Но попробовать все равно стоило.       Однако он вовремя вспомнил, что оборачиваться нельзя. Пусть искушение и было велико. Но нельзя было подрывать доверие дорогого ему человека. Его вообще немного смущал факт того, что он позвал своего учителя помогать с украшением квартиры…       Конечно, с тех пор, как Наруто вернулся из своего почти трехлетнего путешествия, их отношения с Какаши немного изменились, в них добавилась некая неформальность, что-то дружеское… Наверно, благодаря тому, что Наруто все-таки повзрослел… хоть немного, кто бы что ни говорил.       — Кстати, Какаши-сенсей, у меня еще есть молоко.       — Ты проверял срок годности?       — Э… конечно, проверял, — парнишка покосился на новую упаковку, которую достал из пакета, пытаясь отыскать на ней дату изготовления. — Да в любом случае, завтра оно станет прошлогодним…       Тут он услышал приглушенный звук, будто что-то ударилось об окно в спальне. Резко повернул голову. Заметил боковым взглядом Какаши, который, правда, уже в маске, тоже вытянул шею в сторону комнаты.       Не задавая ненужных вопросов, они оба подскочили и в один миг оказались в спальне, у окна. Наруто открыл ставню, сдвинув ей снег с подоконника. И застыл, раскрыв рот.       С краю подоконника, в снегу, лежала коробочка, чуть облепленная снегом. Праздничная красная коробочка, перевязанная желтой лентой.       — Может, там взрывчатка?.. — пробормотал Наруто.       — Мне кажется, это похоже на подарок, — заметил Какаши, не разделяя настороженность ученика.       — Ну… наверно, — парнишка потянулся, достал до коробочки. Вернулся в комнату, поежившись, закрыл окно. И растерянно посмотрел на коробочку в своих руках, на которой уже начал таять снег от его прикосновения. Потом поднял взгляд на Какаши.       Мужчина не без интереса наблюдал за ним.       — Теперь мне отвернуться?..       — Э… да нет, не надо. Я не думаю, что там что-то такое… — но недоверчиво прищурился. — Хотя… кто знает?..       — Да уж, никто не знает, что на уме у тайных поклонников, — Какаши все-таки отвернулся. Наверно, он мог этого и не делать. Коробочка была совсем маленькой, вряд ли в ней могло уместиться что-то слишком уж неприличное…       Развязывая ленту, парнишка поймал себя на мысли, что не понимает ровным счетом ничего. Кто-то кинул эту коробочку ему в окно? Судя по звуку, так оно и было. Но… почему именно так? Исподтишка? Тайно… Может, и тут Какаши прав? И у Наруто появился какой-то «тайный поклонник»… Поверить в это было слишком сложно. Он и не пытался. Просто стянул ленту подрагивающими пальцами, снял с коробки крышку, испытывая головокружение…       Внутри лежала открытка. Картонная. Красная. С сердечками…       Так что сердце парнишки тоже замерло. Потом ускорилось, едва не вырвалось из груди. Он отложил коробку на подоконник, вынул открытку. Развернул…       Аккуратный почерк. И всего несколько предложений.       «Я мечтаю провести этот вечер с тобой. Только с тобой. Жди меня. И жди Чудо»       Текст в глазах поплыл, Наруто заморгал, пытаясь сосредоточиться. И никак не мог понять смысл этого послания. Перечитал снова. Беспомощно глянул на сенсея, который в это время снова залипал на огоньки гирлянд, заложив руки в карманы штанов. Но, почувствовав взгляд, обернулся.       — И что там?       — Там… вот. Не знаю, Какаши-сенсей, я чего-то не понимаю… — он протянул мужчине открытку. Тот взял, внимательно прочитал. И обратил серьезный взгляд к Наруто.       — От кого?       — Я не знаю. Тут не написано. Нигде… — парнишка снова заглянул в пустую коробку, но и там не было подсказки. — Блин, да что ж такое… Почему же не подписали?..       — Ну, в любом случае, кто-то придет, — проговорил Какаши, отдавая открытку Наруто. — Раз сказано «жди»…       — Да. Но… кто?..       При этой мысли свело живот, да так сильно, что начало темнеть в глазах.       Кто-то… придет? Кто-то… Уж не Сакура ли?.. Или… Нет, в это слишком сложно поверить… Но… вдруг?.. Вдруг это и есть — Чудо?..       Нет, даже если это и не Сакура… Само по себе… наличие этого послания — чудо. «Я мечтаю провести этот вечер с тобой». «Мечтаю». Кто-то об этом правда мечтает? Кто-то думает о нем. И думает так сильно. Может, кто-то даже любит его… Поверить в это вообще было невозможно, но щеки все равно вспыхнули.       Кому-то он нужен. Нужен так сильно, что человек хочет провести с ним этот особенный вечер… «Особенный человек», точно. Вот — настоящее Чудо. Подарок, о котором он мечтал… возможно, всю свою жизнь. Чтобы кто-то любил его. Быть чьим-то «особенным человеком»… Ведь у него никогда не получалось добиться взаимности. А теперь… Даже если это не Сакура… Он точно постарается приглядеться, постарается почувствовать что-то внутри. Что-то в ответ. Ведь больно, когда отвергают. А принятие… это тепло. Может, этого он и ждал? Чтобы кто-то вот так выбрал его. А он научится любить. Наверно, научится, это же возможно…       А если это все-таки Сакура?..       Распираемый эмоциями, Наруто снова обратился к Какаши.       — А ваш шаринган может определить, чей это почерк?       Мужчина на это качнул головой, но все же пояснил:       — Возможно, кто-то из Учих это и мог. Но я освоил шаринган не настолько хорошо.       Парнишка кивнул, нервозно теребя открытку.       — Ладно… Тогда… Тогда надо как-то выяснить, кто это.       — Можно просто подождать, — слишком ровно предположил сенсей, и Наруто отмахнулся.       — «Просто». «Слишком просто», да? Как я могу «просто ждать», когда решается моя судьба?!       — Точно-точно, я забыл, что ты — Наруто, — сенсей улыбнулся, только не слишком весело. — У тебя есть мысли насчет того, кто это может быть?       — Да, — тут же выпалил парнишка. И покраснел. И окончательно смутился. — Ну… в смысле… Да и вообще, сенсей, вам-то до этого что…       — Понял, это не мое дело, — Какаши извинительно поднял руки, прошел к кровати и подобрал свой оставленный на ней свитер. Наруто же, осознав то, что сморозил, чертыхнулся.       — Да нет, я не об этом… Просто… вам, наверно, стремно… Ну или мне стремно… вас всем этим грузить…       — Ну да, я же не так хорош в любовных делах, как в подвешивании лампочек… — протянул мужчина, залезая в свитер. На этом Наруто сдался окончательно. Кажется, он обиделся…       — Ну извините, Какаши-сенсей. Вы не так поняли… Если вам и правда интересно…       Какаши посмотрел на него, подтянул маску, которая чуть-чуть съехала вниз из-за надевания свитера. И по взгляду его черного глаза Наруто понял, что мужчине действительно интересно.       — А вы любите интрижки, я смотрю, — с облегчением хихикнул парнишка. Он и в самом деле был рад возможности поделиться мыслями с кем-то, потому что в одиночку вряд ли мог бы их структурировать. — Ну, а я думаю…       — Иди сам поешь, — вдруг прервал его Какаши. — Ты на голодный желудок плохо думаешь.       — Да, но… — несмотря на волнение, скручивающее внутренности, голод все равно дал о себе знать. Особенно теперь, когда ему напомнили о ждущих его праздничных пирогах… — Да, тут вы правы…       Усевшись за стол и выхватив из пакета пирог с яблоками и корицей, Наруто проговорил с набитым ртом:       — Я, конечно, не уверен… Но некоторые предположения у меня есть. И, я думаю… — он услышал, что Какаши что-то делает за его спиной, у кухонной тумбы, и обернулся. Мужчина же открыл пачку молока, которую Наруто там и оставил. Рядом стояли два пустых стакана. И не только… Парнишка не успел ничего сказать, потому что Какаши заметил лежащий среди пачек рамена прозрачный пакетик. В котором была та самая маска с волками… Но делать уже было нечего, поэтому Наруто объяснил:       — А это я для вас взял.       — Для меня?.. — Какаши посмотрел на него с явным, искренним удивлением.       — Ну, да. Мне показалось, что это… ну, прикольно. На Новый год вам. Для более праздничного вида… и, типа, в благодарность за помощь…       — Наруто, — теперь же он улыбался. — Спасибо.       Протянул руку, снова потрепал парнишку по волосам. И Наруто зажмурился, тоже заулыбавшись. Какаши вдруг поставил ему на стол стакан молока, а сам отвернулся обратно к тумбе. Впрочем, сенсей всегда заботился о нем, более или менее очевидно… Продолжая улыбаться, чувствуя, как невероятно складывается весь этот день, Наруто сказал:       — В общем, у меня есть парочка вариантов… Нужно всех их обойти. И… спросить…       — Ты хочешь спросить, не отправляли ли они тебе послание от тайного поклонника?       — Ну… нет. Наверно, не так… Наверно… — вопрос действительно был поставлен очень хорошо, и Наруто всерьез задумался. — Наверно, я спрошу как-то по-другому. Спрошу… Может, про коробку? Покажу им коробку и посмотрю на реакцию.       — М-да, с твоим-то умением понимать реакции… — негромко проговорил Какаши, и Наруто нахмурился.       — Сенсей, чего вы там опять?.. Вот не надо, я справлюсь, вот увидите. Я просто не могу упустить это… — сказал он слишком серьезно, куда серьезнее, чем от себя ожидал. Мужчина тоже обернулся, отставив опустевший стакан. Обошел стол, сел напротив Наруто. Посмотрел на парнишку долгим взглядом.       — Для тебя это правда так важно, — констатировал очевидный факт он. Наруто медленно кивнул.       — Я и не думал, что есть кто-то, кто… От кого я смогу это услышать, — проговорил он, чувствуя непривычную ломкость в голосе. — Я просто хочу узнать, кто это. И, если… Моя жизнь может измениться. Я же тоже… знаете, я тоже не хотел ничего тут украшать. Потому что думал о том, что дом будет пустой… и смысл тогда от всех этих лампочек… А потом как-то… не знаю, посмотрел на людей вокруг. Заразился этим счастьем. И тоже захотел воссоздать его для себя. И, кажется, как-то так получилось, что счастье меня услышало… и само решило прийти.       Он вдумчиво смотрел на свой стакан с молоком. Чувствуя, что так же вдумчиво всматривается в него Какаши. Все-таки поднял голову на сенсея. И заметил в его взгляде грусть. Наверно, снова это сопереживание… А, может, сам сенсей тоже чувствовал нечто подобное… в своем пустом доме.       Эта мысль заставила сердце мальчишки облиться кровью. Он ведь об этом и не подумал…       Но Какаши вдруг улыбнулся, прикрыв глаз.       — Тогда доедай, и пойдем искать твоих поклонников.       — Э… в смысле?.. «Пойдем»? Типа, и вы тоже?..       — Ну, как ты и сказал, я люблю интрижки, — мужчина повел плечами. — Да и мне… все равно больше делать нечего.       — Какаши-сенсей, слышала бы вас сегодня бабуля Цунаде — обязательно бы отправила вас куда-нибудь на задание, раз вам «все равно делать нечего»…       — Тогда мне повезло, что она меня не слышит, — подытожил Какаши, но все же переспросил:       — Ее же нет в твоем списке кандидатов?..       Дом Сакуры был празднично украшен как снаружи, так и внутри, что было видно из окон. Наруто глубже зарылся лицом в свой шарф — поднялся холодный ветер. В расшторенном окне мелькали силуэты. Подойдя ближе, Наруто разглядел в них Сакуру и ее мать. Они оживленно хлопотали на кухне, готовясь к прибытию гостей, как и говорила девушка утром.       Наруто смотрел на них, чувствуя горечь внутри. Всю ту же горечь… Настоящее счастье все равно остается за чужими окнами. Но не сегодня… Сегодня ведь особенный вечер. По крайней мере, таким он должен быть, просто обязан…       — Это не она, — решил парнишка, заставив себя сказать это воодушевленно. — Я и так это знал, не похоже на Сакуру…       Какаши молчал, стоя рядом с ним. Потом обернулся.       — Она тебе в самом деле нравится?       — Ну… — Наруто неопределенно пожал плечами. — Наверно… я… Но чего уже об этом говорить? Она же вся в Саске… А это кто-то другой.       — И кто следующий по списку?       — Хината. Мне все говорят, что она на меня запала… — проговорил Наруто. — Но… что-то я как-то сомневаюсь. Не замечал я ничего такого…       На это Какаши хохотнул, и парнишка недовольно покосился на него.       — Да чего?.. Вы тоже это видели, что ли?.. Ой, да и все, пойдемте уже…       У дома Хьюга их ждала примерно такая же картина. Украшенный заснеженный двор… Вот только окна закрыты. Не придумав ничего лучше, Наруто постучался в дверь.       Ему долго не открывали, и он начал колотить снова, слишком целеустремленный, чтобы задумываться о нормах приличия… Наконец, ему открыл Неджи. И вперил в гостя взгляд своих бесцветных глаз.       — Наруто?..       — Да, привет. А… Хината… — но тут парнишка увидел краем глаза торчащую из-за угла коридора голову девушки, которая втихаря следила за гостем. — Эй, Хината! Тебе случайно не знакомо это?.. — он вынул из кармана коробку и потряс ей издалека.       На это девушка только что-то пробормотала, кажется, назвала его по имени, и исчезла за углом так же неожиданно, как и появилась.       — Это… Неджи, а ты ничего не знаешь про эту коробочку?..       Но Неджи емко бросил:       — Подожди здесь.       И закрыл дверь перед носом Наруто. Парнишка растерянно почесал затылок через шапку, совсем ничего не понимая. Оглянулся на Какаши, который стоял в отдалении, у дороги. Но сенсей молча глядел на него. И, в ответ на невысказанный вопрос, только пожал плечами.       Но тут дверь снова открылась, и в дверном проеме появился Неджи.       — Хината ничего не знает про эту коробку. Это все?       — Ну… да, — он и в самом деле хотел ответить что-нибудь бодрое, поздравить с наступающим праздником, например, но ничего не вышло. Поэтому, бросив что-то на прощание, Наруто вернулся к сенсею.       Какое-то время они стояли в тишине, только ветер поддувал и бросал в лицо снежинки. Но оставаться на месте без движения оказалось слишком холодно, поэтому Наруто бесцельно побрел по улице. И, наконец, проговорил:       — Я не понимаю…       — Что, и не она?       — Да. Я практически был уверен… Кто тогда? — от этой неопределенности у него снова тревожно свело живот. Значит, ответ может оказаться еще неожиданнее… И он ищет кого-то, о чьих чувствах даже не предполагал… — Ино — точно нет, они там с Саем… того… Ну не Тен-Тен же… или… кто-то из старших?.. Шизуне?.. Или… — от этих мыслей щеки загорелись еще сильнее.       Но Какаши вдруг выдал:       — А ты не допускаешь варианта, что это не девушка?       От неловкости этого вопроса во рту мгновенно пересохло. Да и как можно было спрашивать так прямо?.. Однако, помня собственные слишком эмоциональные реакции на всяческие двоякие фразочки сенсея, ответить теперь оказалось крайне сложно.       — Ну… — тем не менее, желание отыскать правду оказалось сильнее стеснения. — Я думал об этом, если честно… Но, опять же — кто? Если это парень… Это ведь может быть кто угодно.       Мужчина был слишком задумчив, кажется, даже не собирался отпускать вполне уместные шуточки.       — И… если это так, тебя устроит такой расклад?       — Не знаю, — честно ответил Наруто, сил на увиливание у него не было. — Я раньше вообще не думал о таком. Я просто хочу узнать, кто это. А дальше… — в голове всплывали образы друзей… каждый из которых мог оказаться человеком, которого они ищут. — Нет, я не хочу ничего загадывать. Может, это все же девушка?.. Или… Какаши-сенсей, а вы что думаете? — Наруто вопрошающе глянул на мужчину.       — Я думаю… — он смотрел перед собой. — Думаю, что стоило дождаться визита твоего поклонника дома, вместо того, чтобы беспокоить половину деревни.       — Ждать? Да вы чего?.. Сами будто могли бы сидеть на месте…       — Ну, если бы ты читал книжки, то знал бы, что развязка всегда происходит в конце. И для того, чтобы до нее добраться, нужно запастись терпением…       — Как же скучно… и банально.       — Не всегда.       — Да ну, всегда. Вот, как мы поступим! — Наруто, наконец, придумал и остановился. — Отправлю на поиски клонов! Пусть заглянут к каждому из ребят домой и спросят о коробке!       — Значит, ты все-таки решил поставить на уши половину деревни, — Какаши в отчаянии поднял бровь, наблюдая, как парнишка воодушевленно создает теневых клонов. — Это, по всей видимости, не так банально…       Десятки Наруто с воплями разбежались в разные стороны и скрылись из виду, тогда как их оригинал остался на месте, довольно улыбаясь своей идее.       — Я так не могу, Какаши-сенсей, — вдохновенно заявил он. — Не могу сидеть и ничего не делать. Ждать, когда кто-то решит что-то за меня. А если этот человек передумает и не придет? А если случится что-то, что ему помешает? И я так никогда не узнаю… — он опустил взгляд на заснеженную дорогу. — Я просто не могу поверить, что… кому-то нужен. Не знаю, было ли у вас такое, или для вас все это кажется какой-то ребяческой глупостью…       — Нет, мне так не кажется, — Какаши и в самом деле был очень серьезен.       — Хорошо, — от этого на встревоженной душе стало как-то легче. — Мне просто нужно убедиться в этом как можно скорее. Я ведь не смогу поверить, пока не увижу…       — Я давно не видел тебя таким, — вдруг сообщил мужчина, и Наруто удивленно глянул на него.       — Это каким?..       — Таким… собранным, — ответил он, и в его серьезном глазу виднелась странная печаль. Хотя, сострадание уже почти перестало казаться Наруто чем-то странным. Он все чаще видел его на лицах своих друзей. Конечно, это говорило о том, какими добрыми людьми он окружен. В то же время это давало повод задуматься: раз они сочувствуют, значит, есть, чему сочувствовать…       Но тут клоны начали рассеиваться, и в голову парнишки ударяли новые мысли, одна за другой.       «Нет». «Нет». «Нет». «Снова — нет». «И снова — нет…»       Какаши пристально наблюдал за выражением его лица, на котором, судя по всему, все читалось так же легко, как и в книге.       Но раньше, чем Наруто подвел общий итог разведки клонов, сенсей предположил:       — А если это не шиноби?       — То есть?.. — такой вариант не приходил парнишке на ум.       — Кто-то из мирных местных жителей. Кто-то, польщенный твоими геройствами…       — Ой… И правда, Какаши-сенсей! — грусть тут же испарилась: эта идея была куда более воодушевляющей. Тайный-тайный поклонник, о котором Наруто даже не знает… — Но… как же тогда мы его найдем?..       Мужчина тоже задумался.       — Если это не шиноби… Не исключено, что он оставил какие-то следы. Ты внимательно оглядел свое окно?       — Что?.. Нет, я даже… Точно! Точно, Какаши-сенсей! Надо осмотреть окно, вдруг я чего-то не заметил! Скорее, пойдемте! — и, торопясь так, как никогда, Наруто схватил Какаши за руку и потянул за собой. Ему нужна лишь зацепка, лишь малюсенькая зацепка, и тогда… И ведь это и в самом деле может оказаться кто угодно…       Прибежав домой, Наруто кое-как заставил себя скинуть мокрую от снега одежду и обувь, руководствуясь тем, что ему будет слишком лениво потом отмывать пол. Он проскакал к своей комнате, не зажигая свет, и удивился, обнаружив, что за окном уже успело стемнеть.       — Это сколько же мы там носились… — пробормотал Наруто, открывая окно. Но тут в его темной комнате засветились огни. Он обернулся. Какаши включил гирлянду и замер, глядя на лампочки.       — Тоже что ли себе такую повесить… — сказал он, будто бы размышляя вслух. Наруто умиленно улыбнулся, но тут же вспомнил о более важном деле.       — Какаши-сенсей, хватит уже там залипать, идите сюда.       И высунулся в открытое окно. По его лицу ударил холодный ветер с колючим снегом. В свете уличных фонарей он видел примятость на снегу, на подоконнике, там, где и обнаружил заветную коробочку. Но больше — никаких следов.       — Снегом все замело… — выдохнул Наруто. — Надо было сразу все осмотреть…       — Угу, — отозвался Какаши, тоже выглядывая в окно позади парнишки. — Возможно, мы даже могли заметить отправителя…       — Блин… — выругался Наруто и осторожно отодвинулся, подпуская сенсея ближе к окну. — Вы тоже ничего не видите?       Он смотрел на сосредоточенное лицо Какаши, точнее, на его сосредоточенный глаз, предполагая, что и остальное лицо сенсея такое же сосредоточенное.       — Ну чего? Тоже ничего, да? И что тогда делать? Просто ждать? Я же помру от нетерпения! Да и… — ему было страшно даже думать об этом, говорить оказалось еще сложнее. — Вдруг никто не придет? Мало ли, струсит… Я бы мог… наверно… Что может быть хуже, чем сидеть и ждать? Не зная, будет ли что-то дальше…       Какаши выпрямился, прикрыл створку окна, повернувшись к Наруто. Разноцветное свечение от гирлянды, обернутой вокруг карниза, отражалось на его маске. И парнишка вдруг заметил, как близко они стоят. Настолько, что он чувствовал, как от Какаши веет теплом. И щеки почему-то кольнули. Он глянул на все тот же зеленый свитер сенсея, посмотрел в окно, на вечернюю темноту, на летящий в свете фонарей снег. На их отражения в стекле. Чувствуя, как странно находиться в темной комнате не одному. Комфортно, потому что не одиноко. И при этом волнительно.       — Наруто, — в нависшей тишине мягкий голос сенсея прозвучал отчетливее обычного. Лицо же жгло от ощущения его взгляда. — Ты обязательно узнаешь, кто это.       Все внутренности пронзило огнем догадки… Такого простого ответа, что о нем и не подумаешь в самом начале… Щеки горели все сильнее.       Ведь когда прилетела «посылка»… они были в доме вдвоем. И Наруто отвернулся как раз тогда… Огонь внутри сменился холодком. Мог ли Какаши подкинуть это послание?.. Мог, конечно, мог… Зачем — это другой вопрос. Но… ведь именно сенсей осторожно уточнил у Наруто, как бы тот отнесся к «поклоннику» мужского пола. Да и вообще, зачем ему было весь день носиться вместе с Наруто по деревне, задавать ему все эти вопросы, точно прощупывая почву, да и будто бы волноваться… Конечно, избрать такой долгий путь с подкидыванием открытки было и странно, с одной стороны. С другой… все, кажется, складывалось как нельзя точно…       Наруто поднял голову и посмотрел Какаши в лицо. Слишком долго, пристально, так, как не позволял себе смотреть раньше. Пытливо, разоблачающе. Пытаясь прочитать на нем хоть какой-то ответ. Какаши тоже смотрел на него. И, кажется, смутился. Заулыбался, что было отчетливо видно даже через маску, прикрыл глаза.       Сердце забилось. Неужели он прав?..       Но Наруто никогда не задумывался обо всем этом в таком ключе… В процессе поисков он думал о Сакуре и Хинате, пытаясь примерить их на место своей потенциальной пассии. И это тоже волновало, как и любая более конкретная догадка. Но теперь же… конкретика просто зашкаливала. И что-то навязчиво жгло внутри. И кожа тоже горела. Потому что перспектива того, что автором записки действительно может быть Какаши… его не отпугнула.       Наоборот. Теперь будто бы все встало на свои места. То, какое чувство уюта наполнило его, когда они вместе украшали комнату. И, если бы оно могло продолжиться, вылиться во что-то другое… Был бы он против?..       В голове сразу всплыло все, что он замечал, но чему при этом не придавал особого значения. Взгляды, ненавязчивые прикосновения… и их тесная связь — та связь, которая постоянно проявлялась во время тренировок, во время миссий… да и просто во время общения. Эта связь с детства, в существовании которой Наруто никогда не сомневался, которая была совершенно естественной. Но в таком виде… в… романтичном?..       Тут же вспомнились и многочисленные шуточки сенсея, от которых Наруто постоянно краснел и начинал ругаться, а Какаши только невинно посмеивался. «Ты все не так понял». Может, теперь-то как раз он понял все правильно?..       И, кажется… он и сам не против. Ведь если это и есть тот человек, который думает о нем, который хочет провести с ним вечер…       Нет отвращения, нет сопротивления внутри. Есть только огонек, заставляющий хотеть улыбаться. И волнение, приятное, щекочущее.       Он посмотрел на руку Какаши, которая лежала на подоконнике. Знал, что у него твердые, грубоватые пальцы. Но при этом аккуратные. И… сам он, вроде… насколько можно судить о мужской привлекательности… о привлекательности мужчины, который постоянно носит маску… Да и разве дело было во внешности?       Теперь же воздух между ними буквально наэлектризовался. Они стояли совсем близко, но в этой теплой близости было и еще что-то…       — Сенсей…       — Мм? — он смотрел ровно, и, кажется, еще улыбался. Как-то по-доброму, по-родному.       Наруто отвел взгляд, зная, что наверняка краснеет. И совершенно не представляя, что сейчас нужно делать. Как озвучить свои мысли, как сказать о том, что он догадался, как сообщить, что он не против…       Что-то мешало ему сказать все прямо, в лоб, как он говорил по своему обыкновению. Но если раньше такие темы вызывали у него возмущение… теперь же он не мог говорить от стеснения.       — Я, кажется… понял…       Повернулся к окну, снова посмотрел на руку Какаши, пытаясь придумать хоть что-то. Едва заметно шагнул к мужчине бочком. Думая, стоит ли пытаться притронуться к этой руке, как в фильмах… Но рука вдруг поднялась, взялась за ручку окна, закрывая его плотнее. И снова опустилась на подоконник, но на этот раз куда ближе. Сам Наруто, не дыша, тоже подвинулся. И застыл, почувствовав плечом тепло чужого тела. К которому прижался, ненавязчиво, будто бы невзначай… но ведь это было заметно. Для них обоих…       Ладонь Какаши легла на его запястье, теплая, обжигающе-теплая. Что-то происходило, что-то почти случилось, прямо здесь, прямо сейчас… Здесь, с ним, в его руках. Так что даже стало страшно. Он видел краем глаза Какаши, пусть и пытался на него не смотреть. И чувствовал его взгляд на своем лице. Что-то… что-то будет…       Но с улицы снова донесся какой-то шум, голоса на повышенных тонах, прямо под окнами.       — Что там?.. — вырвалось у Наруто само собой, хоть он тут же пожалел об этом, потому что мужчина отстранился от него и опять открыл окно.       — Не знаю. Посмотрим…       — Да вечно ты все портишь! — возмущался мужской голос, обладателя которого они, правда, не видели. — Куда ты собралась?!       — У меня свои планы, тебя это не касается! — отвечала ему женщина.       — Да стой ты, я же извинился!       — Мог бы проявить и больше инициативы. Отойди.       — Да подожди, стой… Почему для тебя все мало?! Я думал, что приду, и мы поговорим нормально!       — И как я должна была догадаться, что ты придешь? Снова твои мысли читать?       — Да я же оставил для тебя письмо!       — Какое еще письмо?       — Как это «какое»? Оно было на твоем окне.       — Что? На каком еще окне?       — На твоем! Я туда его забросил…       — На какое?.. Но это не мое окно, идиот! Ты до сих пор не смог запомнить, где мои окна?! Зачем было вообще что-то забрасывать?! Ты мог разбить стекло! Нельзя было просто позвонить?       — Да ты же сама хотела романтики! Все ныла, какой я скучный, вот тебе и «романтика»! Все тебя не устраивает…       Дальнейшие выяснения отношений мало волновали Наруто.       Он шагнул назад, совершенно опустошенный. Мысли не укладывались в его голове.       — Один идиот, а сколько из-за него проблем, да? — Какаши с усмешкой закрыл окно и обернулся. — Наруто…       Но парнишка покачал головой, глядя сквозь подоконник. Внутри стало так горько. Еще хуже, чем было с утра, когда он убедился в своем одиночестве.       Была надежда — и вот она растоптана. Действительно, из-за какого-то идиота. Хотя, наверно, единственный идиот тут сам Наруто. И в самом деле, кому он сдался? Как он вообще изначально смог поверить, что кто-то пришлет ему такую записку? Так сильно надеялся на какое-то чудо… А чудес не бывает. Никому он не нужен, никто не придет…       Но, тогда…       На его плечо легла большая рука. Подбадривающе погладила. Но как-то слишком нежно.       …но что тогда было только что?.. Между ними. Ему не могло этого показаться. Хотя, конечно, опьяненный мечтаниями рассудок мог додумать что угодно…       — Какаши-сенсей… — проговорил Наруто как-то слишком хрипло, не позволяя себе задуматься о смысле своих слов. — Это было так глупо. Никто не может хотеть провести со мной этот вечер. И вы, наверно, тоже…       — Но мы с тобой провели вместе почти весь день, — настороженно заметил Какаши. Помолчал, так что Наруто услышал громкое биение собственного сердца. — А ты хочешь, чтобы я остался еще?..       — Там такая метель, — дрожь внутри, в голосе, во всем существе. — Если бы вы остались… переждали ее…       Заканчивать фразу и не нужно было.       Рука, лежащая на его плече, притянула его, заставив податься вперед. Прижаться к теплой груди, к мягкому зеленому свитеру. Парнишка зажмурился. Чувствуя, как обвивает его и вторая рука мужчины. Совсем не так, как раньше. Как-то теплее, ближе… И ему было комфортно находиться так, вплотную. Поэтому он обнял Какаши в ответ. Сначала осторожно, но потом, осмелев, крепко. До сих пор не до конца понимая, что происходит. Но зная, что что-то теперь иначе. Совсем иначе…       Успокоившись, он услышал, как тихо было вокруг них. Тихо, темно, только цветные огоньки мерцали. Чуть сдвинув голову и затаив дыхание, Наруто почувствовал, как у него под ухом бьется сердце мужчины. И заулыбался. Оно всегда билось рядом, будто бы для него… Больше не было боли от отчаяния и обреченного одиночества. Да и как он мог считать себя одиноким?..       Но тишина затягивалась. Объятия тоже… Это было хорошо, по-настоящему хорошо. В этом теплом моменте хотелось раствориться. Но тут Наруто показалось, что рука Какаши на его спине спустилась как-то слишком низко.       — Какаши-сенсей, так вы все это время ко мне приставали?.. — выдал Наруто и чуть отстранился, услышав в ответ хорошо знакомый смущенный смех.       — Да нет, что ты…       — Не, мне просто понимать… — но парнишка насупился. — Могли бы делать это как-то более понятно.       Пауза.       — Хм… Действительно.       Тут земля буквально выпала у Наруто из-под ног. Хорошо еще, что он не начал рефлекторно обороняться… потому что вдруг почувствовал под собой кровать, на которую оказался вмиг повален.       Над собой же он увидел Какаши, так близко, что в груди моментально разлился огонь…       — Да вы чего?! Не настолько же! — Наруто вспыхнул и оттолкнул его в грудь, и мужчина скатился с него. Сел рядом, неловко посмеиваясь.       — Ну, да… Но так понятнее?       — Куда уж там… — парнишка тоже приподнялся на локтях. — Ну вы… извращенец… старый…       Но все же заулыбался. И, переварив смущение, пульсирующее в его груди вместе с горячим волнением, посмотрел на сенсея.       Тот, отвернувшись, потянул за ворот свитера, но потом стянул его вовсе, что неудивительно — Наруто и самому стало жарко уже от одних объятий. Отложив свитер, Какаши снял повязку, которая слегка сбилась. И, развязывая затянутый на ней узел, глянул на Наруто обоими глазами. Улыбающимися глазами, в которых пусть и лежала грузная тяжесть, отпечатавшаяся от полной горестей и утрат жизни, но которые при этом были совсем молодыми… Прядки белых волос спали ему на лоб, так что он снова выглядел непривычно, как-то по-другому. И внутри что-то сладко кольнуло.       Так сладко, так призывно… И Наруто, повинуясь чувству, осторожно подполз ближе. Заглянул мужчине в лицо, встретив в его глазах все ту же добрую улыбку.       — Нет, ну… все же… — пробормотал парнишка, начиная дрожать. Потому что Какаши понял его без лишних слов. Протянул руку, коснувшись его лица, разглядывая его со странной, нежной мягкостью. Которая раньше проявлялась в чем-то другом, в будничном. Но теперь пропитывала это прикосновение. Пропитывала каждую секунду вместе.       Глаза защипали, внутри все горело и будто разрывалось на части. Дыхание стало горячим. Слова… слова тоже обжигали губы.       — Вы же все равно вашу маску не снимете… — выдохнул Наруто, ощущая, как дистанция между их лицами сокращается.       — А ты закрой глаза.       И он закрыл. Погрузившись во тьму, в щекочущий страх неверия и нетерпения. С трудом выждал секунду, другую. И почувствовал теплое, мягкое прикосновение чужих губ.       Обмер, не двигаясь, не дыша. И ответил на поцелуй, так решительно, словно умел. Протянул руки, коснувшись плеч мужчины, честно не открывая глаз. Чувствуя, как губы Какаши трепетно ловят его губы, неторопливо, но обжигающе до глубины души…       Пальцы поднялись по шее. И притронулись к гладкой коже подбородка…       Маски нет. Само собой… Ладони восторженно обхватили лицо, поглаживая большими пальцами. Наруто склонил голову, подбираясь ближе, целуя глубже, утопая в приятной, сводящей с ума, теплой влажности. Руки мужчины же гладили его волосы, так что по телу пробегали мурашки.       Решившись, парнишка прижался плотнее, с напором. И наконец почувствовал, что Какаши податливо отклоняется назад. Опускается на кровать, позволяя залезть сверху. Ощутив еще больший прилив смелости, Наруто, не прерывая поцелуя и не подглядывая, нащупал руку Какаши. Поймал за запястье и прижал к кровати. Затем — вторую…       И замер, жмурясь. Зная, что с огромной долей вероятности его ловкий сенсей предпримет что-нибудь, какую-нибудь из техник, чтобы испариться или выкрутиться раньше, чем Наруто успеет поднять голову…       Но все же, чмокнув его в губы, оторвался. Медленно выпрямился, втянул воздух. И с холодящим волнением в груди открыл глаза. И застыл.       Какаши улыбался ему. И от его улыбки Наруто потерял дар речи. Так и сел на него верхом. Все-таки выпустил руки мужчины. Гадая, попал ли он в какое-то странное гендзюцу. Или в самый смелый, сладкий сон.       Эта улыбка, которую он много лет читал по глазам Какаши… Теперь же он наконец видел ее. Не веря. И решительно не понимая, зачем его сенсей столько времени прятал ото всех свое лицо. В котором не оказалось ничего, что нужно было скрывать. Наоборот… и ведь Наруто догадывался об этом. По глазам, по очертаниям в маске, по правильному профилю. Догадывался, какой Какаши на самом деле. Молодой, совсем молодой. И симпатичный. Даже слишком…       Парнишка густо покраснел, что наверняка было видно даже в полумраке, и улыбка Какаши стала шире. Мужчина же поднял руки, взялся за горлышко своей майки. Но вместо того, чтобы надеть маску, напрочь спустил ее и аккуратно загнул, чтобы не мешала, видимо.       — Ну, сенсей… — бессильно, укоризненно выдохнул Наруто. Наклонился и снова пылко поцеловал его, на этот раз совершенно осознанно. Зажмурился, чувствуя теплые ладони на своей спине. Растворяясь, сливаясь воедино с человеком, которого так ждал, так хотел держать в своих руках… Запустил пальцы в его мягкие, пушистые волосы. А глаза защипали, так что он закрыл их еще плотнее, не понимая, почему в них собираются слезы.       В этот самый момент обычно обрывается сон. Открываешь глаза, видишь потолок… с паршивой пустотой внутри души…       Наруто поднял голову, открыл глаза. И встретился взглядом с Какаши. Мужчина рассматривал его, прикрыв левый глаз, через который проходил шрам. Протянул руку, нежно погладил Наруто по щеке, приоткрыв рот, будто хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Парнишка прижался к теплой, родной ладони, но слишком смутился, чтобы выразить свои чувства каким-нибудь вполне уместным действием. Просто опустился и прилег рядом, глянув на темный потолок, на котором играли отсветы гирлянд. Не сон. Не сон… А, может… Наруто поднял руки, сделав печать, чтобы развеять гендзюцу.       И услышал добрый смех у самого уха. Какаши развернулся к нему, протянул через него руку, обнимая.       — Как твой сенсей, я рад твоей осмотрительности, — в его голосе слышалась улыбка. Наверняка у шутки должно было быть продолжение, но его не последовало. — Наруто… Все в порядке?       Парнишка тоже перекатился на бок, лицом к Какаши. Снова вздрогнул, увидев его прямо перед собой. Рука мужчины поглаживала его по боку, а черный глаз внимательно изучал лицо.       Не сон. Не гипноз. А что тогда? Чудо?..       — Насколько это может быть «в порядке», — пробормотал Наруто. Чуть боязливо поднял руку, прикрыл ладонью рот и нос мужчины, почувствовав на коже его теплое дыхание.       — Это запрещенное тайдзюцу? — глаза сенсея улыбались, совсем так же, как и всегда. И Наруто даже почти узнавал его.       Без повязки, скрывающей глаз с шаринганом и не дающей волосам раскидываться, без маски он выглядел совсем непривычно, словно чужой… и в то же время такой родной. И это родство шло изнутри. В ощущении. В тепле в груди.       — Почти, — глухо отозвался парнишка, убирая руку. — Это ваши техники все запрещенные…       Взгляд невольно остановился на приоткрытых в улыбке губах. Никогда ему так сильно не хотелось целоваться. И теперь это было можно. Даже нужно…       Понадобилось лишь подвинуться ближе. И снова — погружение в волшебный сон. Губы мягкие, трепетные, ласкающие. Чужие прикосновения, чужое тепло… Хотя почему — чужое? Родное. Привычное и непривычное одновременно. Обволакивающее…       Заполняющее. Наконец-то заполняющее пустоту внутри. Чувство, о котором он мечтал. Иметь кого-то в своей жизни, кого-то очень важного. Важного, как и все его друзья, и учителя… Но того, кто при этом может разделить с ним новогодний вечер. Или даже жизнь… или ночь…       Мысль же о последнем заставила Наруто загореться изнутри еще сильнее. К тому же, рука Какаши, поглаживающая его по боку, видимо, нечаянно притронулась к полоске голой кожи, торчащей из-под футболки…       — Вот только не надо этих извращений, — Наруто спешно отстранился и убрал руку мужчины. И сел, медленно понимая, начало чему они только что положили… — Начитались вы своих книжечек, сенсей…       — Снова «мои книжечки»? — Какаши тоже сел. Подобрался поближе и вдруг обнял Наруто за плечи, так что парнишка обмер. Видя руки, которые сомкнулись в замок у его руки. Почувствовал приближающееся тепло. И такой же теплый, бережный поцелуй в щеку. Какаши вздохнул, кажется, довольно, и обнял парнишку крепче, притягивая к себе. — Хочешь почитать их со мной?       — Э… нет, обойдусь… — тут же выпалил он. Подумал, стоит ли возмутиться. Покосился на сенсея… И обнаружил, что глаза Какаши закрыты, а на губах застыла нежная улыбка. От этого вида внутри все сжалось от трепетного умиления. И Наруто подался к нему, снова обнял, совсем как днем, когда они закончили украшать квартиру. Но теперь… теперь можно было больше не беспокоиться. Можно было просто знать, что рядом есть тот самый человек… Поэтому парнишка обмяк, обнимая крепче, уткнулся носом в шею Какаши, чувствуя себя так уютно в его руках, как никогда.       Конечно, он давно ощущал, с каким трепетом сенсей относится к нему. Не знал, правда, что настолько… и во что этот трепет может вылиться… Ведь трудно переступить эту грань. И при этом очень легко ее не заметить, не видеть в упор. Не хотеть признавать…       В комнате совсем стемнело. Какаши так и обнимал его, периодически целуя в макушку. А Наруто просто прижимался к нему. Пытаясь привыкнуть к новому положению дел. Тепло было таким привычным, но в то же время и таким новым… Потому что близкий человек открылся для него совершенно иначе. Открылся… во всех смыслах.       Парнишка осторожно поднял голову, заглянул Какаши в лицо. Щеки снова обдало жаром. Глаза пробежались по подбородку, по губам, носу мужчины, снова к губам. Трудно было привыкнуть к этому. К тому, что и у сенсея тоже есть лицо, причем такое симпатичное…       Какаши же смотрел на него очень спокойно, внимательно. Перевел взгляд на гирлянды, так запавшие ему в душу. Наруто затаил дыхание, разглядывая его профиль, который без маски тоже смотрелся иначе. Хотя, вроде бы, обычно именно так он и смотрелся… Но мужчина снова повернул голову к нему.       — Ты тоже светишься, — заметил он.       — Что, от лампочек?.. — не совсем понял Наруто, но сенсей качнул головой.       — Нет, просто. Ты сам.       Комплимент? В любом случае, парнишка заулыбался. Взялся за руку Какаши, просто потому что ему так захотелось. Почувствовал, как пальцы мужчины берутся за его ладонь в ответ. И отозвался:       — Так вы теперь и на меня будете так залипать?..       — Почему «теперь»?.. — ответил вопросом на вопрос Какаши, смущенно прикрыл глаза, перебирая пальцы Наруто.       — А, типа, вы «уже»?.. — постепенно до него начало доходить. Он глянул на их сцепленные руки. Понимая, как часто Какаши трогал его этими самыми руками. Трогал так по-другому… но, возможно, с тем же чувством, что и сейчас… — И… давно?..       Какаши открыл глаза, задумался, так что Наруто в очередной раз глянул на его приоткрывшийся в размышлениях рот. Но, будь ответ «недавно», или же «с сегодняшнего дня», его бы не нужно было так долго высчитывать… Поэтому Наруто поспешил добавить:       — Хотя, нет, не говорите. Не хочу знать. Тогда вы еще большим извращенцем будете казаться…       — Ладно, — Какаши опустил взгляд на руку парнишки, водя большим пальцем по его ладони слишком приятным образом. Наруто блаженно привалился к его плечу. Почему-то больше узнавая своего сенсея так, не глядя, по прикосновениям, чем по лицу, которое еще не могло связаться в его мозгу с человеком, который был так близок ему многие годы.       — А чего вы раньше не говорили?.. — все-таки спросил Наруто.       — Ну, может, я и говорил, а ты просто не хотел понимать…       — Может… — тут он и сам понял, что в других обстоятельствах вряд ли допустил бы подобную мысль. Это сегодняшний вечер такой, особенный. Когда он ждал чуда. И был готов на все. На любую неожиданность. Был готов принять любые чувства. Принять… но был ли готов ответить? Наверно, не каждому. Да и, наверно, никому, на самом деле… По крайней мере, теперь о других думать совершенно не хотелось…       Но он подумал о другом.       — Какаши-сенсей, у нас же есть новогодний рамен! — бодро сообщил он, подняв голову.       — А чем он «новогодний»?       — Ну… у него праздничная упаковка. Пойдемте! Я уже проголодался, — парнишка подскочил на ноги. И, подумав, схватил Какаши за руку. — Идем! Ну… — и призывно потянул. Мужчина же сделал вид, что с трудом поднимается с кровати, крепко взявшись за руку Наруто. — Давайте, старикашка, вставайте…       — «Старикашка»? Я так плохо выгляжу? — Какаши встал и, не выпуская руки парнишки, притянул его к себе. — Ты хоть знаешь, сколько мне?       — Сколько? — Наруто прильнул к нему, заглядывая в лицо, ехидно улыбаясь. — Под сорок?       — Серьезно? — Какаши поднял светлые брови. — Скинь десяток и подумай еще раз.       — Да ладно?       — Ну да.       Конечно, Наруто и сам об этом знал, но и не мог не подтрунить сенсея. Не зря же тот «сенсей»… И, кажется, теперь они просто не могли существовать вне объятий друг друга, просто притягиваясь магнитом. Наруто обвил его руками, прижимая к себе, наконец начиная осознавать, что этот человек — его. Который никуда не уйдет и не исчезнет… Которого можно обнимать, которому можно доверять, с которым можно разделить что угодно… и новогодний рамен в том числе.       Потом Наруто все же кое-как заставил себя отлипнуть и пошел в кухню, утягивая Какаши за собой. Там включил свет, прищурившись — глаза слишком привыкли к интимному полумраку.       — Вот, смотрите, — Наруто воодушевленно поставил на стол две коробки с изображенными на них украшенными елками. — Видите? Новогодний типа.       Поднял глаза на Какаши, который уже уселся за стол и повернул к себе упаковку, разглядывая ее. Но сердце парнишки снова стукнуло, разливая в груди сладкое волнение. Этот человек — и есть его сенсей. Поверить в это, еще и при ярком освещении, было совсем трудно. Глаза он узнавал, но все остальное…       — Наверняка и стоит дороже, — подытожил Какаши, переводя взгляд с рамена на Наруто. У парнишки пересохли губы.       — Ну да. Зато атмосфера праздничная. Я чайник поставлю, подождите…       Он повернулся к кухонным тумбам. Подумал, что вышло бы забавно, если бы сейчас до них снова донесся шум из спальни. Но, по счастью, ничего не происходило. Он слышал только шуршание позади. И, отправив чайник закипать, обернулся.       Сенсей в это время вытащил подаренную ему маску из упаковочного пакетика и надел, глянув на Наруто.       — Ну что? Празднично?       И снова сердце замерло. Глаза — все те же глаза. Все тот же сенсей. Все тот же мужчина… «Его мужчина». Идейно это как-то странно…       Тем не менее, Наруто обошел стол, подойдя к Какаши, который обратил к нему вопросительный взгляд. Парнишка же аккуратно, чуть волнуясь, запустил пальцы в волосы мужчины, зачесывая их назад, убирая со лба.       Да, таким он его и помнит с первых дней тренировок. Глаза… Точнее даже — глаз… И много одежды. Даже руки — и те в перчатках. Но дело ведь никогда не было в теле. Оно было в другом, где-то внутри. А теперь — вся эта красота будто бы досталась ему в виде бонуса…       Тут Наруто заметил, что Какаши от его манипуляций прикрыл глаза. И, воодушевившись своим открытием, парнишка снова провел пальцами по его волосам, ото лба к макушке, на этот раз просто так. Немного смущаясь ласковости, которая вдруг появилась внутри. Хотя, кажется, она теплилась в его сердце всегда. И просто ждала возможности вырваться наружу. Какаши открыл темно-серый в ярком освещении, почти черный глаз, разглядывая Наруто. Под пристальным взглядом стало еще более неловко. Но маска с волками вместо привычной, черной напоминала об их новом уровне отношений. Да и руки мужчины протянулись и сцепились за его спиной, привлекая к себе ближе. Поэтому парнишка, подумав, осторожно взялся за маску и медленно снял ее, снова увидев перед собой лицо Какаши, которое и не думал когда-нибудь увидеть. Бережно взял его в ладони, поглаживая большими пальцами, разглядывая, точно никогда не видел человеческих лиц.       — Может, на улице тоже так ходить? — негромко спросил Какаши, и лицо Наруто кольнуло. Взгляд же остановился на двигающихся губах мужчины, которые улыбнулись. Но смысл слов постепенно дошел до парнишки.       — Зачем? Не надо!       — Почему?       — Ну, блин, вы будто себя в зеркале не видели, — пылая, выпалил Наруто, посмотрев Какаши в глаза и смутившись окончательно. — На вас же сразу будут пялиться… всякие…       — Да ну и что? — оба его глаза смотрели ровно, серьезно, проникая в самую суть. — Или ты будешь переживать?       — Э… да нет, чего мне… — Наруто убрал от него руки и попытался отодвинуться, услышав, что чайник вскипел. — Но вы же простудиться можете… с непривычки… наверно… Сенсей, чайник…       Какаши выпустил его, и Наруто поспешил отойти, спрятав взгляд. Была в этих разговорах какая-то крупица откровенности, к которой он еще не был готов. Да и как он мог быть готов?.. Если все произошло так быстро. Так неожиданно… пусть в то же время и ожидаемо. Ведь если бы не эта записка… Сколько лет оно могло еще продолжаться? С его-то реакцией на любой намек… понятно, почему сенсей предпочитал молчать. И просто быть рядом. Как и в этот день, который он, видимо, просто захотел провести с Наруто, пользуясь возможностью. Наверно, это и в самом деле лучше, чем сидеть одному в пустом доме, в то время, как все готовятся к празднику. Наверно, Наруто и сам бы пошел помогать Какаши вешать лампочки, если бы тот его позвал… Наверняка бы пошел…       Размышляя, парнишка залил обе пачки рамена кипятком и закрыл крышками, чтобы лапша заварилась. Вернул чайник на место, подошел к столу, чуть неловко, будто бы не к своему, не у себя на кухне. Глянул на Какаши, который, опершись локтями на стол, наблюдал за ним из-за сложенных рук.       — Ты говорил, как не любишь ждать, — мужчина с задумчивой улыбкой кивнул на коробки. — Значит, это распространяется не только на рамен.       — Вы помните?.. — осторожно спросил Наруто, вспоминая, когда они говорили об этом. — Это ж давно так было… Вы прям все помните, что ли?       — Да, почти, — Какаши выпрямился и призывно протянул ему руку.       — Звучит как-то жутко, — парнишка взялся за его твердую ладонь и, повинуясь, подошел ближе.       — Почему? — совершенно невинно поинтересовался Какаши и привлек его к себе, вдруг усадив на колени. Наруто на это беспомощно ойкнул. Хотел было спрыгнуть, начать ругаться… но на это почему-то не было сил. Все тело стало мягким, покорным. И сопротивляться перехотелось. Какаши обвил его руками и склонил голову, уткнувшись ему в шею. И о каком недовольстве уже могла идти речь?       Нет, возмущаться уже не было никакого желания. Да и на руках сиделось комфортно, очень тепло. Очень тепло… в объятиях. И очень тепло — обнимать в ответ. Поглаживать по обнаженным плечам, перебирать мягкие волосы, да и просто прижимать к себе… Тепло. И внутри тепло. Волшебно-тепло.       И теперь Наруто чувствовал, что он очень нужен кому-то. Почему — неизвестно, но нужен. Хотя, а почему люди бывают нужны друг другу? Наверно, потому что им просто хорошо быть рядом.       И теперь и ему хотелось быть рядом. Наруто зарылся носом в волосы мужчины, пытаясь понять собственные чувства. Он мало что понимал трезвым умом. Но знал, что хочет поцеловать Какаши еще раз. А лучше — несколько раз. И не покидать его объятий. До конца этого вечера — как минимум. Просто потому, что так оно… хорошо. Приятно. И спокойно.       Тут он поймал себя на мысли, что совершенно потерял счет времени. Повернул голову к столу, глядя на упаковки рамена.       — Пора? — Какаши понял его и отстранился, явно намереваясь выпустить. Однако Наруто уходить не спешил. Он перехватил взгляд Какаши, такой добрый, глубокий взгляд. И вдруг увидел, сколько в этом взгляде… нет, в этом мужчине невыраженной нежности. Которая была в нем давно, может даже всегда, но которую Наруто никак не мог заметить. Хотя эта нежность предназначалась именно ему. Все это время. Зато теперь-то она окупится сполна…       Он склонил голову, перестав дышать, чувствуя, как внутри все скручивается и горит, и мягко поцеловал Какаши. И, получив ответ, ощутил наполненность… наполненность всей его жизни смыслом. Другим смыслом, не связанным с его целью, а смыслом здесь и сейчас. Смыслом каждый вечер возвращаться домой, где обычно его ждала только тишина.       — Вот теперь — пора, — тихо, осторожно проговорил Наруто, словно пробуя слова на вкус. Стоит учиться флиртовать более открыто… Какаши одарил его все тем же теплым, благодарственным взглядом, и парнишка все-таки слез, обошел стол, к своему месту, где его ждал уже настоявшийся рамен.       Странно было есть вместе. И не отводить глаз от лица Какаши, снова и снова поражаясь его привлекательности, о которой никто не знал. Внутри то наступало блаженное спокойствие, то что-то начинало взволнованно прыгать, так что нога нервозно тряслась под столом.       — Ничем не отличается от обычного рамена, — все-таки проговорил Наруто, выпив подливку и отодвигая опустевшую коробку. — Могли бы хоть мишуру положить, как на упаковке нарисовано.       — И кто-нибудь внимательный бы ее съел, — заметил Какаши.       — Ну… зато — типа, праздничное настроение…       — Это не повод есть мишуру.       Наруто поднял глаза на сенсея. Взгляд мужчины был ровным, каким часто и бывал, а вот на губах грозила вот-вот всплыть улыбка. Заметив это, парнишка погрозил ему пальцем.       — Не умеете вы с серьезным лицом шутить, Какаши-сенсей.       — Чего поделать, буду учиться, — он все-таки заулыбался, закрыв глаза. И сердце Наруто снова растаяло. Ему с новой силой захотелось тепла, того особого тепла близости. Он вылез из-за стола и, не задумываясь, бросил, направляясь к комнате:       — А… пойдемте?..       — Ну, пойдем…       Дрожь пробила тело, а лицо запылало. Нет, нужно было придумать какой-нибудь более тонкий повод…       Его руку поймала рука Какаши, заставив остановиться.       — И куда пойдем? — низко спросил мужчина, прильнув к нему сзади.       — Да куда-нибудь, — выдохнул Наруто, переплетая свои пальцы с пальцами сенсея. — К лампочкам вашим любимым…       И, так и не оборачиваясь, не расцепляя рук, повел Какаши за собой в комнату, в которой так и было темно. Только гирлянды светились, напоминая о новогодних чудесах. Какаши притормозил у окна, и Наруто оглянулся на него.       — Метель, кажется, утихает, — сообщил он, разглядывая темную улицу.       — Да и ладно, вы же останетесь?       Их глаза встретились в темноте.       — До ночи? — уточнил Какаши, и от его слов по телу пробежали щекочущие мурашки. — Или на ночь?..       — Ну, я же не выставлю вас в ночи, — вспыхнул парнишка, тем не менее, все-таки добрался до кровати, куда и держал путь, и сел. — И рамена хватит, и на Новый год, и на… — он сглотнул, — завтрак… — Какаши приземлился рядом и, не теряя времени, обнял Наруто за плечи. — Правда, праздничного может не хватить, но у меня еще обычный есть в запасе…       — Рамен все равно уже будет прошлогодним — какая разница, какой он?       Наруто поднял голову, заглядывая сенсею в лицо. И в тусклом освещении лампочек заметил, что уголки его губ так и норовят предательски вздернуться.       — Сенсей, признайтесь, если бы не маска, вы бы вообще не могли нормально шутить… Скопируйте чью-нибудь технику «юмора без проколов», не позорьтесь перед учеником.       — Что это за неуважительный тон, мм? — Какаши притянул его к себе и нежно чмокнул в висок. Наруто же в ответ хихикнул, прильнул к нему, обвив шею, и вдруг понял, что не сделал кое-что очень важное. Поэтому быстро, чтобы не растерять решимость, поцеловал мужчину в гладкую щеку. Потом снова, чуть ниже. Обхватил его лицо руками, прошелся губами по подбородку, к другой щеке, не думая, не рассуждая, чувствуя теплые руки на своих боках.       Какаши застыл, едва дыша. И откинулся назад, утягивая за собой парнишку. Наруто взобрался на него сверху и нашел его губы. Поцеловал, сладко, с таким удовольствием, как не делал еще ничего в своей жизни. С восторгом и трепетом осознавая, что теперь может целовать этого человека сколько угодно…       Заключительно чмокнув мужчину в губы, Наруто улегся, обвив Какаши и руками, и ногами, будто бы тот собирался сбежать — просто хотелось быть настолько близко, насколько возможно. А Какаши бережно обнимал его, прижимая к себе, нежно поглаживал по лицу грубоватыми пальцами. Огоньки мигали, и было так тихо, словно в мире не существовало никого кроме них двоих.       Особенный вечер все-таки настал. Особенный вечер, с особенным человеком. В который можно было просто лежать рядом, растворяясь в теплых, ласковых объятиях. Слушать залпы фейерверков за окном, видеть их отсветы на темной стене. Знать, что все еще впереди. Что торопиться некуда. И не нужно. И чувствовать, что это — и есть тот самый, самый ценный подарок, который люди могут подарить друг другу.