печенье с шоколадом

за окном давно стемнело, звёзды еле видны из-за облаков, в доме напротив лишь в некоторых окнах горит свет. машины иногда сигналят, подгоняя редких пешеходов, что стараются не упасть: на улице ужасный гололёд. вот чонгук уже стал его жертвой. спешил домой после пары, поскользнулся, упал и сломал руку. благо, что левую. если бы чонгук сломал себе правую руку, он бы научился рисовать левой, вот правда. просто чонгук слишком сильно любит рисовать. просто он не может провести и часа без карандаша, которым выводит штрихи и линии по мягкой бумаге. но ещё лучше, когда под рукой оказываются краски и кисточки. вот тогда даже не пытайтесь оторвать его — будет рисовать часами напролёт, забывая даже кушать. вот и сейчас так. чонгук сидит, склоняясь над листом А3, и выводит аккуратные линии густыми красками. он обожает акриловые, потому что ими намного проще показать чёткие границы. нет, иногда он и акварелью рисует, но с ней намного сложнее, потому что много воды нужно. живот начинает буквально завывать серенады, и чонгук пытается вспомнить, как долго он уже не вставал со стула. вроде, когда он начал, солнце ещё выглядывало немного. и это было… примерно часа четыре назад. ладно, может и вправду пойти поесть? спина затекла и болит очень, рука в гипсе немного чешется, но картина ведь почти закончена. ещё пару минут, и можно кушать. ладно, не пару. чонгук уже хочет подниматься — последний, завершающий мазок наконец-то сделал картину идеальной. разминая шею, он свободной рукой собирает кисти, чтобы пойти в ванную и хорошенько их вымыть, но слышит, как в замочной скважине поворачивается ключ, и сразу выходит из комнаты. — малыш, я дома, — слышится голос тэхёна сразу после тихого хлопка двери. — ты уже спишь, да? — нет, — чон появляется прямо перед парнем, который улыбается устало. — я снова сел рисовать и не заметил, как пролетело пять часов. — ох, гук-и, устал, да? — есть такое, но ты ведь сильнее, — дует губки чонгук, обнимая своего парня одной рукой. — а ещё ты наверняка голодный. тэхён лишь угукает и поддаётся младшему, который тянет его на кухню. — кстати, я же печеньки твои любимые купил, с шоколадом, — будто вскользь упоминает ким, и сразу улыбается, когда видит, как загорелись чужие глаза. — ты… ты должен был сказать это раньше, чем «привет»! — и ударяет в плечо, надув щёчки, на которых видны маленькие пятнышки фиолетовой краски. — хорошо, — чмокает в носик, который тот сразу морщит мило очень. — гуки, я купил твои любимые печеньки. привет, — и смеётся. — вот, так и нужно, — чонгук тоже подхватывает смех. — чай? или, может, какао? — твои губы, тэ, — и сразу затягивает в поцелуй. тэхён укладывает ладони на чужой талии, чуть сжимая, и лениво двигает губами. сейчас им обоим нужно именно это — нежные поцелуи, объятия и печенье с шоколадом.