Nocte fabula

Время поведать ещё одну историю. Из тех, что вряд-ли будет интересна не любителю. Она течёт вместе с последними потоками летнего, теплого ветра. Солнце преломляется в моих очках и тлеет табачный огарок в руке. Не было никакого смысла выходить наружу. На самом деле на сегодня вообще не было никаких дел. Словно я занимаюсь, в сущности, ничем. Ветер ласково треплет волосы, утешая меня в моём расположении духа. Под пальцами шелестят страницы книги, намереваясь перелистнуться, пестрят маленькими, цветными закладками. Так приятно пахнет эта типография, так хороша шелковая лента в книге. Жаль, что недолговечна. Если спросят — я не смогу ответить. О чем была книга. О тошноте, о человеческом сумасшествии. О существовании в мире вещей. Но это лишь слова, напечатанные черной краской. Мы же видим только их итог. Белое пятно в своей сути вполне обычный человек, спешащий по своим не очень важным делам сейчас. Он скрывается из виду так же быстро, как и появляется. Спешка, по своей сути, особо ни к чему не ведет. Она лишь заставляет время бежатьь еще быстрее, чем оно делает это обычно. И времени этот расклад не слишком по душе. Мне не понять душевных мотивов сумасшедшего, что считает себя то усами, то крабом. Катается в трамваях и не любит людей. Мне не понять его стремления искать в мире существующие вещи и так же стремительно их избегать. Чтобы лавировать средь толпы, придется поднять глаза и признать себе, что ты не один. Что ты не один создаешь видимость существования. Что только в твоем поле зрения предметы обретают свой смысл. Иначе столкнешься с кем-то, кто разделяет твой утренний завтрак с твоим собственным. Человечество склонно ошибаться. Животным же не пристало такое поведение. Они мягко перебирают лапами под днищем старой груды металла и спешат выполнять бессмысленные цели. Впрочем как и все мы. Видимость создает существование, но существует всё только в твоем сознании. Мы часто теряем порядок происходящего и, иногда, плутаем в нем. В конце концов, теряясь. Когда потеряешься — найди меня. Я всегда бываю за твоей спиной, вне досягаемости взора. Я не существую, пока ты обо мне не вспомнишь. Я пишу всё, что когда либо помнил и ты читаешь эти строки. Но всё никак не замечаешь меня. Хотя мы так близко, что можно было бы коснуться друг друга всем телом. Так близко и так далеко. Видимость близости.