Мертвые лилии

ГЛАВА I

Неверный выбор

Гораций Слизнорт повстречал меня широкой улыбкой, и я, естественно, не могла не ответить тем же. Я заняла место у своего котла рядом с моими сокурсниками, среди которых была моя подруга — Марлин Маккинон. Светлые блондинистые волосы обрамляли ее румяное бледное лицо, а глаза были ярко подведены черным. — Лили, где ты гуляешь? — шикнула она. — Я разве опоздала? — похлопала я ресничками. — Нет, солнышко, ты как раз вовремя. У нас задание. И ты поможешь, — указала она на меня пальцем. — Конечно, без меня ведь ничего не можете. — Тут ты права! — призналась Марлин. Мы обе усмехнулись, и я со светящейся беззаботной улыбкой невольно повернула голову и мой взор был обращен на котел слизеринцев. Все они были либо очень сосредоточены, либо до жути разозленные и недовольные, как и всегда. Ну, пожалуй, все, кроме него. Северус Снейп смотрел на меня, не отрываясь, словно под гипнозом. Его черные, как темные туннели, глаза завораживали только при одном лишь взгляде в них. Как только я повернулась в его сторону и наши глаза встретились, он быстро вернулся из раздумий в реальность и мигом отвел взгляд, кидая мне еле слабый намек на улыбку. Я вернулась к котлу и вылила туда настойку полыни, а затем, открыв прочный бутылек, добавила сок дремоносных бобов. Я размешала смесь, поглядывая все ли хорошо получается. Зелье выглядело как надо. — Выглядит он не очень..— начала Марлин. — Что прости? Ты про что? — отвела я взгляд от котла. — Снейп. Словно вцепиться в тебя готов, так смотрит.. — Мы не виделись все лето, и это почти первый наш совместный урок в этом году. Думаешь, он не успел соскучиться за это время? Лично я — очень. Мы же друзья. — Потише, девочки! — Слизнорт подошел к нам, заглядывая внутрь на зелье, — У вас уже получился «Напиток живой смерти»? — Нет, но я в процессе его завершения, профессор. — Замечательно! И будьте внимательны: если выпить неправильно приготовленный «напиток», можно умереть! Последним штрихом в зелье стал корень валерианы и асфоделя, которые я положила в котел, а затем размешала все так, как сказано по рецепту. Осталось лишь кинуть на пробу «напитка» лист ивы, и ждать, когда он сгорит в нем алым планем. Я окунула лист в зелье, но с ним ничего не произошло. Я подумала, что нужно время, но тут же поняла, что это не так. Это, кажется, первый раз, когда я провалилась с Зельеварением. — Поздравляю, Северус! Вы первый ученик на курсе, кто смог приготовить столь сложное зелье. Вы очень талантливы, — послышались слова Слизнорта. Не знаю, что на меня нашло, но в ту минуту я почувствовала острый укол зависти, что не испытывала никогда. Для меня неудача — это всего лишь опыт. Но в этот момент я ощутила гнев на саму себя, и меня чуть ли не выворачивало изнутри. «Неудачница» — словно кто-то шептал мне под ухом. Северус скромно улыбался, и я видела почти что счастье в его глазах, что отражалось бликами на черной радужке. — Мисс Эванс, — обратился ко мне профессор, — Как у вас идут дела с зельем? — Не вышло, профессор. — Очень жаль.. Ваш талант виден издалека, это всего лишь случайная неудача.. Пожалуй, из всех чистокровных волшебников вы одна из лучших учениц на курсе по моему предмету. — Я маглорожденная, сэр. И разве это имеет значение? — несмотря на значимость этих слов, я сказала их с гордо поднятой головой. — Тогда выпей свой чертов напиток, грязнокровка Эванс! — крикнул кто-то из парней Слизерина, кажется, парень рядом с Северусом, и залился противным смехом с еще одним своим товарищем. Уровень гнева, сдерживаемый все это время, закипал во мне доверха, а сейчас вырвался наружу. Глаза защипало от подступающих слез, которые я старалась сдерживать на максимум, и, взяв с собой лишь одну книжку, случайно опрокинув все мои остальные принадлежности, со злостью вылетела из класса, громко хлопнув дверью. Я миновала пару этажей, быстро поднявшись на Астрономическую башню, и осела прямо на пол. Руки тряслись от дикого желания сделать хоть что-нибудь, пускай опрометчивое и импульсивное. В приступе очередной вспышки ярости, я швырнула книгу в противоположную стену. Старый переплет не выдержал, и я отчетливо услышала треск обложки. — Проклятье! — я взялась за голову, нырнув пальцами в свои рыжие волосы. Я закрыла ладонями лицо — слезы не заставили себя ждать, и как только я осталась одна, сразу же вырвались на свободу. Я тяжело дышала и беззвучно всхлипывала, чтобы, Святой Мерлин, меня никто не услышал. Сейчас я бы не отказалась от чашки крепкого кофе или прогулки по туманному лесу. Но я сидела здесь — одна, никому не нужная, в слезах, грязнокровка Эванс. «Грязнокровка» — считается оскорблением из разряда самых ужасных, отвратительных и неприятных. Грязнокровками называют тех, кто родился в семье маглов. У кого родители не волшебники. Среди волшебников есть такие, кто считает себя лучше всех. Они хвалятся, что у них в жилах течет самая чистая кровь. И говорят так о нас почти все, словно мы не волшебники и не люди вовсе. Я прикрыла глаза и облокатилась на стену, тяжело вдыхая свежий воздух. Сосредоточилась на запахах — пахло листьями, недавно прошедшим дождем и самым разгаром осени. Я не услышала шагов, а потому очень удивилась, когда открыв глаза, увидела перед собой Северуса. Он заправил черную прядь волос за ухо и присел на корточки, чтобы быть на равне со мной. Мой взгляд метнулся к книжке, которая, разлетевшись, лежала в немом беспорядке. — Прости, Сев.. вышло случайно, я совсем не контролировала себя. Мне стало стыдно. Очень стыдно. Северус подарил мне эту книгу на мой двенадцатый день рождения. Я знала, что он большего себе позволить не может. Какой-то роман, до жути романтичный и трагичный, но по сей день мой любимый. Я часто перечитывала помеченные страницы, особенно, когда мне было грустно. А теперь я лишилась этого утешения. Он встал и аккуратно собрал все листы в ровную стопку. Я наблюдала за движением его тонких пальцев, которые тянулись до сломанной обложки. — Она была очень дорога мне..мне жаль, — я снова закрыла лицо ладонями. — Мне тоже, — только и сказал он. Уже вечером я сидела в гостиной Гриффиндора за огромным столом и писала последний доклад на сегодня. Работа отвлекла меня от гнусных мыслей, а спокойная мелодия, доносившаяся из винила громмофона, создавала атмосферу дополнительного уюта. Перо скользило по пергаменту, осталяя за собой чернильные буквы. Здесь было хорошо, а самое главное — пусто. Я закончила работу, когда время перевалило уже за десять часов вечера, и большие напольные часы оповестили громким звоном об этом. Сложив вещи в сумку, я стала подниматься по лестнице в женский корпус, как вдруг меня кто-то перехватил за руку. Другой рукой я уже как на автомате достала свою палочку и приготовилась к худшему. Из тени вышел Сириус Блэк, а за ним показались и остальные мародеры. Я так думала. Я шумно выдохнула и недовольно уставилась на парня. — Еще раз так сделаешь! — я пригрозила Блэку волшебной палочкой. — Лили Эванс, не соизволите ли Вы составить нам компанию в прогулке в Хогсмид? — Сириус театрально сделал реверанс и протянул мне ладонь. Я закатила глаза, уже привыкнув к этому цирку. Нет, Сириус был действительно верным другом, с ним было весело и он симпатизировал мне, но иногда его юмор сводил с ума. Мое внимание зацепило то, что состав мародеров сегодня не полный: кроме Сириуса, здесь только Римус. — Где Джеймс? — Уже давно спит в своей постели, — Сириус усмехнулся. — Вот и вам тоже пора. Спокойной ночи, мальчики, — я улыбнулась Блэку в ответ натянутой улыбкой. — Лили, Святой Мерлин, неужели тебе не хочется просто сбежать от всего и повеселиться ночью в кафе со своими лучшими друзьями? Я опешила. Действительно, а что меня останавливает? Книга, которую я читала уже три раза? Повторение домашней работы в первый же день учебного года? — Ох, ладно..Зайду переодеться, — я поднялась на ступеньку вверх, а затем остановилась, — Будите Джеймса. Если веселиться, то всем вместе. Я медленно и как можно тише открыла дверь комнаты и положила свои принадлежности на прикроватный столик, а затем двинулась к шкафу. Дверца скрипнула, и я тут же услышала как кто-то из девчонок шевельнулся. Надеясь, что никого не потревожила, я быстро нашла нужные мне вещи и тихонько подошла к кровати, чтобы переодеться. — Лили?.. — сонно пробормотала Марлин, — Ты собралась куда-то? Она поднялась на локтях и мельком взглянула на настольные часы. — Время пол одиннадцатого, ты рехнулась? — шепнула она с удивлением. — Прикроешь меня, если вдруг что, ладно? — Ни за что! — повысила она шепот. — Ну пожалуйста, Марлин, с каких пор ты стала такой строгой? — я умоляюще смотрела на подругу, натягивая на себя широкие брюки песочного цвета. — А с каких пор ты стала такой развязной, Лили? — Развязной? Что? Может, мне припомнить вечеринку Слизерина, когда я в туалете стояла на стреме и прикрывала тебя и... — Тише! — последовала небольшая пауза. — Хорошо, я прикрою. И Марлин снова опустилась на перьевую подушку. Я накинула поверх футболки большую белую рубашку с коротким рукавом, волосы заколола сзади, а на губы нанесла прозрачный блеск. Как только я спустилась вниз, все трое ребят покосились на меня. — Что опять? Сириус переглянулся с Джеймсом, который хоть и был немного сонным, но все же стоял здесь. — Джеймс просто хотел сказать, что ты неотразима. — Пошли, пока я не передумала, — закатила глаза я. По дороге ближе всего ко мне был Римус, остальные шли чуть впереди. Я воспользовалась шансом поговорить с ним по-дружески и ни о чем, чтобы скрасить нудный поход. — Я слышал, что было на уроке Зельеварения.. — Давай не будем очернять вечер. Ерунда, — я мягко улыбнулась. — Скажи только вот что: это был Северус? — Что? — опешила я, — Нет! Конечно, нет! Кажется..кажется Крауч..А к чему этот воп.. Я не успела даже договорить, как заметила, что Джеймс стал идти вровне с нами, и вмешался в разговор: — Что опять натворил Нюниус? — Не смей называть его так, Джеймс! Он мой друг, забыл? — Без пяти минут твой враг. Не пойму, как ты с ним общаешься? — Так же, как и с тобой. Привычный гордый упрямый Джеймс вдруг резко притих, а позже снова присоединился к Сириусу, шагая впереди. — У него все нормально? — обеспокоенно я спросила Римуса, — Обычно он так себя не ведет. — Вполне, — на лице Римуса проскочила странная ухмылка. — Мне показалось, или это была..что, ревность? — Мм.. все возможно. Хогсмид встретил нас соответствующей табличкой. И несмотря на поздний час, улицы были оживленными, а в маленьких магазинах и кафе горели лампы теплого цвета. Мы остановились в кафе «Три метлы», с целью выпить кофе и просто посидеть в приятной обстановке. Заняли столик у окна, а Сириус пошел нам за напитками. Из граммофона, стоящего за стойкой продавца, играла приятная мелодия: кажется, джаз. Римус достал какой-то блокнот, записывая что-то, а словила на себе взгляд Джеймса. Какой-то явно недружеский взгляд. — Джеймс? Все хорошо? — Было бы еще лучше, если бы согласилась пойти со мной на свидание завтра. Ответить я ничего не успела, да и в общем не желала. Подошёл Сириус, но в стаканах было явно не кофе. — Это что? — спросил Римус. — Ооо, нет, Сириус. Я не буду, у меня завтра игра по квиддичу, — Джеймс отодвинул рюмку, скривившись. Сириус выжидающе посмотрел на меня. — Ну уж нет, Бродяга, я сюда не бухать пришла. — Нет, ну вы слышали? Она назвала меня Бродягой? Я что, похож на собаку? Римус прикрыл глаза ладонью, словно ему стало стыдно. Скорее всего, именно так и было. — То есть, ты вытащил меня, считай из кровати ради этого? — я насупилась. — Меня он буквально вытащил из постели! — заворчал Джеймс. — Да ладно вам, хотя бы по одной! — Нет! Кто нас потом тащить будет? Нас Макгонагалл просто прикончит, — категорично заявил Люпин. — Поддерживаю! — Друзья, мы всего лишь повеселимся, немного выпьем. В конце концов наказание будет временным, а воспоминания останутся. Навсегда, быть может. Я переглянулась с Джеймсом и Римусом и недовольно выдохнула, потянувшись за шотом. — Ладно, но только по одной. Это что вообще? — я покрутила рюмку, дабы рассмотреть содержимое. Но мне, естественно, никто не ответил. Все, и даже Римус, взяли по рюмке алкоголя. Мы стукнулись стаканами и выпили все до самого дна. На языке запекло так, будто я выпила чистый спирт. — Мерлин, что это? — я сморщилась. — Джин с ягодным ароматом, чувствуете? — Чувствую какую-то водку. Тебя надули, приятель, — Джеймс похлопал Сириуса по плечу. — Отстой, — согласился Римус, сведя брови на переносице. — Нет, вы просто распробуйте, — Блэк пододвинул нам еще по шоту. — Ооо, теперь, кажется, чуствую. Это клубника? — спросила я. — Голубика, вообще-то, — поднял брови Блэк. — Вы что курили, это просто вод..Подождите.., — Джеймс начал смешно икать и твердить нам всем какой вкус ягод он чувствует. — Мне все равно не нравится, могло бы быть гораздо лучше, — сказал Римус. — Сразу видно, кто уже со стажем, — Сириус подмигнул Римусу. Я уже на автомате потянулась за вторым шотом. — Я же говорил, что понравится! На мое удивление Джеймс и Римус тоже взяли по рюмке. — Я больше не буду, это последняя, — Римус сделал такое серьезное лицо, что я тут же ему поверила. — Я тоже, — согласилась я. Но это была неправда. Рюмки уходили одна за другой, а время будто остановилось и текло очень медленно. Поначалу было очень невкусно: в горле сильно пекло, на языке был неприятный привкус водки, а в голове сплошной туман, который затмивал все проблемы. Позже чувствовался до жути приятный вкус ягод, который разливался по организму обжигающим теплом, еще больше погружая тебя в забытье наслаждения. — Это малина! — почти кричала я на весь бар. — Это ежевика, ты что, не чу'твуешь? — поспорил со мной Джеймс, снова икая. — Ты придурок? Ты д-думаешь я не знаю какая по вкусу мали-ина? — Лили, ты..Я ЛЮБЛЮ Т-ЕЕБЯ, ЛИЛИ, — заорал Джеймс. Я была максимально в угаре, чтобы как-то на это реагировать или искать в этом двойной смысл. — Да, я так в-вас люблю, ребят.., — я улыбнулась, представляя, как сейчас выгляжу со стороны. — А прикиньте лицо Макгонагалл, когда она нас увидит такими? — Может и не увидит, — Джеймс похлопал по рюкзаку. — Оооо, батин подарок? — Заткнись, Сири'с! — Давайте еще по одной! — предложила я, — Я хочу попробовать все вкусы. — Лили, родная, может..*ик* пора остановиться? — заикаясь, обратился ко мне Поттер. — Давайте по последней! На этот раз..*ик* точно, — настаивала я. — Если вы не остановитесь, мне придется реально вас нести..всех вас, — Римус сложил руки на груди. Он остановился после второй рюмки, и я действительно считаю его молодцом, но в тот момент, считала его максимально скучным. — За любовь, мои дрогие! — я еле уже разговаривала, а буквы самы путались, создавая странные слова. Мы снова стукнулись рюмками и выпили все до капли. В голову мне дало еще после второго шота, а сейчас там творился настоящий хаос. Казалось, что мы сидим здесь целый день, а, как оказалось, всего лишь два с половиной часа. — Лучший напиток, что я пил! — громко заявил Джеймс. Сейчас я вспоминаю его первое впечатление об этом джине, и мне становится смешно до боли в животе. Мы повставали со стульев с большим шумом, и, если мне казалось, что я себя контролирую и смогу спокойно дойти обратно в Хогвартс, то я явно ошиблась. Ноги несли меня в разные стороны, и вообще я еле держалась. Случайно меня накренило прямо на Джеймса, и мы чуть не упали, вместе шатаясь. — Лили, почему ты хочешь поце-еловать меня прямо с-сейчас? — И не мечтай. Я отошла от Джеймса и меня тут же перехватил Римус. Он закинул мою руку на свое правое плечо и слегка придержал от меня за талию. — Полегче, Люпин! Не смей уводить у меня мою д-девушку! — он сжал руки в кулаки, — Давай: кто к-кого. — Святой Мерлин, я не буду с тобой драться, Джеймс. Сириус, успокой его. И, твою мать, дойдите нормально. На удивление, Сириус хоть и был пьян, но он хорошо и твердо держался на ногах. Мне казалось, что он выпил больше всех нас вместе взятых, но теперь поняла, что это далеко не так. Сириус взял под руку Джеймса так же, как меня Римус, и мы вот так потихоньку двигались назад в Хогвартс. Наверное. Я мало что помню за тот вечер, потому что напилась так, как на какой-то вечеринке, если не больше обычного. Ввалились мы за огромные двери школы с большим грохотом, потому что Сириус, видимо, особо не смотрел под ноги и они с Джеймсом вместе повалились прямо к лестнице. — Нам пиздец, вы понимаете? — закричал шепотом Римус. Джеймс выглядел так, будто спит здесь уже часа два, а Сириус пытался поднять себя и своего товарища одновременно. Римус кинулся им помогать, но поднять сразу двух пьяных идиотов оказалось непростой задачей. Я осталась без поддержки, а потому сама чуть не упала, облокатившись на колонну. В коридоре, прямо за спиной послышались чьи-то шаги, и я, перепугавшись, велела ребятам поторопиться. Впрочем, было слишком поздно: из-за угла выбежала кошка, а буквально через пару секунд оттуда выглянул наш смотритель — Аргус Филч. Спустя минут двадцать мы уже сидели в кабинете Дамблдора, выслушивая очередное наставление, а позже наказание от Макгонагалл, как от декана нашего факультета. — Нет, ну скажите, вы время видели? — она злобно посмотрела на нас, а потом перевела взгляд на часы, — Три часа ночи! Вы с ума сошли? Мисс Эванс, Мистер Люпин, как вы могли?.. Меня покоробило то, что обратилась она лишь к нам, будто мы святоши с небес. — Простите, професс-сор.. — Ваших извинений недостаточно! Будете каждый день на протяжении двух недель оставаться на отработки, а там я уже решу что с вами делать. Со всеми вами, — обвела она строгим взглядом нашу компанию. — Замечательно.., — еле проговорила я шепотом. Нас сопровождал Римус, который в основном помогал лишь Джеймсу, потому что, я уверена, через пару минут тот встретится с унитазом. Мы буквально ввалились, а по-другому и не скажешь, в гостиную Гриффиндора. Прежде чем разойтись по корпусам, Джеймс, видимо, проснулся. — Так что насчет с-свидания, Лили? — Да.. согласна, — и я провалилась в пропасть сновидений.