***
Да, я умер. Не самая приятная часть моей биографии, если между нами. Больно, страшно и еще немного обидно, ведь впереди должна была быть вся жизнь…. Представьте себе мое удивление, когда через несколько дней я проснулся там же, где и отправился на встречу с костлявой. Я сначала было обрадовался, подумал что мой час еще не пробил. Только вот как ощупал голову, из меня тут же улетучился весь юмор. Черепушка была не просто ранена, а откровенно разломана. Чтобы описать это еще точнее: если вынуть оттуда остатки серой массы, которую я гордо называю мозгами, то получился бы отличный бокал для вина. Или для виски, но тут уже нужна железная печень или опыт работы в СТО, чтобы такой бокал осилить. Узнать, что же со мной случилось, как и что случилось в мире, было достаточно проблематично. Я проспал, если так можно выразиться, совсем недолго,но за это время почти полностью пропали связь, электроснабжение и люди в целом. Я имею ввиду не всю планету, конечно, а исключительно место моей дислокации, где людей и так было не много. Видимо, они все или уехали, или отправились в мир иной. Узнать мне удалось немного, благо интернет отрубился не сразу, а комп у меня стоял включенным. Судя по паре открытых у меня тогда страниц, нас постиг самый настоящий зомби-апокалипсис, со всеми типичными для этого проблемами. Хаос, разруха, невозможность власти контролировать остатки населения, ну и потеря связи. Собственно, именно на этом пункте мои познания и заканчивались. Можно конечно предположить, что в городах было хуже всего, что выжили некоторые военные базы и малонаселенные города, повсюду бродят разрозненные группы выживших…. Недостаток информации по теме я восполнял сериалами. Что еще оставалось делать честному мертвецу, когда за воротами жуть творится и непонятно, когда кончится? Правильно, не выходить за ворота. Первую неделю я с этим успешно справлялся, а затем как-то спокойнее стало, что ли. Там уж и начал обустраиваться, дом переделывать, выходить на прогулки. Изучение изменений в собственном теле вообще было отдельным пунктом в первое время моей жизни. Я мертвый, етить! Надо понимать, что мне вообще теперь нужно делать с собой, чтобы оставаться … в надлежащей форме. Голод мне теперь не страшен. Без еды, как оказалось, я могу находиться сколь угодно долго. Вот только делать этого я, конечно же, не буду. На третий день моего эксперимента меня стал преследовать навязчивый запах тухлятины, но этому я значения как-то не придавал. Зря. Когда к пятому дню я заметил у себя на плече трупное пятно со следами разложения, в желудок тут же полетело все съестное, которое я только смог найти. Видимо, не в питании дело, а просто чувства голода теперь отсутствует. Одно хорошо - вкусы я все еще различаю. И сырое стал уважать куда больше. С пробитой головой мне ходить также не понравилось, поэтому пришлось изголяться. Для защиты остатков собственного мозга от внешних угроз, конечно же. В этом мне помогли пара алюминиевых пластин, скотч и очень много суперклея. Должна была получиться стильная металлическая набойка на череп! Должна была. Нет, заплатка свои функции выполняет исправно, только выгляжу я не как стильный киборг, а ближе к ночному кошмару Франкенштейна. Уверен, профессор бы не допустил такого убожества на своем операционном столе. Да и вообще, нормально ли свои мозги клеем фиксировать? Вопрос, конечно, не совсем стандартный. Только вот когда я задумался о том, нужен ли мне сейчас мозг вообще… Лучше все же стальная заплатка. Ну и привычка носить капюшон, чтоб отражения не пугаться. Из интересного еще обнаружилось отсутствие в организме крови. Вытекла видать, когда головой ударился. Новая теперь вытекать не хочет. Шутки-шутками, но как в моем организме теперь транспортировались питательные вещества - вопрос на миллион. Ну или сколько бы там дали в мирное время за открытие “жизни после смерти”. А ведь питаться мне нужно, это я уже выяснил. Еще из веселого - нечувствительность к боли. Чем-то похоже на ощущение от анестезии: прикосновения чувствуются, а вот боли нет и в помине. Вроде бы полезная штука, но из-за этого приходится раз в пару дней проводить регулярный техосмотр собственного тела. Не заметишь вот, как гвоздь в ногу воткнется, а потом ранка подгнивать начинает. И где после этого запчасти брать? Вот и приходится все тщательно осматривать, а при наличии ран - обеззараживать их и заливать суперклеем. В пользе первого я все еще сомневаюсь, а вот суперклей доказал свою однозначную полезность и применимость. Головой отвечаю! - Кажется, готово, - выдохнул я, вновь включая уже настроенную цепь питания. Свет неуверенно мигнул и разгорелся с новой силой, а я наконец смог вздохнуть спокойно. А затем еще раз, но уже обреченно, поскольку мне снова нечего было делать. - Эх..... Стоит немного подышать свежим воздухом, пожалуй. Весной он, говорят, помогает думать. Выйдя во двор, я заметил копошащегося где-то возле генераторной Брута. Это милейшее создание, переименованное за свои прошлые грехи, теперь живет вместе со мной. До сих пор диву даюсь, как он не сожрал меня, пока я валялся в отключке. То ли благодарен оказался за свое спасение, то ли больше свежее мясцо любит. Не надкусил, и на том спасибо. - Брут, ко мне! - крикнул я. Собачонка оглянулась на звук, увидела меня и пулей помчалась на встречу, разбрызгивая повсюду тонны слюней и пены. Закончив свой забег, он преданными глазами взглянул на меня. - Сидеть, -сказал я. Брут сел. Честно говоря, я был весьма удивлен сообразительности моего нового приятеля, когда я наконец занялся его дрессировкой. Вроде бы обычный чихуа, без признаков интеллекта на лице, но умудряется понимать меня с полуслова. Он даже тапочки мне может принести, серьезно! Если бы не он, скучать я бы начал куда раньше. Внешне, кстати говоря, он пострадал значительно серьезнее меня. Я вот с виду похож на обычного студента в период зачетной недели, бледный и будто всегда уставший. Он же не ел те первые несколько дней, и это его несколько подкосило. Шерсть местами слезла, появились язвочки, пена у рта теперь не исчезает практически никогда. Этакий обитатель сумочки типичной пассии какого-нибудь богатенького зомби. Ужас, летящий на маленьких лапках забрать вашу душу. Смешно и жутко одновременно, хотя не мне такое говорить. - Ну что, Брут, пойдем прогуляемся? Пес в ответ ткнул меня лапой, что в наших с ним отношениях обычно означало согласие. Этот жест много что означал, но главное - что мы понимали друг друга. Остальное не так важно. Остальное было делом пары минут. Сменить одежду на уличную, распихать по карманам некоторые вещи первой необходимости, да взять ключи. Брут все это время крутился где-то рядом и терпеливо ждал, когда мы наконец отправимся на волю. Выйдя из дома, мы услышали тихий, но весьма ритмичный стук откуда-то из угла забора, с наружной его части. Такой тихий металлический лязг, будто яблоко на крышу падает. - Кажется, опять какой-то молчун развлекается, - обратился я к Бруту, который в ответ сдержанно рыкнул. За забором нас ожидало весьма частое в нынешние времена зрелище. Мужчина средних лет, одетый самым обыкновенным для провинции образом, усердно бился головой о мой забор. Целеустремленно так, без перерыва, даже промежутки времени равные выбирал. Разорванный в клочья живот выдавал в нем слегка подгнившего молчуна. - Эй! - обратился я к мужичку-мертвечку, - Хватит уже, давай катись отсюда! Мертвец спустя еще пару ударов замер, а затем посмотрел на меня. Размышлял он недолго, после чего сел на четвереньки и начал делать корявые кувырки. Спустя пару перекатов стало видно, что от моего дома он действительно удаляется. Правда, он уже на середине дороги запутался в собственных внутренностях, затрепыхался и вскоре стал похож на ночной кошмар любителя баварских колбасок. Молчунами, если что, я называю оживших мертвецов, которые составляют сейчас подавляющее большинство моего окружения. Они же молчат, почему нет? Да и как-то тяжко постоянно находиться в обществе зомби, ходячих, оживших мертвецов и прочих. А тут просто неразговорчивые ребята, вроде и не так печально. Наполовину психологический трюк, наполовину порождение моей треснувшей черепной коробки. С молчунами у меня весьма неплохо получается находить общий язык, между прочим. Да,понимают они не всегда быстро и не всегда четко, но лучше, чем ничего. То ли за своего считают, то ли прислушиваются к более мозговитому собрату. Ну и, разумеется, гастрономического интереса они ко мне также не проявляют, что меня когда-то несказанно порадовало. - Пойдем, цареубийца, навестим тетю Люду, - позвал я Брута. Дорога была такой же, как и много лет до этого. Ровные ряды заборов, слегка треснувший асфальт. Лес по другую сторону дороги, уходящий вдаль к другому поселку. Разве что тишина стала куда более частым явлением, разбавляемая лишь ветром, пением птиц и шатающимися туда-сюда молчунами. Зато сколько новых воспоминаний об этих местах появилось после пробуждения. Из одного дома я позаимствовал генератор, в другом нашел несколько классных игр и строительные материалы для сарая. Еще через дом находился ларек, который обеспечивал меня пару недель различными вкусностями. Почти каждый дом, который я проходил по пути к магазину, был изучен мной вдоль и поперек. Мебель, электроника, запчасти, инструменты. Все подмеченное хозяйским взглядом отправлялось в мою берлогу. По велению больной головы, так сказать. Тетя люда была на своем месте, как и всегда. Бледная, слегка отощавшая и сильно изуродованная собственной смертью. Умереть и остаться красавицей может разве что Ленин, но у него там вроде целая команда поддержки была…. Интересно, он тоже молчуном стал? Молчит с броневика где-то в центре Москвы, но очень воодушевляюще молчит! - Добрый день, теть Люд! - бодро сказал я, открывая двери. - Уууу, - ответила она мне, изобразив нечто вроде взмаха рукой. Честно говоря, ассортимент меня не радовал. В первую очередь тем, что большую его часть я уже благополучно употребил за время своего отшельничества. В первую очередь старался есть скоропортящееся, однако со временем перешел на все те же быстрые обеды, консервы и прочее непотребство, которым периодически питался и при жизни. При жизни? Интересно, а сейчас моя старая жизнь продолжается, или это уже новая? Мне стоило сказать “Я родился” после пробуждения? - Эх, всегда меня у вас на философию тянет, - сказал я, обращаясь к бессменной кассирше. Та в ответ лишь посмотрела на меня, после чего вновь принялась пересчитывать растрепавшиеся купюры в кассе, большая часть которых давно стала трухой. С молчунами такое бывает, видимо вспоминают что-то из жизни и повторяют действие на автомате. О чем интересно вспомнил тот мужик у моего забора? Мои размышления прервал звук автоматной очереди. - Кажется, это со стороны администрации…. Пойдем, Брут?***
Тяжелая дубовая дверь кабинета предательски скрипнула. Полутьма на миг дернулась, разгоняемая светом из коридора. - Прошу прощения, товарищ ... - начал было говорить щупленький секретарь, одетый камуфляжную форму на два размера больше. - Все готово? - прервал его хозяин кабинета, даже не поворачивая к собеседнику стул. Секретарю это и не было нужно, он вполне успел насладиться пронзающим душу взглядом за сегодняшний день. Добавки ему не хотелось. - Так точно! - парня слегка потряхивало от волнения. Так случалось каждый раз, когда он приходил с докладом в этот кабинет. Сегодня ему было особенно тяжело говорить из-за пересохшего горла и важности доклада - Подготовка завершена, отвлекающая группа и группа зачистки отчитались об успехе. Группа захвата на позиции и ждет сигнала. - Хорошо ... - протянул начальник, что-то высматривая в окне, - Наша цель на месте? - Разумеется на месте, - начал было секретарь, но вовремя осекся. Не те он подобрал слова, которыми стоит говорить с такими людьми, - Главная и вторичные цели не предпринимали попыток покинуть зону операции, - закончил парень и шумно сглотнул. - Что ж ... - во мраке кабинета было слышно, как костяшки пальцев стучат по лакированному столу, - Пусть начинают по готовности. Отчет каждые три часа. Свободен. - Есть! - почти писком закончил секретарь и пулей вылетел из кабинета. За время этого короткого разговора он успел вымокнуть, как под проливным дождем. В конце рабочего дня парнишку в очередной раз будет ждать початая бутылка дешевой водки найденная в разграбленном супермаркете. Уже вторая за неделю. Он прикладывался к ней каждый раз после того, как ему приходилось бывать в этом кабинете, а также после каждого рабочего дня усугублял успех. Потом от него все равно пахло сильнее, чем алкоголем. Он был уже вторым, которого назначили на должность секретаря за эту неделю. В памяти же до сих пор отчетливо сиял образ того, что стало с предыдущими...