Я, кажется, больше не люблю тебя

— Привет! Это же ты Харель Скаат? Тот самый, что представлял Израиль на Евровидении? — столкнулся Идан со своим кумиром после съёмок для нового журнала, — Я Идан. Идан Ролл. — Привет, Идан, да. Я Харель. И, признаться, я рад нашему знакомству. Я, кажется, видел тебя в каком-то клипе, только уже не припомню, в каком именно. Но я точно помню, что ты прекрасно справлялся со своей ролью. — Приятно слышать такие слова от кумира. И я до сих пор не могу представить, что это не сон, что это действительно происходит здесь и сейчас. — Ахах, бывает,— явно не ожидая такой реакции, улыбнулся Харель. Тут к Харелю подходит охранник: — Харель, нам пора идти. Через 3 часа у нас съёмки, надо отправляться на площадке. — А… Да, спасибо, что напомнил, я сейчас подойду. — произнёс парень, смотря в чисто голубые глаза напротив. — До встречи тогда. — вновь улыбаясь, Харель протягивает руку Идану. — Да, до встречи… — с некой тоской пожимает руку тот. В тот момент, когда певец отпускает руку и оборачивается, чтобы уйти в сторону авто, он слышит вопрос: — Харель, ты и вправду гей? — голос Идана не такой, каким был пару минут назад. В его тембре чувствуется нотка волнения, даже некое беспокойство. Обернувшись, артист замечает кристально чистые голубые глаза, в которых так ярко теперь горят искорки. — Да, и вправду. И уходит. Уходит, скрываясь ото всех (от Идана, конечно), скрываясь за сотней лиц. Так просто. Так быстро. Так незаметно. «Зачем ему эта информация.. Гей я или нет? Даже если и гей, он не в моём вкусе. И вообще, он какой-то странный. Хотя, я, может быть, тоже. Для него, по крайней мере.» — сидя за туалетным столиком, погрузился в свои мысли Харель. А что ещё делать, когда вокруг тебя бегают довольно симпатичные девушки с кисточками и пудрой, и «случайно» нежно касаются ключицы, если ты гей? Из мыслей парня выбивает администратор. — Харель, съёмочная группа на месте, ждём тебя. — Да, уже бегу. — безразлично произнёс молодой человек и, поблагодарив визажисток, направился на съёмочную площадку. *** После съёмок Харель заскочил в буфет, чтобы перекусить. Буквально выпить кофе и съесть французские круассаны с корицей. Получив заказ, артист подошёл к столику, что располагался на открытом балконе. И всё время, что провёл он на балконе, где так сладко пахло свежей жимолостью, он думал о нём… О голубоглазом парне с кудрявыми волосами, что так нежно смотрел на него. Идан.. Они даже не обменялись номерами телефонов, они даже не назначили новую встречу. Где же искать теперь этого «неадекватного» фаната? «Я влюбился? Нет, я не мог. Этот человек просто красив. Вдруг у него девушка есть? Но зачем тогда он спрашивал про мою ориентацию? Таааак. Приплыли.» — снова погрузился в себя Харель, не заметив, что просидел в кофейне уже два часа. «Мы обязательно встретимся!» — направившись к выходу, прошептал певец. *Через 2 дня* Харель остаётся в Иерусалиме последний день. Сегодня он должен обсудить последние детали, касаемые недавней съёмки. Встреча была назначена в ресторане, что находится в Старом Иерусалиме, рядом с Храмовой горой. Встреча была назначена на 13:15. Певец (хотя сегодня он будет обычным заказчиком) просыпается в 11 часов. Он принимает прохладный душ, переодевается и собирает вещи: вечером он уезжает домой, в Тель-Авив. Хочет ли он этого? Да, безусловно. Атмосфера Иерусалима кардинально отличается от той атмосферы, что царит в Тель-Авиве, и вторая приходится Скаáту по душе. Завтрак в отеле давно закончился, поэтому мистер Важный Человек идёт в магазин напротив, чтобы купить себе что-то к чаю. *** В 12:30 вокалист выходит из отеля и направляется к автобусной остановке. Несмотря на то что он хоть и известная персона, он живёт совершенно обычной (не совсем) жизнью. *** После кофебрейка (если так можно назвать обед в ресторане с режиссёром клипа) исполнитель решил прогуляться возле Стены Плача. «У меня ещё 3 часа до автобуса… Да… Дома я буду ночью..», — Размышлял он, прогуливаясь вдоль Стены. На площади находилось небольшое количество человек: всего 7-8 людей из ультраортодоксальной общины, которые, видимо, молились, несколько туристов, на которых никто никогда не обращал внимания, да полицейские, проходившие по улице так, словно они на обычной прогулке. Харель гулял по Старому Иерусалиму, дыша свежим прозрачным воздухом. Недалеко он заметил кошерный магазин, что так гармонично вписался в общий вид старого города. Оттуда выходили люди, одетые в строгие чёрные костюмы, в шляпах, в идеально чистых ботинках. Это снова ультраортодоксы. Честно говоря, в Иерусалиме их достаточно. Они живут сами по себе, в отдельных общинах. Они не работают, не служат в армии, для них созданы отдельные школы. И за это жители таких городов, как Тель-Авив, Новый Иерусалим, Хайфа и Беер-Шева не любили их. Но сам Харель не относится к ним: он поддерживает идею сионизма, он любит всех евреев, он трепетно относится к своей стране, к своему народу, к своей истории и культуре. Ведь так? Нет, сказать, что Харель — очень религиозный человек — нет, ни в коем случае. Он не мог быть сильно религиозным: он артист, он певец, он — пример, наставник, ориентир для своей аудитории. Но ведь аудитория не состоит из ультраортодоксальных иудеев, правда? Ультраортодоксам запрещено появляться на светских мероприятиях, им запрещено слушать популярную музыку.. Да что уж говорить, им запрещено даже выходить в интернет, а тем более, подписываться и следить за каким-то артистом, который исполняет «некошерные» для них песни, ещё и открытый гей вдобавок.. Ну уж нет, на это ни за что не согласится любой уважающий себя ультраортодоксальный еврей. Вернёмся к личности Хареля Скаата. Он достаточно известный израильский певец, особенно стал известен после Евровидения, имеет толпу фанаток, однако, как вы уже могли понять, он открытый гей. За это признание многие люди стали его уважать (но, конечно, есть такая группа людей, от которых исходил только негатив и абсолютный хейт, но не будем об этом). Он, как и любой уважающий себя, свою историю, культуру и народ еврей, был иудеем. Но в иудаизме же много течений? Именно поэтому Харель относится к представителю реформистского иудаизма. Ортодоксальные и реформистские иудеи между собой не ладят. Первые не считают реформистов евреями вообще. Между ними скрытый открытый конфликт, а это даже не ультраортодоксы. Поэтому про них, я думаю, лучше умолчать. *** После полутора часов прогулки под тёплым, приятно обжигающим кожу солнцем, певец отправился на автобусную остановку в Новый Иерусалим, чтобы собрать все вещи, что находятся в отеле. Нужная остановка находилась почти у центра Старого Города, из-за чего господин Скаат был обязан вернуться в точку, находящуюся возле центральной синагоги. «До автобуса в Тель-Авив осталось чуть больше часа. Я, по идее, должен успеть», — глядя на часы, заторможено промолвил Харель себе под нос. «До отеля ехать минут 30, собрать вещи — не больше 15 минут. А оттуда меня подведут на машине. Это ещё 20 минут. Итого я успеваю», — добавил он, облегчённо выдохнув. Нужный автобус приехал вовремя, что не могло не обрадовать, да ещё и мест свободных было достаточно. Как только дверь автобуса открылась, мужчина зашёл, оплатил проезд и сел в самый конец, где было его любимое место у окна. Двери закрылись. Харель нацепил наушники и включил песню из нового альбома, который скоро должен выйти в свет. Артист повернул голову к окну, смотря на старый город, который накрывал догорающий закат. Тут в наушники зазвучала песня, которая своей энергетикой напомнила об Идане. «Идан.. Я так и не успел с ним поговорить, я так и не спросил его номер телефона. Неужели мы больше не встретимся, неужели я потеряю его в этом городе навсегда?», — поразмышлял парень, — «Подождите. Почему я так долго думаю о нём?» Автобус остановился. На выезде к Новому Иерусалиму случилась авария, из-за которой образовалась пробка. Люди, конечно, были недовольны, но что они могли поделать? Харель смотрит на время. 17:37. Автобус в 18:30. До отеля ехать ещё 8 минут, но с учётом пробки.. «Я ещё успеваю», — думает он, всё так же слушая песню, что так болезненно (?) напоминает об Идане… «Я же не мог влюбиться так быстро? Влюбиться в парня, с которым мы вообще не похожи. Или мог?», — продолжал лирически раздумывать он. Спустя долгих 10 минут автобус всё же поехал дальше. *** Харель прибыл на нужную остановку, когда на часах было 17:58. «Таааак. До автобуса полчаса, а ещё вещи собирать.. Или?». Тут Харель вспомнил, что собрал вещи утром, поэтому сейчас он может свободно выдохнуть. Тяжёлый день, однако, что ещё сказать? Взяв рюкзак и дорожную сумку, где были все вещи на эти 3 дня, Скаат спустился вниз, где его уже ожидала администратор, стоявшая с сопровождающим, который, по-видимому, должен отвезти Хареля на остановку, откуда идёт автобус Иерусалим – Тель-Авив. До нужной остановки они добрались, как ни странно, без всяких проблем и, самое главное, вовремя. На парковке стояло пять автобусов. И возле одного Харель замечает…. ИДАНА? Да, это действительно Идан. И, кажется, он направляется к тому же автобусу, что и Харель.. Совпадение? Однозначно. Певец собрался с мыслями и уже готов подойти поговорить с ним, только… к Идану подходит молодая, красивая девушка. Они общаются так, словно давно знакомы, и уж точно не просто друзья, нет. Обычные друзья так не разговаривают, да лучшие так не общаются между собой, как они! Харель не слышит, о чём они говорят, да и не хочет. Только вот он видит, как Идан улыбается, обнимает эту шлюху проститутку что она делает с Иданом девушку, и она легонько, едва заметно, прижимается к груди возлюбленного Идана. У Хареля сердце сжалось, накрыла его сильнейшая боль, которую он изо всех сил старался скрыть (он ведь артист?) и, признаться, у него получилось. Очень хорошо получилось.