Виктор и Джейс: от дружбы к вражде

Акт первый — зарождение дружбы

В начале Джейс предстает студентом-энтузиастом, который занимается независимыми исследованиями и хранит запрещенные элементы. Он увлечен Хекстеком и верит, что адаптированная магия представляет большой потенциал, но идея не находит поддержки в Академии. Хеймердингер объясняет свою позицию: он лично видел разрушительную силу магии, она опасна. Но для Джейса он лишь старый профессор-консерватор, отвергающий инновации. За бунтарство Джейс лишается перспектив и своего места. Оборудование изымают, а прототипы нестабильны и он понятия не имеет, как их применить. В момент полного отчаянья его находит Виктор. Он помощник замдекана, куда опытнее Джейса, но не успел перенять заскорузлые взгляды совета. Он тоже видит в Хекстеке потенциал и готов рискнуть. К рвению Джейса добавляется ум Виктора. Оба тяготеют к неизведанному, стремятся совершить открытие и вывести жизни людей на новый уровень. Видят в гуманизме предназначение ученых. Мечта их идеалистична и направлена на благо общества. Светлое и доброе — за магией, а консерватизм — путь к стагнации. Джейс доверяет Виктору, говоря, что теперь Хекстек «их мечта». Отныне удачи или неудачи — плоды общего труда и отвечать за них вместе. Цель скрепляет дружбу теснее.

Акт второй — признание Хекстека и раскол взглядов

Революционная технология становится частью повседневного быта, а Джейс — единоличным «отцом» Хекстека. Он медийное лицо и создатель в глазах общества, а о вкладе Виктора знает лишь узкий круг лиц. Но последнего всё устраивает: популяризация Хекстека и социальные связи расширяют возможности для экспериментов, а больше, как ученому, Виктору ничего не нужно. Он прекрасно понимает, что «коренной» житель Джейс лучше подходит на роль представителя, чем хромой и больной Виктор, оборванец из подземного города. Люди симпатизируют Джейсу, а значит, охотнее примут нововведения. В четвертой серии (начале второго акта) Хеймердингер предупреждает Джейса: «Личные амбиции не должны затмевать разум и сбивать ученого с пути». Здесь же есть отсылка из лора: статуя, возле которой идет разговор, — Стэнвик. Он обманул Виктора, присвоив изобретение Блицкранка себе, а Виктор так и не смог доказать свое авторство (сюжетную ветку в сериал не брали, но оставили тонкий намек). Джейс соглашается с профессором, но уже в разговоре с Кейтлин видно, как он бахвалится — не каждый день отчисленному студенту позволяют произнести речь перед городом. Признание для Джейса важно не меньше успеха Хекстека, оно тешит тщеславие. У Виктора такой потребности нет. Вместе они работают над расширением применения Хекстека, но Хеймердингер забраковывает прототипы как потенциально опасные. «Понадобится еще 10 лет…». У Виктора физически нет запаса времени, он болен, а у Джейса нет желания ждать. Хекстек может улучшить жизнь людей уже сейчас и они решают обойти запрет профессора, как сделали ранее. Но мир изменился. Теперь Хекстек не просто стартап двух амбициозных ученых с непонятными перспективами, а рабочая технология. Выгодная городу и правящей верхушке. Медарда первая обращает внимание на «золотого мальчика», прекрасно понимая: совет попытается прибрать Джейса к рукам и пролоббировать свои интересы. Она помогла им не из личной симпатии или солидарности ученого. Хекстек — ценнейший экономический актив, который сейчас фактически ничей. Джейс видит в ней покровителя и доверяет, а Медарда подготавливает правильную почву: внушает Джейсу мысль, что он в праве решать будущее Хекстека сам. Перед выходом на сцену Джейс предлагает Виктору произнести речь с ним, но тот отказывается. Виктор всецело доверяет Джейсу и даже не помышляет соперничать с ним за контроль: в конце концов, какая разница, кто продвигает изобретение, если оно служит общей цели? Но в последний момент Джейс меняет решение. Художественно «перекос» обыгран очень явно: перед выходом на сцену Джейс ставит кружку со своим портретом «на» Виктора. В этот момент он перестает воспринимать их как равных партнеров. Происходит раскол: Джейс решает не показывать новый кристалл публике, а Виктору остается только смотреть на предательство из-за кулис. После кражи кристалла совет требует действий и Джейс опять берет инициативу, не обсудив тактику с Виктором: предлагает закрыть Хекс-врата ради безопасности Пилтовера. Свернуть исследования. Медарда выдвигает его на пост советника. Виктор наблюдает за этим своими глазами, но молчит — не его повышают в должности. Мнения Виктора не спрашивает ни совет, ни Джейс, он всего лишь зритель без права голоса. Виктор вдруг понимает, он — никто. Позволив Джейсу единолично представлять Хекстек, Виктор фактически потерял права на него. Он — тень великого изобретателя, не его печатают на кружках и дирижаблях, и не его в Пилтовере знает каждая собака, а значит, к мнению никто не прислушается. Виктору не важна популярность, но важно их общее детище — Хекстек, которым теперь распоряжается совет через Джейса по своему усмотрению. Всю суть передает разговор Джейса с Кейтлин: — С каких пор тебя волнует мнение совета? — С тех пор, как я стал его частью. Больше они не просто два независимых ученых-идеалиста. Теперь Джейс — политик, который с подачки Медарды лавирует между интересами правящих домов, а их волнует только экономический потенциал Хекстека (позже — военный). Виктор же исходит из практической пользы для людей, плевать он хотел на игры престолов Пилтовера и деньги. От Хекстек-врат лично он не получил ничего, кроме возможности не прятаться в лаборатории, а вести эксперименты открыто, и формальной сопричастности. Они были независимы, но теперь Джейс — часть системы, а Хекстек — актив и оружие этой системы. Системы, против которой они оба когда-то пошли, выбрав человеческую жизнь как приоритет. Поклялись друг перед другом. Джейс, в силу своей наивности думал, что совет — «единый мудрый организм», решающий административные вопросы путем дискуссии и работающий на благо города. Оплот честной демократии. А по факту совет — змеиное гнездо, где буржуи, давно оторванные от народа, распоряжаются общими ресурсами в своих интересах. Состав верхушки не менялся годами (если не поколениями). Нижний город для них — грязь на подошве, уродливое пятно на репутации «Центра прогресса», но пока люди там пашут и не вякают, пока с ними можно торговать, совет закрывает на Заун глаза. Виктор пытается напомнить о цели, но Джейс отмахивается: он занят поиском виновных в подрыве, накладными и бумажками. В благородном порыве искоренить коррупцию он сам не замечает, как становится тем, кого когда-то презирал: интриганом, бюрократом и словоблудом. Теперь «мы» не Джейс с Виктором, а Джейс и Медарда, её мнение весомей и важнее. Не замечает он и ухудшения состояния Виктора. Идет четкая параллель — пока Виктор отхаркивает кровь, пытаясь довести до ума ядро и теряет сознание, Джейс занимается сексом с Медардой и думать не думает про остальное. Виктору больно, Джейсу хорошо. Не зря сцена постоянно чередует кадры. Когда Джейс приходит в больницу к умирающему Виктору, то чувствует себя виноватым: он погряз в обязанностях советника и совсем забыл про старого друга. Джейс не растерял человечности, он действительно хочет помочь, но не знает как. К исследованиям в их первозданном виде он давно не прикасался, Виктор работал над Хекс-ядром сам (помогала Скай). Следом идет кадр с двумя картами — волшебник и смерть. Можно трактовать буквально, привязывая к текущему моменту: Виктор — смерть, в будущем он — волшебник, то есть маг, а карты намекают на трансформацию героя. Некоторые увидели отсылку на других чемпионов: Виего и Киндред, но наложение поверх Виктора заставляет меня думать, что значение все же привязано к нему, ведь эти чемпионы никак не фигурируют в сериале. Но, возможно, это мое СПГС. Иронично, что Виктор смотрит на плоды своего труда снизу, из подземного города, откуда когда-то выбрался, а не из высоких покоев как Джейс. Ракурс еще раз подчеркивает разницу среды, в которой формировались их взгляды. Виктор вырос в бедности и был изгоем, к тому же физически неполноценным. Когда он появился в Пилтовере, то не имел ни покровителя, ни поддержки. Все его заслуги исключительно плоды тяжелого труда, и он как никто другой знает тягости лишений. Он видел своими глазами, как люди Зауна страдают на производствах и умирают от болезней, ему не наплести сладких речей в духе «Они сами виноваты в своих бедах». Гуманизм Виктора не красивая мечта — необходимость, а человеческая жизнь является для него самоценностью. Хекстек может помочь убрать несовершенства плоти, сковывающие разум, искоренить пороки, голод, преступность и болезни. Продлить краткий человеческий век. Мысль, что после его смерти Хекстек будут использовать в других целях и простые люди не познают его возможностей, тревожит Виктора. Не ради экономического процветания Пилтовера он положил жизнь на исследования. Параллельно Джейс думает о том же, делясь с Медардой переживаниями. Кажется, он еще может вернуться к истокам, не меняя идеалы на престиж. Но тяжело слепо поддерживать какие-то взгляды, когда ты сам родился с «серебряной ложкой в заднице» и о проблемах Зауна слышал лишь по рассказам (опускаем непонятную ситуацию с Фрельйордом). Да, Джейс не мажор, но и не нищий, вынужденный выживать изо дня в день в богом забытой дыре и дышать химикатами. Его детство и юность прошли куда благополучнее детства Виктора: он рос в достатке как выходец из уважаемой семьи, имел возможности и даже финансирование своих незаконных экспериментов от семьи Кейтлин. В него было кому верить и было кому поддерживать. Светлые стремления Джейса соседствуют с нахальством и гордыней (почему его и исключили из Академии в начале), а упрямство часто выходит боком. Будь Виктор похожего склада характера, их пути разошлись бы куда раньше. Дело не только в финансовом благополучии, куда важнее — разница менталитета. Пилтовер консервативен и иерархичен, человека определяет его статус и положение, а действовать в отрыве от присвоенного «ярлыка», значит вылететь из системы. Свобода взглядов там не поощряется, а наоборот порицается как потенциальная опасность. Есть свои герои, увековеченные в мраморе, и есть нарушители, изгнанные из приличного общества. В Зауне все наоборот. Каждый живет там как хочет и делает что хочет. Нет никаких рамок морали, этики и закона: на улицах варят дрянь из промышленных отходов, разбирают людей на части и собирают модификации из барахла на свалке. Всем плевать, что творится за закрытой дверью. Туда стекаются отщепенцы, бандиты и дельцы, все те, кого отвергло «общество прогресса». Неординарное мышление получает здесь безграничное поле для экспериментов, а в Пилтовере оно подчинено чужим правилам. Пилтовер — родина Джейса. Родина Виктора — Заун. Каждый впитал среду, является её продуктом и болезненно привязан к своим корням. Джейс — буквально, в Пилтовере его семья, друзья и возлюбленная, там его почитают и принимают. Виктор привязан к Зауну на ином уровне: Пилтовер не стал ему домом, он все еще невзрачный калека, который выбрался, но места себе не нашел. Виктор не соответствует образу «уважаемого человека». В Зауне никто его не ждет, но некое единство судьбы и свобода Виктору ближе. Таких как он там тысячи и всем нужна помощь. Оба верили, что Хекстек поможет достичь понимания и сосуществовать в мире, будет служить людям невзирая на их статус и происхождение, но Джейс начинает сомневаться.

Акт третий — точка невозврата

Формальная поддержка Джейса оказывается пустым звуком и Виктор обращается к единственному человеку, который может реально помочь — Синджету. Когда-то он был выдающимся ученым Пилтовера, но увлекся экспериментами с химикатами и был изгнан из академических кругов в Заун (это, кстати, часть официальной биографии чемпиона). Виктор уже виделся с ним в детстве, но тогда он отверг идеи Синджета, посчитав цену за жизнь слишком высокой. Сейчас же он признает — Синджет был прав. Параллельно Джейс кует свое фирменное оружие — ртутный молот-трансформер. Пока Виктор пытается спасти жизнь, Джейс планирует жизни отнять. Они встречаются на мосту, оцепленном миротворцами. Виктор в шоке от беспорядков, но еще больший ужас он испытывает узнав, что блокпост — приказ Джейса. Джейс в ответ упрекает Виктора за вылазку в Заун в такое неспокойное время, переживает за репутацию, и дальнейший диалог ставит финальную точку в их расколе. — Что ты делал в Зауне? — Ходил к другу рассказать о нашей проблеме. — Ты не говорил, что он из нижнего города! — А какая разница? — Они опасны. — Я из нижнего города. Джейс, осознав сказанное, пытается помочь Виктору встать, но тот отбивает его ладонь. Понимает — Джейс сильно изменился. Теперь люди для него делятся на классы, он впитал понятия неравенства, с которыми клялся бороться, и поддерживает их. Вместо укрепления общности он выбрал разобщение, выбрал Пилтовер. Виктору противно, он решает не делиться с бывшим напарником информацией о «мерцании» и уходит, не слушая извинений. Доверия нет. Между ними пропасть взглядов и баррикады. Больше они не друзья и не братья: ни в целях, ни в подходах и методах. Дальше отношения только ухудшаются. Медарда приносит бомбу Джинкс и в качестве ответа на угрозу Зауна предлагает разработать оружие. Виктор отвергает предложение, оно противоречит принципам, ради которых создавался Хекстек. «Мы ученые, а не солдаты!» — говорит Виктор. Но Джейс колеблется: он связан обязательствами, которые по глупости сам же и взял. Масла в огонь добавляет фраза Медарды: «Слово за тобой». Мнение Виктора не играет роли, он всего лишь мебель в политической игре, а Джейс отныне не с ним. Решимость Джейса заставляет его действовать: Виктор должен спасти свою жизнь и, в перспективе, спасти других от войны. Он проходит через колоссальную боль и в будущем пережитый опыт найдет отражение в его философии: человеческие чувства и эмоции мешают, плотское — досадный дефект человека. «Великая эволюция» Виктора. Сцена его бега по набережной зеркалит сцену из детства, только сейчас Виктор не спотыкается на пол пути, а обгоняет корабль. Джейс же варится в котле чужих интересов, где каждый в совете пытается склонить его на свою сторону, он окончательно запутался кому и чему служит. Высокие идеалы борются с бременем лидера, все требуют от него решительных действий и никто не говорит «как правильно». Джейс ремесленник и ученый, а не политик, у него нет знаний и опыта. Он молод, импульсивен и полон сомнений. Слишком поздно он теряет розовые очки и понимает, что не справляется. Остается два пути: оскотиниться им под стать или сложить полномочия, став изгоем как Виктор. В итоге Джейс берется за оружие, а Виктор излечивается. Оба платят за решение кровью: по вине Виктора погибает Скай, а от рук Джейса — мальчик с фабрики. Невинные жертвы рокового случая. Каждый осознает: не важно, какой путь ты избрал, будь готов поставить на кон всё. Возможная отсылка к лору — ядро после гибели Скай подозрительно похоже на форму бездны. Бездна «родина» ВелКоза, Мальзахара, КаЗикса, РекСай, Кайсы, Кассадина, ЧоГата и КогМао. Неведомая сущность, измерение, превращающее живое в нечто иное. Чемпионов вряд ли покажут, но шанс увидеть другие отсылки есть. Вернемся к Виктору и Джейсу. Финальная серия заставляет каждого столкнуться с последствиями своих действий. Виктор ужасно подавлен смертью Скай (то, о чем предостерегал Хеймердингер сбылось) и решает уничтожить кристалл, но не может. Становится понятно, что Хекстек, впитавший кровь Виктора, разумен и сопротивляется. Тогда Виктор решает убить создателя — себя, но его прерывает Джейс фразой: «Я не помешаю?». Она полностью идентична той, которую сказал Виктор Джейсу в начале знакомства. Оба спасли друг друга от самоубийства. Кажется, они приходят к общему выводу: в погоне за прогрессом они забыли о предназначении Хекстека, забыли себя. Виктор просит Джейса уничтожить ядро и тот обещает сделать это. Без него Виктор не выживет, но он готов пойти на жертву ради общего блага. Джейс готов тоже — на переговоры с Силко он приходит без молота, отказываясь от оружия. В совете они выступают вместе и Джейс наконец представляет Виктора как равного себе. Но, несмотря на вроде бы разрешившийся конфликт, мы знаем, что ядро не уничтожат. Виктор еще не достиг своей финальной формы, а Джейсу придется вновь взяться за оружие после выходки Джинкс. Конфликт продолжит развиваться под влиянием внешних причин и только усугубится — понимания там нет, как нет и общности взглядов. Если строить теории отталкиваясь от лора, Виктор станет «Механическим вестником» и поможет жителям Зауна справиться с болезнями, голодом и злобой с помощью модификаций тела. Он не отойдет от цели спасения людей и станет в Зауне кем-то вроде мессии-врача. Его, впрочем, титулы все так же не волнуют, а о бывшем напарнике он предпочитает не вспоминать. Джейс еще одно доказательство людского несовершенства, где гордыня и амбиции ставятся превыше ценности жизни. Джейс продолжит бороться за Пилтовер и прогресс «молотом и наковальней», не считаясь с Зауном. Он — «Защитник завтрашнего дня» и противник Виктора. Несколько раз они сойдутся в бою, где будут готовы убить друг друга. То, что Виктор, Джейс и Медарда выживут — сто процентная вероятность. Свечение украшений Медарды в момент взрыва не просто красивый кадр — это похоже на «медальон железных Солари», мощный игровой предмет, дающий союзникам щит. Он и спасет героев. Остальные, скорее всего, погибнут, включая мать Кейтлин. На происхождение Медарды из Шуримы и её связь с культом Солари намекает цвет кожи и любовь к золотым украшениям (что не свойственно её Ноксианской родне). Поговаривают, Медарда станет новым чемпионом, а значит точно ещё появится в сериале.