Время раздавать подзатыльники

— Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс... — пели радостные ученики этой волшебной школы, когда герой сего рассказа бился головой об стену в Выручай-комнате. Гарри Поттер попал в Хогвартс, и одно только не радовало темноволосого волшебника — время.... Но мы слегка забегаем вперед, ведь каждая история подобно человеческой жизни имеет свое начало и конец. Каков конец этого произведения каждый из нас, и даже я — маг, пишущий сей рассказ, который случился со мной в далеком прошлом, узнаю лишь после его написания, ведь не всегда повествование идет по плану, да и не все рассказы достоверны, многое приукрашено, а иногда конец и вовсе иной, нежели в реальности. Но разглагольствовать о конце рановато, когда мы не знаем и начала, а потому давайте узнаем, как же началась эта необыкновенная история... Гарри спокойно пил огневиски в своем кабинете в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Герой войны и обладатель Ордена Мерлина первой степени после этой самой войны передумал на счет своего желания поступить в аврорскую академию, а потом и в аврорат. Он... Просто устал. С одиннадцати лет не было ему покоя от всех этих опасностей, безносых лордов и войны. Поэтому он хотел более спокойную работу и вскоре ночи напролет вникал в темы большинства предметов, на которые забил болт в школе. После смог сдать вступительные экзамены и поступить в Магический Педагогический Институт Имени Изольды Сейр После того, как герой войны наконец закончил этот институт, на специальность профессора Защиты от Темных Искусств в Хогвартсе был принят новый преподаватель. Стиль обучения у Гарри был чем-то между стилем профессора Люпина и, на удивление, профессора Амбридж. Конечно он не собирался наказывать провинившихся с помощью Черного Пера или полностью ставить учебный план лишь на изучение учебника, но перед встречей с кем-то вроде Боггарта или Красных Колпаков дети обязательно должны были знать теорию. Те, у кого за теоретический урок по определенной теме стояло ниже чем "выше ожидаемого" не допускались на практические занятия по этой теме и читал теоретическую часть в кабинете под следящими чарами. При сильном нарушении дисциплины дверь кабинета запиралась, а профессор Поттер через простую магловскую рацию, немного усовершенствованную Луной Лавгуд — она стала прекрасным артефактором со степенью подмастерья — и ее Наставником, мог усмирять детей, чтобы те учили, а не пинали балду. Профессор Поттер был в меру строгим, но даже уроки теории он проводил так, словно это было захватывающее приключение, а потому тех, кто не допускался к практическим занятиям, почти никогда не было. Переходя к повествованию, могу вам сразу сказать, дорогие читатели, что я и думать не думал о том, что со мной может случиться что-то из ряда вон выходящее в этот замечательный новогодний вечер. Изящные языки пламени красиво танцевали в камине, пожирая древесину. Неожиданно это самое пламя стало ярко зеленым, словно в огонь запустили Аваду. В камине что-то громко чихнуло, зашуршало и на ковер, разделяющий кресло и обитель огня, важно вышагнул профессор Лонгботтом. Невилл вместе с Гарри окончил педагогический университет, они с ним обучались тогда на одном курсе, и стал преподавать травологию. — Гарри, привет, очень важно! Помоги мне, пожалуйста, с Мироменкой? — что такое эта Мироменка Поттер понятия не имел. Но в душе уже загорелся азарт, все таки скучно было постоянно сидеть на заднице ровно и ходить только в большой зал, кабинет и личные покои. А прошлое недо-приключение с Невиллом было довольно забавным, они тогда ловили по всему Хогвартсу какое-то безумно редкое бегающее растение. Студенты им активно помогали, иногда правда больше мешаясь, чем действительно помогая. Мироменка звучало странно и интересно одновременно, поэтому Поттер тут же согласился на новую аферу. Невилл радостно поблагодарил его и схватил за руку, подталкивая к камину. Гарри схватил горстку летучего пороха из баночки на полке рядом с камином и бросил его в огонь. Пламя вновь загорелось неестественно-зеленым и Невилл первым перешагнул решетку, громко и четко произнося: "теоретический кабинет травологии". Поттер считал, что довольно странно было называть этот кабинет теоретическим, ведь практика в травологии происходила в теплицах, а кроме них кабинета для практики в травологии не было. Но это придумывал не он, поэтому герой просто перешагнул через решетку и взял еще горстку пороха, а потом кинул её в огонь и послушно повторил название места назначения. Камин выплюнул его в просторном светлом кабинете и Невилл тут же снова ухватил его за руку. Такое поведение друга вовсе не настораживало, когда он был в возбужденном состоянии духа он забывал даже про то, что у других людей есть глаза и их не обязательно брать за ручку и водить за собой как слепцов или маленьких детей. Гарри лишь поспевал за ним, и думал, что же это за растение такое — Мироменка. Когда они добежали до теплиц, в которых камина не было, — потому что зачем он в теплицах? — Гарри присвисвистнул, глядя на масштабы катастрофы. Огромное растение, похожее чем-то на магловскую Венерину мухоловку, пробило стеклянную крышу теплицы и теперь возвышалось над магами метров на десять. Его зеленые щупальца напоминали огромный рот, в котором даже имелись зубы-шипы. Гарри достал палочку и уже собирался пульнуть какое-нибудь обездвиживающее, но Невилл вовремя схватил Поттера за руку, напряженно покачав головой. — От магии, вкладываемой в заклинание, он вырастет еще больше. А нам не стоит допускать пожирания Хогвартса, — объяснил Лонгботтом, вновь переводя свой взгляд на растение, которое отгрызло кусок балки от разрушенной теплицы. — И как тогда его убрать? — поинтересовался Поттер, вопросительно посмотрев на друга и разведя руки в стороны, как бы показывая своей позой, что он ни черта не знает, даже того, что же это за растение такое. — Слабости Мироменок... Слабости Миро... Да! — Невилл вспомнил что-то явно важное, но как и множество раз до этого забылся и не сказал, что же именно. Гарри легиллеменцию конечно освоил, но давалась она ему тяжело, поэтому можно сказать, что освоил он ее так себе, а потому применял только в крайних случаях, которых собственно и не было. Это просто был небольшой да и не очень хороший (учитывая то, как плохо и далеко не незаметно он мог проникать в сознание) козырь в рукаве. Собственно, мысли Лонгботтома он читать не собирался. — Да? — уточнил вместо этого профессор ЗоТИ. — Мироменки боятся воды, но лить нужно именно на их, так называемую, голову, желательно попасть в рот. И не использовать магию. И нужно быть довольно осторожным, те, кто попал внутрь мироменки никогда не возвращался. Мастера Травологии спорят на этот счет, но все в один голос утверждают, что маг не переваривается, так как у нее нет пищеварительной системы или желудочного сока. Он просто исчезает, кто-то подозревает, что там портал или вроде того. Поэтому желательно не попадать к ней в "рот". Гарри внимательно выслушал мини инструктаж и взял пустой горшок в ящике под столом, где когда-то стояли мандрагоры. Оглядевшись, нашел зачарованый колодец, где никогда не кончалась вода. Колодец-то был зачарованый, а вот вода самая обычная, Невилл использовал ее для непереносящих созданую чарами воду растений. Учитывая то, что магию использовать было нельзя, Невиллу пришлось бежать к полю для квидичча, к небольшой кладовке для метел, а после обратно к теплицам, отдавая метлу Гарри. Метла была зачарована, но это не было магией направленой прямо на растение, и фонила она не так сильно как то же "Акцио", поэтому Гарри схватил горшок с водой, вскарабкался на школьную метлу и подлетел в воздух, к самой голове Мироменки. То, что случилось дальше довольно предсказуемо для читателя, но было совершенно неожиданно для меня в тот момент. Гарри хотел виртуозно подлететь над растением и вылить воду в открытую пасть, но нога его неаккуратно соскользнула и бывший ловец Гриффиндора, упал с метлы, попадая прямо в гигантскую раскрытую пасть огромного растения. Дальше было ощущение странного полета, словно сквозь какую-то вязкую субстанцию, словно вляпался в крем или слизь. Мужчина успел сгруппироваться во время короткого падения, но когда открыл глаза увидел, что он медленно падает на всё ту же, только почему-то полностью целую, теплицу...