Зацепил меня

      Музыка долбит с бешеной громкостью отчего внутренние органы непроизвольно пульсируют в такт басам. На барной стойке беспорядочной массой стоят перевёрнутые рюмки. Татуированная рука с неслышным стуком добавляет к ним ещё одну. Затуманенный взгляд янтарных глаз запоздало провожает руку, переходит на толпу людей в темноте, бесцельно пытаясь сфокусироваться хоть на ком-то.       Светлая макушка мелькнула где-то внизу, сразу зацепив внимание. Ханма изучает подошедшего парня взглядом, хотя картинка нечеткая и двоится. Невысокий, волосы светлые, стильные очки, классическая белая рубашка, слишком официальная для клуба. Ханма улыбается хищно. Он не планировать искать кого-то на эту ночь, но такого сладкого мальчика упустить не может.       - Хей, малыш, угостить тебя коктейлем? - говорит довольно громко, пытаясь перекричать музыку. В ответ получает дежурный гневный взгляд. Тихая усмешка. Таким Шуджи не отпугнуть, интерес только растет, подогреваемый интуитивным чувством, что злится этот парень точно не на него.       - Ой не ломайся, ты же все равно выпить сюда пришел, я просто сэкономлю тебе копеечку, - подзывает бармена, даже не получив ответ, тот смотрит как-то хмуро, но заметив нового человека рядом вроде расслабляется. - Повторите нам, сэр, - наигранная вежливость и такая же улыбка.       Блондин глаза закатывает и вздыхает обреченно. Спорить смысла нет. Он пришел сюда напиться и забыться, а компания этого кадра точно поможет ему с первым пунктом. Расстегивает верхние пуговицы рубашки, потирает затекшую шею, в попытках наконец расслабиться. Смотрит на парня рядом, уже не так враждебно, скорее изучающе. "А он довольно красив" - мелькает на миг тут же прогоняемая рациональным разумом.       - Ну-с, что же тебя так разозлило, малыш? - все та же ухмылка, пытается опереться локтем на стойку, но промахивается и чуть не падает, отчего блондин несдержанно усмехается, тут же прикрывая рот рукой. Возвращает себе невозмутимость, хватает рюмку прямо из рук бармена и опрокидывает залпом, чуть морща нос. "Как котик" - проносится в голове Ханмы. Выпивает вслед за парнем, усиливающееся головокружение говорит, что следующая рюмка будет контрольной.       - Не хочу говорить про это дерьмо, хочу набухаться побыстрее, думаю ты тоже в этом заинтересован, - острый взгляд голубых глаз врезается в собеседника всего на секунду, тут же возвращаясь к бармену. Блондин просит повторить, разворачивается и наигранно официально протягивает руку.       - Кисаки Тэтта, - улыбается дерзко, от былой злой гримасы ничего не осталось, будто одна рюмка спиртного смыла весь гнев. Ханма улыбается шире, выпрямляется, слегка покачиваясь, и жмет протянутую руку, подыгрывая.       - Ханма Шуджи, - держит чуть дольше чем нужно. "Ладонь такая маленькая, милый"

***

      Время летит незаметно и близится к двум часам ночи. На барной стойке уже образовалась новая партия пустых рюмок. Кисаки пьян. Его щеки горят, а слова иногда путаются. И он упивается этим состоянием. Наконец никаких правил, никаких переживаний. Только он, его желания и незнакомый парень. Кисаки наслаждался своей свободой, рассказывая собутыльнику очередную историю с подработки, которую он "в рот ебал, но она ебет его сильнее".       Ханма смотрит внимательно. Пытается запомнить каждую мелочь в образе этого парня и молится, чтобы количество выпитых шотов не было пропорционально потерянной памяти на утро. Шуджи впитывал каждую историю, каждый маленький факт, каждое ругательство, что придавало "прилежному мальчику" некий шарм. И поражался самому себе. Никогда еще "парень из клуба" не захватывал его настолько. Обычно все познания о партнерах были на уровне "он симпатичный, хочу его трахнуть". Но сейчас... Черт, Ханма готов поклясться, что словит стояк просто слушая ЕГО голос.       Кисаки заканчивает историю колким ругательством и собирается подозвать бармена вновь, но его останавливают. Чужая крепкая рука хватается за запястье, дергает в сторону. Равновесие теряется и Кисаки утыкается в грудь Ханмы.       - Не хочешь потанцевать со мной? - горячий довольно громкий шепот, едва различим из-за музыки, проходится чередой мурашек от загривка до копчика растекаясь теплом внизу живота. Парень кивает одобрительно, трется носом и вдыхает чужой аромат. Такой терпкий и тягучий, сводящий с ума и доводящий до исступления, будто созданный специально для Кисаки. Если он и мог завестись от запаха, то только от этого.        Ханма тянет за собой, держит за руку, пальцы переплетая, может специально, а может и неосознанно. На танцполе темно, душно и очень громко. Толпа движется вразнобой, толкается, заставляет прижаться ближе. Тело поддается ритму, движется само. Они стоят близко, лицом к лицу, отдаваясь басам очередного клубного мэшапа.       Кисаки смотрит в глаза напротив, ловя легкий укол смущения, отворачивается, становясь спиной к парню. Вливаясь в движения толпы, случайно задевает ягодицами чужое бедро, тут же заливаясь краской. За смущением тут же приходит возбуждение, алкоголь разжигает внутри огонь, раскрепощая и раззадоривая. Блондин трется второй раз специально, закидывает руку назад, хватаясь за чужую шею, смотрит вверх запрокинув голову, наблюдает за реакцией.       Брюнет ухмыляется, смотрит в голубые глаза напротив и обвивает тонкую талию большими ладонями. Гладит разгоряченную кожу живота через рубашку и подстраивается под движения партнера.       Музыка меняется резко, чуть озадачивая непривычным для клуба мотивом. Песня на заказ. Случается редко, каждый раз вызывая бурю неодобрения. Из колонок доносится довольно знакомая мелодия и Ханма громко смеется, узнав в исполнителе Артура Пирожкова. Толпа возмущается совсем не долго, принимая незамысловатую песню, продолжая несвязный пляс. Шуджи смотрит вниз, ловя на лице Кисаки легкую улыбку, возобновляет их танец, подстраиваясь в ритм.       - Я сейчас смешной, небритый и пьяный... - голос Ханмы прямо над ухом заставляет чуть вздрогнуть. Пропетая строчка куплета полностью описывала его образ сейчас, отчего Кисаки легко ухмыльнулся. - Целовать хочу тебя постоянно, спускаться плавно, - Шуджи касается губами чужого уха невесомо, чувствует как парень в его руках чуть напрягается, ноготочками впиваясь в шею.       Песня продолжается и танец тоже. Кисаки жарко. Он благодарен темноте танцпола, скрывающей его красные уши. Каждый пропетый в ухо припев заводит все больше, завязывает в животе тугой узел неудовлетворенности. Кисаки уверен, что это не пустые слова, Ханма вложил в них все свои желания.       Музыка сменяется незаметно, возвращая долбящие басы вновь. Брюнет хватает парня за руку, уводит с танцпола прочь, обратно к барной стойке. Подзывает бармена со словами "давай нам контрольную". Ждут совсем не долго, не расцепляя руки. В освещении бара Ханма замечает как раскраснелся блондин, понимает, что тот заведен не меньше и улыбается самому себе.       Опустошенные рюмки присоединяются к остальным, парни смотрят друг на друга молча, будто ища предлог продолжить, лишь бы не расстаться сейчас. Напряжение между ними растет, а в глазах пляшут черти. Кисаки открывает рот, намереваясь сказать что-то, но не успевает. Ханма легко подхватывает его за талию, усаживая на высокую барную стойку, притягивает за шею, впиваясь в чужие пухлые губы.       Разум покидает Тетту в этот же миг, он цепляется за широкие плечи, сжимает сильно, наслаждаясь перекатами мышц, отвечает жадно лаская чужой язык. Татуированные руки скользят от талии к спине и ниже к ягодицам, сдавливают, отчего блондин стонет прямо в поцелуй.       Кисаки отстраняется первым, дышит тяжело, сбито. Ханма облизывается, собирая лишнюю влагу с губ, смотрит довольно, смиренно ожидая реакции.       - Не хочешь проводить меня до дома? - голубые глаза с вызовом впиваются в янтарные напротив.       - С удовольствием, - снимает парня со стойки, утягивая за собой на выход.

***

       Дорога до дома Кисаки не занимает много времени. Они идут быстро, перекидываясь горячими взглядами, а Ханма иногда шутит, вызывая легкие смешки у блондина.       Поднявшись на нужный этаж, Тэтта остановился у своей двери, сжимая ключи в руке. Обдумывал что-то пару секунд, а после прижал Шуджи к холодной бетонной стене. Поцелуй скомканный, неожиданный, невозможно горячий. Кисаки изучал чужой рот, обводил языком настойчиво, прикусывал губу, а рукой зарылся в волосы, притягивая ближе, не давая отстраниться.       А потом вдруг сам оттолкнул, прощебетал что-то в духе "спасибо за вечер" и молниеносно исчез в квартире, закрывая за собой дверь.       Ханма стоит потерянный, понять не может, что произошло. Глядит на металлическую дверь, задумываясь, не шиза ли это его. Смеется громко, разносясь эхом по всему подъезду. Прижимается лбом к холодному металлу, пытаясь унять возбуждение.       - Маленький проказник, как жестоко ты меня обманул... Обязательно мне позвони, а иначе, я знаю где ты живешь и сам тебя найду, - говорит громко, чтобы по ту сторону точно было слышно, достает из кармана старую визитку, запихивает между косяком и дверью.       - Я буду ждать! - он отступает, тихо смеется над собой, покачивая головой. Сегодня развели именно его.