Ээм, хочешь поцелуй, Саске-кун?

Это был еще один прекрасный день в Конохе. Птицы щебечут, солнышко светит… Сегодня был день. Праздник, от которого может закружиться голова у множества девочек-подростков. 14 февраля. День святого Валентина. И Учиха Саске чувствовал, что он может вырвать все свои драгоценные волосы Учиха именно в этот день. Потому что сегодня был тот самый день. День, когда ему придется выдержать вызов легионам фанаток и снова и снова терпеть бесконечные любовные признания и лесть. Он ненавидел 14 февраля. Искренне всей душой терпеть не мог этот праздник, который был самым главным моральным испытанием каждый долбаный год, когда фанатки доставали его ещё больше, чем обычно, не давали прохода, пока пытались всучить шоколад и другие подарки. Угрюмый Учиха нахмурился, пока шел к месту встречи Команды Седьмой. Он уже встретил по крайней мере 5 девушек, которые все бросились на него (как он и предсказывал) с кучей подарков всех форм и размеров, но на удивление все были завернуты в ослепительный розовый цвет (как будто он недостаточно пострадал. ослепленный отвратительным оранжевым комбинезоном этого добе). К счастью, ему удалось избежать худшего из нападений (потому что он был Учиха, а Учиха терзают фанатки, независимо от того, насколько те их атакуют). Скривив губы от отвращения, Саске поднял кусок розовой ленты, зацепившейся за его рубашку, и с презрением отбросил её. «Ух, теперь я официально ненавижу розовый.» Заглянув вперед, он определенно мог различить белокурую голову, принадлежавшую единственному и неповторимому неудачнику. Ускоряя темп, Саске молился, чтобы миссия, которую они предпримут, была долгой и достаточно отвлекающей, чтобы он не вспомнил об этом ужасном дне. Когда Какаши не появился через полчаса, Саске не удивился. Но когда не смог приехать и третий член их команды, он задумался. Сакура не из тех, кто опаздывает на собрание команды. Фактически, она обычно приходила раньше, чем остальные. Как ни странно, утро он нашел более скучным, чем обычно, без банальных споров между розоволосым куноичи и гиперактивным блондином (конечно, он не хотел этого признавать). Похоже, Наруто тоже заметил, когда начал бормотать о своей драгоценной «Сакуре-чан» и о чем-то, что начиналось с его имени и заканчивалось «засунул в задницу». Хоп. — Я слышал это, добе. С сожалением потирая больное место, Наруто скривился: — Черт возьми, какого хрена, теме?! — Хн. Прежде чем блондин смог придумать еще один ответ, их разговор (если это можно было назвать разговором) был прерван знакомым мычанием и небрежным:  — Йо. Наруто закричал. — Какаши-сенсей, ВЫ ОПАЗДАЛИ! Упомянутый извращенный учитель приподнял бровь. — Как неблагодарно. И я даже сократил своё драгоценное время для сна и приехал раньше, чтобы окунуться в праздничное настроение для вас троих… Кстати, а где Сакура? Словно по команде, куноичи неслись по улицам к месту встречи. Судя по тому, что Саске мог видеть, девушка с розовыми волосами держала корзину и была одета в красное и розовое. Много розового. Когда Сакура подошла ближе, он увидел, что она надела особый наряд для этого особенного радостного праздника, который состоял из обтягивающего красного платья с плавным светло-розовым материалом, который составлял большую часть ее юбки и рукавов. Платье было более глубоким, чем все, что Сакура носила раньше, и на нем виднелась её декольте. А в её руке была ярко-розовая корзинка, со вкусом украшенная красными лентами. Он не хотел этого признавать, но… Это было мило… Внутренний Саске мысленно приветствовал вид, который они получили, когда Сакура наклонилась, тяжело дыша и пытаясь отдышаться. Довольно рискованная смена наряда не осталась незамеченной двумя другими молодыми людьми (ну, Какаши на самом деле не считался «молодым» человеком, но неважно) поблизости. Бровь Какаши приподнялась на его лбу, и Саске мог поклясться, что легкий румянец прошел по его щекам. «Этот извращенец», — подумал Саске. Наруто, с другой стороны, не сделал ничего, чтобы скрыть свое явное удивление и извращение. — С-сакура-чан! Мне нравится твоя гру… — Я имею в виду платье! Ахахах… У идиота даже текла река слюней. Сакура не колебалась, когда ее кулак наткнулся на башку бедного Наруто, нанеся довольно жестокий удар.  — БАКА! Не разрушай для меня этот прекрасный день… Наруто схватился за голову и застонал, гадая, что именно он сделал в своей прошлой жизни, чтобы заслужить два болезненных удара, когда было всего 9 утра. Какаши внезапно снова оказался в кадре. — Сакура права. Вы, ребята, оба должны быть в духе этого юного (Саске подумал, что Какаши выглядит так будто, это далось ему с огромным давлением — использовать слово «юного») праздника. На самом деле, я отменил наше время обучения и любое возможные миссии на сегодня, чтобы вы, дети, могли повеселиться. — Слово «веселье» имело многозначительный акцент. — И да, Саске, это приказ. — Он одарил задумчивого Учиха понимающим взглядом, который ясно говорил: «Не смей пытаться ускользнуть и тренироваться, или я дам твоей заднице Шаринган по-королевски». Саске сердито дернулся. Он не сможет отвлечься на миссии. И отсутствие отвлекающих факторов означало больше времени для возможных атак фанаток. Будь проклят его хитрый извращенный учитель. Наруто, как обычно, ничего не понимал. — Ч-что? Сегодня праздник?! Какаши собирался ответить, но его остановил сдавленный звук. Возвращаясь к источнику, трое шиноби-мужчин были встречены совершенно ошеломленной Сакурой. — Наруто… ты серьезно не знаешь, что такое День святого Валентина? — Куноичи звучала так, как будто она считала незнание этого дня кощунственным. Озадаченное выражение лица Наруто было единственной инициативой, в которой она нуждалась. — Это лучший праздник в году… Когда молодые девушки со всего мира вручают подарки и шоколадные конфеты своему возлюбленному. В этот романтический день влюбленные обмениваются клятвами, и сердца становятся единым целым под знаком звезд. небо. — Сакура мечтательно вздохнула, и её взгляд упал на какую-то страну чудес, которая наверняка была наполнена множеством щенков и радуг. Саске скептически приподнял бровь. «Влюбленные обмениваются клятвами», «сердца становятся одним целым»? Какие любовные романы девочки перечитали? Нелепо. Наруто наконец, казалось, понял общую идею и энергично кивнул.  — Ах, понятно! Мне было интересно, почему ты была одета в более розовое, чем обычно… Наконец, вырвавшись из задумчивости, Сакура широко улыбнулась им ослепительной улыбкой. — Что ж, у меня есть… дела. Спасибо, Какаши-сенсей, за то, что позволили нам взять этот выходной! И с этой последней песней, розоволосая куноичи ускользнула, оставив троих участников-мужчин одних. Какаши переместился и захлопнул книгу Ича Ича. — Вы двое должны последовать примеру Сакуры и просто отдохнуть в течение этого дня, хорошо? Мне нужно где-то быть, так что я поймаю вас позже, ребята. Он выполнил быстрое шествие печатей, но остановился перед тем, как закончить последнюю. Его одинокий глаз сверкнул. — О, и Саске… не реагируй слишком остро. Прежде чем Учиха успел сказать хоть что-то, чтобы спросить, о чем он, черт возьми, говорит, его учитель исчез в клубах дыма. — Тч… Отключив бессмысленный лепет Наруто, Саске смутно задумался, что Сакура несла в своей корзине и почему она не пригласила его на свидание, как все предыдущие разы. Спустя три часа и 47 нападений фанаток Саске задумался, существует ли в этом мире такое понятие, как «справедливость». Казалось, что все инструкторы-джонины из Девяти новичков отменили все планы тренировок и миссий (заговор! Его внутренний разум кричал), и позволил им всем насладиться «юным» днем, который был известен как Апокалипсис — я имею в виду День святого Валентина. Его желудок все еще урчал из-за отсутствия приличного обеда, а отметка на шкале оптимизма уже упала с 0 примерно до -1,678. Не так давно он выпустил яростное дзюцу огненного шара в толпу девочек-подростков, убедившись, что он ясно изложил свою точку зрения. После этого инцидента бешеные фанатки держались в пределах 5 метров от раздраженного Учихи, но он все еще чувствовал их страстные взгляды на своей спине и не мог не чувствовать, что его преследуют. Одного и преданного. В противном случае он признал обычное присутствие его товарищей-генинов и их сенсея. Он приподнял бровь, увидев взволнованную Хинату, столкнувшуюся с восторженным Наруто с розовый костюм из спандекса). Саске подавил ужасающую дрожь и тошноту. И всё это время в глубине души одинокий Учиха размышлял, почему он не увидел знакомую вспышку розовых волос посреди праздника. В нескольких сотнях метрах от него сказанная куноичи, внезапно чихнула. Затем она моргнула. «Кто-то думает обо мне…? Возможно, Саске-кун…?» Но как только эта мысль пришла в голову, Сакура отбросила ее, потому что как было бы смешно, если бы Учиха Саске думал о ней? Она нахмурилась. Наверное, это глупый бака питал извращенные мысли о ней. Сакура покачала головой, словно пытаясь избавиться от нежелательных мыслей в голове, и снова сосредоточилась на задаче. Она полезла в корзину и что-то вытащила. «Наруто, ты следующий…» Час спустя Саске обнаружил, что в пятый раз гуляет по той же самой оживленной улице Конохи. После того, как, наконец, пообедав где-то в каком-то непонятном ресторане, выживший Учиха бродил вокруг в поисках чего-нибудь продуктивного. Удивительно, но он больше не видел членов своего фан-клуба, поэтому он пришел к выводу, что они, должно быть, отказались от завоевания его любви и, как он надеялся, обратились к другим своим страстям. Куда бы он ни посмотрел, Саске мог видеть кондитерские, рекламирующие шоколадные конфеты ко Дню святого Валентина, магазины игрушек, выставляющие на продажу своих мягких игрушек, и молодых и старых жителей Конохи, общающихся со своими друзьями и близкими. Честно говоря, он не понимал, почему этому дню придавалось такое огромное значение. Ради бога, он был ниндзя. У ниндзя не было времени, чтобы признаваться в своей любви или купить шоколадные конфеты на День святого Валентина, когда им приходилось беспокоиться об атаках вражеских ниндзя и опасных миссиях. Пока стоический подросток обдумывал свои мысли, он уловил вспышку знакомых колючих светлых волос. Но даже быстрые рефлексы вундеркинда Учиха не смогли спасти его от аварийного столкновения с гиперактивным ниндзя номер один в Конохе. Несмотря на то, что он в основном отодвигался, удар по плечу и руке вывел его из равновесия. К счастью, он смог удержаться от неудачного падения. Наруто, с другой стороны, не так повезло, когда резкая остановка его инерции приземлилась прямо ему на задницу. Придя в себя, Саске зарычал и сузил глаза от отвращения.  — Дебил! Смотри, куда идешь. Все еще потирая поясницу, Наруто взглянул на разгневанного Учиху. Однако интенсивная тёмная аура, которая теперь окружала черноволосого подростка, похоже, совсем его не беспокоила. Вместо этого он действительно выглядел счастливым, столкнувшись со своим убийственным другом. — Йо, теме! Хотя Саске старательно сохранял лицо, его внутреннее «я» одарило идиота-блондина недоверчивым взглядом и подергиванием глаз. У этого дебила есть желание смерти?  — Так что Сакура-чан тебе это тоже дала? Саске моргнул, когда понял, что его товарищ по команде разговаривает с ним.  — Дала мне что? Теперь это Наруто бросил на удивлённовопросительный взгляд, который вскоре превратился в ухмылку ликования, указывающую на то, что он знал кое-что, чего не знал Учиха. — Ты имеешь в виду, что она этого не сделала? Ага, я знал это! Это должно означать, что Сакура-чан любит меня больше, чем тебя! Эхехе… Громкий смех ниндзя внезапно оборвался, когда его взбесившийся товарищ по команде поднял его с земли. Наруто сглотнул, когда его лазурные глаза столкнулись с ярко-красным Шаринганом Саске. Учиха издал устрашающий вид, когда шипел на ухо Наруто глухим голосом. — Что она мне должна дать? Но Наруто беззаботно улыбнулся ему, высвободился из жесткой хватки Саске и сказал: — Её восхитительные поцелуи, вот что! И прежде, чем Учиха успел моргнуть, любящий рамен придурок умчался в желтой вспышке. Саске отшатнулся в явном удивлении этим последним заявлением. После нескольких секунд созерцания он попытался убедить себя, что личная жизнь Сакуры на самом деле не его забота, и она может пойти целоваться с кем угодно, несмотря на всё, что ему было небезразлично, даже с его соперником- неудачником. Но, черт возьми, ему просто не терпелось смахнуть удовлетворяющую ухмылку с лица добе. Сакура вздохнула, вытирая легкий блеск пота, скопившийся у неё на лбу. Солнце уже садилось, но душный воздух вокруг нее был как всегда непреклонен. Розоволосая куноичи в который раз переставила корзину вокруг ее руки и заставила ее ноги бродить дальше. Её изумрудные глаза метались по сторонам, надеясь мельком увидеть, кого она искала последние полтора часа. «Где же ты, Саске-кун?» Учиха Саске официально был недоволен. Шиноби с волосами цвета воронова крыла скрипел зубами от явного раздражения. Повсюду розовые украшения и красочные конфетти, казалось, высмеивали его поганое настроение. С каждым шагом Саске становился все более и более злым и сбитым с толку. Причина всех его бед? Единственная и неповторимая Харуно Сакура. Услышав довольно тревожное заявление идиота, Саске ушел в явно плохом настроении, когда его остановили самодовольно выглядящий Неджи и буйный Ли. В короткой беседе, в которой он в основном смотрел на него, он обнаружил, что Сакура тоже целовала их. Ли он мог относительно понимать, поскольку Сакура была слишком добра, чтобы отказываться от настойчивых признаний Ли в любви, особенно в День святого Валентина. Но Хьюга? Белоглазый ублюдок, который был почти таким же асоциальным (хотя он никогда не признает этого) стоиком, как и он сам? Саске с трудом верил, что Сакура — распутная девушка, зная её, но после того, как узнала, что Сакура поцеловала почти всех знакомых мужчин (к счастью, ее подруги получили печенье вместо этого), он стал все более и более сомневаться. Он поймал себя на мысли: «Почему Сакура? Почему все остальные в этой проклятой деревне, кроме меня?» Его внутреннее «я» вмешалось. Это потому, что ты всегда был слишком резким с ней, эмоционально отсталый! «Тч… кого ты называешь «отсталым», когда мы один и тот же человек?» … Меня это возмущает. На самом деле, мы, вероятно, просто слишком долго об этом думаем. Может, это просто поцелуй в щеку? «Но почти каждому шиноби-мужчине, которого я знаю? Это просто смешно! Сакура не могла быть, настолько готова распространять «любовь» в этот день…» Может она наконец поняла, что от тебя ничего не добиться. Ты должен быть доволен, что она наконец приняла твои приоритеты в жизни. Но что-то ты выглядишь так, словно готов убить их всех. Саске почувствовал, как его глаз дернулся от раздражающего разговора, который он вел со своей совестью. Нет, он отказывался позволить своему незначительному внутреннему «я» добраться до его головы. Услышав далекий голос, зовущий его по имени, он быстро отбросил свои предыдущие мысли. Приняв свой обычный безразличный фасад, Саске ониксовыми глазами спокойно встретился с человеком перед ним. Однако никакая психологическая подготовка не могла скрыть его шок, когда он увидел ту самую девушку, раздражающую его мысли прямо перед ним. Сакура никогда не видела, чтобы Саске выглядел таким потрясенным (ну, по крайней мере, после всего инцидента с поцелуями с Наруто в дни Академии) за те несколько секунд, когда он уронил фасад. Но всё это исчезло за 3 секунды, выражение его лица стало совершенно пустым. — Сакура. Она услышала, как он сказал это почти сердито. Его глаза посмотрели на нее, очень пристально и долго блуждая взглядом по её лицу. Розоволосая красавица слегка нахмурилась и задалась вопросом, есть ли что-то ужасное на ее лице или одежде, о чем она не замечает. Внезапно возникло понимание, и она почувствовала, как ее теперешнее платье согревает её. Ей потребовалось еще полчаса и безжалостное преследование, чтобы наконец найти стойкого Учиху. В это время ее платье, должно быть, перекосилось от толчков, не говоря уже о том, что она была практически покрыта потом под жарким солнцем. И теперь она держала руки на коленях, чтобы поддержать ее, когда она пыталась отдышаться. Очевидно, ее положение должно выглядеть немного… наводящим на размышления. Сдерживая разочарованный стон, Сакура поспешно выпрямилась и убрала несколько мокрых от пота прядей с глаз. Она неуверенно усмехнулась.  — Привет, Саске-кун. Темноволосый подросток хмыкнул в знак приветствия, но всё же отказался встречаться с ней взглядом. Сакура вздохнула и надулась из-за несговорчивого поведения Учихи. Она нерешительно шагнула к нему. — Ээм, Саске-кун, хочешь поцелуй? Она клялась, что никогда в жизни не видела, чтобы чья-то голова вздымалась так быстро. Он не понимал, почему он вообще был так шокирован. Это была Сакура. Добрая, нежная, застенчивая девушка, его надоедливый товарищ по команде, розоволосая Сакура. Она не соблазняла его, она даже не просила о свидании. Так почему же у него внезапно пересохло в горле, а ладони стали странно липкими от пота? — Саске-кун… Мягкий звук его имени, произнесенный ее голосом, заставил его сердце биться быстрее. Он грубо хмыкнул в ответ, но не смог заставить себя посмотреть ей в глаза. «Черт побери, Сакура, что ты со мной делаешь?» Если её внешний вид немного его встряхнул, то следующее предложение, по ее словам, чуть не вызвало легкий сердечный приступ. — Так…ты, хочешь поцелуй? Сакура моргнула, увидев мимолетное расстроенное выражение на лице Саске. Наконец он остановился на слегка озабоченном взгляде. Он, казалось, пытался контролировать свои чувства, но она не могла понять, что именно заставило обычно бесстрастного Учиху расстроиться. Она знала, что ее наряд был немного диковинный на данный момент, но это не может быть, что плохо, верно? Подсознательно Сакура разгладила складки на своем платье. Глубоко вздохнув, она попробовала еще раз.  — Саске-кун? Пожалуйста, прими хотя бы один… Обещаю, они действительно хороши! Она видела, как он заметно вздрагивает, и боялась, что он ответит одной из своих обычных резких реплик. Но она услышала жесткое «Хорошо», и ее лицо расплылось в широкой ухмылке с его согласия.  — Хорошо, но сначала ты должен закрыть глаза! — Она ответила весело. Убедившись, что у него закрыты глаза, она тихонько порылась в своей корзине, пока не нашла то, что ей нужно. — Ты не пожалеешь об этом, Саске-кун… Саске-кун? Пожалуйста, прими один… Обещаю, они действительно хороши! Приговор снова и снова звенел в его голове, как заведенная пластинка. Ему хотелось просто оттолкнуть ее предложение и забыть об этом дне, но неуверенное выражение ее лица и то, как она неуверенно прикусила нижнюю губу… Проклятие. — Хорошо. — Откусил он.  — Хорошо, но сначала ты должен закрыть глаза! — Ее веселый голос безмерно взволновал его, но он подчинился. Он услышал шелест какой-то материи — ее платье? — когда Сакура приблизилась к нему. Вскоре она подошла достаточно близко, чтобы он почувствовал запах клубники, который она носила, с лёгким оттенком пота. Ему хотелось открыть глаза, но он не хотел показаться параноиком или утомленным своему розововолосому товарищу по команде. — А теперь открой рот! Саске мысленно уставился на команду. Была ли это та самая Сакура, которая кротко плакала, когда он ее отвергал? Слабое женское звено Команды 7 приказывало ему открыть рот? Как только слова «Нет» сорвались с его языка, ему тут же что-то затолкали в рот. Прежде чем сладкий вкус успел растаять во рту, Саске резко распахнул глаза, и его рука крепко сжала тонкое запястье Сакуры. Суженные глаза из оникса встретились с расширившимися виридиановыми глазами. Сакура, казалось, смутилась, что ее поймали. — Э-э… Саске-кун, ты мог бы отпустить меня? Сладкий вкус шоколада вторгся в его вкусовые рецепторы, субстанция имела богатый шелковистый привкус, который растворился во рту. Он не любил сладкое, но это было не слишком сладко. Его глаза расширились от осознания. Шоколад. Это были шоколадные поцелуи Сакуры. Конфеты. Не настоящие поцелуи. Чувствуя себя немного подавленным из-за всего этого недоразумения, Саске ослабил хватку на запястье куноичи, но не отпустил его полностью. — Так… все это время ты «целовала» шоколадом? — Его голос был ровным, но он знал, что его пристальный взгляд может передать его истинные чувства. Сакура с любопытством склонила голову набок.  — Ну, конечно, какие еще поцелуи я могла бы подарить? Это официально. Ты, Саске, собственнический и импульсивный придурок. «Ну, конечно, какие еще поцелуи я могла бы подарить?» 14 февраля. День святого Валентина. Её любимый праздник. День любви и светлых чувств, которые к сожалению не доходят до… Отбросив грустные мысли, она твёрдо решила сделать всех счастливыми в этот день. Харуно Сакура счастливо улыбнулась отражению зеркале. И посмотрела на стол, восхищаясь своей ручной работой, она испекла шоколадные конфеты в форме губ, которые назвала «сладким поцелуем». Напевая веселую мелодию, она собрала их в корзину на день и в последний раз проверила, всё ли у нее есть, прежде чем выйти за дверь. Сакура не поняла полностью того, о чем она спросила, лишь долю секунды спустя. И она громко рассмеялась из-за этого.  — Ты думал… ой. — Встретив нахмуренный взгляд Учихи, она поспешила договорить, — Прости, Саске-кун, я не хотела. — Она смущённо улыбнулась. — Как ты мог подумать, что я могу целовать кого-то…? Кто не является тобой. Осталось невысказанным с её стороны. Жар снова поднялся к ее щекам, и на этот раз она была уверена, что похожа на спелый помидор. Но, честно говоря, Саске-кун на самом деле не мог подумать, что она все это время имела в виду настоящие поцелуи, не так ли? Было так непохоже на холодного и отчужденного Учиху — заботиться чем-то связанным со свиданиями… или вообще поцелуями. Она не пропустила самодовольную ухмылку на лице Саске. Не желая казаться наивной, Сакура вырвала свое запястье из его хватки и направила всю оставшуюся энергию в сердитый взгляд. — Саске, если тебе это не понравилось, просто скажи мне, хорошо? Я знаю, что сладости — не совсем твоя любимая еда, и что ты, вероятно, находишь этот день раздражающим, и… и … — Она закусила губу и не захотела плакать от разочарования после этого долгого и утомительного дня.  — Нет. — Пауза. — Это было… приятно. Голос Саске немного сорвался на слове «приятно», и она увидела, как он вздрогнул, как будто произнесение этого безобидного слова нанесло ему физическую боль. Но это был комплимент. Учиха Саске просто сделал ей комплимент. Девушка, названная в честь, цветущей сакуры сразу просияла и застенчиво посмотрела себе под ноги. — Ты серьезно думаешь так…? В ответ она услышала его классическое:  — Хн. И увидела пустое выражение на его лице. «Снова стал прежним.» С грустью подумала она. «Но ведь он думал, что я собираюсь его поцеловать… И не был против?» В самом деле он хотел позволить ей поцеловать его? Это было так странно и делало её невероятно счастливой.  — Мне жаль, что я так подумал о тебе, — Быстро он пробормотал слова, которые выходили так быстро, что она едва могла их понять. Сакура моргнула, услышав его извинения, легкая улыбка расплылась по ее лицу, зеленые глаза смягчились. Она чуть было снова не захихикала при его объяснении, но у нее не хватило духу посмеяться над ним из-за этого. — Ничего страшного. — Тихо сказала она, наклонив голову и улыбаясь ему.  — Тч, — он повернул голову в сторону, упрямо закрывая глаза, — Это вовсе не так. Он внезапно почувствовал что-то теплое на своей щеке, и когда он резко повернул голову, чтобы посмотреть на нее, он почувствовал то же молниеносное тепло на своих губах. Тепло улетучилось за секунды, и он широко раскрытыми глазами посмотрел на девушку, которая теперь стояла, прижав пальцы к губам, с розовыми полосами на щеках. Он удивленно моргнул. Если бы Сакура просто-  — С Днём святого Валентина, Саске-кун. — Она сказала мягко, быстро подняв глаза прежде чем ее подбородок опустился в застенчивой улыбке. Сказав это она развернулась и убежала. Саске, глаза которого все еще были относительно широко раскрыты в тревоге, почувствовал, как внезапный прилив тепла поднялся по его шее и собрался в ушах. Внезапно он почувствовал, как уголки его губ тянутся, образуя ухмылку. Он понял, что она имела в виду. Мои настоящие поцелуи только для тебя. Даже если на данный момент не собирался отвечать на её чувства, но он был чёртовым эгоистом по отношению к ней, она была его Сакурой и только его. Учиха Саске с довольным видом возвращался в резиденцию Учиха. Хорошо, что было уже поздно, потому что, если бы кто-нибудь увидел необычно счастливое выражение на обычно бесстрастном лице Учихи, он наверняка упал бы в обморок от шока. Ну, это не причинило никакого вреда, не так ли? Возможно всё же был оттенок розового, который ему нравился. Подумал он о её волосах и порозовевших щечках.