Broken heart

      Северус проснулся от того, что все его тело затекло, а синяки на спине ныли. Он поднял голову и заметил Лили, что спала сидя на нем. Мгновенно стало понятно, почему он чувствовал такую тяжесть, но именно потому, что Лили еще спала он стал игнорировать дискомфорт, чтобы не разбудить ее.        Оказалось, они так и уснули, сидя на полу. Он сидел, прислонившись спиной к кровати, и положил голову на матрас. Это была явно не самая удобная поза для сна, тем более, что сверху на нем лежала Лили. Она прижималась к нему, ее голова покоилась у него на груди, а ее руки обхватывала его талию. Северус все еще был без рубашки и на своей коже отчетливо чувствовал ее дыхание.        Северус смотрел на ее лицо. Сейчас она была так спокойна, что нельзя было даже предположить, что ее сердце разбито, что разбита она сама. От этого вида он так сильно захотел заключить ее в объятия и не отпускать, но не стал, чтобы не будить ее. Он лишь сжал руки в кулаки и положил их на пол.        Пока Лили спала, у него было время подумать, что им делать дальше. А этого он совершенно не знал. Сейчас, всем телом чувствуя ее тепло, о котором мечтал столько лет, он не то чтобы был счастлив. Потому что он знал, что Лили видит в нем лишь друга, а любит Джеймса. Но, если вчера они переспали, то и другом для нее он больше быть не мог. Наверняка, Лили даже не догадывалась о его чувствах к ней, потому, что он молчал об этом и максимально скрывал, иногда просто закрываясь от нее, чтобы не выдать себя. Выходит, он ее использовал, чтобы удовлетворить свои мечты, причем тогда, когда она была пьяна.        Что между ними будет теперь, он не знал. Вчера они переспали, а значит между ними что-то да поменяется, вопрос в том в какую сторону. Наверняка, Лили посчитает это ошибкой, ведь для нее он лишь друг. А друзья не могут заниматься сексом, пусть и лишь раз и по пьяни. Мысль об этом мгновенно стала ужасом для него. Что если Лили, когда проснется и вспомнит, что было между ними, то начнет винить себя в случившемся… Пусть лучше накричит на него, ударит, что угодно, пусть будет считать эту ночь местью Джеймсу за измену, что угодно, только лишь бы не покинула его и не разорвала с ним все связи. Такого он вынести бы не смог.       Видимо Северус все же разбудил Лили своими движениями, потому что она скоро сама стала просыпаться. Она чувствовала тепло тела рядом с ней и инстинктивно тянулась к нему, обнимая Северуса лишь сильнее. И ведь она даже не сразу поняла, что это был он. Не вспомнила, как уснула, сидя на нем.        Постепенно воспоминания о прошедшем вечере стали складываться в более менее целую картину. В какой момент она потеряла контроль над собой? Когда вернулась к нему за поддержкой? Когда решила выпить с ним огневиски? Когда зачем-то поцеловала его? Если так подумать, то она даже себе не могла объяснить зачем вообще поцеловала его. Они всего лишь говорили по душам, не впервые так делали, но в этот раз же что-то было иначе. Может дело было в Джеймсе… И ведь с этими мыслями она и вернулась сюда к нему. С мыслью, что Джеймс беспочвенно обвинил ее в измене. Правда больше не беспочвенно. Но и они с Джеймсом были не вместе. Выходит, Лили просто использовала Северуса, пусть и неосознанно, но поступила с ним так ужасно. Только вот, что с этим делать она не знала.       Лили даже не замечала, что сам Северус не спит уже, потому что не двигалась и даже глаз не открывала. Лежа на его груди, она слышала биение его сердца, которое было, пожалуй, слишком быстрым для спящего человека. Лишь когда она почувствовала касание его руки в волосах, Лили поняла, что и он не спит. Она тут же открыла глаза и подняла на него взгляд. Оказалось, Северус тоже смотрел на нее. Лили попыталась разобрать, что было в его взгляде, но не смогла понять ничего. Возможно, он думал слишком о многом.        Лили тут же отвела взгляд. Как после случившегося между ними она могла вот так просто смотреть на него. Ведь она использовала его, ранила его сердце, разрушила их дружбу. Теперь ведь они не могли оставаться настоящими друзьями…       Но даже отведя взгляд, она чувствовала, как он продолжал смотреть на нее. И это ощущение давило на нее. Он ждал, чтобы она сказала что-то? Или думал, что сказать сам? Лучше бы он начал сам, потому что Лили не знала, что теперь говорить и надо ли вообще. Нет, конечно надо было, но что и как…        – Сев… я… - совсем неуверенно сказала Лили.        Она тяжело вздохнула и убрала руки с его талии, намереваясь встать. Только вот Северус не дал ей. Он обхватил ее руками и прижал обратно. Однако бортиком кровати он попал по одному из синяков на спине и зажмурился от внезапной боли.       – Лили… не уходи, прошу тебя… - прошептал он еле слышно, но они были так близко, что эта фраза словно колом вбилась в ее сердце. - еще немного… посиди так…       Лили уперлась руками в его грудь и сжала губы. Почему он не хотел отпускать ее после всего, что было между ними? Почему удерживал несмотря на боль?       Северус переместил руку на ее волосы и прислонил к своей груди. Лили и не была против, слишком была растерянна, поэтому просто упустила руки с его груди вниз.       – Твои раны… - прошептала она, снова слыша, как бьется его сердце. - я ведь хотела излечить их…       Но Северус лишь вновь стал гладить ее волосы.       – Ничего… это напоминание…       – О боли?       – О том, на что я готов ради тебя, Лили…       Лили посмотрела на него, прикусив губу. Таких слов она никак не ожидала услышать. Но, даже если Северус считал так и был готов оставить эти раны на своем теле, то пока они оставались на нем, будто точно такие же раны появлялись на сердце Лили, стоило взглянуть на следы.       – Сев… я не могу так…        Он тут же отпустил ее, чего Лили не ожидала, уже снова устроившись в его объятиях.        – Прости… я не буду тебя удерживать, раз ты против… - он опустил взгляд на свои руки, что только что обнимали Лили.       – Я… хочу залечить, наконец, твои раны, а не уйти…       Северус поднял на нее взгляд и взял ее за руки. Но потом снова отпустил, выдохнув.       – Делай, как считаешь нужным… я все приму.       Лили кивнула и все же встала с него. Она только сейчас заметила, что ее рубашка была наполовину расстегнута. Она тут же стала ее застегивать, будто вчера Северус ничего не видел.        Но даже сейчас он отвернулся и молча поправил ее юбку, что неудачно подвернулась от сидения в не самой приличной позе. Только после этого, он стал застегивать свои брюки.        – Сядешь на кровать, ладно?... Сидеть на полу, наверняка, неудобно… и больно… - произнесла Лили, неуверенно сжав руки перед собой.       – Ошибаешься… - Северус покачал головой и слегка улыбнулся, правда все равно будто печально. Но он все же встал и сел на кровать спиной к ней.       Лили быстро подошла к своей мантии, что уже давно валялась с другой стороны кровати, и достала свою палочку. Сейчас она не могла понять, почему до этого она не залечила его раны заклинанием. Зачем вообще использовала мази, если достаточно было бы одного заклинания.       Она села к нему на кровать. Рука снова неосознанно потянулась к его коже. Теперь из-за нее на спине были не только синяки, но и царапины от ее ногтей. Она коснулась одной из полосок и вздохнула.       – Прости… - прошептала она.       Северус не ответил, он сам потянулся рукой себе на плечи, желая потрогать след, но вместо этого коснулся руки Лили. Он тут же отдернул руку и сгорбился.       – Прости… я не хотел…        – Я начну, ладно? – только когда Северус кивнул, она поднесла палочку. - Эпискеи.       По телу Северуса разлилась волна тепла, которая тут же сменилась холодом. Но зато на глазах синяки исчезли с его спины. Только вот оставленные Лили царапины никуда не пропали.       – Не помогло… - с досадой в голосе сказала Лили, опуская палочку. - тогда надо обработать, наверное…       Северус вновь потянулся рукой к следу от ее ногтей на своем плече и покачал головой. Эти следы теперь остались единственным физическим напоминанием о произошедшем между ними.       – Это уж точно мелочи, Лили…        – Но…       – Ты же сама видишь, что заклинанием не исцелить царапины.       – Да, но…       – Все хорошо, Лили, - сказал он, повернувшись к ней полубоком. Северус потянулся к рубашке и стал надевать ее.        Лили тут же отвела взгляд и тоже стала надевать мантию.       – Я… мне пора… сегодня… - неуверенно начала она, но за нее закончил Северус.       – Занятия, я знаю, - кивнул он.       Лили тоже зачем-то кивнула, хотя Северус все равно не смотрел на нее. Теперь находиться с ним было как-то неловко.       – Тогда я пойду…       Лили запахнула мантию, спрятала палочку и собралась уходить, пока Сев еще одевался и не говорил ничего. Она остановилась на несколько секунд, повернулась к нему, но посмотрев на его сгорбленную спину уже, наконец, в рубашке, из под которой были видны царапины, только прикусила губу и убежала.