Доказательство существования

Вскоре после того, как силуэт путешественника с его необычной спутницей скрылся из виду, в пещеру-лабораторию входит слегка недовольный двойник. — Почему ты рассказал ему такую версию? А что, если он меня увидит? Он ведь может нас различать. — По большей части эта история предназначалась не ему, а Паймон. Она совершенно не умеет хранить секреты. Пусть считает эту историю закрытой страницей. К тому же они достаточно редко забредают на Драконий Хребет, а теперь будут делать это еще реже, − говорит Альбедо. Двойник хмурится. Они заключили небольшой договор: Альбедо будет стараться стабилизировать дикую энергию Дурина, попутно изучая ее, а двойник сможет относительно безвредно влиться в общество обычных людей. Одно из условий — он пока не будет часто покидать гору, чтобы не вызвать подозрение нетипичными для Альбедо реакциями и не навредить никому. Двойник молчит, а потом говорит с явным желанием задеть. — А история твоя скучная. Даже у малышки получилось интересней. — Она не должна была быть интересной, она должна была донести до них весьма конкретную информацию. К чему мне искажать истину и усложнять постижение информации? — И все же мог хотя бы попытаться сделать ее более похожей на сказку. Люди придумывают их именно для того, чтобы приукрасить реальность, которая кажется им скучной. — И зачем мне пытаться приукрасить реальность и плодить сущности? Повисает неловкое молчание. Очевидно, Альбедо выбрал не самое лучшие выражение. Чтобы как-то разбить тишину, он наклоняется и достает из-под стола альбом, чтобы передать его двойнику. — Здесь портреты и краткая характеристика всех, кого я знаю. Те, кто обладает значительной силой или с которыми я часто пересекаюсь, идут первыми. Будь любезен, выучи. Двойник задумчиво смотрит на рисунки. Хотя большинство лиц ему абсолютно незнакомы, некоторых он уже видел. И все эти нарисованные лица выглядят почти как живые. °°° − Ты все же спустился в город. − Да. − И встретил там путешественника. − Верно. − И позвал его почаще заглядывать на Хребет. − Да. − Ты ведь понимаешь, что он мог атаковать тебя на месте, и был бы, с учетом имеющейся у него информации, прав? − Понимаю. Двойник смотрит на него с вызовом. Альбедо вздыхает и спрашивает устало. − Скажи хотя бы, зачем ты это сделал? Двойник недолго молчит, а потом начинает медленно говорить, подбирая слова. − Если тебе все же не удастся стабилизировать мою энергию и придется меня… устранить… Я хочу, чтобы кто-то помнил меня. − Тебя и так помнят путешественник, или Эола, или все те искатели приключений, которых ты с завидной регулярностью выводишь из метели. − Это не то, − двойник раздраженно крутит головой. — Путешественник и Эола помнят только попрыгунью. Только полуразумного врага. А все те искатели приключений… Они думают, что это делаешь ты. Они даже не знают о моем существовании. Я хочу, чтобы помнили, что это был я, что я — был! — он ненадолго замолкает, переводя дыхание, и продолжает тише. — Единственный, кто может об этом знать и не отправится к нам с мечем наперевес — это Итэр. Альбедо задумчиво молчит. По хорошему ему стоило бы отмахнутся от этих неразумных переживаний двойника и втолковать ему, что надо быть аккуратней, что Эола иногда любит рубить с плеча, и на пару с Эмбер вполне обеспечит им не только меч, но и факел для костра, что все в Монде еще слишком хорошо помнят Ужас Бури и крайне настороженно относятся ко всяким подаркам древности — а юноша, возрожденный ядовитой кровью древнего дракона легко может стать врагом номер один. Но он не будет ничего из этого говорить. Не сейчас. Возможно, потому что он самую малость понимает своего двойника. °°° — Как ты это делаешь? — Что именно? — Альбедо отвлекается от записи результатов опыта и поднимает голову. — Рисуешь. Ты просто водишь углем по бумаге и получается очень похоже на реальность. Двойник говорит почти обиженно, а перед ним лежит лист с жалкой попыткой нарисовать снежную лису. Даже у путешественника вышло бы лучше. — На то, чтобы научится этому, у меня ушло шесть лет. — Мне придется учится шесть лет? — в голосе двойника звучит легкий испуг. — Возможно быстрее, если будешь отдавать тренировкам все время. Я, помимо прочего, тогда путешествовал с учителем. Но зачем тебе это? — В смысле? — Зачем тебе учится рисовать? − Потому что ты умеешь. − Это нерационально. Зачем нам обладать одним набором умений? Выучись чему-то своему, что не умею я, − двойник задумывается. − К тому же, если другие увидят, что я учусь чему-то новому, это будет не так подозрительно, как если бы я внезапно разучился рисовать. − Но чему мне учится? − Это уже к тебе вопрос, − Альбедо вновь возвращается к своим записям. °°° — Смотри, что я нашел в заброшенном лагере фатуи. Что это такое? − двойник показывает деревянную фигурку коня. − Это лошадь, ездовое животное. Они довольна распространены, но сейчас ты едва ли найдешь в округе хоть одну — всех забрал магистр Варка. — Но как получилась эта фигурка? — Вырезали из дерева ножом. — Тут совсем не видно срезов. — Скорее всего, ошкурили с помощью наждачной бумаги. — А что… — Первый стеллаж, третья полка снизу. − Ты что, тоже вырезаешь такое? — спрашивает двойник, подходя к стеллажу и с интересом разглядывая рулон. − Нет, но иногда нужно обтесать детали для механизмов. °°° Перед Альбедо стояли довольно искусные деревянные фигурки, изображавшие самых ярких представителей Мондштата. Среди них был даже путешественник с Паймон. Не было только самого алхимика. — Почему ты не вырезал ни одного из нас? Двойник помялся. — Нас и так слишком много. Боюсь породить еще больше обиженный сознаний. Альбедо кивнул. Глупое и иррациональное чувство, но он его понимал. Не являясь людьми изначально, они гораздо острее ощущали свою неуникальность и простоту появления жизни из, казалось бы, посторонних веществ. Он сам, при своей страсти к рисованию всего вокруг, никогда не писал автопортретов. —Получилось неплохо. Альбедо сделал вид, что не заметил, как двойник опустил голову в попытке скрыть смущенную улыбку. Вместо этого он начал внимательно изучать деревянную фигурку Кли. − Думаю, лучше будет покрыть их масляной краской, чтобы они не сгнили от влажности. − Наверное, ты прав, − двойник повертел в руке Лизу и поднял на Альбедо слега смущенный взгляд. — Вот только, боюсь, я совсем не умею пользоваться кистями. Не поможешь? — Почему бы и нет? — слегка улыбнулся Альбедо.