Натуральный раздел

      Вот-вот рассветёт — небо ещё тёмное, звёзды не исчезли, а края крыш уже сияют солнечными бликами, обрамляя силуэт города. В тех густых тенях, иногда, одиноко мелькают фары, и одна пара тухнет, когда машина подъезжает к школе. Учителя, ученики… все только спросонья — раньше всех приходит вахтёр; в шестом часу утра с самой большой связкой ключей открывает ворота, проходит по двору без фонарика и отпирает парадную дверь, сразу ступая на свой пост. Он застаёт школьные коридоры безлюдными, просторными, какими они никогда не кажутся во время уроков. Наверное, это из-за сумрака…       Традиция? Или прихоть директора? Ведь в чём задача вахтёра, если смена начинается так рано? Кто-то подумает, в подготовке школы к приходу остальных, а, может, он должен успеть взбодриться, пока рядом никого нет, хотя раньше именно с этим у него была большая проблема: постоянно засыпал за столом. За годы, проведённые в должности, фраза «доброе утро» въелась в него, стала паразитом, и постепенно он, так сказать, сдружился и с директором, и с учителями, и всех учеников узнал в лицо, но всё равно кому угодно неловко от того, что его застают уснувшим на посту. И быстро нашлось решение — старенький кнопочный телефон, точнее, функция будильника, благодаря которой вахтёр может спать дополнительно аж полтора часа! И никто не догадывается о таком трюке! Потому что вахтёр стар и расчётлив: много дней он наблюдал, в какое время приходят первые уборщицы и учителя, и вычислил идеальное время для подъёма. Но сегодня не такой день…       — Проснитесь, — вахтёр услышал голосок, и кто-то толкал в плечо. — Ну же, давайте.       — А? — он поднял голову, проморгался. — О-йо! Девочка, ты что тут делаешь?       Он вправду увидел девочку. Нет. Девушку. Но такую худенькую и маленькую... Да и чересчур застенчивую.       — Извините… Я забыла во сколько начало урока и-и…       — Эх, боялась опоздать.       — Да! — она вдруг обрадовалась проницательности вахтёра, но резко умолкла и отвела взгляд.       Как же стесняется, смотреть больно. И дрожит. Точно замёрзла по дороге. Ещё бы! Хоть и рассвело, не потеплело, а она в обычной школьной форме: юбка, рубашка. Поверх рубашки жёлтая жилетка, которая, очевидно, голым ногам тепла не даст. К счастью, теперь она согреется. Всё будет хорошо.       Вахтёр только и мог глубоко вздохнуть, глядя на часы:       — Время у нас: семь двадцать ровно. Ты совсем уж рано.       — В моей школе требовали приходить к семи тридцати, вот я и подумала… что тут так же.       — А у нас не так, — мужчина развёл руками. — И что за школа такая?       — Строгая.       — Да уж… Урок через сорок минут, и кроме нас в школе никого нет.       Девушка собиралась что-то ответить, спросить, но…       — Давай, знаешь, как сделаем… — повеселел он. — Переобувайся. Я отведу тебя в класс.       — Хорошо.       Около выхода стояло множество шкафчиков в несколько рядов, внутри них сменная обувь, и каждый подписан. Ученица сперва ошиблась рядом, затем сориентировалась и быстро нашла свой, туфли уже были там. Стало очевидно, что она приходила раньше. Не только приходила, но и успела разместиться.       — Ладно, пошли. — вахтёр обошел постовой стол.       Между тем на улице рассвело, но в помещениях до сих пор темно. Щелчок фонарика — и кусочек света маячит по коридору. В крепкой руке звенят ключи. Тяжёлые ботинки и лёгкие туфельки стучат по полу, мужчина и девушка идут плечом к плечу, продолжая разговор:       — Ты же новенькая, да?       — Угу, — ученица скромно кивнула.       — Я видел тебя недавно. Как тебя зовут?       Похоже, она не до конца согрелась: легонько дрогнула. Потом взглянула на вахтёра. Губы её сжались, брови сдвинулись, этот вопрос её будто бы встревожил. Во всяком случае, девушка не смогла ответить сразу.       — Меня… — запнулась она. — Сайко.       — Эм, а фамилия?       — Сутока. Сайко Сутока. Да.       — А я Сэм.       «Вы же не назвали фамилию» — прочитал Сэм во взгляде Сайко, и спохватился:       — Сэм Симани. — Но внезапно он остановился, и девушка тоже: — Погоди. Что я хотел… А, точно! В каком классе ты учишься?       — Бэ два.       — Ха! А вот он! Какое везение.       И правда: они остановились прямо под вывеской «Б2». Сэм открыл дверь и впустил туда Сайко. Она сняла рюкзачок и поставила под первую же парту.       — Что ж, — Сэм поставил руки на пояс. — По-моему, даже лучше, что ты пришла так рано: так ты можешь осмотреться, и никто не помешает. Ладно, ты занимайся, а я схожу, включу свет. Только учительский стол не трогай.       И Сэм ушёл. А Сайко осталась одна. Стояла на месте и смотрела по сторонам, видела в полутьме пустые парты, ровно стоящие стулья. За какой же из них сядет она? Сколько из них не занято? И главное: примут ли её в коллектив? Вернее, примут как? С этой мыслью дыхание Сайко само собой участилось, ей показалось будто одноклассники уже здесь, ждут её слова — она едва не вскрикнула, хотя отшатнулась. Через секунду ситуация прояснилась: вернулся Сэм.       — Извини. Я тебя напугал, да?       — Ничего, — Сайко мигом успокоилась. — Всё в порядке.       — Эх… Я свет включил. Вот.       Вахтёр клацнул выключателем, и комната осветилась, а он, так как должен быть на посту, опять ушёл.       В свете ощущение присутствия посторонних усилилось, но всё-таки на самом деле никого кроме Сэма рядом не было, и Сайко вспомнила его совет: осмотреться. Чтобы отвлечься. Безразличный взгляд тут же пал на большой стол с бортиками по краям. Ученица подошла поближе, в глазах заискрилось честное любопытство. Сайко сомневалась, достойно ли поступает; Сэм сказал не трогать, а смотреть… можно? Она сцепила пальцы перед грудью и через них вытянула шею, стоя в шаге от стола, как бы не коснуться его ни чем. За стопками папок и разных тетрадей, под прозрачным пластиком лежала интересная бумага. То схема размещения. Судя по ней, почти все парты заняты — свободные есть в последних рядах. И вдруг Сайко не сдержалась, аж подпрыгнула к столу и легла на пластик, ткнув пальцем в схему: хотела точно убедиться в том, что заметила там своё имя.       Так и есть. Выведено: «Сайко».       — Точно… Сай-ко… — нашептала она. — Никак не иначе.       Записано без фамилии, как и имена остальных. И как раз в предпоследнем ряду. Учитель успел вписать её, хотя она никогда не присутствовала в классе? Может, в Б2 учится другая Сайко? Единственно верный способ узнать — подождать.       Рюкзачок она переставила на своё место, почти в самый дальний угол. Чудесное местечко, чтобы и слышать учителя, и не терять из виду окружающих, особенно если хочешь знать о чём они говорят. Ведь с первых парт шанса оглянуться незаметно нет. Ещё оно хорошо тем, что расписание занятий и секций, плюс всякие справки, всего через парту сзади — удобно следить. Самое время ознакомиться. Всё обыкновенно: пять учебных дней, суббота и воскресенье — выходные, допзанятия по основным предметам, объявление о наборе в художественную школу, результаты конкурса по математике… Единственное отличие от прежней школы — начало первого урока на пол часа позже. Могли бы быть проблемы с адаптацией к учёбе, но эта школа попадает под ЕГПО.       Шаги…       Всё отчетливей стук каблуков. Звук нарастает. Походка уверенная. Вот уже… Дверь открыта — учитель не входит — смотрит.       — Сайко. Доброе утро.       — Здравствуйте.       Высокий молодой мужчина, почти парень, в тёмном костюме, прошёл в комнату, убрал под стол портфель, а сам присел. Ученица вернулась на своё место.       — Почему ты пришла так рано?       — Не знаю во сколько начинается урок.       — То есть, не знаешь? Я же дал тебе всё, что нужно.       — Извините… Я их потеряла… Но, вот, прочитала расписание. Обещаю, что больше не забуду.       — Ну Сайко, не принимай это так серьёзно. Из любой ситуации можно выжать пользу, и, кажется, нам обоим проще оттого, что ты пришла так рано.       Он тоже так говорит…       — Почему?       — Например, ты можешь походить по школе, заранее занять место. Кстати, твоё… э-э… третий ряд, четвёртая парта. Гм… — мужчина чуть прищурился. — О, ты как раз там.       — Да, учитель. — Сайко опустила голову. Но учитель не собирался её ругать, а продолжал дальше:       — Итак, я не сказал главного. Я ведь смогу представить тебя всему классу за раз. Ты подождёшь за дверью, а, когда позову, войдёшь. Понятно?       — Понятно, но… Зачем так делать?       — Как «так»?       — Я не могу остаться в классе?       — Не-е-т. — Он дал категоричный ответ. — Сайко, как бы объяснить… Хм… Видишь ли, я ценю дисциплину, и, если вызову тебя из класса, все начнут вертеться как волчки, знакомиться с тобой по отдельности. Так что поверь, лучше сделать, как я говорю. Знаешь же поговорку «одним выстрелом двух зайцев»? — пока учитель объяснял, Сайко усердно соображала. — Мы и не потеряем внимания учеников, и никто лишний раз не спросит, кто ты такая.       — Тогда хорошо.       — Просто отлично, — учитель встал. — Скоро начнут приходить люди, поэтому отведу тебя в учительскую прямо сейчас. Посидишь за моим столом, а, когда прозвенит звонок, придёшь. Надеюсь, не заблудишься?       — Не заблужусь, — и Сайко встала.       Идти, как выяснилось, недалеко, даже не пришлось заворачивать, — похоже, учитель чересчур сильно беспокоится, ведь как можно заблудиться, если от входа в учительскую видно двери класса Б2? Не считает же он Сайко глупой… Комната не была заперта, и свет горел. Здешняя учительская выглядела почти как класс: также парты в ряды, только их меньше; вдоль стен шкафы, забитые папками, и ни одной пустой полки. Крово, так зовут учителя, усадил ученицу за первый стол, и, захватив пару бумаг с другого, пошёл обратно, оставив её одну. Как только щёлкнула дверь, Сайко выдохнула так, будто до этого затаила дыхание, затем скинула очки и закрыла глаза ладонями. Она крепко растирала лоб и лицо, растормошила чёлку — пришлось поправлять. В конце-концов вдохнула глубоко-глубоко, до самой дрожи, а выдохнула так медленно, как могла.       Кому это надо? Зачем? Так проще только ему! Зачем согласилась?       Обхватив голову, Сайко уставила взгляд на очки, лежащие на парте. Думала… С одной стороны учитель упростил всем жизнь: никому не придётся знакомится поочерёдно; с другой — все будут смотреть только на неё. От этого Сайко только сильнее сдавила виски, аж в ушах загудело. Тут она и услышала шум, топот в коридоре — ученики уже здесь? Сколько время? Как из неоткуда над дверьми появились часы. Сайко надела очки: без пяти восемь. Как? Куда делось время!? Ну-у… что же, пару минут, и пора идти. Скоро начнётся урок. Тем более странно, что в учительскую не вошёл никто.

***

      И вот звонок. Сайко уже у двери. Ждёт своего часа. Противоречивое чувство овладевало ученицей: она боялась и хотела войти поскорее; сгорала от нетерпения, дрожала от страха. Что так долго? Он же видит её через окно в двери! Слышен голос учителя, неразборчиво. Но слово «входи» прозвучало словно без преград.