Уроки Гермионы

— Гарри, у нас плохие новости. — Что случилось? — Попытался сосредоточиться Гарри, чему немного мешала Гермиона, находившаяся рядом. — Мы выяснили в чем секрет бессмертия Тома. — Выдал Сириус. — Так это же здорово! — Мгновенно перебила Гермиона, затем, запнувшись, поинтересовалась. — Или его метод дает абсолютную защиту? Вряд ли, ведь тогда бы кто-то другой уже этим воспользовался, но мы слышали только о Фламеле, который самый долгоживущий маг. Значит дело в том, что его бессмертие сложно обойти или разрушить и в этом плохая новость? — Гермиона, не части, — взмолился Блэк. — Мне и так сложно. Если кратко, Реддл создал крестражи. При следующей встрече мы дадим вам книги, которые содержат больше информации. Пока их изучают Анди с Лунатиком. Но, если коротко: это такие тёмномагические артефакты, которые удерживают в мире часть его души, подобно якорю. И пока они существуют он может возрождаться снова и снова. — Как дневник? — Быстро уточнил Гарри. — Да, — кивнул Сириус. — Мы считаем, что дневник так же был крестражем. Как и найденный Анди медальон. И исходя из этого у нас две проблемы. Первое: мы не знаем сколько крестражей сделал Том. И что это за предметы. И методик поиска мы пока не нашли. Не уверен, что они вообще существуют, а не что требуется их разработать. Анди, по крайней мере говорила, что не встречала упоминаний о том, что бы делали более одного крестража. А значит, что мы как верно заметила Гермиона не можем обойти его бессмертие и должны придумать что-то иное. Второе ещё хуже. По мнению Арктуруса Гарри, а точнее его шрам, один из крестражей. А поскольку единственный известный метод уничтожения крестражей это уничтожение его физического носителя... — Я должен умереть, чтобы можно было убить Тома. — Кивнул Гарри. — И думать забудь! — Возмутился Сириус. — Варианты с твоим убийством мы даже не рассматриваем. Мы же уже выяснили, что уничтожение крестражей нам не под силу. Придумаем что-то ещё. Так что не вздумай замыкаться на этой мысли, понял? Но если вы с Гермионой придумаете какой-то ещё способ уничтожить крестраж, то мы с радостью. — Надо связаться с гоблинами, — предложила Гермиона, — на них работают лучшие разрушители проклятий. Вполне вероятно, что они сталкивались с подобным и знают что с этим делать. Но не обнародовали эти методы. — Согласен, — кивнул Сириус. — Но не хочу рисковать, потому что гоблины могут решить, что жизнь Гарри невеликая цена за спокойствие волшебного мира. Им же от Реддла тоже доставалось. — Почему бы не поговорить в частном порядке с Биллом? — Предложил Гарри. — Не просить рассказать, как, а просто узнать есть ли у них методы. И если они секретны пусть он сам, не посвящая никого в тайну, все сделает. — Я попробую, — кивнул Сириус. — И если удастся с Гарри решить вопрос, то мы передадим все это в отдел тайн, уверен специалисты оттуда лучше нас справятся с поиском и уничтожением. — Ладно, — сказал Гарри, — что нам делать сейчас? — Постараться уснуть, — закруглился Сириус. — Без дополнительной информации мы мало что можем. Я позвонил, только чтобы поставить Гарри в известность. И, главное, не вздумай опускать руки или поддаться идее отдать свою жизнь за какие-то непонятные цели. — Уж поверь, Сириус, — с нехорошим огнем в глазах заявила Гермиона, — я не позволю чему-то подобному случится. — Тогда доброй ночи, — попрощался Сириус, — будут какие-то новости тут же сообщу.       После того как Блэк отключился юные волшебники некоторое время сидели в тишине. — Что ж, — встряхнулся Гарри через пару минут, — это многое объясняет. — Ты про поведение Дамблдора? — хмыкнула Гермиона. — И про него тоже. Уверен он знает об этом с самого начала. Как ты думаешь, он предложил мне уроки окклюменции, чтобы удостовериться? — Я думаю нет, — покачала головой Гермиона. — Думаю он и правда хотел тебя этому научить, чтобы ты смог быть его оружием против Тома. Он и правда хочет его победить, правда странными методами. А про то, что ты крестраж он знал с самого твоего детства. Эта теория объясняет все те странности, что он делал с твоей жизнью. — Скорее всего ты права. Но тогда получается, что он врал всем членам ордена. Ведь он своими глазами видел крестражи. Но при этом говорил им, что у него есть только теории по поводу бессмертия Реддла. Думаешь он боится утечки информации? — Это было бы глупо. — пожала плечами Гермиона. — Если он не доверяет своим людям информацию критически важную для победы, то зачем они ему вообще? Хотя, если вспомнить, как он скрывал информацию о пророчестве не исключено, что он и правда боится утечек. Но разве он не доверяет тому же Снейпу или профессору Макгонагалл? — А что если он тоже не знает число крестражей? — Задумался Гарри. — Ведь, как сказал Сириус, никто не делал их много. Тогда он был уверен, что единственный крестраж это я. Поэтому знал заранее что Том воскреснет. Поэтому следил за мной и не вел поиски и разработки поисковых заклинаний. — А может и вел, — хмыкнула Гермиона. — В конце концов ты же показал ему дневник, верно? И если он сумел определить крестраж в тебе, то обязан был заметить его и в дневнике. А значит уже несколько лет знает, что ты не единственный. И должен искать остальные. — А поскольку с нами он не делится информаций, да и ни с кем другим тоже, мы не знаем, что он нашел, придумал и думает ли об этом вообще. — Заключил Гарри. — А значит нам не стоит думать о нем и сосредоточимся на том, что можем сделать мы. — В первую очередь, нам нужно получить книги от Сириуса. — И быть аккуратнее с окклюменцией. — Задумался Гарри. — Ведь Дамблдор не зря отменил занятия после первой же попытки проникнуть в мой мозг. Полагаю он либо наткнулся на крестраж и получил от него отпор и тогда это опасно для тебя. Либо наткнулся на него и чуть не разбудил, что опасно для меня. — Но и совсем её забрасывать нельзя. Тебе нужно научится защищаться от влияния Реддла. Будем работать, как и прежде, просто я буду внимательней и если замечу что-то подозрительное сразу прервемся. — Думаю это отличный план, — заключил Гарри, со вздохом поднялся с пуфиков и протянул руку Гермионе. — Жаль, но нам пора в гостиную, если мы не хотим нарваться на неприятности. — Знаешь, — заметила Гермиона, когда они уже подходили к гостиной, — и я, и Сириус опасались, что ты тяжелее воспримешь эту информацию. Да и поначалу ты был ею сильно сражен. — Все благодаря тебе, милая, — улыбнулся Гарри, и, заметив как покраснели щеки его девушки, сделал мысленную пометку чаще баловать её комплиментами и нежными словами. —Сначала я конечно расстроился и готов был смириться с судьбой смертника. Но потом вспомнил твои занятия по логике и решил немного порассуждать. Все страшное уже случилось. Причем давно. То что я об этом узнал, ничего не изменило кроме того, что теперь у меня больше информации. То есть, то что я крестраж, не меняет в моей жизни ничего. Ну да, есть вероятность, что мне придется умереть, — Гарри сжал ладонь Гермионе, которая вскинулась чтобы протестовать против последнего заявления. — Не спорь, она есть. Не потому что я крестраж, а потому что Том нацелился на меня. Как и многие пожиратели. Единственное что поменяли новости Сириуса, так это то, что мы не можем полностью ожидать содействия от министра. Но это не страшно, у нас есть время и ресурсы, чтобы решить эту проблему. Поэтому, вместо того чтобы переживать, я решил что необходимо сосредоточиться на решении проблемы. — Удивительно, — хмыкнула Гермиона. — Что именно? — На удивление здравые мысли для парня, который ещё год назад не мог разгадать простейшую загадку из яйца. — Улыбнулась Гермиона. — Так ведь у меня был замечательный учитель, — кивнул Гарри, пропуская её к портрету Толстой Дамы.

***

      Собрания в ближайшие выходные не случилось, но Сириус сумел передать Гарри и Гермионе необходимую литературу с помощью Хедвиг. Изучать книги рода Блэк юные волшебники уже давно научились, несмотря на все ограничения. Это занимало больше времени, чем обычные изыскания Грейнджер, но эксклюзивность информации покрывала этот минус. Тем более, что литературы было немного и уже спустя неделю лохматая парочка могла поучаствовать в обсуждении и разработке планов наряду со взрослыми. Собственно они эту встречу и спровоцировали, когда посреди недели, вечером, сбежав в воющую хижину, позвонили Сириусу. Он же быстро собрал Тонксов и Люпинов. — Итак, Гермиона, чем ты хотела с нами поделиться? — Ну, — Гермиона слегка замялась. — Не совсем поделиться, а сначала узнать пару моментов. Потому что в книге это было непонятно, мы с Гарри пробовали порассуждать, но решили, что лучше уточнить у опытного человека. Но для начала, может мы открываем Америку? Сириус, ты поговорил с Биллом? — Кстати, да. Простите, забыл рассказать. Я с ним говорил, он сказал, что разрушители нечасто, но сталкиваются с подобным. И, если предмет превращенный в артефакт имеет большую ценность, его просто запирают в недоступных подземельях Гринготса. В надежде, что когда-нибудь появятся способы уничтожить крестраж не разрушая объект. Либо же сжигают адским пламенем на месте. — То есть нам это не подходит? — Более того, Билл сказал, что если мы найдем рабочий метод, то Гринготс будет готов его купить. Надо лишь продемонстрировать. — С учетом того, что ты хотела быть исследователем, — заметил Поттер своей девушке, — для тебя было бы неплохой заявкой о себе разработка методик, которую выкупают гоблины. — Если она конечно сработает. — Значит у тебя и правда есть идеи, — с надеждой спросил Ремус. — Потому что мы обсуждали все это последние полторы недели и есть ощущение, что топчемся на месте. — Для начала, я хотела бы узнать пару моментов, — охладила его пыл Гермиона. — Как я понимаю, душа помещенная в крестраж, находится в неестественном состоянии и стремится либо к уходу из этого мира, либо к воссоединению с основной частью души, верно? —Я бы не сказал так однозначно. — Покачал головой Сириус. — Ведь наличие призраков говорит о том, что душа может находиться в этом мире после смерти и без крестража. — Но призраки так же остаются в этом мире, потому что имеют якорь, но не физический а эмоциональный, — отметила Андромеда. — Но при этом их души цельные. Здесь уместней спросить, каково естественное состояние осколка души. — Стоп, стоп, стоп. — Прервал всех Гарри. — Оставим в стороне теории о душе. Вы можете точно сказать, удерживает ли крестраж душу насильно, за счет привязки, или осколок души... — Однозначно, — ответил Арктурус. — Без подобного якоря осколок души не может оставаться в этом мире и либо исчезнет, либо же сольется с остальной частью души. Иначе бы весь мир кишел подобными осколками душ. — Значит, удерживает. И делает это за счет темной магии, верно? — Продолжила развивать идею Гермиона. — Конечно, — кивнул Сириус. — А откуда он черпает магию, чтобы постоянно удерживать захват? — Победоносно улыбнулась Гермиона. — Магию обеспечивает ритуал, — предположил Ремус. — Человеческая жертва очень сильный магический источник, которую ритуал перенаправляет на привязку и защиту артефакта. — Вероятно, — хмыкнула Гермиона, — но я думаю, что это неверно. По-моему магия на удержание души берется из самого носителя. Из артефакта или окружающей среды. — Это конечно вероятно, но почему... — Потому что есть Гарри! — Радостно заявила Гермиона. — Том очевидно не проводил ритуал, для создания крестража из него. Иначе он не стремился бы после возрождения его убить, это же глупо уничтожать собственный крестраж. Так же я сомневаюсь, что он мог провести ритуал создания крестража не зная об этом. Это значит, что для постоянного действия магии удержания души не нужен ритуал. А значит подпитку он берет из носителя или окружающей среды, а не из первоначального всплеска силы из-за жертвы. — И это значит? — Первым смог спросить пораженный Сириус. — Это только теория, — вздохнула Гермиона. — Но её можно проверить. Это значит, что нам нужно провести тест на крестраже. Конечно на медальоне, а не на Гарри. Для этого нам нужен сосуд или помещение, которые будут высасывать магию из медальона. — Боюсь таких помещений у нас нет, — покачал головой Сириус. — Максимум родовые подземелья темницы Блэков, которые просто препятствуют прохождению магии. — Если теория Гермионы верна, подойдут и они, наверно. — Кивнул Гарри. — Подойдут? — Уточнила Андромеда. — Да. Если Гермиона права, и крестраж на поддержку себя берет мою магию, мне необходимо довести себя до полного магического истощения, после чего оказаться в темнице Блэков, чтобы не восстанавливать свою магию, пока осколок души не удалится естественным путем из-за ослабевшей привязки. — И ты готов на такой риск? Ведь подобное может сделать тебя сквибом? — Заметила Нимфадора. — Я думаю, что мы ещё обсудим это с Тедом. Он, как целитель, должен подсказать, как это сделать с минимальным риском. — Кивнул Гарри. — Но если опыты с медальоном пройдут успешно я в любом случае пойду на это. Лучше я буду сквибом без крестража в голове и дам шанс министерству и вам всем найти и уничтожить Тома, чем буду волшебником, но препятствием для достижения этой цели. — Ключевое здесь, что сначала необходимо провести опыты на медальоне. — Заметил Сириус. — Остальную часть вашего плана мы и правда можем обсудить потом. Ведь не факт, что это вообще потребуется. Пока дайте нам время, чтобы найти способ проверить вашу теорию. — Хорошо. И да, — Гермиона, словно что-то вспомнила. — Тот эксперимент который я предложила, это не единственный вариант. Если вы найдете способ лишить медальон вложенной в него магии другим способом, то это тоже сработает. — Не волнуйся, — улыбнулась Андромеда. — Мы что-нибудь придумаем. — Тогда ждем новостей, — кивнул Гарри и отключился.

***

      После неожиданного звонка из Хогвартса и последующего обсуждения в кабинете Сириуса воцарилась тишина. — Хорошие дети, — первым пришел в себя Аркутурус. — Надо же, лишить магии. Ведь идея была на поверхности, почему никому из нас она не пришла в голову? — Думаю все дело в том, что Гермиона и Гарри выросли с магглами. Для нас магия настолько естественна, что мы забываем, что она не неотъемлемая часть мира, а всего лишь инструмент. Для них же существует мир без магии, потому они смотрят шире нас. Поэтому для них одна из первых мыслей: если подобное есть только в мире магов, то что будет если убрать из уравнения магию? — Предположила Андромеда.              После слов Андромеды все волшебники снова замолчали, невесело размышляя над правотой миссис Тонкс. Впрочем, долго это не продлилось. На сей раз прервал тишину Сириус. — Ладно, оставим теории и перейдем к практике. У кого есть какие идеи, по поводу того, как лишить магии медальон? Простое фините же не сработает. — А камер высасывающих магию у Блэков нет? — Уточнил Ремус. — Конечно же нет, — фыркнул Арктурус. — Как ты себе это представляешь, ведь они бы влияли не только на заключенного, но и на тюремщика. И никакой бы артефакт не спас, так как тоже бы разряжался. А значит, что либо член рода Блэк должен был бы своими руками заниматься заключенным, при этом рискуя магическим истощением. Либо нужно было бы нанимать сквибов, что недопустимо для рода Блэк! — Простите, — немного сконфужено пробормотал Лунатик, — об этом я как-то не подумал. — Может что-то подобное есть у гоблинов? — Задумалась Андромеда. — Даже если есть, это не вариант. — Хмыкнул Сириус. — Они не позволят просто так этим воспользоваться, а посвящать в наши дела их ещё слишком рано. Но у них можно узнать насчет небольших шкатулок или сосудов, которые выполняют подобную функцию. Интерес к таким вещам их не удивит. — Сомневаюсь, что у них есть что-то подобное. — Хмыкнул Акртурус. — На моей памяти не было ничего похожего нигде и никогда. Максимум это экранирующие шкатулки. Но средство для вытягивания магии? Это же уничтожит артефакт, верно? А значит проще сразу сжечь заклинаниями. Поэтому подобные вещи не создавались. — Знаете, — Оживилась Нимфадора, — Ведь говорят Нурменгард способен вытягивать магию из заключенных в нем. — Это общеизвестно. — Кивнула Андромеда. — Да, но ведь происходит это явно не из-за наложенных на него заклинаний. Если бы такие заклинания были, то о них бы знали. — Продолжила аврор. — Ты ведешь к тому, что нам необходим материал из которого сложена крепость? А что это... — задумался было Сириус — Знаете, мне кажется мы изобретаем велосипед. — Внезапно улыбнулся Ремус. — Не знаю как вам, а мне Гермиона снова преподала урок, так что... — Снова? — Заинтересовался Сириус. — А, — Ремус с легкой ностальгией улыбнулся. — Об этом... Я не рассказывал, но я пришел к тебе тогда летом из-за Гермионы. Понимаешь, на третьем курсе она пользовалась маховиком, — все кивнули, показывая, что слышали об этом. — И ей категорически запретили кому-либо об этом сообщать. И она хранила тайну, даже когда Гарри что-то начал замечать в ней странное. Но когда пришла пора помочь Гарри, она решительно наплевала на строгий запрет. На все правила и возможные риски и просто пошла с ним спасать Сириуса. И я вспомнил об этом в начале лета, когда внезапно подумал, что если четырнадцатилетняя девочка может сама решить, что ей делать и не обращать ни на что внимания ради Гарри, то почему я не слушаю свою совесть, а следую советам Дамблдора. Вот тогда я и пришел к тебе Сириус. Это был первый урок от Гермионы. А сейчас мы получили второй, что думать надо шире. — Что ты имеешь в виду? — Значит идея такая....