Это не сон

— Нацу? Кружка для чая выскользнула из рук и ударилось об пол, пока она рассматривала ужасно знакомую фигуру, стоявшая в дверях достаточно уютной гостиной. Мужчина был одет в чёрный костюм, у которого подолы и рукава слегка потрепались. На левой груди у него была приколота золотая медаль, сверкающая и излучающая гордость и силу. — Добрый вечер, госпожа Драгнил, — сказал солдат слегка склонив голову. — Я бы не... Люси не дала мужчине договорить, а только бросилась на грудь мужа, крепко обняла его за шею и зарыдала, пока не почувствовала, как сильные, знакомые руки обхватили её за талию. «Как же я надеюсь что это не сон», — подумала Люси. — Нацу, — воскликнул он, и слёзы потекли по её лицу. — О Боже… Я… Нацу… Ты правда здесь. Я… Люси испустила дрожащий вздох, прежде чем уткнуться в грудь Нацу, вдыхая его запах. — Да, Люська. Я здесь. Теперь я буду только с тобою. Всхлипнул ещё сильнее, услышав низкий, слегка хрипловатый голос мужчины. Пять лет он мечтал снова услышать тот же голос, так молился, чтобы Люси произнесла его имя, как всегда, с такой любовью и обожанием, что сердце Нацу готово было разорваться в груди. — Тогда я лучше пойду, — произнесла Мира, поклонившись на мгновение, прежде чем закрыть за собой входную дверь. Пара осталась в уютной гостиной своего дома, обнимаясь, плача и просто целуя друг друга, как будто боялись, что этот момент единения был всего лишь сном, что как только они расстанутся, другой исчезнет, как это было в кошмарах обоих. Драгнил отстранилась и обхватил ладонями лицо мужа, пробегая глазами по его чертам, как будто это был последний раз, когда она видел. «Нацу. Ты правда здесь». — Да, — пробормотал Нацу, прерывисто дыша. — Я так скучал по тебе, моя милая Люси. Люси всхлипнула и прижалась ещё одним крепким поцелуем к его губам, сердце громко стучало в груди, и она позволила слезам свободно стекать с её закрытых глаз. — Ты не представляешь как я по тебе тоже скучала — произнесла она у самых губ Нацу. — Я не получала от тебя никаких известий и так волновалась, что не могла спать по ночам. Но я так рада что всё обошлось, и ты жив, здоров. Нацу на это грустно улыбнулся. «Моя маленькая Люси, как же ты не права...» — подумал Нацу. — Мне очень жаль, — пальцы Нацу сжались на бедрах Люси, глаза смотрели прямо перед собой, но, казалось, были погружены в какое-то оцепенение. Почему Нацу так уставился на Люси? — Нас послали в самые суровые районы страны без всякой связи. Как бы мне ни хотелось написать тебе, я не мог этого сделать, не пересекая вражеской территории. Люси проглотила комок в горле. Нацу поднял руку, обхватив лицо Люси, бессознательно водя пальцами, как будто изо всех сил пытаясь найти искомое. — Н-Нацу? — пробормотала Люси, когда рука её мужа наконец коснулась её щеки, пальцы задрожали, и Нацу резко выдохнул через нос. Люси видела, как лицо Нацу сморщилось, как его брови сошлись вместе, а губы сжались в тонкую линию. — Чёрт, — услышала она его голос, сильно дрожащий. — Я так хочу увидеть твоё прекрасное лицо, Люси, ты просто не представляешь как хочу тебя увидеть. Сердце мисс Драгнил казалось остановилось после его последних слов. — Н-не может быть. Ей точно послышалось, это не может быть правдой. всхлип сорвался с губ Нацу, когда его другая дрожащая рука схватила Люси за шею. — Я так хочу тебя видеть! — воскликнул он отчаянно. Прошло совсем немного времени, прежде чем Люси поняла, что это правда происходит. И как только истина наконец дошла до неё, из её горла вырвался сдавленный хрип, и она схватил руки мужчины, державшие её за запястья. Новые слёзы хлынули из глаз Люси , когда она почувствовала, как её сердце разбилось в груди на миллионы осколков хрупкого стекла. — Н-нет, Н-Нацу, пожалуйста… — она всхлипнул. — Скажи мне, что это неправда. Пожалуйста. Люси стиснула зубы и закрыла глаза, чувствуя, как по щекам катятся теплые слёзы. — Это была граната, — признался он. — Мы осматривали здание, и прежде чем поняли, что это ловушка, было уже слишком поздно. Раздался взрыв, и осколки попали мне в глаза. Прежде чем я понял, что происходит, я был контужен и больше ничего не мог видеть. Люси отстранилась, чтобы скользнуть руками по лицу Нацу, слепо лаская большими пальцами щёки мужа. — В тот момент я хотел только одного — снова увидеть тебя… Даже если это было бы в последний раз. Нацу всхлипнул, прижимаясь лицом к ладони Люси, наслаждаясь теплом, которого был лишён в течение пяти лет, наслаждаясь ароматом и нежными прикосновениями своей горячо любимой жены. — Я знаю, что был бы рад пережить войну, вернуться домой к тебе, но Люси… — у Драгнила спёрло дыхание. — Я бы всё отдал, чтобы снова увидеть твоё необыкновенно красивое лицо. Нацу провёл большим пальцем по щеке жены, смахнув случайную слезу. — Я боюсь, Люси, — сказал он. — Я боюсь забыть, как ты выглядишь. Руки Люси сжались вокруг запястий солдата, а его грудь ужасно сжалась. — Даже если ты меня не видишь, даже если ты больше не помнишь моего лица, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты помнил, что я всегда буду здесь, в пределах твоей досягаемости. Любить и обнимать до конца своих дней. У Нацу перехватило дыхание, и она на носочках приподнялась вперёд, поцеловав мужа в лоб со свободно стекающими по щекам слезами, когда боль и благодарность одновременно сжимали его сердце. Люси вцепилась в ткань пальто Нацу, притянув его поближе, устранив оставшееся пространство между ними и почувствовав, как громко бьётся сердце её мужа. Люси потеряла счёт тому, как сильно она молилась, чтобы снова прижать Нацу к себе. — Нацу-у, — пробормотала его жена, вздрагивая от тёплого дыхания мужа, коснувшегося её лица. — Это ведь не сон, верно? — Тихий вздох слетел с губ Нацу, и он крепче прижал свою любимую к груди, отказываясь отпускать. — Нет. — Все кончено? — Нацу кивнул. Люси обняла Нацу за талию и уткнулась лицом в шею мужа. — Ты больше никуда не пойдёшь? — Нет, — прошептал Нацу, прижимаясь губами к виску Люси, чувствуя, как его сердце трепещет в груди от переполняющей любви и обещаний вечности другой. Ещё раз нежно поцеловав жену в губы, Нацу сказал: «Я остаюсь здесь, Люська».