студия

лухань тянет высокую ноту, допевая последнюю строчку. студия не очень просторная, но уютная и до жути привычная, но из-за усталости атмосфера давит и скапливается мигренью где-то в висках. откладывая наушники, он поспешно тянется за водой, даже закашлявшись немного. чужой взгляд ощутим физически. сехун ставит какие-то поправки в аудиодорожке, кликает пару раз мышью и _наблюдая. он не может не делать этого, ведь хань как никогда прекрасен в своей растянутой футболке, с пушистыми и неуложенными волосами, весь сам он — домашний, любимый. работать с ним — удовольствие, до улыбки и счастливых искр в глазах. лухань стукает дверью, да смотрит в ответ. — я замотался. — вижу. выглядишь мило. — да не бреди. домой? хун раздраженно вздыхает. неумение принимать комплименты кажется такой обыденной вещью. и тут уже не понять, желание по макушке сткунуть или обниматься часами на пролёт, чтоб эти настоящие бредни из головы выбить. — лень вставать. давай тут побудем? обычно такая ситуация заканчивалась тем, что они пробывали в студии несколько часов, возвращаясь в квартиру под час или два ночи, когда нормальные люди спят уже. зато красиво как рассекать под сотню по мигающему яркими огнями городу. — как обычно. у нас будет хоть раз в жизни ужин не за пределами дома? — не бурчи. сехун протягивает руки, мол, сюда иди, а хань даже не перечит — устраивается на коленях чужих, да укладывет голову на плечо. — сам бурчишь. — я лишь высказываю свое недовольство, а ты душнишь. — я тебе сейчас нос откушу. показательно легко смыкает зубы где-то на шее, чем лишь вызывает звонкий смех со стороны хуна. иногда кажется, что у них каждый день так — трудно, лениво и потихоньку, без нагрузки и на языке «в кайф и по приколу». — не откусишь. иначе я не разрешу таскать свои футболки. — ох, зачем так грубо! разбиваешь мне сердце, мистер о.! сехун в отместку пушит чужие волосы еще больше. трек, кстати, крутой вышел, потому что они в этой студии не одну ночь сидели и будут сидеть. комфортно, но домой хочется, конечно.