Осколки белого стекла в ладонях

Карл всхлипывает, опуская красивое золотое перо на страницы своего дневника. Путешественник стирает слёзы с щёчек пыльным рукавом толстовки, очень осторожно двигая рукой, чтобы кровь, текущая по запястью, не запачкала яркую ткань. Ему срочно нужно было найти бинтик или полоску ткани, чтобы закрыть раны, пока Сапнап и Квакити не заметили их, но в его комнате не было ничего, что могло бы ему помочь. Карл отодвигает полку, забитую книгами, и выходит из своей тайной пещерки, в которой он хранит свои дневники и записи. Мальчик осматривает библиотеку, надеясь найти там хоть что-то тканевое, но, к сожалению, не обнаруживает ничего подходящего. Тогда путешественник решает пойти к своему дому в Эль Рапидс, зная, что там есть принесенная заботливым Сапнапом аптечка. Но на половине пути его ловит Квакити, подбегая к Карлу и звонко целуя его в щёку. — ¡Hola, Carlos! — весело кричит Кью ему прямо в ухо, и его голос звенит в голове Карла, давя на виски и вызывая укол боли. Несколько капель крови стекают по опущенной левой руке Карла и падает вниз, пачкая древесину Прайм пути. Джейкобс молится всем богам сервера, чтобы Квакити не заметил, как его пальцы окрашиваются рубиновым и тёмно-вишневым. — Привет, Квакити, — уставшим голосом отвечает ему Карл, пряча раненую руку за спину и робко улыбаясь жениху. — Чем занимался весь день? — Помогал этой сучке Джорджу строить дом. Этот ублюдок облил меня водой! — пожаловался ему Квакити, вызывая у Карла нежный смешок. — Почему бы тебе просто не облить его в ответ? — Я пытался! — Квакити возмущённо махнул руками. — Но этот очумелый гриб увернулся, а потом спрятался за Сапнапа — и ты знаешь, что обливать водой демона подобно пытке для него! Не мог же я ранить своего прекрасного и невероятно горячего жениха! — Да, это оставило бы у него ужасные ожоги, — вздохнул Карл, — я помню, как случайно разлил на него чай, так его крик был просто ужасен! Квакити покачал головой, посмотрев на Карла с укоризной, но ничего не сказал о этой ситуации, зная, что его кудрявый жених все ещё винил себя за то происшествие. — Ладно, нимрод, — передразнивая Карла, сказал Квакити, ухмыляясь до ушей, — А чем занимался ты весь день? — Ох, ну… — сердце Карла ускоряется до безумной скорости, пока он пытается быстро придумать реалистичную ложь, — Читал? Знаешь, в своей библиотеке весь день сидел, как всегда, хаха… — Сапнап говорил, что тебя не было в библиотеке, когда он заходил туда, — подозрительно прищурившись, Квакити осматривает Карла, несомненно, замечая, как он отводит взгляд и прячет руку. — Ах, ну, может, не заметил? — пропищал Карл, чувствуя, как рушится его ложь. Кью смотрит на него тяжёлым взглядом, полным недоверия и обиды. Потом он вдруг бросается вперёд, обхватывает Карла, мешая ему сопротивляться и хватает его раненую руку, сжимая её с такой силой, что Джейкобс всхлипывает об боли. Квакити морщится и быстро извиняется, когда видит кровь. — И какого хрена ты вообще скрывал это? Стоял тут, лгал мне в глаза и истекал кровью! — видно, что Квакити был зол, но здоровье жениха значило для него больше, и, ласково поцеловав Карла в висок, он отпустил его и вместо этого просто взял за здоровую руку, поглаживая ладонь большим пальцем. — Идём, милый мальчик, Сапнап позаботится о твоих ранах, — голос Квакити необычайно мягкий, комфортный и успокаивающий, ведь Кью знал, как сильно его жених боялся боли. Карлу очень хотелось сбежать, если честно. Он знал, что если Сапнап или Квакити увидят его раны, то возникнут вопросы, и ответить на них Карл не сможет. Но если он уйдёт сейчас, Квакити никогда больше не будет ему доверять. Поэтому Карл, как потерянный утёнок, семенит за Квакити, сжав его ладошку так сильно, что она покраснела. Кью несколько раз оборачивался и смотрел на него, заботливо улыбаясь. И Карл ещё больше волновался каждый раз, когда он делал это — в его голове крутились мысли о том, что когда Квакити узнает правду, он непременно разозлится, и тогда Карл больше никогда не увидит эту мягкую заботу в его глазах.

***

— И откуда у тебя они? — голос Сапнапа дрожит от волнения, и в тёмных глазах плещется беспокойство. Карл отводит взгляд, смотрит в пол, чувствуя, как жгучий стыд прожигает его душу. Сапнап смотрит на Квакити, и крылатый качает головой, показывая, что и сам не знает. Демон, тяжело вздохнув, отдаёт тряпку и стакан с тёплой водой Кью, чтобы тот стёр кровь с рук Карла, а сам разматывает бинты, краем глаза наблюдая за осторожными движениями Квакити. Руки Квакити очень нежно стирали кровь с его запястья, аккуратно водя тряпочкой по царапинам, стараясь не причинить больше боли. А когда Карл вздрагивал от неприятных ощущений, Квакити быстро целовал его в губы, чтобы отвлечь. Путешественник мог бы расслабиться и даже уснуть, если бы не был так взволнован и напуган. Карл понимает, что вся кровь ушла с его рук, когда Сапнап хрипло ругается, а Квакити застывает, как каменный, с огромными от ужаса глазами. — Карл, — шипит Сапнап, и воздух вокруг них быстро нагревается от пламени, расцветшего на его волосах, — Что это блять такое? — Какого хуя, ты что, сделал это с собой? — Квакити хватает Карла за подбородок, заставляя посмотреть на него, и в тёплых медных глазах жениха он видит печаль и вину. — Я… — Карл знал, что ему нужно было сказать «да». Промежуток наказал бы его за правду. — Я не могу сказать… — Что… схуяли, Карл? — Сапнап срывается на крик, и Квакити, заметив, как Карл сьеживается от его громкого голоса, шлёпает демона ладонью по руке. — Тон понизь, придурок, ты пугаешь его. Карл, солнышко, пожалуйста, скажи, что с тобой происходит, прошу, мы все поймём, мы поможем тебе. Поговори с нами, милый мальчик? Карл, ну, давай, — Квакити невероятно нежен с ним, гладит по лицу, целует в щёки и лоб, смахивает слезинки, которые сам Карл уже и не знал когда проронил. Руки Сапнапа слишком горячие, когда они ложатся на его царапины, образующие слова «Не сходи с пути», начертанные Промежутком как наказание за его непослушание. Но Карл не скажет демону об этом — он уже провинился перед ними так много раз, и если они не возненавидят его после этого, Джейкобс будет искренне удивлён. — Карл, — голос Сапнапа твёрд и тяжёл, а глаза суровые, как северные ветры, холодные, в отличие от его тела. — Если кто-то сделал это с тобой, просто скажи нам. Я уничтожу его. Путешественник вздрагивает всем телом и поворачивается к жениху, смотря на него с паникой и мольбой. — Пожалуйста, не надо, оно убьёт тебя, — хриплый голос Карла, кажется, напугал Квакити, и крылатый прижался к Джейкобсу всем телом и обнял так ласково, как никогда раньше не обнимал. Карл не обнимает его в ответ — он вцепился в руку Сапнапа и, всхлипывая, умоляет его взять эти слова назад. Он знает, что Промежуток слышал их. Он накажет их, он накажет Сапнапа, он сделает ему больно, и всё потому что Карл не смог скрыть свои раны от них, потому что Карл глупый неумеха, потому что… Карл задыхается. Карл глотает слова, когда понимает, что не может их сказать, не тогда, когда он не может даже нормально вдохнуть… Сапнап плачет. Карл видит это, видит, как его жених двигает губами, пытаясь что-то сказать ему, и чувствует что-то на своей груди, но не может понять, что — он слишком сосредоточен на том, чтобы вдохнуть ещё хотя бы разочек, он должен был сказать Сапнапу, чтобы он забрал свои слова назад, сказать, что это слишком опасно для него… -…дыши со мной, — слышит он, голос так близко к его уху, что дыхание говорящего обжигает щёку. — Делай вдохи вместе со мной, Карл… Раз… Три… Шесть, семь, восемь, давай, ты чудесно справляешься, дыши со мной хорошо, детка? Карл пытается ответить голосу, но не может сказать и слова, но он кивает, чуть заметно, надеясь, что голос поймёт, и кажется, он понимает, потому что следующие слова говорящего уже не наполнены такой паникой, он становится спокойнее и собраннее. — Карл, милый, можешь сказать мне, что ты видишь? — и первая вещь, которую может ему сказать Карл — это взволнованные сапфирово-синие глаза его жениха, потом слёзы на его щеках — Карл снова чувствует ком в горле, и голос просит его дышать вместе с ним. — Хорошо, давай по другому, что ты слышишь? — Тебя… — неуверенно отвечает Карл, и его голос звучит таким слабым. Человек позади него — Квакити, это Квакити нежно обнял его, очень осторожно, чтобы не сдавить тело и не заставить Карла чувствовать себя в ловушке, не дать ему начать задыхаться снова. Квакити шептал ему на ухо, а Сапнап отодвинулся как можно дальше, сгорбившись и не отрывая обеспокоенного взгляда от лица Карла, но боясь даже коснуться его, ведь в моменты волнения демон легко мог обжечь кого-то из своих женихов. — Давай, сможешь назвать ещё что-нибудь, Карл? — Лягушка квакает, — маленький питомец Карла кричал все то время, когда его хозяин не мог вдохнуть, будто бы чувствуя его панику. — Молодец, что ты чувствуешь, милый мальчик? — Очень жарко… И у тебя руки холодные, это странно ощущается, — тихо говорит Джейкобс, и Квакити кивает и прижимает губы к его лбу. — Сапнап, если ты сейчас же не успокоишь свой сексуальный жар, мне придется облить тебя водой, — шутит Квакити, и Карл даже хихикает, не понимая, откуда в его груди появился этот звук. А Сапнап не смеётся. Он все ещё хмурый, сжался в своём углу дивана, глядя на Карла со страхом, и путешественник все никак не мог понять, чего он боится. Неужели его состояние было таким страшным? Карл глубоко вдыхает и выдыхает, пристально смотря на Сапнапа, чтобы убедиться в том, что он видит движение его груди. Ему уже легче. Квакити помог ему. Всё хорошо. — Прости, что напугал тебя, — Карл пытается подползти к Сапнапу, но его тело все ещё очень плохо слушается его. Квакити помогает ему добраться до жениха и, убедившись, что кожа демона не обожжёт его, передаёт Джейкобса ему. — Прости, что довёл тебя до этого, — Сапнап утыкается носом в его кудри, — я просто очень волнуюсь за тебя. — Может быть, ты сможешь рассказать, что с тобой случилось? — очень ласковым голосом спрашивает Квакити, и Карл чувствует, как тяжесть вновь опускается на его лёгкие. Но тёплая рука Сапнапа вовремя прижиматся к его груди, помогая контролировать дыхание. — Ты не должен, если не можешь, просто знай, что мы всегда готовы помочь тебе, детка. Женихи обнимают его, прячут от мира в кольце своих рук. Золотые крылья Квакити раскрываются во всю свою гордую величину, загораживая все источники света и позволяя Карлу оказаться в уютной тёплой темноте.