Поттер и Реддл

О «тёти» Мардж мы не вспоминали два года — со времён её письма в конце июля 1991-го о небольшом отравлении. В прошлые годы, когда мы считались братьями Гарри и Генри, её отношение к нам было одинаково плохим. Второго августа прилетели письма из Хогвартса, в том числе с бланком разрешения посещать Хогсмид.* В списке книг была, в том числе, « Чудовищная книга о чудовищах». В новостях по телевизору весь день рассказывалось о бегстве опасного преступника Сириуса Блэка. Так как откуда было неизвестно, то мы подумали, что из Азкабана, информация о существовании которого для маглов должна быть тайной. Терпения Томаса Мярволо Реддла хватило только на двадцать четыре часа: моя некровная родственница считала, что Вернон должен был прогнать его, как только стала известна подлинная фамилия. Доводы Петуньи, что мы, до шести лет, выглядели как близнецы и до сих пор летом помогаем ** Дурслям по дому и саду (происшествие в августе 1992-го и наш тогдашний отъезд к Тонксам остались тайной), были проигнорированы. Основным было обвинение Поттера в воспитании Реддла, так как Томас был родственником Джеймса, но не был родственником Лили (и, соответственно, не был родственником Петунье). Обычные же обвинения, что Джеймс Поттер был безработным и сел за руль в пьяном виде, что привело к автокатастрофе, были, в этот раз, дополнительными. Стремясь мининизировать возможные последствия, «Волдеморт» выбежал в сад…и правильно сделал, так как его стихийный всплеск настолько раздул пса Злыдня, что тот сначала поднялся в воздух, а потом лопнул. Чувствую, что не успей выйти из-за стола и убежать в сад мой ровесник, могли бы лопнуть все Дурсли. #*** Марджори от увиденного в окне стало плохо. Пока Вернон вызвал врача по телефону, а Петунья и Дадли, от ужаса, ничего не решались поделать, мы смогли сбежать, прихватив сову и все волшебные принадлежности, включая, мою метлу. Увидев рядом магический автобус, я подал сигнал при помощи люмоса, зная, что, за однократное применение заклинания, из школы не исключат. К счастью, денег хватило, чтобы оплатить обоим поездку до Кривого переулка. Едва выйдя на остановке, мы случайно встретились с министром магии Корнелиусом Освальдом Фаджем (как он выглядит, мы знали по потртретам, расположенным в департаменте магического правопорядка, хотя, раньше, лично не видели даже издалека). — Стихийный всплеск не считается применением заклинания, более того, объединённая группа стирателей памяти и выработки объяснений для маглов изменила память всем Дурслям, но, ввиду полного отсутствия свидетелей **** самого всплеска, я хотел бы знать, что именно произошло. Мой ровесник рассказал произошедшее, от начала оскорблений и обвинений со стороны Марджори Дурсль до применения мною люмоса для сигнала об остановке автобуса. Выяснив всё, что хотел, министр сказал, что за люмос предупреждения не будет, но Кривой переулок лучше не покидать из-за Сириуса Блэка; кроме того, если Малфои захотят взять нас к себе, то отказываться, так как Нарцисса — кузина Сириуса. С другой стороны, Корнелиус Фадж пообещал (и смог потом выполнить обещание) договориться с Тонксами, чтобы они взяли бы нас на ночь с 31 августа на 1 сентября (хотя Андромеда тоже кузина Сириуса, но маглорожденный муж и дочь-мракоборец являются гарантией, что поддерживать беглого пожирателя смерти точно не будут). Хозяин Дырявого котла выделил нам два соседних номера и предупредил, что между 9 вечера и 9 утра присутствие в них посторонних, в том числе, гостей из других номеров, не допускается. Узнав, что у Томаса Мярволо Реддла совсем нет денег (сумма, выделяемая попечителями, явно не рассчитана на оплату проживания) Томас неожиданно не стал требовать денег за проживание Реддла вообще. Нимфадора Тонкс, являясь мракоборцем, пусть и стажёром, имела право нарушить запрет на посещение гостей Дырявого котла после 9 чечера, чем и воспользовалась, придя в четверть десятого 31 августа. В вагоне в одном купе с нами ехал будущий преподаватель Ремус Люпин, правда, он спал.## Неожиданно на середине пути экспресс остановился, я почувствовал холод и, услышав женский крик «Убей меня — только не Гарри», потерял сознание. Когда я очнулся, рядом Ремуса Люпина не было, но мой внешне бледный ***** ровесник передал мне немного шоколада, данного будущим преподавателем.