От судьбы не уйдешь

— И так жарко, не трогай, — Дженсен сбросил руки со своей талии и откинулся назад, упираясь руками в бедра Джареда, мерно двигаясь на его члене. — Проклятое лето. Раскинувшись звездой на кровати, Джаред мог только согласно мычать. Было слишком душно двигаться, мыслить и дышать. Хотелось слиться с Дженсеном и первородным огнём, где-нибудь до зимы, оставив дом на остальных. В дверь забарабанили дробным стуком, и Дженсен задвигался в такт ему — отрывисто и быстро, нашёптывая ругательства. — В четвёртый раз вас заклинаю — заканчивайте! Внизу новый ученик! — Голос Эльты с каждым словом становился всё громче и последнее она орала, казалось, прямо в ухо. Как же жарко. А вот Эльте с её ветром всё нипочём, могла бегать по дому и требовать выйти к новичку. Никого хорошего такой сезон принести не мог. Дженсен запрокинул голову и с силой насадившись, громко зарычал, прикусывая губу. Джаред вцепился в скользкие бедра, подался вверх и кончил следом, утробно скуля.

***

Каждый раз, когда они занимались сексом, Джаред чувствовал себя по-новому, всё острее и глубже тонул в Дженсене. Три года так мало и так много. Рука об руку, в воспитании себя и притирке чувств, в огранке своих недостатков, в том, что люди обесценили, дав этому определение. Начав торговать этим. Это было в них первобытным, настоящим и никому из смертных пока не удавалось справиться с такой силой. Джаред откинулся на подушки и притянул к себе Дженсена. — Выходите! Весь коридор провонял сексом! — Эльта позвала подмогу, понятно. Хорошо хоть не додумалась указать новенькому место их нахождения. — Мэтт, брысь! — Он скоро выпьет весь твой чай, Дженсен! — Тяжёлый хвост забил по стене. Рассмеявшись, Джаред перекатил Дженсена на кровать, наслаждаясь видом сверху. — Ради чая придётся вставать, да? Недовольно заворчав, Дженсен поцеловал его в плечо, откинувшись обратно на белую простыню. Он был мягок и красив, разнеженный жарой и вниманием. В ярком, знойном летнем утре Джаред чувствовал себя дома и дом отвечал ему любовью. Джаред поцеловав Дженсена, поднялся с кровати. Дженсен встал следом, подойдя к встроенному в стену шкафу, он выудил огромное полотенце и одежду. — Пора. Не стоит заставлять себя ждать так долго, идём, у нас много дел. Джаред любовался им, откровенно лаская взглядом красивое тело. Даже спустя столько времени он с трудом осознавал до конца, что они крепко связаны. Спаяны навечно. Ещё никогда в своей жизни он не был так рад. Рад безоговорочной власти над ним, рад безоговорочно принадлежать кому-то. Это было правильно. Он никогда не забудет, как Дженсен отстоял их право быть вместе, как пошёл против светлых, рискуя быть изгнанным, как они, став плечом к плечу, были готовы даже объявить войну, расшатать и без того хрупкое равновесие, погибнуть. Справедливо рассудив, что их умноженная на двоих сила, принесёт всё же больше пользы, коргоруши дали добро. У Джареда появилась семья. Нестандартный набор самых близких, ради которых он пойдёт на всё, тех, кто ради него и Дженсена совершит невозможное. Он нашёл свой дом. Он нашёл себя. Что могло быть важнее? Джаред подошёл к Дженсену, копающемуся в шкафу, и, развернув к себе, поцеловал. Сила заструилась по венам жидкой лавой, под веками заиграла разноцветная мозаика. Начинался новый день. Конец.