Червонный валет

Второй раз Джейс поцеловал Виктора несколько недель спустя, когда они собрали прототип устройства. Они оба работали с деталями, которые выковал Джейс: внимательно подбирали руны и располагали под выверенными углами. Виктора восхищал интуитивный подход Джейса к магии. Его руки (ох уж эти его руки!) словно сами собой вращали рунные камни, перемещали магниты и зажимы, создавая нечто совершенное. Виктор не вмешивался и ограничивался тем, что записывал успешные комбинации. Джейс распустил шейный платок — и Виктор не стал пялиться. Он не следил за пульсирующей жилкой прямо под челюстью, не скользил взглядом по линии шеи до самой ключицы, по возмутительно, преступно широкой груди. Да у Джейса грудь размером с Пилтовер! Нет, Виктор уткнулся в заметки, сравнивая их с рунами, которые Джейс выставлял на устройстве. Внезапно он заметил закономерность — небольшую, но всё же. Значение. Угол. На интуицию можно полагаться только до определённой степени, потом всё решает точный расчёт. Виктор радостно улыбнулся и подошёл к Джейсу. — Дай мне кое-что попробовать. — Ох, да, пожалуйста! — Джейс тут же отступил в сторону. — Я часами смотрю на эту штуку, у меня уже глаза в кучку. Мне кажется, я рук не чувствую. О, Виктор не отказался бы почувствовать руки Джейса на себе. Но он не стал делиться слишком откровенными и опасными мыслями. Вместо этого он ловко забрал у Джейса отвёртку и придвинул устройство поближе. Осторожно поменял угол, ещё раз сверился с записями и закрепил металлический каркас. Как по волшебству, все пластины развернулись в одном направлении. Они подрагивали, хотя на прибор не подавалась энергия. Губы Виктора едва заметно изогнулись — он был доволен собой. Столько возни, и вот, именно он, здесь и сейчас, взял и решил проблему. Он мог бы заважничать, но это было совсем не в его духе, так что Виктор просто повернулся к Джейсу и протянул отвёртку. А Джейс вдруг оказался совсем рядом, кончиками пальцев приподнял подбородок и поцеловал Виктора в щёку, чуть ли не в уголок губ. — Вик, ты просто гений! — восторженно выдохнул он в самое ухо. Виктор едва сдержал дрожь. Хотелось сказать что-то умное, проницательное или забавное. Хотелось бы сказать хоть что-нибудь, но вместо этого Виктор выронил отвёртку. Заботливый Джейс тут же бросился её поднимать. Виктор вовсе не смотрел на его плечи, когда тот наклонился, и совсем не представлял себе других обстоятельств, при которых мог бы увидеть что-то подобное. Внезапно он остро почувствовал, что должен уйти. — Само собой, — пробормотал он, поворачиваясь спиной. — Пойду сделаю нам праздничного чая. — Что добавляют в чай, чтобы он стал праздничным? — спросил Джейс, и Виктору не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что тот улыбался. Он что-то ответил, и будь он проклят, если знал, как ему удалось составить осмысленное предложение — мозг в этом точно не участвовал. Виктор заставил себя сосредоточиться на приготовлении чая, пока Джейс у него за спиной возился с устройством. Позже Виктор вовсе не вспоминал долгими часами мозолистые пальцы и потрескавшиеся губы Джейса. Он совсем не думал о том, что тот мог бы не промахнуться мимо губ, и насколько это бы было чудесно.