Нил Джостен.
(Натаниэль Веснински).
Выстрел. Нил не оборачивался. Было слишком опасно. Наоборот, он начал петлять среди деревьев, чтобы хоть на минуту, но выйти из поля зрения погони.
–Сука.
Впереди внезапно оказалось большое поваленное дерево, и Нил, не успевший остановиться, врезался в него.
Всё тело вспыхнуло адской болью. О себе дали знать синяки и многочисленные порезы по всему телу. Это было глупо, но он не мог больше бежать. За последний час единственное, что помогало ему не свалиться, истекая кровью, был адреналин .Он перенёс свой вес на дерево и опустил глаза к своим рукам, которые дрожали.
-Где я ошибся? –Эта фраза была сказана вслух, и от собственного голоса парня передёрнуло.
Непроизвольно, он провалился в воспоминания.
После смерти матери на пляже в Калифорнии, Абрам не знал, что ему дальше делать. Через три дня он наконец-то решился заглянуть в папку, которую отдала ему мать. Там находились номера людей, которые могли помочь с документами или переездом в другую страну, адреса мест, где находились спрятанные деньги. На следующей странице был номер дяди Стюарта. Чтобы найти номер, следовало отсчитать сверху столько строчек, сколько было букв в настоящем имени Нила, а в строке — слева направо отсчитать количество символов, равное количеству букв в его настоящей фамилии, но он сразу перевернул эту страницу. Нил был согласен с матерью: они сбежали от одной преступной семьи не для того, чтобы сразу угодить в лапы другой.
Первым делом, он создал новую личность. Теперь его звали Оливер Миллер. Сменив внешность, он отправился в Техас.
Оливер Миллер просуществовал два месяца, как и остальные личности, которые Нилу приходилось менять для выживания. Через пол года он наткнулся на Милпорт — маленький город с парой десятков жителей. Это место отлично ему подходило. Парень думал, что там он будет в безопасности.
Это было большим заблуждением.
Именно тогда и появился Нил Джостен. Брюнет, карие глаза, совершено обычная внешность. Джостен пытался никак не выделятся, но где-то сделал осечку. Люди отца поймали его на выходе со школы, где он часто задерживался, а иногда и вовсе оставался на всю ночь, прячась в кладовой.
Его вырубили, и Нил не знал, где он сейчас находится. Конечно, он удивился, когда после своего не слишком приятного пробуждения, вместо каменных стен подвала его дома в Балтиморе, он оказался привязанным к стулу в какой-то полупустой комнате с одним лишь окном, да и то было накрыто плотной чёрной тканью. Здесь младший и провёл несколько дней, а может и недель, Джостен точно не знал. Время стало тянуться как-то неестественно. Бывало, что секунда, за которую Лола вонзала в его тело нож, пролетала быстро, а иногда наоборот растягивалась на часы. Будто специально, чтобы Нил всеми фибрами тела прочувствовал эту с детства знакомую боль, которую за то время бегства с матерью, успел позабыть. (Такое возможно?)
Всё время он ждал появления отца. Натаниэль смотрел на единственную дверь в этой комнате и думал, что прямо сейчас Натан войдёт в неё. Что как в детстве с этой жуткой улыбкой на лице начнет свою работу, но вместо какого-то несчастного человека, угодившего в лапы к этому монстру, всё внимание отца будет направленно на Нила. У него не выйдет, как в детстве отвести взгляд и перестать смотреть на очередное творение отца. В этот раз главным холстом его извращённых работ будет
он сам. Но Натан не появлялся.
Единственными гостями в этой комнате за его недолгое (или долгое) пребывание являлись Лола, Ромеро и ещё пару человек отца, которые всячески издевались над парнем.
Вскоре он начал понимать, что скорее всего Натан не появится здесь.
Мясник до сих пор в тюрьме. Джостен это понимал, а все эти издевательства над ним были просто играми, перед которым Лола не могла устоять.
Идея сбежать была очень внезапной и сначала показалась мученику абсурдной. Он знал слишком мало для идеального побега, как учила мать. Он не был в курсе ни сколько здесь человек, ни где они вообще находятся. Но мысль не покидала его. И вот какие-то всевышние услышали его молитву, ему удалось сбежать.
Люди отца куда-то уезжали. По разговорам двух непонятных парней, которые постоянно стояли у двери и следили за ним, Нил понял, что на следующий день они поедут в Балтимор. Весь вечер Нил размышлял как ему поступить, но он никак не мог сосредоточиться. В его голове голос отца отсчитывал секунды до их встречи, и это сводило Абрама с ума. Когда Нила вывели из небольшого деревянного домика, то перед собой парень увидел густой лес. Именно в этом доме он провёл последнее время, находясь с Лолой и Ромеро. Перед домом стояла машина, но людей рядом с ней не было.
–
Это мой шанс.
Нил смутно помнил как, но он вырвался и даже умудрился схватить свою сумку.
Из жутких воспоминаний его вывел звук проезжающей машины. Нил вздрогнул, а при этом неосторожном движении все раны протестующе заныли, уже окончательно возвращая его в реальность. На улице стояла ночь. За густой листвой деревьев совсем не было видно ночного неба, но беглец мог предположить, что так он просидел где-то час, блуждая по воспоминаниям.
— Идиот — Его голос был севшим, а во рту было сухо. Нил понимал, что долго он не протянет. Либо люди отца найдут его, либо он умрёт под этим деревом от потери крови.
Превозмогая боль во всём теле, он поднялся на ноги и покрепче ухватился за ремень сумки. Со стороны Лолы и Ромеро было глупо оставлять его вещи в целости, но Нил был благодарен им за такую неосторожность.
Наконец-то ровно стоя на ногах, он посмотрел по сторонам в надежде увидеть какой-то знак, указывающий что же ему делать дальше. Но ничего не было вокруг кроме леса.
-А что бы сделала мама? — За этот год Нил часто размышлял, что бы на его месте сделала она, но всегда приходил к одному выводу: мама не была настолько глупа и никогда бы не попала в такую ситуацию.
-
Машина.
Нил быстро завертел головой в разные стороны, пытаясь вспомнить с какой стороны прозвучал звук двигателя.
Он вспомнил, но вместо того, чтобы со всех сил, которые у него остались, ринуться к дороге, Нил стоял на месте и просто смотрел в пустоту.
Идти туда было очень опасно. Люди отца могли с лёгкостью поймать его на открытой территории, но Нил не мог долго блуждать по лесу, а если он выйдет на дорогу, то сможет либо поймать машину (если, конечно, хоть кто-то захочет подобрать окровавленного парня с парой ножевых ночью рядом с лесом) или просто будет идти по дороге, а в конце концов всё равно выйдет к заправке или городу, где сможет угнать машину.
Нил не успел принять решение, так как сзади он услышал приглушённый выстрел, но этого хватило, чтобы он сорвался с места и побежал в сторону дороги.
В голове всё гудело, а кровь из ран потекла новым потоком, но Нил просто не обращал внимания. К нему в голову закрадывались мысли, что это мог быть совсем не выстрел, а любой другой звук, но он отогнал их и продолжил бежать.
Нил остановился посреди дороги, и наконец-то в его лёгкие попал нужный ему воздух. Обеспокоенный тем, что за ним может кто-то гнаться, он забыл даже о такой важной вещи–воздух. Но когда парень наконец-то начал понимать, что же случилось, его голова резко закружилась. Обхватив себя руками, чтобы хоть как-то устоять на ногах, Нил почувствовал, что его одежда вся пропитана кровью. Опустив глаза, Нилу всё-таки удалось разглядеть в свете тусклой луны, что все порезы на животе и пулевое на плече кровоточили, а его руки полностью испачканы в собственной крови. Голова закружилась ещё сильнее, а ноги подкосились под весом собственного тела. Нил попытался посчитать до десяти, чтобы успокоиться, но все слова смешались в кашу. Не выдержав, Джостен упал. Лёгкие горели, голова кружилась, а все шрамы новые и старые отдавались пульсацией, от которой кровь хлестала из ран.
Он не мог умереть сейчас.
Не здесь.
Не после всего того, что он прошёл.
Веки стали тяжелеть, и из лёгких Нила вырвался последний сдавленный хрип, после чего сознание отключилось.
