Треугольник

      Мир, где твою судьбу решает клякса на коже. Мир, где все ждут совершеннолетия, когда проявится эта чертова метка. Мир, в котором невозможно построить личную жизнь с другим человеком, ведь все помешаны на поиске судьбы по кусочку пазла на коже.              «В начале 19 века люди серьёзно подошли к изучению природы меток. Не бывает двух пар, которые имели бы идентичные метки. У всех всегда есть отличия. Это как два кусочка пазла. Они могут быть одинаковой формы, но их размер или расположение будут отличаться. Также, никогда ещё не встречались люди без меток. Каждый ждал её проявления на восемнадцатый день рождения. Люди с начала жизни имеют связь друг с другом. Чувства и эмоции на двоих. Одни считали это даром, а другие, как правило, ненавидели. Однако находясь вместе, они забывали обо всём на свете. Гармония и любовь единственное, что их преследовало.       Спустя пару сотен лет никто так и не разобрался в природе рисунков на коже. Учёные пришли лишь к тому, что так было не всегда, а когда и при каких обстоятельствах появилось доподлинно неизвестно. В начале 20 века ученых, изучавших природу меток, стали называть Лейблистами, от английского «label», что означает метка. Соулмейты, то есть, родственные души, как их прозвали, рождаются в один день, точно так они и умирают. Не моментально, но, после смерти второй половинки, это касается и детей, не достигших восемнадцатилетия, они безнадежно идут ко дну, отказываются от всех благ и вскоре угасают» — пожилой преподаватель практически без остановок рассказывал юным ученикам природу соулмейтов. Дети слушали внимательно, а при упоминании жизни и смерти родственных душ слышались вздохи.       Джей Паркер, один из учеников, был воодушевлен. Ранее, его родители рассказывали ему о соулмейтах на своем примере. У отца и матери были половинки маленькой греческой буквы «пси» прямо на ладошках, а когда они встретились, их метки слились в полноценный знак. "— Посмотри, Джей, — Патрик и Лора вытянули свои правые ладошки, чтобы сын мог хорошенько разглядеть их метки, — это греческая буква, похожа на трезубец Посейдона, как думаешь? — Да! Вот это круто! А у меня будет такая же? — ребёнок провел маленькими пальчиками по ладоням родителей, обводя метки обоих. — Нет, милый, у тебя и твоего соулмейта будут особенные метки, — сказала Лора и слегка взъерошила волосы Паркера младшего"       Часто, перед тем как лечь спать, Джей мечтал о своём восемнадцатилетии, до которого ещё целых десять лет! Представлял свой знак, его расположение, пару раз даже предполагал внешность будущей девушки, хотя бывают случаи однополых пар соулмейтов, но он был уверен, что у него будет девушка. Он чувствовал это. Паркер после таких дум засыпал с улыбкой на лице, очень уж это было трепетно. Время шло. Спустя шесть лет родители Джея решили переехать из такой родной Калифорнии во Флориду, где нет абсолютно никого знакомого, зато дешёвая плата за аренду. В Калифорнии Паркеры еле сводили концы с концами, а во Флориде они приобрели небольшой домик и стали жить более менее стабильно. В отличие от Джея, который долго пребывал в растерянности. Все друзья в Калифорнии, любимые учителя в Калифорнии, любимый дом в Калифорнии, прошлая отличная жизнь в Калифорнии. Длительное время он был зол на родителей, но в тоже время он понимал, что здесь им проще. Он ненавидел свой эгоизм. Пытался его утопить, заглушить, но при упоминании старой жизни он вмиг расстраивался и ругался с несчастными родителями.       В новой школе не было особенных проблем, но одноклассники не собирались его принимать. Большинство просто не замечали, а другие относились к нему как к грязи, хотя повода Джей не давал. Паркер учился на одни А+, был вежлив и старался не хамить, хотя время от времени вступал в перепалки с Кевином Корнером — главным задирой класса. Одна такая перепалка однажды переросла в настоящую драку, из которой Джея вытащил Морган Никсон. В скором будущем они станут друзьями не разлей вода. Именно с ним он впервые попробует сигареты и алкоголь, с ним он будет прогуливать последние уроки и бежать в их любимый скейт-парк, с ним Паркер станет обсуждать соулмейтов и переймет мнение друга, который считал родственные души полной чушью и пережитком прошлого. — Ну что, Никс, ты завтра станешь совсем взрослым, — Джей развалился на кровати Моргана и открыл банку газировки. — Готов узреть метку? — Даже смотреть на неё не собираюсь, ты знаешь моё мнение, — парнишка усмехнулся и отпил из своей бутылки. Джей понимающе взглянул на друга. День рождения самого Паркера будет через 5 дней — 17 апреля. С одной стороны он ждал с нетерпением, а с другой он переживал и даже боялся. Сколько бы он не отрицал свой интерес к соулмейтам, в душе он всё тот же ребенок, который мечтает о кляксе на руке. — Паркер, о чем ты там мечтаешь, черт возьми? — Морган кинул в друга пустую банку из-под газировки.       Поздней ночью у Джея зазвонил мобильник. Обычно, в такое время ему никто не звонит. Он поднял телефон. На том конце провода был Никс. Он восторженно рассказывал Паркеру о проявившейся метке. — Это потрясающе, чувак, похоже на какое-то деревце, оно у меня на запястье, это просто бомба! Я хочу найти свою пару… — у Никса явно поехала крыша, подумал Джей и отключился. Сейчас он думал только о сне, а не о деревцах друга.       Ночь в итоге выдалась беспокойная. Паркеру снился кабинет ненавистной истории. Снилось, что он преподаватель и опаздывает на урок. Щелчок. Ещё один. Паркер внезапно вспомнил, что вчера перед сном поставил новый сигнал будильника. Он опаздывает на работу. Опаздывает на урок. Десять лет назад он и подумать не мог бы, что станет преподавателем. Но жизнь взяла руль в свои руки и повернула в совершенно неизведанную им сторону.       Никс, спустя пару дней после своего дня рождения, нашел вторую половинку в школьном кафетерии. Они столкнулись подносами, когда увлеченно беседовали с друзьями. Двое уже было хотели начать ссориться, но Морган увидел на запястье девушки продолжение метки. Он схватил ее за руку тогда сразу же. Девушка хоть и опешила, но сразу успокоилась, и их с Морганом стало не узнать. С того момента они были постоянно вместе. У них не было личного пространства от слова совсем. Они приняли фразу «слияние двух душ» буквально. И трудно сказать, что их союз оказался счастлив. Элизабет, соулмейт Моргана, однажды призналась, что желала никогда с ним не встретиться, она говорила, что с его появлением все её планы на жизнь рушились, как карточный домик. А Морган наоборот, держал её рядом и не хотел отпускать ни на шаг, в итоге Элизабет пришлось сбежать спустя пять лет совместной жизни. Морган настаивал на детях, но девушка просто боялась привязывать Моргана к себе ещё сильнее. В итоге она просто сбежала. Никто не знает куда. Просто исчезла. Морган не вынес разлуки и попытался покончить с собой. Но неудачная попытка оказалась лишь билетом в психиатрическую клинику. Пять лет спустя Никс всё ещё там, но уже по собственному желанию. Сам Паркер не общался с ним с того самого дня, как он нашел Элизабет. Так уж сложилось, что самый скептичный человек в его окружении, стал самым ярым влюбленным.       А Джей на своё восемнадцатилетие не спал всю ночь. Он лежал и смотрел на запястье. Ничего не проявилось. Утром он осмотрел всё тело. Абсолютно все места на теле были совершенно чисты, без намёка на метку. Утром родители были взбудоражены. — Ну что? показывай! Мне так не терпится! — мама буквально пропищала последние слова. Но Джей всем своим видом пытался показать, что радоваться нечему. Мама внезапно побелела. Отец сидел в полном непонимании происходящего. — Метки нет. Я осмотрел всё тело… — отец, наконец, всё понял, мать приложила ладонь ко рту. — Не может быть! — вдруг мама встрепенулась, — наверное, стоит ещё подождать! Может, метка проявится днем? — Но мам, это невозможно! Ты же знаешь, как устроено! Оба соулмейта получают метки в свой день рождения. Ровно в полночь! — Джей вдруг стал раздражен. — Да, но, — женщине внезапно стало нечего сказать, — даже если она не проявится, то мы никому не скажем. Пообещайте оба! — обратилась она к мужчинам. — Обещаем, — в унисон ответили они.       Завтра Джей отпразднует свой 28 день рождения. Всё время без метки он тайно пытался найти хотя бы примерный случай как у него. И он нашел. Совсем недавно он нашел случай, произошедший в 1980-х годах, когда парень был без метки ещё 2 года. Оказалось, что его соулмейт родился на два года позже его. Это был исключительный случай. Его даже не стали очень обсуждать. Всё спустили на небольшой природный сбой. Мол, в тот год, когда родился парень, были частые природный катаклизмы, хоть Джей и сомневался в подобном объяснении.       Он был уверен, что метка не появится никогда. Он уже смирился с одиночеством. Всё в его жизни сквозило им. Однокомнатная квартира. Один стул на кухне. Одна щётка в ванной, один флакон геля, одна мочалка. Кровать односпальная. Он абсолютно одинок. Друзей после Никса он заводить боялся. Ему казалось, что его обязательно точно так же бросят. Единственное, что давало ему радость — это спорт. Он был отличным стайером. Это было его хобби, не больше, но насколько он был счастлив, когда занимался бегом или любой другой активностью. Его физическая форма была отличной, если бы не было соулмейтов и прочей лабуды, он был уверен, что привлекал бы абсолютно всех. Был вариант встречаться с людьми, которые ещё не нашли соулмейтов, но он боялся. Снова. Страх стать ненужным в момент — невероятно пугал его.       Джей в последний раз взглянул в зеркало перед выходом, по привычке, и вышел из квартиры. Садясь в свою машину на парковке, он стал сомневаться в необходимости идти на работу. Он вдруг захотел поехать куда-нибудь в лес и никогда не возвращаться в город. Но это было не в первой. Поэтому он завел двигатель и плавно выехал с парковочного места. Включив радио, он насвистывал трек какой-то невероятно популярной группы. Логично, ведь непопулярных не крутят по радио.       Зайдя в здание, Джей остановился у стойки охранника. С Питером он общался неплохо. Это был коренастый мужчина лет сорока пяти, у него была большая семья и машина — Шевроле 65 года выпуска, полученная в наследство от отца. В основном они только об этом и разговаривали. Иногда Джей рассказывал о своих достижениях в спорте, но это лишь иногда. Паркер не страдал от одностороннего общения. Он был отличным слушателем, никогда не пытался перетянуть одеяло разговора на себя. Простояв с охранником добрых десять минут, он вспомнил, что опаздывает; прервав Питера, он попрощался и пожелал тому хорошего дня.       Класс истории был наполнен лепетом девчонок, криками парней и спорами. Зашедший учитель, в лице Джея Паркера, их нисколько не успокоил. Поэтому Джей применил действенный метод. — Класс, встать! — рявкнул он. Ученики встрепенулись и смирно встали. Джей прошёлся взглядом по рядам. Финн Браун не на месте. Снова опаздывает? Или не придет уже третий урок подряд? — Сели. Начинаем урок. Записываем тему. Не успел Паркер произнести и первых строк по теме, как в кабинет настойчиво постучали. — Заходи Браун, — достаточно громко сказал Джей, он уже по стуку определил, что за дверью находится Финн. — Снова вы используете свои экстрасенсорные способности, мистер Паркер? — Финн даже не пытался стереть с лица эту мерзкую, по мнению Паркера, улыбку. Даже не извинился, снова. — А вы снова невероятно бестактны. Причина опоздания. — Вам ли не знать, как много бабушек ждут, пока их проведут через дорогу! — гордо сказал парень. Джей скривился и указал ему на свободную парту.       Урок мог бы продолжиться нормально, если бы Финн не привлекал к себе внимание каждые пять минут. То ему плохо видно, можно ли пересесть на первую парту вместо Энджи. То ему нужно ткнуть пальцем в задание, а то всё никак не доходит, то ему нужно подойти и задать уточняющие вопросы. Финн откровенно приставал. И это понимали абсолютно все в классе. В том числе и Паркер. Но он просто закрывал на это глаза. Спустя долгое время работы, он не раз ловил на себе взгляды девчонок и мальчишек, это нормально, считал он. Это половое созревание. Но Финн переплюнул всех.       Пару месяцев назад, оставшись с Паркером наедине, видите ли, ему очень нужны были дополнительные занятия после уроков. Джей согласился, даже порадовался, что в его классе есть настолько любознательный ученик. Только вот он и не задумывался, что это был всего-навсего хитрый план. Финн половину занятия был очень нервный и совсем невнимательный, Джей понятия не имел, что ему делать с Финном: отпустить домой или насесть ещё больше? Пока Паркер немного задумался, Браун неуклюже уткнулся ему в губы. Джей опешил. А осмелевший Финн попытался углубить поцелуй, и ему это почти удалось, только вот Джей наконец-то отошёл и оттолкнул парня. Тот практически свалился на пол, но Паркер поймал его за воротник и резко посадил обратно. Ситуация была донельзя нелепая. Оба не знали, что сказать и как действовать. Финн спустя несколько минут невнятно попрощался и немедля убежал. С того момента и начались его прогулы уроков истории. А Паркер… Он больше не мог видеть Финна и не вспоминать о поцелуе.       Для Паркера тот поцелуй не стал миллионным. Это был буквально его третий поцелуй за всю жизнь. Первый — поцелуй с девочкой в средней школе. Он вспоминает его с трепетом. Клаудия ему очень нравилась, так он мечтал, чтобы она оказалась его соулмейтом. Но Клаудия оказалась не его, а школьного задиры Кевина Корнера, того самого, что избивал его одно время. Судьба —злодейка. Но, как ни странно, Корнер оказался отличным семьянином. Любит Клаудию и их троих детей. Джей напился, когда узнал об этом, жалел себя и проклинал жизнь, соулмейтов и своих родителей, которые стали его сторониться. Они считали его прокаженным. Будто он был тяжело болен. Мама просто не справилась с тем, что ее сын «не такой», что он никогда не найдет любовь, не создаст семью. Но и в свою семью она теперь отказывалась его принимать. Поездки в гости к родителям закончились около трех лет назад, когда мама спросила, собирается ли Джей продолжать жить. Он тогда оцепенел и не мог понять, куда делась его рассудительная, всё понимающая мать? Отец избегал зрительного контакта и изредка кивал на слова матери.       Второй поцелуй случился в университете. Это был какой-то праздник, в честь которого закатили грандиозную вечеринку. Джей долгое время болтал с Тиффани Томпсон. Она была заучкой и почти не ходила на такие мероприятия. Но на праздник заставили идти всех. С Тиффани Джей так близко контактировал в первый раз, однако её внимательность и интеллект привлекли его почти сразу. Но на ее предплечье была половинка абстрактной мельницы. Он, правда, всего лишь хотел с ней по-дружески поболтать. Только вот, алкоголь сделал своё дело, и они уединились в кабинке туалета. Не самое приятное место, но на пьяную голову соображать не очень-то просто. В тот день случился не только его второй «взрослый поцелуй», но и первый секс. Наутро Паркер проклинал себя. Он миллион раз извинился перед Тиффани, но та выглядела слишком довольной, она не злилась. Джей больше с ней не общался, да и она не настаивала. Поэтому он просто продолжил жить. — Мистер Паркер! — в пустом классе раздался голос Финна. Джей напрягся, — У меня завтра день рождения. Надеюсь, вы уже приготовили подарок. Финн улыбнулся и скрылся за дверью, даже не дав возможности ответить. Завтра день рождения и у самого Паркера. — Сукин сын, — прошептал Джей, оставаясь один в кабинете. Снова в одиночестве.       Вечером того же дня, придя домой, Джея не покидало волнение. И он совершенно не понимал, откуда ему было взяться. Уже давно Джей не отмечал день рождения. Уже давно потерял надежду на чудо. Но вечером он будто был на иголках. Он не мог усидеть на одном месте, ни одна книга не хотела читаться, фильм не хотел смотреться. Так он промучился до девяти вечера. В девять тридцать он уснул. Сон его был беспокойный. Джей ворочался, и ему снились странные сны. Он даже не смог бы вспомнить, какие образы видел. В холодном поту он проснулся в полночь. Его запястье жутко зудело. Джей включил прикроватный светильник и уставился на половинку треугольника. Метка. Сперва он не понял. Затем потер запястье, думая, что всего лишь запачкался. Убедился в обратном, и заревел. Заплакал как ребенок. Даже не до конца осознавая от чего: от счастья, от облегчения, от страха или просто от нелепости? Спустя десять лет получить эту чёртову метку. Просто смешно.       Обессиленный, Джей снова окунулся в сон. Уже спокойный и глубокий. Без снов и лишних телодвижений. Утром он проснулся раньше будильника и удивился невероятной легкости. Он был выспавшимся, у него ничего не болело и не тянуло. С утра он всегда долго не мог встать с кровати, потому что тело ныло либо от изнуряющих тренировок, либо от неправильной позы во сне. Но сегодня всё изменилось. Он снова посмотрел на своё запястье. Треугольник. Полутреугольник. В голове встал образ Финна. Его эта вчерашняя фраза, да и вообще он. Весь он был нелепостью в жизни Джея. Перевернул его восприятия с ног на голову. Или с головы на ноги. Он обязан проверить сегодня наличие метки у Финна. И он это сделает.       Джей не торопился на работу. Он устроил небольшую утреннюю пробежку, сходил в душ, позавтракал, и у него все равно ещё оставалось немного времени, но он оделся и выехал в школу. Урок с Финном будет в третьем часу дня. Джей старался не нервничать. Он вёл уроки, сегодня у него было приподнятое настроение, так что никто не страдал от чрезмерного давления, чему Паркер очень даже гордился. Уже давно он мечтал стать с учениками на одной волне. Но его пугала вероятность стать мишенью для насмешек. Это всё из-за этих чертовых соулмейтов! Ругался про себя Паркер. Весь день он думал, что будет, если Браун окажется его соулмейтом? Он не сомневался, что Брауну он симпатичен. Но нравится ли Джею Финн? Браун его ученик! И что делать, когда об их особенности узнают в обществе? Сойлмейты с разницей в десять лет. Да и вообще, он всегда считал, что его привлекают только девушки, но так ли это всё важно, спустя долгие годы одиночества? Общество, родители, ориентация — всё сейчас пусть катится к черту и горит в адском пламени. Если Финн окажется его родственной душой, то Паркер сделает всё, чтобы они были рядом, не так фанатично, как Никс, конечно. Его в принципе пугала вероятность стать как Морган. Он не станет, он дал себе клятву. Джей будет хорошим партнёром. Слишком долго он был никому не нужен. Слишком долго он не любил, и не был любим. Отказываться от единственного человека, который останется с ним на всю жизнь — чертовски глупо. Финн пришел во время сегодня. Однако выглядел невыспавшимся и еле плелся к своему месту. — Финн! — окликнул его Паркер, — не забудь про свой подарок. — Понизив тон сказал он, чтобы услышал только Браун. Финн удивился. Очень даже, но подошёл и забрал небольшую коробочку с подарком от столь любимого учителя. — Спасибо, мистер Паркер. Не стоило, я всего лишь пошутил вчера, — Финн опасался смотреть в глаза, он был невероятно смущен. Это было на него не похоже. — Стоило или нет, это уже мое дело, Браун. Откроешь после урока, хорошо? — Джей улыбнулся, а Финн всё-таки посмотрел ему в глаза, правда, настолько неверящим взглядом, что сперва даже стало смешно, а после немного печально. Не часто увидишь от Паркера улыбку, да ещё и добрую. С этим определенно точно нужно что-то делать! Чаще улыбаться, точно!       Весь урок Финн то и дело касался красной блестящей коробочки, к счастью, никто не заметил, что ему ее подарил учитель. Иначе от вопросов было бы не отбиться. Джей замечал частые взгляды Брауна и чувствовал недостаток кислорода. Хотелось снять душащий его галстук и выпить как минимум литр воды. Но ему остаётся лишь пару раз кашлянуть в кулак и отпить из термоса остатки утреннего кофе. — Итак, на сегодня всё, не забывайте повторять материал дома. Свободны, — Джей натянуто улыбнулся. На это уйдет много практики. Когда в кабинете остались только Паркер и Браун, Финн тихо подошел к учительскому столу и положил коробочку. —Я могу открыть теперь? —Да.       Финн аккуратно раскрыл подарок и увидел внутри красивый серебряный медальон в форме треугольника. Этот медальон Паркер носил каждый день со своего шестого дня рождения. Его тётя незадолго до смерти сняла его со своей шеи. Она сильно болела после ухода дяди Джо. Джей тогда был глубоко опечален после ухода дяди, а после смерти ещё и тети, он просто не знал, куда себя деть. Они были для него вторыми родителями. Смотря на кулон, каждый раз он с теплотой вспоминал дни проведенные вместе с ними. Паркер решил, что это станет идеальным первым подарком для соулмейта. А чуть позже он расскажет ему историю медальона. Браун тем временем застыл в позе. Он банально не мог ни о чем думать. Единственное, что крутилось в его голове: — Как? — он посмотрел в глаза напротив. Джей начал расстегивать запонки на рубашке. — Покажи мне своё запястье. Финн, отмерев, стал закатывать рукава своей бесформенной кофты. Он вновь взглянул на свою метку и медленно протянул руку учителю. В голове Брауна была невыносимая тишина. Паркер протянул свою руку в ответ. Когда Джей подтвердил свои догадки, он стал по-настоящему счастлив, он облегченно вздохнул и с уверенностью посмотрел на Финна. Тот стоял, разинув рот. — Можно? — спросил Джей, намекая на слияние. Браун не ответил. Он сразу решил действовать. Тронув предплечье Джея, он выдохнул. Проведя вдоль до запястья, он сцепил их руки в замок. Метки соединились. Это было настолько трепетно и ново. Ощущения совершенно неповторимые. Бабочки в животе ничто по сравнению со слиянием. Слияние дарит чувство наполненности, любви и нежности. Ты начинаешь чувствовать жизнь каждой клеточкой тела. Треугольники на запястье каждого стали полноценны. Они нашли друг друга. Финн быстро, а Джей долго и мучительно. Но теперь пройденное время — не более чем пройденное время. — Можно тебя поц… — Финн засмеялся и нагло прервал Паркера поцелуем. Но тот и не был против. В этот раз Джей не смел жаловаться. Поцелуй с соулмейтом, теперь уже известно, что с соулмейтом, дарил только радость. — Я сделаю всё для тебя, — выдохнул Джей, разорвав поцелуй. Он теперь не одинок. Финн провел кончиками пальцев по его голове и доверчиво прижался.