С Новым годом, Хилл

Затянувшись, Роб прикрыл глаза и прислонился к стене курилки, не заботясь о своих уложенных волосах или о том, что может помять дорогой темно-синий костюм. Первая сигарета за несколько часов прямого эфира вызвала расслабляющий отклик во всем теле. — Группа будет выступать еще семь минут, так что, может, даже успеем выпить кофе, — стоящий напротив парень тряхнул рукой с крупными часами и устало улыбнулся. Его креативный директор даже по случаю праздничного выпуска и последующей новогодней ночи не стал излишне наряжаться, облачившись только в темно-серую рубашку, с закатанными рукавами, открывающими покрытые замысловатыми татуировками предплечья, и черные брюки. Буйные кудри он стянул в пучок, и внешне казался воплощением спокойствия, но только Робу было известно, как усердно он работал и переживал, чтобы все пошло по плану. — Знаешь, Шон, кофе может мне не помочь. Со следующей гостьей мне, скорее всего, понадобиться виски. Или дробовик. Шон только прыснул и прищурился, глядя в коридор сквозь стеклянную дверь. — Кстати, о птичках. Проследив за направлением его взгляда, Роб стиснул зубы и затушил сигарету. Дым оставил неприятный привкус пепла во рту. А вот и вишенка на торте. Последняя гостья. Она стояла к нему спиной, разговаривая с кем-то и активно жестикулируя. Белое, словно усыпанное звездной сверкающей пылью, платье облегало ее фигуру, оголяя лопатки, и спадало до самой красной дорожки, устилающей коридор. Сегодня было множество гостей в кричаще дорогих нарядах, но только она носила платье "от-кутюр" так, будто сама была главным его украшением. Распахнув дверь в коридор и растянув губы в приторной улыбке, ведущий самого рейтингового ток-шоу страны произнес: — Хантер! Услышав его голос, девушка застыла, а затем оглянулась через плечо, тряхнув уложенным удлиненным каре. Светлые пряди обрамляли ангельски красивое личико, однако в ее синих глазах полыхнуло пламя, когда она осмотрела парня с ног до головы, поджав губы. — Хилл! — забыв про собеседницу, блондинка развернулась на сто восемьдесят градусов и широко улыбнулась - хоть ее песни и били рекорды всех хит-парадов последние пару лет, ей бы не было равных и в актерском мастерстве - так мастерски скрывать раздражение мог только человек с огромным талантом. — Я бы сказала, что рада тебя видеть, милый, но боюсь у меня язык отсохнет от вранья. — Не представляешь, милая, но это взаимно, а то вырастет еще нос как у Пиноккио, как мне потом программу вести. — Может, если бы у тебя достаточно выросло что-то другое, ты бы не был таким заносчивым засранцем, — невинно захлопала ресницами Тесс. — Поверь, Тесси, не стоит равнять меня с твоими бывшими. Сэм после вашего расставания целый альбом написал. Приходил сюда, спел парочку песен, поплакался мне в жилетку. Я его, конечно, утешил. — Да, так утешил, что весь интернет все еще пестрит мемами с того выпуска, — не без удовольствия отметила девушка, на этот раз улыбнувшись по-настоящему. — Не мог отказать себе в удовольствии, — пожал плечами он. — Песни-то полное говно, если честно. — Роб, время, — нетерпеливый голос Шона отвлек ведущего. — До встречи через несколько минут, Хантер, — подмигнул Роб и направился на зов софитов, камер и нетерпеливой толпы, напоследок заметив, как Тесс закатывает глаза. Эта девчонка его раздражала еще с момента их первой встречи на вечеринке какого-то актера. Она врезалась в него и облила его белоснежную рубашку приторным ярким коктейлем, от одного вида которого можно было заработать диабет. Он готов был простить ей это в тот самый миг, когда разглядел: Тесс показалась ему самой притягательной женщиной из всех, кого он когда-либо видел, ровно до того момента, пока она не разомкнула свои милые губы и выставила его виноватым. Под стать ей с его языка колкости слетали одна за другой. Так и началось их противостояние длиною в несколько лет. И вот в очередной раз после встречи с ней у Роба колотилось сердце так, что он готов был вцепиться в каждого, встающего у него на пути, в преддверии тех пятнадцати минут до фейерверков, которые ему предстояло провести в обществе Тесс. Выйдя из-за кулис под громкие аплодисменты и крики сидящих в зале зрителей, ведущий ослепительно улыбнулся и произнес: — Знаю-знаю, вам уже не терпится оставить этот сложный год позади, посмотреть фейерверки и выпить наконец подготовленное шампанское. Не то чтобы вас кто-то останавливал, — из аудитории послышались смешки. — Советую присмотреться к тем, кто сидит сейчас рядом с вами - может именно этого человека вы будете целовать в полночь. Этот парень в первом ряду явно вытянул счастливый билет, я прав? От присутствующих в зале зрителей послышались одобрительные возгласы и смех, когда две девушки, одна из которых была известной моделью, шутливо потянулись к молодому парнишке, едва переступившему рубеж восемнадцати лет. — Я же буду один, как и наш талантливый гитарист, — он указал на смуглого парня с обезоруживающей улыбкой, сидящего на высоком стуле на сцене, под мечтательные вздохи женской половины. — Эд, не буду предлагать тебе объединиться, потому что вижу, как тебя весь вечер пожирает глазами блондинка с третьего ряда. Когда на девушку навели камеру, она лишь немного покраснела, но так и не отвела взгляда от музыканта, лишь откинула длинные волосы за спину. Судя по продолжительному веселью, зрителям это явно понравилось, равно как и Эду. — Вы уже знаете, какого исполнителя вы слушали больше всего в этом году? — он кивнул на ответную реакцию и продолжил. — Готов поспорить, что наша следующая гостья тронула множество сердец как в этом зале так и за его пределами своими чувственными балладами. Встречайте, Тесс Хантер! С застывшей улыбкой на губах он обернулся к выплывающей из-за кулис девушке, которая ослепляла вскочивших на ноги и аплодирующих зрителей своей улыбкой, посылая им воздушные поцелуи. Его словно ударило в солнечное сплетение, когда она обернулась к нему, сверкая глазами, и крепко пожала протянутую руку. Пока они устраивались на своих местах, группа наигрывала измененную мелодию одной из песен Тесс, на что девушка восхищенно проговорила после стихших аплодисментов: — Вау, музыканты у тебя, Роб, просто волшебные. Пожалуй, украду их для своего следующего тура. — Не знаю на счет этого, но хочу тебя предупредить, что сердце нашего гитариста сегодня уже украла одна блистательная зрительница. — Что ж, любовь - штука непредсказуемая. — После твоего последнего альбома, Тесс, нам остается только согласиться. Расскажи, что особенного с тобой произошло в этом году? — Как ты уже упомянул, я выпустила альбом, — она на минуту замолчала и послала очередной воздушных поцелуй в аудиторию в ответ на восторженные крики своих слушателей, — впервые посетила Австралию, правда чуть не скончалась от страха, когда нашла огромного паука в своем кроссовке, — она смущенно поджала губы. — Наверняка ты поразила его своим звонким голосом, Тесс. — Если ты намекаешь на то, что я оглушила его и он благополучно скончался, то нет. Этот красавчик, скорее всего, сейчас ищет кроссовок очередной своей жертвы, оставив меня справляться с травмой от испуга. — Могу дать контакты психолога, вдруг тебе нужно выговориться. — Того самого, который выслушивает тебя после каждой нашей встречи? У него, скорее всего, будет забито все свободное время в ближайшие пару недель - у нас с тобой много совместных мероприятий в начале января. Зрители были в восторге. Каждый раз, как эти двое появлялись на красной дорожке, на одной сцене или в одном шоу, интернет взрывался нарезками с их перепалками, и сейчас назревал как раз такой момент. Роб лишь отпил воды, глядя на нее поверх своей кружки, подмечая, как она напряжена, словно готовая к прыжку хищница. — В таком случае, могу предложить тебе парную терапию. Тесс не удержалась от улыбки и покачала головой, под улюлюканье зала. — Спасибо, но я воздержусь. Но у меня есть еще одна новость, — она качнула волосами и с хитрым прищуром взглянула на ведущего, — я ведь не просто так пришла к тебе на новогодний вечер. У меня подарок для всех зрителей - моя новая песня, которая выйдет только завтра. Вы услышите ее первыми. Пока все аплодировали, Роб быстро нашел глазами Шона, который был занят тем, что увлеченно болтал с агентом Тесс, высокой темноволосой девушкой, тоже присутствовавшей ранее в коридоре, но он был слишком поглощен своей гостьей, чтобы заметить еще и ее. Сюрпризов Хилл не любил, а тут эта песня, которой явно не было в сценарии, и Шон выглядит совершенно спокойным. Робу оставалось лишь широко улыбнуться и проводить Тесс взглядом к сцене вместо того, чтобы говорить с ней еще несколько сладко-горьких минут, таких желанных и таких ненавистных. Она остановилась перед микрофоном, который ей быстро вынес Эд, еще один конспиратор. Зал погрузился во тьму, за исключением золотистой полоски света, выделяющей Тесс, подсвечивающей ее кожу так, словно та была богиней на картине великого художника, а затем полилась музыка и послышался голос девушки, взявшей первые ноты. Роб слышал ее пение множество раз, это бархатное звучание голоса, но в этот раз что-то задевало его за живое. Тесс покачивалась у микрофона, прикрыв глаза, растворяясь в своих стихах и музыке. Во всем этом чувствовалась непередаваемая тоска, которая отзывалась в его груди. Он все слушал и слушал, а сердце колотилось сильнее и сильнее, потому что в каждом слове проскальзывала их история, все то, через что они прошли. Оба. После того, как песня закончилась ему стоило больших усилий улыбнуться и объявить перерыв на фейерверки и бой курантов, прежде чем выбежать в коридор в сторону гримерок. За кулисами творился хаос: все спешили закончить длинный рабочий день и отправиться уже наконец праздновать, а Роб пробирался сквозь них, словно оглушенный. На белой двери в другом конце коридора, куда долетал заглушенный шум праздника, висела временная золотистая табличка с фамилией "Хантер". Не задумываясь, Роб схватился за ручку и провернул, но та не поддалась. Он сжал ладони в кулак и легко постучал костяшками. — Тесс, я хочу с тобой поговорить. Ответа не последовало, но по ту сторону были слышны легкие шаги, словно кто-то подобрался босиком ближе к двери и притаился. — Я знаю, что ты там, Хантер. Он едва слышал свои слова, потому что стук сердца заглушал все остальные звуки, в том числе и его тяжелое дыхание. Заглянуть в ее бездонные глаза было просто первостепенной необходимостью. — Эта песня... Ты не можешь вот так кинуть в меня бомбу и убежать. Неужели бесстрашная Хантер, вечно высказывающая свое мнение и кидающая в гадких ведущих бутылки, струсила? — Ничего я не струсила! — дверь открылась так быстро, что Роб бы ввалился внутрь, не будь у него такая хорошая реакция. — А бутылку ты тогда реально заслужил! Оттеснив девушку от двери, он закрыл ее и обернулся, взглянув в полные отчаяния глаза. Тесс вцепилась в гримерный столик и облокотилась об него. Все ее попытки выглядеть невозмутимо не увенчались успехом, любому было бы заметно, как сильно она дрожит под его откровенным взглядом. Медленно преодолев расстояние между ними, Роб положил руки ей на талию, передавая свою уверенность и чувствуя, как она расслабляется под его ладонями. Чуть склонившись к ее лицу и остановившись в нескольких сантиметрах, он проговорил: — Ты правда чувствуешь все то, о чем пела? — С чего ты... — Даже не отрицай, что песня про нас. Ты со своей конспирацией слишком далеко зашла, чтобы давать заднюю именно сейчас. Когда ты здесь. Когда мы так чертовски близко к счастью. Когда я наконец могу сделать то, что хотел так давно, — его голос звучал медленно и с каждой фразой становился все глубже, ниже, откровеннее. — Правда. Я просто так хочу быть рядом, что каждый раз пытаюсь тебя оттолкнуть, боюсь потерять самообладание, — она говорила шепотом, словно боялась признаться самой себе в своих всепоглощающих чувствах. — Не нужно бояться, Хантер. Со мной ты можешь его терять. Я готов обладать тобой в любое время дня и ночи. — Ты такой идиот, Хилл, — она покачала головой, не скрывая широкой улыбки. — Возможно, — пожал он плечами и взял ее лицо в свои широкие ладони, — я, конечно, песни писать не умею, но зато любить тебя могу. Пиздец, как сильно, Тесс. — Да, — она подалась вперед, чуть коснувшись его губами, наслаждаясь терпким запахом, наполняющем ее легкие, — на оба пункта. Накрыв ее губы своими, Роб словил первый тихий стон, сорвавшийся с пухлых губ, накрашенных вишневой помадой. Она раскрылась ему сразу, пропуская его язык внутрь, доверяясь полностью. Эта близость будоражила сознание, распаляла их так сильно, что одежда казалась раскаленными углями на голой коже. Его руки уверенно скользнули на бедра девушки, затем на ягодицы и чуть сжали, заставив Тесс инстинктивно выгнуть ему на встречу и прижаться к паху парня. Высвободив одну руку из его теперь уже спутанных волос, она провела ладошкой от основания до головки эрегированного члена сквозь ткань брюк. Глухо застонав, Роб убрал ее руку и посильнее ухватившись за бедра девушки прижал ее к себе, в то время как его губы заскользили вниз к подбородку, линии челюсти и наконец к шее. Когда его зубы прикусили чувствительную кожу, Тесс откинула голову и судорожно вздохнула. — Если ты сейчас не готова, то я могу остановиться, — его горячий коснувшийся уха шепот заставил ее резко посмотреть в его затуманенные желанием глаза. — Если ты не окажешься внутри меня в ближайшие пару минут, — тяжело, но решительно выдохнула она, — в тебя полетит уже что-то серьезнее, чем бутылка. Закусив нижнюю губу, в попытке скрыть улыбку, Роб восхищенно посмотрел на раскрасневшуюся Тесс и, не дав ей опомниться, развернул ее спиной к себе так, что теперь они оба смотрели в зеркало. Его пальцы заскользили вниз по позвоночнику, как оголенной кожи, так и прикрытой тонкой тканью, заставляя девушку выгнуться в пояснице и потереться ягодицами о его пах. Отражение показывало ее полуприкрытые глаза и то, как она кусала и без того опухшие губы в ожидании. Пока его губы касались в нежном поцелуе ее голого плечика, его руки резким движением задрали платье до поясницы, и он на мгновение замер. — Скажи-ка мне, Хантер, — произнес он хрипло, — у тебя аллергия на нижнее белье или ты так пыталась меня соблазнить? Ее довольная улыбка говорила сама за себя. — Ты теряешь время, Хилл. Скользнув пальцами между ее бедер и почувствовав, насколько она готова к нему, Роб стиснул зубы. Абсолютно все в ней сводило его с ума. Брюки были расстегнуты с рекордной скоростью. Схватив влажными пальцами ее бедро, другой рукой он скользнул по животу вверх, между округлых скрытых тканью полушарий, и остановился на горле. Чувствую его головку совсем рядом со входом, Тесс попыталась качнуться назад, но он остановил ее, глядя в глаза в отражении. Девушка всхлипнула. — Роб, — выдохнула она и тут же громко всхлипнула. Он двигался, наращивая и замедляя темп, заставляя ее цепляться то за его руки, то за зеркало и вызывая полу всхлипы, полу стоны. Темные глаза то и дело высматривали синие в зеркале, наслаждаясь зрелищем, которое перед ними предстало. Когда же его пальцы прочертили линию от бедра до клитора, у нее просто уже не оставалось шансов на то, чтобы сдержаться. Выкрикивая его имя, за несколько толчков она содрогнулась в мощном оргазме. Ноги начали подкашиваться, но сильные руки Роба придержали ее, прижимая к широкой груди. Бережно сдув прядь волос с глаз девушки, он шепнул: — Тише, маленькая. За дверью раздались крики развеселившей толпы и бой курантов, заглушенные музыкой и закрытой дверью. Лукавая улыбка коснулась пухлых губ, с размазанной помадой. — С Новым годом, Хилл.