Бэрримор Артурианский

Я Бэрримор Артурианский, когда то бывший принцем Брутании. После смерти отца я пропил и проиграл все земли, а корону отдал за ночь с красавицей. Меня голого выгнали из королевского дворца на грязные улицы города. Я бы погиб там от голода или кинжала в спину, но мои мучения продлил придворный чародей Салиман. Эта змея посадила меня в клетку, и три года кормила грибами и травой. Я исхудал, почернел, и тронулся рассудком, стал видеть эльфов, хоббитов, орков. Вскоре я сгинул в той клетке, но даже после смерти мои мучения не окончились. На небесах я видел свет, и слышал голос. — Ты худший король Брутании! — молвил голос, — Твоя душонка не достойна рая, но и в ад я не могу тебя отправить. — Неужели я недостаточно согрешил для ада? — подумал я и мои мысли стали голосом. — Ты королевской крови, наместник бога на земле, таких как ты не отправляют в ад. Именно поэтому я дам тебе шанс, искупление. Ты продолжишь жить, но в другом теле и мире. Ты станешь Утконосом! Я увидел это существо с плоским черным носом, короткими утиными лапками, и маленькими черными глазками. — Нееет! — вырвался из меня крик отчаяния. Затем я проснулся на берегу пруда. Мое отражения в воде было ужасно, как никогда. Я прыгнул в озеро, хотел утопиться, но ничего не вышло. Пришлось выживать в этом ничтожном теле. Я искал себе пищу, убегал от хищников, и каждый вечер проклинал всех кого знал, весь этот ничтожный мир! Нет спасения от жизни даже в смерти! Я лежал на берегу и ел что нашел, когда увидел этого старика. Он был весь в сером, серая шляпа, серый плащ, серая борода. Старик опирался на трость, и и спускался по крутому утесу ко мне. Я тут же бросил остатки трапезы и полез в воду, но старик окликнул меня. — Бэрримор Артурианский! — молвил старик. Я остановился, поговорил со стариком, а потом все, как в тумане. Кольцо, пророчество, эльфы, гномы, хоббиты, гора и долгий спуск к центру земли. Очнулся я уже когда жар от огненных корней земли ударил мне в лицо. Кольцо на теле тянуло к земле, но я сопротивлялся. Сзади за мной плелся Сэм. Этот полный хоббит все называл меня господином, будто в насмешку над моим прошлым. Он наверняка хочет забрать мое кольцо, мою прелесть. Эх, еще бы понять, как Его надеть, пальцев то у меня нету. Может съесть Его? Но для начала нужно снять Его с тела. Я выдохся, и взял перерыв. С каждым проползеным метром кольцо становилось тяжелее на тону! Ещё чуть, и меня разорвет этой цепочкой пополам. Веки слипались, но я боролся со сном и усталостью. Эх, как же меня все достало! Все вы! Ты Сэм, ты Гэндальф, а в особенности ты Арагорн. Их лица словно застыли передо мной. Я хотел плюнуть Арагорну в лицо, но даже на это не был способен. Такой правильный, такой хороший, что аж тошно от тебя! Легендарный король Гондора! Да показушник вот ты кто! Я король! Я Бэрримор Артурианский родился чтобы править, а не ползать по земле. Эх, надеть бы кольцо и они б у меня поплясали. Я потерся, попытался снять кольцо, но ничего не вышло, оно не сдвинулось ни на дюйм. — Господин Бэрримор нужно идти дальше, — сказал Сэм. Но тут из темноты выскочил Горлум. Тощий до нельзя. Совсем ходячий скелет. Он крепко вцепился в спину Сэма, кусал его, и царапал. Сэм достал меч, но поздно, гнилые зубы нашли шею, и в миг перегрызли хоббиту глотку. Горлум с куском вырванного из Сэма мяса пошел ко мне. В его глазах блеснул зеленый огонь. Я попятился назад. — Не смей! Не подходи! Оно мое! — Нет, Бэрримор вор, прелесть наша, — оскалился Горлум, — Отдай, наше. Отдай прелесть. Я зашипел на Горлума, но он рывком схватил меня, и начал стягивать кольцо. Я шипел, и царапал своими ничтожными лапками, но для Горлума это было, как комариные укусы. Он стянул кольцо, подполз поближе к лаве, и поднял прелесть над собой. Кольцо сверкнуло в алом свете огня. Горлум рассмеялся, затанцевал. — Оно моё. Прелесть у нас! Ла-ла-ла обобрали дурачка! Но тут его глаза стали закрываться. Руки безвольно повисли, но он все равно не отпускал кольцо. — Горлум хочет спать, — проболтал он себе под нос, и упал в огненную бездну. Это сработал мой яд, что копиться в задних лапках. Но в тот момент мне было не до победы. Я пополз за кольцом но это было не так просто. Уставшие лапы не слушались, соскальзывали, но я полз и полз, пока не достиг уступа. Внизу махал руками и вопил Горлум. Он поднял кольцо над головой, чтобы продлить Его существования еще на мгновение. Оно сияло, как алмаз в свете лавы и огней. Все мои мысли и желания устремились к кольцу. — Верни его! — прорычал я и бросился в бездну.