Мы все ещё сестры?

Сердце стучит бешено, будто чуть что выпрыгнет из груди. Как бы ей не было больно, она всё стерпит ради неё. На улице стоит ужасная погода. Облако, которая укрывает мрачную луну, начинает потихоньку рассеиваться. Девушка тяжело дышит, жадно вдыхая свежий воздух. Вайолет дрожащими руками, открывает большие ржавые двери дома. Пол предательски скрипит под ногами. Она не хочет испугать её. Заходя внутрь как можно медленнее и вдыхая до жути знакомый ей её запах. Она тут не была с того дня. Но запомнила этот горький запах. Наконец успокоившись та проходит дальше, видит сестру сидящей на заброшенном большом кресле спиной ко входу, где те любили иногда посидеть с остальными ребятами, закрытой белой простыней, наполненной пылью. Словно кадр из мрачных хоррор фильмов. — Долго меня ждала? — не торопясь, заходит в глубь, осторожно касаясь плечи сестры и усаживаясь напротив стоящее кресло. — нет, не особо — уверяет та смотря на старшую. — хорошо. Девушка достаёт из кармана, новенькую пачку сигарет. Холодными пальцами, ловко открыв пачку и взяв одну, протягивает девушке. — будешь? — нет — она даже не спрашивает с каких пор та начала курить. Не хочет знать. Даже если узнает, то какой толк? Не сможет же ведь изменить её. Она уже давно выбрала Джинкс и пытаться вернуть Паудер, не стоит. — как хочешь. Сегодня я ухожу. Хотела в последний раз увидится с тобой — выдаёт та зажигая спичку и дрожащими руками поднеся их к сигарете. Джинкс так-же не хочет знать почему Вай ранена. — когда вернёшься? — с надеждой в голсе спрашивает та. — никогда. Она ничего не видит. Пелена слез, не дающие хоть что то рассмотреть, накапливаются в карих как тёмный топлёный шоколад глазах. Она пытается не заплакать, не проявить свою слабость перед младшей. Ведь так её растили. Растили так чтобы она защищала её, но что в итоге? После смерти Силко и взрыва той башни, в нижнем и верхнем мире разбушевался хаос. С тех пор многое изменилось. Вай прижимает её к себе, обнимает крепко, будто в последний раз. Не даёт отстраниться. Хотя девушка даже не пытается. Ей уютно, тепло, легко в родных горячих объятиях. В уютной тишине. В уютной атмосфере. В такой до боли знакомой. Капли крови от ран, окрашивает тело младшей. Прошло уже более десяти минут, но для них будто мгновение. Наконец вытерев солёные, жгучие глаза слёзы, Джинкс отстраняется. Вай смотрит безразличным, холодным взглядом ей в след. Дождавшись её ухода, старшая пулей вылетает за ней, наконец выплеснув солёные слёзы, которые льются с её глаз, горячими линиями, проливая с щёк на асфальт смешавшись с морозным дождём. Дождь, который её уже раздражает до безумия, обливает холодной струёй девушку. Она видит лишь сестру,  медленно удаляющейся с поле зрения. Спустя пару минут слышится выстрел. Этот оглушающий звук, она запомнит навеки. Ей не интересно кто стрелял, интересно только одно, в кого попали. Хрупкое и бездыханное тело девушки с грохотом падает на грязную землю. Привкус горечи и слез во рту перемешались с кровью. — нет... — девушка подбегает к Джинкс. Ничего не видит и не слышит кроме неё. Старшая медленно опускается на колени перед уже мёртвым телом сестры. Коленки разбиты в кашу, а кожа в некоторых местах её тела, содрана или повреждена. Кровоточащая рана на животе, ничего не значит. Чувства боли нету, как бы физическая боль не старалась, моральная оказывается в разы сильнее. Будто какой то огонёк, который поддерживал её эти долгие года медленно но верно погасает внутри. Огонёк по имени Джинкс. Да, Вайолет уже давно приняла что сестру не вернуть, но и жить с тем что милая Паудер переросла в чудовище как Джинкс и стала помощницей Силко, она не смогла. Она пыталась вернуть. Но зачем? Зачем, если она не сможет принять эту Паудер? Но как бы она не пыталась, не может принять и Джинкс. Девушка берёт холодные руки Джинкс, слезы уже льются сами по себе. Вай пусто, она промокшая под дождём, неподвижно стоит у входа в просторный зал где те любили иногда болтать с Вандером. Держа в руках тело и дрожа то ли от холода, то ли от боли пронзающее сердце и разрывающее его на мелкие кусочки. Ей не понятно, больно от того что сказала она или от осознания того что уже не услышит её милый голосок никогда или не увидит её красивую словно солнце в этом тусклом и сером мире улыбку. С некой осторожностью, будто в руках не тело её «врага» а целая вселенная, кладёт её на разрушенную кровать тихо напевая мелодию с детства. Злость и грусть бушует ураганом в её голове. Холодными пальцами, та проводит по волосам младшей. Стрелок скрылся, но Вай волнует не это. Она найдёт его, даже ценой своей жизни. Ради Паудер. Ради Джинкс.