Black and/or White?

Мрачный дом возвышался на небольшом пригорке. Вокруг все заволок туман, а тучи на небе добивали пейзаж — делали все унылым и страшным. Медленно наверх, прямо к дому, поднимался молодой юноша. Лицо не углядеть — его будто скрывает дымка. Но зато видны черные, слегка кудрявые, волосы. Юноша стройный и высокий. Парень перед входом достал палочку и за секунду открыл замок двери. Пройдя внутрь, он поднялся по лестнице и оказался в небольшой гостиной. Перед ним — пожилая дама, примерно ее возврата старичок и средних лет мужчина. Все трое повернулись к вошедшему. Дальше началось сумасшествие. Не слышно было слов, только видны злые гримасы тройки. Лицо юноши по-прежнему не просматривалось, зато ощущались его эмоции: злость, отвращение, ненависть и обида. Раздался какой-то шепот, будто рядом находятся змеи. Юноша поднял палочку и направил ее на старика. Зелёный луч — смерть. Следом шла бабка. Очередной луч — смерть. Мужчина метался, пытался незаметно смыться из гостиной. Но не успел — звонкий и злой смех остановил его. Затем луч — тело падает замертво. Юноша согнулся и выронил из рук кольцо. Оно задребезжало, будто всасывая или притягивая что-то. Тут из тела парня вырвался странный сгусток — энергетически он был похож на самого юношу. Сгусток покружил и влетел прямо в кольцо, и все остановилось. *** Агата тяжело дышала и пыталась наладить сердечный ритм. Она сидела на холодном полу и помнила только одно — огненные красные глаза, которые как будто взглянули на нее, когда видение рассеивалось. — Черт, — выдохнула Грин-де-Вальд и аккуратно встала с пола. Она подошла к кровати и уставилась на книгу. Та лежала на прежнем месте, закрытая, помеченная каким-то знаком или руной. Агата не могла разобрать. Но она поняла — на книжку наложили заклятие. И владелец знает, что она ее брала. — Идиотка, — прошипела девушка. Как же глупо было не проверять подобные вещи перед тем, как брать в руки. А ведь этому ее учил отец, но, насколько себя помнила Агата, ученица из нее хреновая. Многочисленные шрамы на спине это доказывали. Со злостью Грин-де-Вальд подняла невидимую ткань и накинула обратно на книгу. Затем опустила матрас и пошла к другой кровати, чтобы окунуться в долгожданный сон. — Ну и пусть знает, — зло прошипела девушка и гадко ухмыльнулась. — Это даже интересно. Агата правда хотела знать, что это за ученик такой, который спокойно хранит под матрасом «Тайны наитемнейшего искусства», даже когда он не в школе. Он был уверен, что никто ее не тронет. Девушка хотела уже отойти ко сну, но припомнила свое видение. Вероятно, тот юноша и был тем, кто наложил заклятие на книгу. Он убивал, судя по убранству дома и по виду людей, магглов. И убивал ровно в это время, когда Агата схватила эту книгу. Это не будущее — она знала. Совпадало время, время года и местность была похожей. К тому же она случайно соприкоснулась с его энергией через книгу и смогла уловить, что с ним происходит. Она видела то, что не должна. Он это тоже будто почувствовал. Иначе почему она видела эти красные глаза? Красные глаза? *** Утро наступило быстро — Агате почудилось, будто она закрыла глаза и сразу их открыла. За окном верещали ранние пташки, а солнце било по стеклу, пуская чертовых зайцев прямо в лицо девушки. Грин-де-Вальд мучински вздохнула и встала с кровати. На полу валялся небольшой мешочек — ее. Она нагнулась и подняла его, а потом направилась прямиком к двери, которая находилась рядом с входной. — Отлично, — равнодушно выдохнула девушка и осмотрела ванную комнату. — Акцио мыло, — прошептала Агата, направив палочку на мешочек. Изнутри выпрыгнуло зелёное мыло с витиеватым узором. Оно пахло яблоками. Скинув одежду на пол, Грин-де-Вальд настроила воду и встала под горячие струи. С тела стекала грязная вода, перемешанная с потом. Девушка в отвращении сморщила нос: неужели было сложно помыться перед сном? Отвратительно. И место ей не нравилось. А птицы за окном раздражали с каждой секундой больше. *** — О, мисс Девиль, полагаю? — профессор Слизнорт мягко улыбнулся, когда Агата вошла к нему в кабинет. — Да-да, директор меня предупреждал! Неожиданно вы появились, конечно. — Да, профессор, я сама не так надеялась провести лето, — Грин-де-Вальд выдавила грустную улыбку. Слизнорт покачал головой и сочувствующие глянул на девушку. — Примите мои соболезнования, Агата, — он подошёл, — надеюсь, столь грустное событие не скажется на вас сильно. Все-таки вы еще так молоды. Юность — прекрасная пора. Любовь, волшебство — довольно прекрасно, как вы считаете? Внутренне Агата уже пару раз закатила глаза и поняла, что мужчина перед ней — тот ещё балабол. И судя по тому, как он ведёт себя, у Слизнорта между тем еще невероятное самомнение. — Вы правы, сэр, — девушка мягко улыбнулась. — Я справлюсь. — Я рад это слышать, мисс Девиль! А теперь давайте не тратить время зря, — он как-то хитро улыбнулся, — позвольте мне немного вас задержать и погонять по программе? — Для этого я здесь, — очередная ничего не значащая улыбка. — Да, замечательно. Итак, присаживайтесь, — профессор указал на парту. — Скажите, вы можете определить, что за зелье перед вами? На парте стоял чан с зельем, которое переливалось перламутром. Агате не нужно было приближаться даже, чтобы понять, что перед ней Амортенция. Внутренне девушка даже разозлилась — ей показалось, что ее здесь явно недооценивают. Ну, ничего. — Амортенция, сэр. Сильнейшее любовное зелье, которое вызывает тягу к тому, кто его сварил. Но, к сожалению многих, оно не способно вызвать истинную любовь, — сделала паузу. — Возможно, Амортенция создает для жертвы даже больше проблем, чем напиток живой смерти. Гораций широко улыбнулся. — Прекрасные познания, Агата! Если вы так и продолжите, я буду вынужден требовать, чтобы вы присоединились к моему клубу Слизней. Клуб Слизней? Грин-де-Вальд внутренне скривилась — название, скорее всего, такое же отвратительное, как и сам чертов клуб. — Боюсь, я разочарую вас, сэр. С теорией у меня действительно проблем нет, но с практикой иногда тяжело, — сдался ей этот клуб. — Посмотрим, мисс. Может, вы еще знаете что-то об Амортенции? — Она пахнет для каждого тем, что ему нравится, — Агата опустила голову и всё-таки закатила глаза, потому что поняла, чего добивается Слизнорт. — Для меня оно отдает чем-то стальным, — девушка приблизилась к чану, — и терпким одновременно. Будто крепленое вино. Крепленое вино с кровью. Разумеется, Агата не договорила. — Прекрасное сравнение, мисс Девиль. Пока полагаю, вы достойны попасть на последний курс. Мне достаточно того, что вы сказали, — девушка взмахнула головой в согласии, — а теперь ступайте в кабинет директора. Там вас ожидают еще несколько учителей, которые проверят ваши знания. — Хорошо, сэр, всего доброго, — девушка направилась к двери, и, слава Мерлину, шаг не выдавал ее раздражения. — Удачи, Агата, — кинул вслед Гораций. Закатила глаза — опять. Потому что вокруг видела лишь притворство, а это бесило. В кабинете директора Грин-де-Вальд быстро прошла проверку у нескольких других преподавателей по сложным дисциплинам. Это были Трансфигурация, ЗОТИ и История магии. Все проходные тесты девушка прошла без проблем — особенно ЗОТИ. Но бесилась Агата знатно — зачем нужна защита от темных искусств? Почему нельзя непосредственно изучать само темное искусство, когда оно являются сильнейшим и все равно каждый маг его использует. Тупые правила не менее тупого Министерства. Нигде, кроме Дурмстранга, не преподают темные искусства — глупо и нелепо. — Мисс Девиль, теперь вы свободны. Поздравляю с зачислением на седьмой курс Слизерина! — сообщил Армандо, когда преподаватели покинули помещение. — У вас в запасе месяц — можете пользоваться библиотекой, обращаться к преподавателям в их свободное время или прогуливаться недалеко от замка. В Запретный лес, очевидно, идти нельзя. — Понятно, сэр. — Возможно, если вам будет скучно, вы могли бы предложить помощь другим профессорам или мистеру Принглу. Руки всегда нужны, — директор улыбнулся. А для чего тебе палочки? Агата сдержала порыв, чтобы не сказать это вслух. — Хорошо, до свидания, сэр. — Да-да, ступайте, — Диппет панибратски помахал ей на прощанье. Как будто Агата и так не знала, что она здесь не особо-то и вовремя. Но плевать — это их проблемы, в конце концов, что им неудобно. А сейчас нужно придумать, что делать в пустом замке целый месяц… *** На удивление, Грин-де-Вальд пережила спокойно это время. Хотя удивляться нечему — девушка справилась бы, даже если бы в замке была одна. А так у нее была компания — преподаватели, которые с удовольствием делились своим опытом и знаниями, призраки, которые любили пугать, а иногда делиться чем-то интересным из своей жизни. И, конечно, компанию ей составляли по большей части книги. Книги из запретной секции библиотеки. Агата в первую неделю пробралась туда без проблем. И бывала там каждую ночь — читала, читала и читала. Это был ее маленький секрет, ее способ успокоиться и отвязаться от тягостного ожидания внутри. К слову, что она ждала — сама не понимала. Завтра утром должны прибыть ученики в школу. Послезавтра уже начнутся уроки. А сегодня девушка была в Косой Аллее с Дамблдором и покупала все, что ей пригодится для учебы. Пока Грин-де-Вальд ночевала в известной ей комнатке. В эту ночь она решила дать себе отдохнуть и лечь пораньше. Но что-то мешало. Возможно, мысли, а, может, книга, лежащая под матрасом Реддла. На днях Агата узнала интересное заклинание, которое запечатывает вещь и связывает ее с тем, кто наносил печать. Ниже было обратное заклинание, которое дезактивируют чары. Девушка поднялась с кровати после получаса раздумий. Подошла к соседней кровати и подняла матрас. Убрав невидимую ткань, она направила палочку на книгу. На лице снова появилась гадкая ухмылка. О, она не собиралась читать эту книгу. Просто хотела поиграть — вот бы был сюрприз для этого самоуверенного идиота, который решил так просто скрыть подобное чтиво. — Perpetuus. Aperi et clarum, sigillum abiit, — Агата взмахнула палочкой и два раза коснулась печати. От книги отделились руны, которые сложились в причудливое слово. Затем знаки рассыпались, а печать стерлась с обложки. — Хм, — девушка улыбнулась шире. Она взяла в руки книгу и вышла из комнаты. Перед выходом взмахом палочки вернула на место все вещи и полностью убрала свою кровать, будто ее здесь и не было. Пора перемещаться в женские спальни, посчитала Агата. Но прежде… Грин-де-Вальд спустилась в гостиную факультета и подошла к камину, над который висела небольшая полка с книгами. Трансфигурировав книгу в обычный фолиант по истории магии прошлого века, девушка поставила ее между остальными. Затем пошла обратно в спальни. Лёгкий смех вырвался наружу. *** Учебный год в Хогвартсе начинался, как обычно. Студенты первого курса столпились у дверей в Большой зал, чтобы пройти распределение. Студенты постарше уже сидели за столами своих факультетов. Агате сказали пока не присоединяться к пиршеству — после распределения директор объявит о новой ученице и представит ее другим. Поэтому девушка стояла недалеко от юных волшебников и смеряла их расфокусированным взглядом. Ее детство было не таким, и она была полной лгуньей, если бы сказала, что не хотела бы также. Нет, Грин-де-Вальд отдала бы все, лишь бы родится в другом месте, подальше от войны. Ей даже необязательно было бы быть волшебницей — она бы согласилась на магглов. Если есть любящие родители, свобода и любовь, разве можно от этого отказаться? Девушка взмахнула головой, чтобы избавиться от подобных мыслей. Сейчас в них нет смысла — у нее есть цель, и она приведет ее хоть и не к любящей семье, но к свободе и силе. Агата взглянула опять на первокурсников, но перед дверьми было пусто. — Агата Девиль! — услышала она громогласный вскрик директора, когда двери перед ней открылись. Девушка размеренным шагом зашла в зал и осмотрела вскользь учеников. Тишина. Так же можно и слишком возгордиться собой, подумала она. Когда Грин-де-Вальд была возле директора, он жестом подозвал ее к себе. — Представляю вам новую ученицу седьмого курса — Агату Девиль, — объявил Диппет, — мисс Девиль была на домашнем обучении, но в силу обстоятельств поступила в Хогвартс еще месяц назад. Распределяющая шляпа определила Агату на Слизерин. Змеи неохотно захлопали в ладоши, приветствуя новенькую. — Проходите к столу, Агата, и присаживайтесь, — сообщил Армандо. Слизеринка прошествовала к столу факультета и присела с краю, возле первокурсников. Она чувствовала угнетение — взгляды учеников цепляли ее. Но что-то было не так — с начала торжества прошло уже минуты три, но на нее продолжали смотреть. Девушка обернулась — все ученики заняты пиром. За ее столом идут разговоры, и никто не обращает на нее внимание. Агата приподняла голову и вскользь прошлась взглядом по ученикам дальше, пока не зацепилась за черные глаза. Грин-де-Вальд остановилась на них и замерла. Она узнала его сразу — парня из видения. И поняла, что это и есть самоуверенный Т.М. Реддл. Парень смотрел зло, глаза будто отдавали красным. Впечатление, что он понял, кто именно касался той книги и кто видел убийство троих магглов. По хребту Агаты прошлись мурашки от его взгляда. Наконец, она увидела его лицо. Безумно красивое и злое лицо. В ответ на гримасу парня девушка ухмыльнулась, но выглядело это, как оскал. Реддл глаз не отвел, более того — он отзеркалил ее ухмылку.