22. Близость
10 сентября 2022 г., 08:40
Несмотря на какие-то ссоры, события, университетская жизнь шла своим чередом. Ещё до сих пор на местах были картины, представленные на выставке, в которой участвовали работы Чонгука и Чимина. К слову, последний снова решил сходить туда, чтобы взглянуть на них. Хосока они с Хоупом туда уже водили тоже.
Кажется, пришёл и черёд преподавателей посетить мероприятие. В этот раз, чтобы взглянуть на работы, написанные талантливыми студентами, пришёл Намджун. После потрёпанных нервов хотелось немного отдохнуть, и созерцания искусства – самое то для этого. Через какое-то время он и Тэхён снова встретятся обязательно, и случится что-то непоправимое, если Ким-старший уже позволил себе ударить по лицу младшего. Нельзя ведь так, но он сорвался. Сейчас же просто нужно расслабиться.
— Вас что-то интересует? — перед ним оказывается Чимин, говоря любезным голосом. Преподавателей здесь было мало, но если они появлялись, то можно было им угодить. — Я могу устроить экскурсию.
— Выставка настолько продуманная, что присутствуют студенты-экскурсоводы? — Намджун глядит точно в чужие глаза, а пухлые губы расползаются в приветливой улыбке. — Я буду не против, если Вы покажете мне всё здесь. Выглядит очень впечатляюще.
— Не то чтобы. Считайте, что это личная инициатива, — ведёт плечами Пак. — Я один из студентов факультета искусств, и мне хочется, чтобы Вы смогли посмотреть все работы, в числе которых есть те, что делали мои одногруппники и другие ребята.
— Хорошо. Я не против, собственно, чтобы Вы показали мне работы, — кивает мужчина и перехватывает свою сумку с документами, поправляя рукав пиджака. — Итак, мы начнём с...?
— С начала, пройдёмте со мной, — сделал даже галантный жест парень. Похоже, он сегодня слишком дружелюбен.
Усмехнувшись, Ким кивает и отдаёт своё существование на несколько минут в руки Пака. Пусть он будет гидом на выставке, которая, на самом деле, не такая большая, но довольно интересная на первый взгляд.
Так как Чимин был в своей стезе, он увлечённо рассказал про несколько картин, которые знал. Ведь у него, в отличие от того же Чонгука, в группе гораздо больше друзей. Почти к самому концу парень подвёл преподавателя к своей работе:
— Не хочу хвастаться, но данный экземпляр – моих рук дело.
— Почему же не похвастаться, когда картина по-настоящему хороша? — посмеивается Намджун и заостряет на полотне внимание, сосредоточенно осматривая почти каждую деталь. — Что Вами двигало, когда Вы писали её? Что Вас вдохновило?
— Мм... Я думал о своих друзьях, когда писал её. Думал о том, как покажу им это, потому что они очень хотели увидеть что-то из моего творчества, так сказать, в таком “серьёзном” формате, в рамке и всё такое. Я считаю, поэтому тут и преобладают светлые тона, — объясняет Чимин.
— То есть светлые цвета обозначают Ваше отношение к друзьям и приятные эмоции? Это... очень красиво выглядит, — согласно кивает Ким. — Если бы я рисовал что-то в хорошем настроении или в моей голове был бы дорогой человек – выбрал бы такие цвета.
— Что ж, тогда с моей картиной всё ясно, — усмехнулся Пак, разводя руками. — Осталось ещё несколько, можете просто на них посмотреть, потому что я не знаю об истории их создания.
— Ваша картина кажется мне самой впечатляющей, если уж быть честным. Она такая светлая и будто бы чистая, без отрицательных чувств. Не вызывает совершенно ничего плохого и даже успокаивает, — отзывается в ответ Намджун.
— Да? Я рад, — смущённо улыбнулся Пак, — спасибо Вам, — его щёки даже налились румянцем. Он не часто слышит похвалу. А когда слышит, то такая реакция выходит.
— Не за что, э... — мужчина тоже едва смущается и отводит взгляд, — можно узнать Ваше имя, чтобы поблагодарить как полагается?
— Чимин, мм... Пак Чимин, — даже чуть кланяется студент.
— Что ж... не за что, Пак Чимин, — улыбнулся Ким и одобряюще похлопал парня по плечу. — Вы действительно молодец.
— Тогда... с Вашего позволения, я пойду? Я и так немного тут задержался. Но Вы не подумайте, что я жалею о своём же предложении об экскурсии, — невинно улыбнулся Чимин в ответ.
— Я благодарен. Вы о многом рассказали мне, и мне есть над чем подумать, — кивнул Ким и улыбнулся. — Идите, Чимин. Я ещё немного побуду здесь.
Пак ещё раз поклонился и двинулся в сторону выхода. Времяпровождение на выставке было очень занятным, но надо и возвращаться в комнату. Намджун тоже испытал удовольствие, получив много информации от студента. Довольно интересный и приятный молодой человек. Почему вот Тэхён не может быть таким? Всё ему нужно испортить и разрушить.
Кстати о Тэхёне. Сегодня он снова прогулял занятия, а вечером планировал встретиться с Хоупом. Кажется, у этих двоих действительно всё хорошо, и Вишня совершенно не пытается оказывать знаки внимания другим парням.
Хоуп всегда рад новой встрече с Вишней. Ему нравится проводить время с ним и осознавать, что они встречаются. Для последнего, может, это не такое большое дело, а вот Чон ощущает себя как-то иначе, понимая, что у него есть парень. Давно у него не было отношений.
Они договорились пересечься за жилым корпусом в немноголюдном месте. Да, до сих пор прячутся ото всех, что странно, ведь Ким просто обожает показуху. Но может, и правда что-то меняется?
Когда дело подошло к назначенному часу, Хоуп поторопился поскорее покинуть общежитие. Как-то опаздывать не хотелось, вдруг Вишня ещё возникать будет? Вскоре оказываясь на улице, Чон немного попетлял по дорожкам, пока не завернул в нужное место, ероша свои кудри. Кажется, со временем он все закоулки кампуса будет знать.
Ким уже был там. Курил. Кстати, сигареты уже были из новой пачки, но непременно вишнёвые. Видимо, это его фишка.
— Вишенка? — подаёт голос Хоуп, стараясь произнести это более непринуждённо. — Опять припёрся раньше меня? — дуется он наигранно, видя сигаретный дым и вдыхая его запах.
— Я всегда припираюсь раньше тебя, — подавил смешок Тэхён, разгоняя дым и замечая парня, — потому что на занятия только ты ходишь.
— И как долго ты ждёшь меня? — усмехнулся Хоуп в ответ, ближе подходя и обнимая Кима за талию обеими руками, смотря в глаза. — И вообще, не пробовал на них походить и оставаться до конца?
— Скучно, — хмыкнул Тэхён, отводя руку с сигаретой в сторону. — И жду я тебя минут пять от силы.
К слову, о травмах парня после драки с Юнги: его губа уже затянулась, а фигнал поменял свой цвет с тёмно-фиолетового на сине-зелёный. И сейчас парень даже слегка его замазал, чтобы не слишком уж светить им. А ещё наконец смог открыть этот глаз, вокруг которого расплылся синяк.
— Один раз ты меня отчитал за это. Сейчас не будешь, м? — Хоуп льнёт ещё ближе и ведёт пальцем по щеке Вишни, оглаживая всей ладонью вскоре.
— Ну, ты же не опоздал. Это я заявился раньше назначенного, — повёл плечами Ким и прикрыл глаза.
— Тогда мне стоит отчитать тебя? — Хоуп вскинул бровь, вторую ладонь держа на боку Тэхёна.
— Ты вдруг решил меня отчитывать? Надо же, — ухмыльнулся парень, почти нос к носу двигаясь к Хоупу. — Ну попробуй.
— Зачем же ты пришёл раньше положенного срока, если нетерпелив очень? Ждал и ждал бы, а потом вышел из себя, — проговорил Чон в его губы, ладонь уложив на шею Тэхёна с многочисленными татуировками, едва сжав.
— М-да, я такой злой сейчас, — Тэхён едва оскалился. — Можешь попытаться успокоить меня.
— А может, я не хочу? — облизнувшись, Хоуп посмеялся и чуть отстранился. — Может, хочу прямо-таки увидеть тебя в гневе, ох!
— Не стоит, — Ким выкидывает сигарету и той же рукой хватает Чона за свитер, притягивая к себе, — злить меня больше, знаешь ли.
— А то что? Не побоишься что-то сделать со мной? — хмыкает Хоуп, обнимает его за шею одной рукой и приближается к губам, аккуратно их касаясь.
Вишня лишь тянет Чона ещё ближе к себе и одну из ладоней кладёт на его ягодицу:
— Драку устроить всегда можно. Ты ведь не девчонка.
— Ах так, бить меня собрался? — выгнул бровь Хоуп. Он заводит руку за спину и обхватывает ею ладонь, что была на половинке, поднимая её выше и сжимая пальцы. — Придётся записаться на самооборону, чтобы дать тебе сдачи.
— Мм, а так разве не сможешь? — наклоняет чуть голову Ким, снова приближаясь к чужим губам.
— Я почти никогда ни с кем не дрался, — на несколько секунд надул губы Хоуп. А после, прикрыв глаза, подался вперёд, касаясь губ Тэхёна и укладывая обе руки на его шею.
— Мне стоит тебя научить? — ещё бормочет в его губы Вишня, прежде чем ответить на поцелуй. Его ладони всё же спускаются на поясницу Хоупа, но ниже пока не идут.
Говорит ли это о том, что Вишня собрался бить его, чтобы научить нескольким приёмам? Кто знает, но Хоуп прикусывает губы вишнёвые и хмурится, сжав шею снова. Тэхён делает шаг назад и вжимается спиной в стену. Он только ближе тянет Хоупа на себя, хотя кажется уже некуда, и чуть жмурится от укусов, ведь его губы ещё немного болят. Прижавшись грудью к чужой, Хоуп потихоньку смягчается и уже целует парня, ладонью ведя от его шеи вниз. Он делает это будто под гипнозом, ведь сам недавно убирал руку Тэхёна со своей задницы.
Вишня чувствует лёгкую дрожь, но ведёт себя довольно невозмутимо. Продолжает целовать Чона, ладонями касаясь его спины. Тогда Хоуп опускает ладонь чуть ниже и приподнимает футболку Кима, едва касаясь торса. Накачанный, чёрт возьми. Правильно, Тэхён же на спортивном факультете, занимается плаванием и футболом. Кстати, почему Хоуп делает так? Просто подразнить захотелось, в надежде, что Вишня из себя не выйдет.
— Айщ... — прикусывает чужую губу из-за этого Тэхён. — Думаешь, тебе такое с рук сойдёт? — и стискивает чужое запястье.
— Не позволишь, чтобы сошло? — выдыхает гулко Хоуп, задерживая ладонь на теле и переводя на Кима взгляд с ноткой взволнованности. — Тебе не нравится своё же действие, Вишенка?
Смотря в глаза Чона, Тэ вдруг резко меняет его и себя местами. Теперь Хоуп оказывается вжатым в стену, а Вишня нависает над ним, одной рукой за плечо держа, а другой продолжая обхватывать запястье.
— Мне слишком нравятся твои.
— Неужели скоро я увижу твой стояк? — рассмеялся тихонько Чон, но всё же едва нервно сглотнул вязкую слюну, смотря в глаза Тэхёна. — Или тебе не настолько нравятся мои касания?
— Хочешь убедиться в своём влиянии на меня? — бровь Кима поползла вверх. — Как же ты не можешь верить моим словам, детка? — он снова кладёт ладонь Хоупа на свой пресс, а потом сам же ведёт ей ниже, ухмыльнувшись.
— Хэй... хэй, Вишенка, я... — Чон сжимает ладонь в кулак и пытается приостановить (по крайней мере) движение вниз. — Я всё понимаю, но я пока не готов трогать твоего... друга. Это просто слова!
— Разве тебе неизвестно, что надо быть осторожнее со своими словами? — шепчет в его ухо Тэхён.
— Я просто подразнил тебя, — хмыкает Хоуп и сам тянется к уху Вишни, довольно ощутимо его прикусывая; тоже часть дразнилок. — Ничего такого, Тэ.
— Ах ты какой, — шипит Ким, таки сдвинув чужую расслабившуюся ладонь ниже, — я тоже умею играть.
Замерев на месте, Чон выдыхает чересчур гулко и стискивает зубы.
— Можно было что-то другое придумать, — шикает, пытаясь вытащить руку. Но так как она в плену Тэхёна, то получается лишь то, что получается: создаётся трение и лёгкая стимуляция.
— Мх... — выдыхает почти в губы парня Вишня, и выходит это... заводяще. — Что же ты сам теперь делаешь?
Вздрогнув, Хоуп ощутил мурашки, бегущие по всему телу. Кажется, даже в то место отдало.
— Я... я руку пытаюсь освободить, ты! — бормочет он. — Ты ведь не отпускаешь её!
— Значит, виноват теперь я? — облизывается Тэхён, очень медленно разжимая пальцы.
— В том, что я тебя трогаю? — шикнул Хоуп, но вдруг отвёл взгляд и выдохнул. — Почти... Но ещё немного, и ты полностью заведёшься, что тогда будем делать, а?
— Не поможешь мне решать проблему? — усмехнулся лишь Тэ.
— Ты ведь умеешь решать такие “проблемы”, разве нет? — кажется, Хоуп смущается. Но ладонь почему-то так и осталась на том месте, правда, в неподвижном состоянии. — Я... ты хочешь прямо здесь, что ли?
— Ну почему же «прямо здесь», — смеётся откровенно Ким, но тут же шикает сам. Видимо, действительно возбудился. А учитывая то, что раньше у него был секс в любое время, когда заблагорассудится, а сейчас с Хоупом такого нет, то ему себя сдерживать тяжковато.
— Тэхён... — Хоуп подумал несколько секунд и убрал ладонь, наконец. — Ты очень сексуальный, и мне трудно без томного вздоха смотреть на тебя, но... я переживаю. Может, даже боюсь.
— Зачем же тебе переживать, детка? — всё ластится к нему Вишня. — Ты разве боишься меня?
— Не тебя боюсь, — держится за Тэхёново плечо Чон. — А того... что будет потом. Я понимаю, что, может, при первых встречах у тебя под конец был секс и ты изголодался сейчас, но вдруг потеряется интерес?
— Так вот чего ты опасаешься, — отпрянул от него вмиг Вишня, — понятно, — он отряхнулся, а после снял с себя бомбер и обвязал его вокруг талии, чтобы тот хоть немного закрывал реальную проблему.
— Тэхён? — Хоуп сводит брови вместе и кладёт ладонь на плечо Кима, сжимая едва. — Я не хотел обидеть тебя и твои чувства, но... ты ведь понимаешь, что я хочу быть с тобой как можно дольше. Я правда волнуюсь, как всё может пройти.
— Волнения излишни, — вздыхает Вишня, — но если уж ты так боишься, то я не буду трогать тебя.
— Что это значит? — шикнул Хоуп, притянув Кима к себе поближе. — Я этого, к счастью, не просил. И... не боюсь я ТАК! Просто решил поделиться этим.
— Это значит, что не буду приставать к тебе, — отзывается Тэхён.
— То есть последние мои слова ты пропустить мимо ушей решил? — нахмурился Чон вновь.
— Молчи уже, зануда, — накрывает его губы своими Вишня, снова потянув свои руки к Хоупу, а именно к его талии.
Тот хмыкнул в чужие губы, но быстро обнял Тэ и прильнул к нему близко. Кажется, это тоже повлияет на возбуждение Вишни, но что сделаешь, если и Чон заводится тоже? Никто не железный. Особенно когда сильные руки держат за талию, с ума сойти можно.
— Смотрите, это что, Вишня и Хоуп? — слышно откуда-то голос девушки. — Вишня точно, а второго не видно! — похоже не так уж тут и немноголюдно, оказывается.
— Только не это... только не сейчас, — “хныкать” Хоуп начинает и цепляется за одежду Тэхёна, отстраняясь от губ нехотя. — Есть способ уйти от них, Тэ? Не хочется прелести выпирающие показывать.
— Не уверен, Хоуп-и, — шумно дышит Ким. — Но если мы продолжим целоваться, может они уйдут рано или поздно?
— Или же они будут стоять и смотреть, пока мы не умрём, — бурчит Чон, но после продолжает: — Или... пока не получат фотографию, которая точно вызовет желание уйти и запостить её, — с этими словами он ещё сильнее сжимает футболку Вишни, стремительно приближаясь к чужим губам и снова настойчиво их накрывая. Хоуп чуть разворачивается, чтобы студенты могли видеть и его. Кому придёт идея просто прогнать их или нахально уйти в другое место, ничего не говоря? Правильно, никому.
— Это Хоуп! Это точно он, посмотрите на кудряшки, — снова завизжали студентки. Послышались звуки камеры – как и ожидалось, они стали делать снимки. Но не этого ли Чон добивался?
Нужна ведь особенная фотография? Что в Вишне любят больше всего: пресс, волосы или всё сразу? Кажется, именно последний вариант подходит. Хоуп становится “голодным”, чуть оттягивает губы Кима напоказ, но чтобы не сделать больно. И открывает всеобщему вниманию небольшой кусочек его торса, делая это так, будто собирается вообще стянуть с него футболку.
— Сделай что-нибудь, — успевает он шикнуть в поцелуй; хотя бы сам укладывает ладонь Тэ на свою поясницу.
Тэхён же, к слову, тоже разошёлся: как минут семь назад, расположил ладонь на ягодице Хоупа, сейчас даже позволив себе сжать ту. Это ли ожидал Чон? Издав вполне естественный стон, Хоуп вновь прикусил губы Кима. Кажется, он и сам не ожидал, что подобное действие со стороны Вишни вызовет такой результат. Но это ведь только подогревает интерес. Становится понятно, что лучше не мешать парням. Некоторые студентки, что ошивались рядом с теми, кто делал фото, даже смутились, решая, что видеть остальное им не так уж и важно. Вау, не лезут в интимную жизнь хотя бы, но... это говорит о том, что план сработал!
Ещё какое-то время девушки делали фотографии, можно было слышать их восторженные возгласы. Но наконец они стали расходиться. Что ж, план Хоупа разрешил проблему с папарацци. Но как теперь решать их собственные?
Удостоверившись, что абсолютно все ушли, Чон отстраняется от губ Вишни и упирается ладонями в его грудь, чересчур гулко и томно дыша.
— Поздравляю... план, чёрт... сработал. Но теперь я ощущаю, что проблема ещё масштабнее стала. Тэ... не мог, что ли, более нежно? Хотя главное, что всё решилось...
— Прости, но по-другому я не умею, — хмыкает Ким, у которого грудная клетка ходуном ходит. — Недалеко отсюда есть клуб, в котором я часто зависаю с Шугой и Джином...
— И что? Ты предлагаешь туда?.. — облизывается Хоуп, которого почти распирать начинает. Он цепляется ногтями за плечи Тэхёна, наблюдая, как его возбуждённые эмоции буквально вырываются наружу.
— Да... Решай сейчас, — выдыхает тяжело Вишня, потому что сдерживаться очень тяжело. Если бы была возможность, он бы Хоупа прямо тут раздел.
Не помогли разговоры о том, что Чон боится последующего отношения Вишни к себе. Всё свелось к сексу снова. И что делать? Будь последний один возбуждён – можно было бы подшутить, но проблема в том, что из-за всего этого и Хоуп обрёл возбуждение. В комнату так ему точно заявляться нельзя, да и можно ли успокоить себя, пока идёшь до неё? Кажется, нет. Зажмурившись и прикусив губы, чтобы хоть как-то прекратить дышать томно, парень соглашается.
— Значит, уже не боишься? — Тэхён ведёт носом по шее Хоупа и берёт его за руку. — Ну, пойдём скорее.
— Это завело меня, я не виноват! — буркнул Чон, уже следуя за Кимом на выход. — Да и в глубине души я надеюсь, что ничего не изменится.
Вишня лишь тянет его за собой в сторону клуба. Сердце Хоупа сжимается донельзя. Нижняя часть тела ноет, а сердцебиение то учащается, то вообще перестаёт существовать, пропуская удары. Всё ли будет хорошо? Чон почти не жалеет, что согласился на это, ведь Тэхён – его... парень, вроде как. Почему же должно быть что-то отрицательное в том, что они займутся сексом? Что ж, будем надеяться, что их отношения действительно не изменятся после этого.
До заведения они добрались за минуты четыре. Да, клуб действительно был недалеко. Ким затянул Хоупа за собой, а потом сделал знак бармену, мол, они займут свободную комнату, на что получил отчётливый кивок.
— Ты настолько хорошо всех знаешь здесь? — конечно, такой жест заметил и Чон, которого всё ещё держало за горло возбуждение. Он крепко сжал ладонь Тэхёна и следовал за ним, пытаясь на ватных ногах нормально дойти.
— Да, — лишь бросает в ответ Вишня, ведя Хоупа в коридор за занавеской. Несколько дверей он подёргал за ручки, но они были заперты. Наконец повезло, и Тэ сразу впихнул Чона в небольшое помещение, закрывая дверь и снимая бомбер с талии, кинув его куда-то в угол.
Тэхён адски возбуждён. Это видно не только по его поведению, но и... по достоинству, которое скрывалось за вещью. Почему-то Хоуп обратил внимание на это, когда Ким избавлялся от бомбера. Из-за этого и покраснел, но церемониться не стал, прижимая к себе Вишню и требовательно накрывая его губы. Ким же руки протянул к краям свитера Хоупа, снимая тот к чёрту. Слишком мешает вся эта одежда.
Всё сейчас походит на то, будто оба приняли афродизиак. Но нет, это всего лишь желание овладеть друг другом. И оно намного сильнее, чем было, например, у Тэхёна с Чонгуком. А главное – обоюдное и исходящее откуда-то изнутри. Лишь бы не погасло всё позже. Но сейчас Хоуп об этом не думает, потому что занят другим. Позволив себя раздевать, он тянет Кима к небольшому диванчику, а после седлает парня, чуть нависая сверху. Тот сразу пальцами заходит за резинку штанов Чона и под них проникает, а потом и под бельё, касаясь поясницы. Ох, Вишня довольно долго, по его меркам, ждал этого.
Хоупа особо секс-то не волнует, но сейчас каждое касание горячих рук вызывает огромное количество мурашек и желание. Поэтому Тэхёну лучше в одежде не оставаться; Хоуп, подхватив футболку, беззастенчиво стягивает её, наконец, полностью открывая вид на подтянутое тело. И татуировки... Боже, это так красиво смотрится, что держаться трудно.
— Нравится? — интересуется Вишня, переходя поцелуями на шею Хоупа. — Можешь рассмотреть всё получше.
— Ты... выглядишь невероятно, — бормочет себе под нос возбуждённый парень и покрывает поцелуями некоторые участки кожи, пока пах соприкасается с чужим, создавая трение. Только в этот раз всё намного серьёзнее. Две проблемы встретились “лицом к лицу”.
Хотя даже не так, это ещё предстоит, но встреча, так сказать, уже близка. Ведь Ким в этот момент разбирается с пряжкой на ремне Чона. Совсем нетерпеливый, всё же точно. Хоуп, в свою очередь, посвящает всего себя татуировкам и телу Тэхёна. Он делает поцелуи более горячими и влажными, лаская губами приятную кожу, которая на каждое касание с удовольствием откликается. Сейчас остаётся всё меньше сомнений, а желание почувствовать Тэ возрастает.
Вишня часто дышит и уже спускает с бёдер Хоупа его тёмные джинсы:
— Приподнимись-ка, надо снять их полностью, — шепчет и кусает Чона за плечо.
— Так не терпится, что к чёрту прелюдии? — смеётся Хоуп, часто дыша, и приподнимается, цепляясь за плечи Кима и пуская в ход ногти. Так же он целует Тэхёна и поближе к паху жмётся, напирая.
Лишь сдавленно выдыхая и откидывая нижнюю одежду Чона на пол, Вишня ведёт ладонями по его спине, одновременно с этим целуя ключицы.
— Прелюдий хочется? Наших поцелуев на улице тебе не хватило?
— А тебе хватило? — переспрашивает Хоуп, жмётся к парню и на его вставший член укладывает ладонь, сквозь одежду сжимая. Чтобы подбавить возбуждения, которое и так распирает чересчур. Ощущается всё прекрасно.
Тэхён молчит, лишь губами ведёт по чужой шее и умудряется оставить Чону несколько засосов. Болтать не особо хочется. Хоуп в ответ чуть шипит и упирается собственным вставшим органом в торс Кима, избавляя теперь его от ненужных вещей. Каково будет удивление Чона, когда он увидит ещё несколько шикарных татуировок в секретных местах. Об этом сейчас упоминает и сам Вишня:
— Ты, кстати, не всё мои тату видел, — и снова кусает Хоупа за плечо, которое после целует.
— Что значит «не все»? — удивился Чон. — Ты... на своём дружке, что ли? — с боязнью произнёс он, отстраняясь, но чтобы стянуть чужие джинсы и бельё и увидеть, что же там сделал Ким.
— Ну и мысли у тебя, — усмехнулся тот, — я же не на столько двинутый.
— Но кто знает, как ты захотел удовлетворить себя, — Хоуп цокнул языком, к сожалению, слезая с Тэхёна, чтобы снять его джинсы. Тем не менее он льнёт к спинке дивана и тянет Вишню на себя, наконец избавляя его от оставшейся одежды. И... там, в нижней части тела, всё выглядит очень даже приемлемо. Даже эстетично и красиво, что заставляет Хоупа заглядеться. А ещё орган неплох сам по себе, из-за чего щёки краснеют.
— Разве нельзя сделать тату на бедре и в области тазовой косточки? — Вишня держит Чона за плечи и снова накрывает его губы своими.
Парень отвечает не сразу, так как пытается быстро всё проанализировать и утихомирить свой сердечный ритм. Но после он жмётся к Тэхёну и обвивает его талию ногами, с удовольствием поддаваясь порыву.
— Что, презики в кармане таскаешь?
— Ага, — вполне серьёзно отвечает Вишня, беря Хоупа за запястье и его ладонь кладя как раз на татуировку на бедре.
— Ждал этого дня? — ухмыльнулся Чон. Правда, его щёки всё ещё пылают, но он мягко ведёт ладонью по тату, касается её кончиками пальцев, вызывая мурашки. Вот поднимается выше, оглаживая тазовую зону, талию и торс, прикусывая губы и сводя брови вместе от передозировки эстетического удовольствия. А в самом Хоупе вот, кажется, вообще ничего привлекательного нет. — Ты очень красивый, — шепчет он Киму.
— Я знаю, но и не только ведь я, — Тэхён давит на плечи Чона и укладывает его на диван, уже седлая бёдра парня самостоятельно.
— Такой сексуальный, — шепчет Хоуп снова, вторую руку кладя на тело Вишни и бесстыдно оглаживая, спускается ладонями ниже, задевая задницу и бёдра.
— Решил завалить меня комплиментами? — чуть выгибается Ким, чтобы наклониться к нему и повести дорожку поцелуев от шеи до груди и ниже.
— Конечно, чтобы затуманить твой рассудок, — выгибается Хоуп и издаёт первый томный стон, цепляясь за волосы яркие и вплетая в них пальцы. Становится, чёрт возьми, очень жарко!
— Мне нравятся звуки, которые ты издаешь, — опускает руки Ким и начинает тянуть вниз боксёры Хоупа. — Можешь ещё? Постони для меня.
— А ты заставь меня, — поощряет Тэхёна тот слабым стоном, чтобы было куда стремиться.
— Вот как, — фыркает Вишня, — не волнуйся, заставлю, — избавив Чона от белья, он сразу обхватывает его орган пальцами и сжимает плотно.
И возбуждающий звук не заставляет себя ждать.
— Это удар ниже пояса! — сводит Хоуп брови вместе и прикусывает губы, закатывая глаза. В ответ он спускает ладони ниже и тянет Кима на себя за поясницу, скалясь едва.
— Да ладно, — усмехнулся Тэ, оставляя короткий поцелуй на губах Чона. — Ну так что, может, хватит с тебя прелюдий?
— Если что – я не совсем готов к сексу. В смысле... я не часто им занимаюсь, чтобы ты вошёл в меня с первого раза, — фыркает Хоуп и обнимает Тэхёна за талию ногами, надавливая. — Но я всё равно хочу тебя сейчас!
— Кто бы сомневался в этом, — качает головой Вишня. — К моим джинсам добраться дашь?
— Ах вот ты как? Самовлюблённый, — усмехается Хоуп и ведёт ногами по бёдрам Кима, вскоре задевая стопой член и, собственно, отпуская парня.
— Доставай всё, что нужно.
Тэхён возвращается к своим джинсам и, вуаля, вытягивает из кармана презерватив, а после из кармана бомбера – тюбик со смазкой. Неужели он специально подготовился? Или просто всегда носит это с собой?
— Нифига ты... — отводит взгляд Чон и чуть поднимается на диване. Неужто Вишня всегда рад заняться сексом? — Если я залезу в твой шкаф – в каждом кармане найду такое? — удивляется он, обхватывая свой член; грех не рукоблудить, смотря на Тэ. Тем более сейчас точно можно.
— Не в каждом, но во многих, — через плечо говорит Ким и вскоре возвращается к Хоупу, примечая его действия, что его не может не приводить в восторг.
— Не перестаю тебе удивляться. Даже как-то расстраивает такое, — фыркает Чон и, когда Вишня оказывается в зоне досягаемости, хватает его и тянет на себя, смотря в глаза. — Ты – мой парень, и всё это будешь тратить на меня, — шикает он, завлекая Кима в поцелуй и специально повалив его на себя.
— Не расстраивайся, детка, — трётся о него Тэхён и на поцелуй отвечает. Скоро они перейдут к следующему этапу подготовки перед процессом.
Сейчас идёт стимуляция обоих органов, что заставляет дрожать. К тому же Вишня достаточно сильный и тёплый, что тело Хоупа начинает потеть, пока ладони ведут по спине, едва задевая кожу ногтями.
— Приступим к следующему шагу, Хоуп-и? — чуть ли не мурчит Тэхён, бесстыдно лапая парня.
— Не тяни, Вишенка, — в ответ лепечет Хоуп. Касаясь ладонью тёплой щеки, ведёт по ней и спускается к шее, тянет на себя Тэ, целуя сладкие губы.
Ким тянется к флакончику со смазкой, что расположился рядом на диване. Но пока не открывает его, а ведёт другой ладонью по бедру Чона и скользит к внутренней части:
— Согни ноги и разведи их.
— Любишь командовать? — фыркает с усмешкой Хоуп. Но вот по телу миллионы мурашек пробегают, которые заставляют вздрагивать и выгибаться, автоматически разводя ноги в стороны. — Диван кожаный, отлипать после секса будет тяжело...
— Ничего, — жмёт плечами Тэхён, — не велика проблема, — он пальцем касается неразработанного ещё прохода и дразнит этим Чона.
Парень заметно выдыхает и гулко глотает вязкую слюну.
— Чёрт, Тэ... — и вновь тело отзывается, покрываясь многочисленными мурашками. — Сколько будет длиться этот... шаг?
— Пока я не решу, что ты достаточно растянут, столько и будет. А ты что, уже заканчивать собрался? — ухмыльнулся Ким.
— Не дождёшься, — усмехается громко Хоуп и фыркает, поближе к Вишне спускаясь и укладывая ладонь на его бедро с татуировкой. Поглаживает то и чуть цепляет ногтями, когда парень вновь начинает играться с его отверстием.
Вязкая жидкость попадает на руку, и Тэхён начинает процесс растяжки. Он дышит часто, но довольно терпеливо ведёт себя, погружая внутрь Чона пальцы и двигая ими. Ладонь Хоупа же ложится на собственный лоб, едва сжимая выбившиеся из чёлки волосы длинными пальцами.
— Господи... — заёрзал он, продолжая сжимать бедро Кима и выгибаясь.
– Тише, детка, — усмехнулся Вишня, активнее действуя и порой целуя разгорячённое тело под ним, — это ведь ещё не самое главное, что тебя ждёт.
— Тогда... и стонов сейчас не дождёшься, — фыркает сдавленно Чон, тянет к себе Тэхёна ближе и вовлекает в горячий, влажный поцелуй, поддаваясь на действия пальцами, слегка двигая бёдрами.
— Ты в этом так уверен? — Ким продвинул пальцы глубже, почти касаясь ими чувствительной точки.
— Чёрт... д-да! — шипит Хоуп, утыкаясь лбом в чужой. Только эта фраза была похожа на стон, а что будет дальше? Можно только представить. Тонкие пальцы ведут вдоль тела Тэхёна, вызывают мурашки, стараясь не отставать.
— На твоём месте я бы таким самоуверенным не был, Хоуп, — давит смешок Вишня и усерднее работает кистью, чтобы поскорее с этим разобраться. Тянуть не хочется, но он всё же немного заботится о Чоне.
— Я тебя убью, — усмехается в ответ Хоуп и обнимает Кима свободной рукой за шею, покрывая губы несколькими поцелуями. — Но сейчас... ты можешь уже вставить, Вишенка. Давай.
— Ты мне разрешаешь? Надо же, — Вишня достаёт пальцы и кусает парня за плечо, — может мне не делать этого, чтобы подразнить тебя?
— Я тебя принуждаю трахнуть меня, — буркнул Хоуп. Кажется, возбуждение накрыло его с головой, что он буквально просит Тэ об этом. — Я чувствую твой вставший член. Зная, что ты нетерпеливый, думаешь я поверю, что ты хочешь ещё подразнить меня, а?
— В таком случае тебе все равно нужно ещё немного подождать, — сводит брови Тэхён и выпрямляется, а в пальцах у него оказывается презерватив, упаковку которого Ким надрывает.
— Быстрее, Вишенка... пожалуйста, — произнёс тихонько Хоуп, мотивационно простонал и погладил ногу Тэхёна. Но пока тот разбирался с резинкой, в Чоне что-то щёлкнуло, и он приподнялся, захотев оседлать парня; на плечи надавил и заставил его облокотиться о диван, а сам навис сверху. — Разобрался, м? — улыбнулся он.
— Почти, — чуть удивлённо осмотрел его Ким, — и что это ты делаешь?
— Что я делаю? — вскинул брови Чон и облизнулся. — Хочется, чтобы я был под тобой, что ли? — льнёт он ближе, прижимая орган, на котором уже был презерватив.
— Да уже без разницы, — выдохнул Тэ, обхватывая талию Чона одной рукой.
— Может, хочу контролировать тебя, — бросает Хоуп, накрывая вишнёвые губы и начиная поцелуй. Делая всё достаточно чувственно, он обхватывает чужой орган и направляет его в свой проход, надавливая головкой.
Может, партнёры Тэхёна до Хоупа были другими, и последнему нравилось, что ему подчиняются, но Чон не всегда будет позволять это. И, когда член оказывается внутри, он выдыхает гулко и прикусывает чужие губы, цепляясь крепче за шею.
— Мх... — выдыхает и в его губы Ким и прикрывает глаза. Прогибается в спине, обеими руками обнимая парня за талию и сжимая её. Шепчет: — Чёрт, узко...
— Что, не как другие? — усмехнулся Чон, хотя на самом деле ему немного больно. Он закрыл глаза и стал насаживаться на член, пытаясь не шипеть, но в то же время лаская тело Тэхёна ладонями.
— Привыкни, шипишь тут, — тихо отзывается Вишня, накрывая ладони Хоупа своей рукой.
— Молчи... — пробубнил Чон. — Или сердечко кровью обливается, когда смотришь на мои страдания? — не забыл и съязвить он, наклоняясь и прижимаясь губами к шее Тэхёна, едва касаясь её кончиком языка. — Просто у тебя какой-то... широкий он.
— Ещё чего, — ответил Ким на первое замечание, а на второй фразе уже ухмыльнулся: — Широкий, говоришь? Славно.
В качестве ответа служит укус в шею. Чон прикусывает кожу мягкую, покрытую татуировками, вместе с этим двигаться начинает увереннее, с каждым толчком погружая член глубже в себя и цепче держась за плечи. Ким и сам довольно крепко держит Хоупа, чтобы тот в друг не свалился, потому что на диване места маловато. С течением времени тот стал лучше принимать орган, а значит процесс пошел гораздо быстрее.
— Ты такой классный, чёрт... — одновременно и хвалит, и ругается Вишня.
— Ты невероятный тоже, — в ответ шепчет Хоуп, которому стало намного проще и лучше. Он то и дело стонал, поощряя действия Тэхёна и их процесс. Внутри так хорошо: чувствуется заполненность, из-за которой с члена так и стекает смазка. Сейчас точно нет сомнений из-за принятого ранее решения.
Эти двое очень громкие. Слышит ли их кто-то за пределами комнаты? Довольно интересный вопрос, но парней это всё же явно не волнует сейчас. Они увлечены друг другом.
Хоуп старается для Тэхёна изо всех сил. Он почти контролирует его, иногда давая возможность “порукодводить”, но всё же знает, что первый вариант Киму тоже нравится. Кажется, ощущая некую власть над собой, Вишня получает не меньшее удовольствие. Да конечно, Хоуп буквально скачет на нём.
— Не устал? — через пару минут всё же спрашивает Ким, ведь знает, что в такой позе достаточно легко утомиться.
— Только если ноги дрожать начинают, — отвечает вперемешку с томным дыханием Хоуп, держась крепко за плечи Тэхёна. — Я чувствую, что... ещё немного – и всё. Хочешь перенять власть на себя?
— Уж если вы мне позволите, — язвит Тэхён, приподнимаясь на локтях.
— То есть ты поддаёшься мне, Вишенка? Как же это мило, — смеётся Чон, обнимает парня за шею и наклоняется, желаяя прижаться спиной к дивану, как в начале.
— Нет уж, расположись спиной ко мне, — фыркает Вишня, пока его лицо приобретает немного суровое выражение. Похоже, сейчас он весь контроль желает перетянуть на себя.
— Спиной? Хотелось бы видеть твоё прекрасное лицо, когда ты кончишь, — дуется Хоуп, но, видя глаза Кима, всё-таки потихоньку разворачивается. Кажется, не время для шуток.
Ставя парня в коленно-локтевую позу и руку одну запуская в его волосы, Вишня крепко сжимает их на макушке и чуть тянет на себя. Наклоняется к уху Хоупа и произносит:
— Не волнуйся, ещё успеешь насмотреться.
— Вишенка... — Хоуп, кажется, покорён таким тоном голоса. Выдыхает и глотает вязкую слюну гулко, цепляясь рукой за диван; хоть как-то, лишь бы не шататься. — Продолжай, — шепчет он.
Ким ухмыляется на просьбу, постепенно вводя орган снова, при этом придерживая Чона:
— Что ж, я так и думал. И как же я могу отказать, — проговорил он с томным выдохом, возобновляя толчки.
— То есть хотел, чтобы я отказался? — шикает Хоуп и поворачивает голову в сторону, в унисон двигая бёдрами самостоятельно и держась за кожаный диван, издавая при этом соблазняющие вздохи и стоны. Подстёгивания, конечно, это хорошо, но вряд ли бы Чон отказался от процесса, когда до разрядки остаётся ещё немного.
— Естественно нет, — нагибается к нему Тэ и ведёт губами от шеи вдоль позвоночника.
Хоуп вздрагивает, и все его шуточки исчезают. Мурашки так и бегут по всему телу, отзываясь на действия Вишни. Так это сводит с ума, что он держаться не может, прогибается в спине и утыкается лбом в подколотник, заводя руки назад и пытаясь найти ладони Кима, лишь бы тот взял их в свои. Не забывает и о сладких стонах, которые адресованы только Тэхёну.
Вишня, который уже отпустил волосы Хоупа, накрывает одной ладонью его руки, а другой ведёт по телу парня, касаясь талии, бёдер и ягодиц, иногда сжимая или шлёпая. Но даже несмотря на это прикосновения довольно ласковые.
Периодически Чон вздрагивает, пока его тело ёрзает из стороны в сторону от быстрого темпа. С каждым толчком Тэхён ударяет по чувствительному месту, из-за чего узел, завязавшийся внизу, потихоньку ослабляется, а орган, готовый в любой момент “взорваться”, дёргается. Через несколько минут, когда Вишня вновь задевает точку внутри, Хоуп не выдерживает и с протяжным стоном изливается на материал дивана, сжимая в себе член Тэ и делая себя более узким.
— Блять, твою ж мать, — чуть запрокидывает голову Ким, выстанывая и ещё продолжая двигаться, хотя сейчас это становится немного проблематичнее, пускай усиливается трение. Ещё немного, и Вишня доходит до разрядки тоже, тяжело дыша и ещё сжимая пальцами тело Хоупа. Надо перевести дух.
Грудная клетка Чона вздымается, пока конечности слегка дёргаются из-за напряжения. Но сейчас ему хорошо, потому что он провёл это время очень горячо, а главное – с Тэхёном. Перевернувшись, он, дыша часто, тянет на себя Вишню. Обнимая его за шею и утыкаясь носом в щеку, переводит дыхание.
Ким, разобравшись с презервативом, спокойно укладывается рядом с Хоупом прикрывая глаза.
— Ты в курсе, что потом твоя спина будет грязной?
— У твоих друзей здесь есть влажные салфетки или типа того? — выгибает бровь Чон, на самом деле, об этом не задумавшись. Просто хотелось обнять Тэхёна. — Да и... сходим в уборную, если что. Потрёшь мне спинку, м? — смеётся он.
— Найдём мы салфетки, — тыкает его в бок пальцем Вишня и льнёт к шее, чтобы ещё несколько засосов поставить.
— А второй вариант чем тебя не устроил? Ты, вроде как, даже в душе со мной уже был, — всё ещё смеётся Хоуп, но уже тише, вплетая пальцы в волосы Кима да чуть сжимая, выдыхает томно.
Тэ лишь махнул рукой, двигаясь поближе к Чону, чтобы не свалиться с дивана. Ну и, конечно, чтобы получить долю поглаживаний волос, что так ему нравится.
— Несмотря на то что ты не считаешь себя милым, сейчас ты такой, — улыбнулся уголками губ Чон, закидывая ногу на бёдра Тэхёна и прижимаясь к тёплому телу, оставляя поцелуй на щеке.
— Ну-ну, — жмурится тот, чуть щипая Хоупа за плечо. Не по нраву ему, когда называют милым. Ведь он плохой парень.
— Ну конечно-конечно, ты же у нас популярный плохиш, — кивает в ответ Чон и коротко целует губы Кима, прикрывая глаза. — Немного полежим и в общежитие? Кажется... мы задержались немного.
— Ага, — лениво зевнув, кивает Вишня, ведя ладонью по торсу Хоупа. — Только тебя вытереть надо будет.
— Так чего мы ждём? — пролепетал парень в ответ, вздрагивая. — Думаю, салфетки есть у бармена. Ты его хорошо знаешь, как я понял.
— Ты же собрался полежать. Или уже передумал?
— Да, но... что ты вот заладил, м? — Хоуп в два счёта оказывается на Тэхёне, обнимая его и придавливая своим телом сверху. — Точно полежим несколько минут, а потом ты будешь вытирать меня, идёт?
— Идёт, — Ким ведёт подушечками пальцев по его талии и целует парня в губы ещё раз. — Лишь бы ты не ворчал тут.
— Ты заставляешь меня это делать, — усмехнулся Хоуп и прикрыл глаза. С Тэхёном хорошо, особенно после хорошего секса.
— Опять на меня всё валишь, — бубнит Вишня и прикусывает нижнюю губу Чона, чтобы неповадно было.
Хоуп невольно охает и пихает его в плечо, надувая губы.
— Чего же сразу гоню? — усмехнулся он и, сделав вопрос риторическим, замолк. Устал “слегка”.
— С того, — всё же отвечает Вишня, довольно аккуратно целуя Хоупа в шею и линию челюсти. — Что, встаём?
— Ты встаёшь, — улыбнулся ярко Чон и поцеловал Тэхёна в губы. — Потому что топлес я не пойду туда. А ты даже не пострадал, — усмехнулся он.
— Может, никуда и ходить не придётся, если найдём салфетки в ящике, — отзывается, сводя брови, Ким. — И чтобы я встал, тебе придётся слезть с меня.
— То есть здесь для секса есть... всё? Это специальные комнаты? — выгибается Чон, слезая с Тэхёна и усаживаясь на край дивана, чтобы хотя бы свои джинсы с бельём подобрать и надеть. А то как-то некомфортно.
— Не всё, — ведёт плечами Вишня, — если бы было так, то смазку и резинки я бы с собой не таскал, — говорит он следом и тянется к тумбочке, что была рядом с диваном.
Хоуп только хмыкнул с усмешкой. Да уж, неплохой клуб – просто приходишь и, если что, уединяешься. Удобно. Правда, сколько, к примеру, раз Тэхён приводил сюда кого-то? Это уже неясно, да и зачем знать, если сейчас это неважно?
Ким ладонью пошарил в ящиках, но ничего, увы, не нашёл. Что ж, действительно придётся идти к бармену. Поэтому он аккуратно встаёт с дивана, чтобы не запачкаться, и идёт уже поднимать свою одежду, которая была на полу вперемешку с Чоновой.
Хоуп ещё раз обводит тело Тэхёна взглядом и, томно выдохнув, опускает голову. Повезло заиметь такого спортивного парня, разве нет? Тем временем Вишня одевается не торопясь, ещё давая Чону собой полюбоваться, особенно татуировками. У Тэ их действительно очень много.
Вскоре Ким всё же покидает комнату, и Хоупу остаётся только ждать его. Дыхание уже было восстановлено, но вот голова была забита Тэхёном и его телом, его татуировками. Просто огонь, а не парень.
Вишня возвращается уже через минуты три с пачкой влажных салфеток:
— Ну что, поворачивайся. Сначала с тобой разберёмся, потом с диваном.
— Какой же ты заботливый вдобавок, — Хоуп чуть давит смешок и разворачивается, демонстрируя свою немного заляпанную спину. — Было бы неудобно идти так обратно, да и в душ тоже идти.
— Не бубни, — присаживается на корточки Ким, доставая сразу несколько салфеток и одну протягивая Чону, — пока я вытираю тебя, позаботься о диване.
— Я не бубню, — фыркнул Хоуп и обернулся обратно, принимая салфетку и приводя участок мебели в порядок.
Тэ в тот же момент избавляет Хоупа от последствий их бурного времяпровождения. Закончив же, он скамкивает салфетку и выкидывает её в рядом стоящую мусорку. А потом обнимает Чона за талию и целует его в основание шеи.
— Мх, Вишенка, — улыбается Хоуп и обвивает шею Тэ, целуя его в щёку. — Нам пора возвращаться, — тыкнул он быстро кончиком носа в чужой, поднимаясь с дивана.
— Ага. Небось твой брат тебя уже обыскался, — кивает Ким и подаёт парню его свитер.
— Чёрт... вдруг он звонил, а я не слышал? — выдыхает Хоуп и сводит брови вместе, сжимая вещь в руках. — Блин, тогда нужно ещё быстрее попасть в комнату. Но я очень рад, что мы провели время вместе.
— Не сомневаюсь, — усмехнулся Вишня, снова притягивая к себе парня и накрывая его губы своими. — Расслабься.
— Расслабиться? Ладно... я ведь могу иметь парня и личную жизнь, да? Да... — кивает Хоуп и отводит взгляд, обхватывая талию Тэ. — Пойдём уже, здесь слегка душно.
— Окно открою, чтобы проветрить тут, и пойдём, окей? — крепко его обнимает Ким.
— Ищешь поводы остаться? — смеётся Хоуп и едва бьёт Тэхёна подушечкой большого пальца по носу, следом ведя ладонью по щеке. — Давай, открывай, Вишенка.
Тэхён лишь качает головой, жалюзи на окне поднимает и открывает то, как и говорил. А после они вместе с Чоном покидают комнату, и Ким берёт парня за руку, ведя за собой. Наконец, ребята выходят на улицу. Становится легче и прохладнее, и Хоуп крепче сжимает ладонь, которую держит в своей, осматриваясь по сторонам. К вечеру появляется народ, а значит в клубе будет веселее.
