38. Стечение обстоятельств
23 сентября 2022 г., 08:40
На следующее утро Хосок получил от Юнги координаты спорт-площадки, которые тот не выслал вчера вечером. Ну ничего, теперь нужная информация в руках Чона есть. Игра планируется в субботу, так что на ней сможет побывать и Хоуп. Если бы мероприятие было в пятницу, то не вышло бы, ведь он в этот день тоже играет в баре, как и сегодня.
Ребята уговорили и Чимина пойти в «Heaven». Им совершенно не нравилось, что их друг стал каким-то грустным и подавленным. Нужно как-то исправлять это, но Пак молчит, поэтому и было решено взять его, несмотря ни на что, чтобы немного расслабить. Бар понравился всем, и Хоуп был бы рад снова оказаться там со своими близкими людьми. А что касается Вишни, то, кажется, Хоуп не говорил ему о графике, утверждённом с менеджером. Стоит предупредить. Может, Ким вновь захочет прийти.
Тэхён, собственно, звонил Хоупу в то время, как тот выступал. То, что парень не отвечал ему, напрягало. Обычно тот никуда не пропадает. Но, может, он позвонит вечером? По крайней мере, Вишня на это надеялся.
Кажется, Хоуп заставляет сердце Кима трепетать от волнения. Это подняло бы самолюбие парню, будь он в курсе. Но сейчас Чон был занят тем, что создавал атмосферу в баре, периодически делая перерывы на отдых. В один из таких он и увидел пропущенный вызов. На лице поселилась улыбка. Взяв телефон, Хоуп быстро набрал номер Тэхёна.
— Вишенка?
— Какого хрена так долго не берёшь? — рычит на другом конце Ким. Кажется, разозлился, пока его игнорировали.
— Работа, — выдыхает коротко Чон. — Я забыл сказать тебе, что со среды по пятницу играю в баре. В принципе, с тобой вообще можно голову потерять, так что не жалуйся сейчас, — усмехается он, крутя стакан с водой, стоящий на стойке. — Ты придёшь?
— Сегодня уже нет, — отрицательно сам себе качает головой Тэ, — если бы ты раньше сказал, то пришёл бы. А так ты скоро закончишь, так что нет смысла.
— Ну... у меня где-то полтора-два часа в запасе есть... — свёл брови Хоуп, ведя пальцем по стеклу. — Ладно, как хочешь. Теперь знаешь, что со среды до пятницы.
— Пока я приду, уже всё и пропущу, так что завтра, идёт? — отвечает Ким. — И я запомню.
— Как хочешь, я уже сказал. Завтра так завтра... Перерыв небольшой, так что мне пора, — сжимает телефон посильнее Хоуп.
— Не могу задерживать тебя. Удачи, — говорит Вишня, прежде чем трубку положить. Похоже, он то ли не в духе немного сегодня, то ли устал.
— Да ну тебя вообще, — расстроенным голосом бросил Хоуп, кладя телефон на стойку. Он думал, что Тэхён придёт. Конечно, его вина, что не сказал раньше, но всё же времени достаточно, чтобы дойти из общежития до бара. Ладно. Грустить нельзя, ведь это может отразиться на музыке. А первостепенной целью было то, что нужно не ухудшать настрой Чимина, который немного расслабился.
— Вы так стараетесь поднять мне настроение, — следя за тем, как капелька скатывается по стакану с лимонадом, говорит Пак рядом сидящему Хосоку. — Неужели я так плохо выгляжу со стороны?
— Другие не заметят твоего изменившегося состояния. Но мы знаем тебя, Чимин-и, и то, что ты стал грустным, заметно для нас с Хоупом, — кладёт Хосок ладонь на плечо друга, аккуратно его сжав, и проводит взглядом старшего брата, который вновь занял своё место и взял гитару. — Если ты будешь готов поговорить – мы рядом.
— Знаю, и я ценю это, — выдыхает парень, тоже взглянув на друга на сцене. — Но всё нормально, правда.
— Я лишь сказал то, что мы видим. Чимин-и, просто знай, что ты всегда можешь рассчитывать на нашу поддержку, — улыбнулся Хо, протянув стакан с шипучим напитком. — За нас и нашу дружбу?
— Конечно, — улыбнулся Пак, чуть веселея. Как раз Хоуп стал играть снова. Вечер проходит неплохо, хотя есть поводы для грусти.
Чон-старший старался играть что-то весёлое, но в то же время подходящее. Чимин-и – его главная цель, но всё же он не забывает и о других. Даже момент с Тэхёном забывается: у того действительно могли быть дела, он устал или что-то такое. Нельзя обижаться, если сегодня у Вишни не получилось.
***
Все втроём покинул бар ближе к десяти часам. Перед этим Хоуп немного поболтал с Арём о том о сём и чуть пожаловался на Вишню, из-за того, что тот не пришёл. Однако всё же Чон осознавал, что по-настоящему обижаться не стоит. Когда он ныл хозяйке в шутливой форме, то остыл и в общежитие шёл уже в спокойном состоянии. Главное, что Чимин в порядке... вроде как. Когда они вернулись в комнату, Пак обнял своих друзей и поблагодарил за то, что они вытянули его из комнаты. Всё-таки, ему не мешало проветриться. Братья были счастливы. Наконец, Хоуп нашёл работу, которая действительно была ему по душе. Это было видно по его глазам и слышно по игре. Хосок же просто был рад поддержать брата и Чимина, который тоже насладился выступлением. День точно прошёл не зря. В четверг Хоуп-таки увидел Тэхёна. Тот был уставшим, потому что, оказывается, ходил на тренировки. Видно, возникло желание хотя бы немного потрудиться. Также он пообещал, что придёт в бар, чтобы поддержать Чона, так как вчера не вышло это сделать и он дал слово на сегодня. Естественно, Хоуп был рад этому. Хосок с Юнги также провели немного времени вместе, так как тот тоже был занят подготовкой к предстоящей игре по баскетболу. А если говорить о Чимине... Намджуна он увидел лишь мельком в коридоре. И Ким, к слову, не обратил на него никакого внимания. Что ж, похоже и Пак придёт в бар, чтобы как-то смягчить душевное беспокойство и грусть из-за этого. Вечер четверга для каждого был разным. Юнги отдыхал от тренировок, Джин и Чонгук были вместе, пока последний рисовал своего бойфренда, а остальные нашли умиротворение в баре. В этот раз Хоуп решил, что можно и выпить немного. Кто знает, вдруг это поможет Паку расслабиться и придти в себя, ведь то, что происходит с ним, явно пагубно на него влияет. Ну а Тэхён просто был рад выпивке. Может, и завтрашний день будет такой же? После занятий будет классно вернуться в бар, чтобы расслабиться хорошенько, а потом спокойно провести выходные. Но как бы не так. Пятница начинается со встречи Намджуна и Тэхёна. Первый наслышан о том, что брат всё-таки посетил тренировки. И хотел поговорить об этом, поэтому, когда нашёл младшего в холле, попросил притормозить. — Ты молодец. Вновь стал посещать занятия, не так ли? — начал господин Ким довольно дружелюбно. — Не обольщайся, это не твоя заслуга, — язвит в ответ Тэхён, нехотя останавливаясь. — И всё же я имею право похвалить тебя. Таким темпом, если ты продолжишь, сможешь снова стать первым, — кивает сам себе мужчина. — Мне не нужна твоя похвала, — фыркает Вишня, волосы слегка потускневшие взъерошив. Всё же за такое время яркий красный цвет вымылся. — Ариведерчи, я иду к себе. — А занятия?! — воскликнул Намджун. — Господи, Тэхён... может, ты не будешь бросать всё, когда я хвалю тебя? В детстве ты тоже любил язвить, но вёл себя абсолютно по-другому. — Ты, блять, издеваешься? — разворачивается к нему Вишня. — Ты уже достал меня. Тебя самого не бесит трындеть одно и тоже каждый день? Каждый, чёрт возьми, день с самого детства? — парень быстро заводится. — Я говорю то, что вижу! Ты менялся, мы с родителями думали, что это подростковое, но сейчас ты просто невыносим. С тобой невозможно разговаривать, Тэхён, понимаешь? И причина до сих пор является загадкой для меня, для родителей! Мы старались следить за тобой, чтобы ты не попал ни в какую плохую компанию. Что с тобой произошло? — Ты действительно не понимаешь, почему я стал таким? — кривится Тэ. — Хотя что же я удивляюсь. Ты не видишь ничего дальше своего носа! Вы старались следить за мной? Так слишком сильно перестарались. Было только «Тэхён, не делай этого, не ходи туда, не разговаривай с тем-то, не ешь это. Это опасно, неправильно, ужасно», — противным голосом произнёс фразу парень. — Никто из вас не видел реальных проблем, в которых вы могли мне действительно как-то помочь. Почему я стал неконтролируемым? Почему стал плохим? Как раз благодаря контролю. Родителей и твоему. Который был направлен не в ту сторону. Уж лучше бы вы следили за моими одноклассниками, что издевались надо мной. Я получал от них, так потом ещё в двойной мере и от вас. Что я вдруг с кем-то подрался, кого-то обидел. Только вот до того, что обижали меня, а я пытался это исправить, никому не было дела. И ты ещё задаёшь мне такие вопросы? Сейчас я могу постоять сам за себя. И мне не нужно от вас ничего. Застыв на своём месте, Намджун смотрел точно в разъярённые глаза Тэхёна. Неужели всё это действительно было? Конечно, в большинстве случаев родители знали о ссорах брата с другими детьми, но неужели именно они начинали обижать первыми? — Тогда... почему ты не говорил нам? Молчал постоянно! А сейчас срываешься, будто мы не близкие тебе люди, а какие-то знакомые! — сжимает ручку портфеля старший. — Ты мог поговорить со мной, если бы родители не поняли тебя! — Я говорил. Но никто не желал слышать, — покачал головой Вишня, — все были зациклены на моих якобы плохих поступках. И смысл стучаться в закрытые двери, если тебе всё равно не откроют? Поэтому я решил, что раз все считают меня таким мерзким, то пускай так и будет на самом деле. А то что же это: все ошибаются на мой счёт? — парень болезненно усмехнулся, — Раз не получается изменить ваше отношение, остаётся только злить ещё больше. Что я и делал, потому что вы никогда не слушаете меня, а только и умеете, что читать морали, считая это правильным. Далеко вы с ними ушли? — Тэхён... господи, неужели ты не хочешь измениться? Не хочешь стать вновь тем, кем был до всех этих перемен? — Намджун делает шаг навстречу младшему брату, уверенно кладя ладонь на его плечо. Со стороны Тэхёна лишь отвращение на лице в ответ. Но, кажется, времени на беседу остаётся мало. Намджун осознаёт, что уже опаздывает. — Уже слишком поздно. И я не стану таким же наивным паинькой, каким был в свои пять лет. И сегодняшний я очень желает испортить твою “заботливую” физиономию, — обхватив руку старшего за запястье, Вишня убрал её в сторону. — Тебе придётся подождать, — как-то задорно бросил Ким. Решил подразнить? Собственно, на этом всё завершается. Удостоверившись, что время и правда поджимает, Намджун оставляет Тэхёна, бросив что-то в стиле «надеюсь, мы ещё вернёмся к этому диалогу». — А я надеюсь, что ты свои недосарказмы засунешь себе в зад, — громко и раздражённо прибавил Вишня. Кулаки так и чесались, чтобы вмазать брату по первое число. Уже слишком давно хочется, и он должен найти такую возможность, чтобы осуществить это. Намджун оставил это без внимания. Всё-таки ему нужно спешить. А вот у Тэхёна есть антидепрессант в виде Хоупа, с которым они должны скоро увидеться. Ким надеется на расслабление этим вечером. Он выпьет, побудет с любимым человеком, и всё снова придёт в норму. Никто ему не нужен. Разве что кроме Хоупа. К сожалению, Хосок сегодня Юнги увидеть не сможет, но они обязательно встретятся завтра, на игре. Кажется, повезёт только Хоупу, так как Чимин тоже без Намджуна. Мужчина полностью погружается в работу, игнорируя всё остальное. Вот удалось с братом поговорить, и всё. И то этот диалог только мешать будет, ведь теперь Ким будет копаться в прошлом, чтобы найти зацепку, когда все стало меняться. Тем не менее время подходило к моменту посещения бара. Вишня смог успокоиться. Не хотелось случайно сорваться из-за этой “милой семейной беседы” на того же Хоупа. Хоуп снова пошёл с Хосоком и Чимином. Но зная, что там будет и Тэхён, он чувствовал радость. Всё-таки Ким тоже важный человек, для которого хочется стараться. Правда, парень ещё думал над кое-чем, но решил, что ближе к вечеру, в баре, всё будет известно. Вишня оказался на месте встречи первым. Его приметила Арём, поприветствовала. Парень лениво махнул в ответ рукой и занял один из столиков. Остаётся ждать. Вскоре и компания из трёх человек оказалась внутри. Хоуп тоже приметил хозяйку, с порога поздоровался с ней, чем заставив обернуться Тэхёна, который услышал имя своего парня. Значит, он уже здесь. Отлично. Тэ немного натянуто улыбнулся. Всё-таки, разговор с братом из головы ещё не вышел. Но Ким надеялся, что это произойдёт, когда он отвлечётся. — Вишенка! — оставив друзей, Хоуп ринулся к возлюбленному. Чимин и Хосок должны понять. Он обнял Тэхёна со спины и заглянул в глаза. — Не удержался и пришёл раньше? — Не хотел опаздывать, чтобы потом ты ворчал, — отзывается Тэ, приобняв парня за талию. — Хочешь сделать меня счастливым? Я рад, — улыбнулся широко Хоуп, явно чересчур обрадованный появлением Тэхёна. — Надеюсь, ты проведёшь время хорошо. Я скоро выйду на сцену. — Я за этим и пришёл, — выдыхает Ким, подозвав официанта и заказав коктейль. — Тогда наслаждайся, — пожал плечами Хоуп и нежно поцеловал Кима в щёку. Он чувствует, что тот напряжён, но, может, пройдёт? Отойдя, Чон даёт знак ребятам, чтобы они занимали столик. Ему же нужно отлучиться, чтобы оставить чехол от гитары в небольшой комнатке, а потом вернуться с инструментом на сцену. Тэхён же готовится расслабляться по полной программе. Надо же ему и свои нервы восстанавливать. Поэтому он ни о чём особо не беспокоится кроме того, чтобы ждать напиток. Проходит какое-то время. Чимин и Хосок занимают столик недалеко от Тэхёна. Пока ещё не время им всем садиться вместе. Зал заполнен тихими диалогами людей, пока не выходит Хоуп. Все замолкают на какое-то время, чтобы поприветствовать талантливого музыканта. Тот, в свою очередь, садится на сцене, улыбается и заводит непринуждённый монолог, рассказывая о том, что сегодня будет играть. Ну а после уже мелодичные звуки доносятся до ушей всех присутствующих. Тэхён следит за своим парнем, изредка кидая взгляды на его брата и друга. Те сторонятся его, это видно. — Я что, такой устрашающий? — решает задать вопрос Вишня. Хосок едва вздрагивает и медленно поворачивает голову в сторону Кима. — Что? С... с чего вдруг ты решил спросить это? — чуть свёл брови он, пока Чимин решил, что будет лучше, если он помолчит. — Ну, просто каждый раз, когда вы пересекаетесь со мной, то стараетесь расположиться как можно дальше, — максимально равнодушно говорит Вишня. — И вы, как на иголках сидя, каждый раз дёргаетесь, если я даже случайно двинусь. — Может... может, и так. Не думаешь, что просто дело в тебе? — хмыкает Хосок, снова отворачиваясь и бросая взгляд на сцену. Не хочется ему выяснять отношения. — Ах, ну естественно, — уже раздражённо говорит Тэ, приподняв стакан и взболтав в нём лёд. — Всегда дело только во мне. — Прости, конечно... но не в нас же дело, что мы дёргаемся из-за тебя, — тихо бросает Хосок и сглатывает, выдыхая. Ким нервно поджимает губы и решает промолчать. Он и так на взводе. Не хочется портить атмосферу, в которой варится Хоуп. Если бы была другая, он бы сказал ещё что-нибудь точно. Быть может, в перерыве Хоуп поможет Тэхёну тем, что побудет рядом? Конечно, они в одном помещении находятся, но всё же будет лучше, если парень будет сидеть с Вишней за одним столиком. А сейчас он, прикрыв глаза, играет спокойную мелодию, наполняя зал приятными музыкальными звуками. Вишня же старается максимально себя успокоить. Игра Хоупа помогала, но парень всё равно был нервным, пускай уже и в меньшей степени. Около получаса спустя пора делать перерыв. Всё-таки Хоуп тоже должен отдыхать, выпив чего-нибудь, и немного посидеть без гитары в руках. Он благодарит зрителей, кланяется, выпрямляясь, и сходит со сцены, потирая шею ладонью. Ким заметно оживляется, примечая, что Хоуп направляется к ним. Хоть кто-то его воспринимает нормально. Что не может не радовать. Бросив взгляд на своего парня, а затем на ребят, Хоуп выбирает первого. Он ещё успеет посидеть с Чимином и Хосоком. Сейчас ему кажется, что Вишня немного изменился. — Ну что, расслабился? — Ага, — буркнул в ответ Тэхён слегка отстранённо. Настроение скачет то вверх, то вниз. — Вот как... сначала я вижу в твоих глазах, что ты рад меня видеть, а сейчас что? — усмехается Чон, подсаживаясь ближе. — Выпьем? — Давай, — выдыхает Ким, покосившись на Чона-младшего, а после в свой стакан. — Что-то случилось, Тэ? — хмурится Хоуп, кладя ладонь на плечо Кима. — Всё нормально, забей, — повёл плечами Тэхён, глядя на его руку. — Просто усталость. Хоуп быстро осматривает Вишню и плавно спускает ладонь на стол, поворачивая её внутренней стороной вверх. Намекает, чтобы Ким взял её. А напиток Хоупа уже стоит на столе, так что предложение выпить в силе. Тэхён накрывает его ладонь и неспешно переплетает пальцы: — Ты хорошо играешь. Хотя, собственно, это и без меня знаешь. — Мне приятно слышать это от тебя. Для меня это важно, — мотает головой Хоуп, говоря это с напором. Ему правда важно. — Давай, за нас, — улыбается он, поднимая бокал. — Потом я поиграю и снова вернусь. Я бы хотел поговорить с тобой. — Поговорить? О чём? — настораживается сразу Ким, чокнувшись с парнем. — Ну... — отводит взгляд Хоуп. — Мы затрагивали это однажды. Хотя и разговором это не назовёшь особо, но... с того момента мне стало интересно... — Я не смогу слишком долго ждать, — сводит чуть брови Тэ. — Что тебя волнует? — Почему ты не хочешь поговорить о своём прошлом? — на всякий случай Хоуп сжимает ладонь Вишни. — Ты тогда огрызнулся, а потом вообще ушёл из комнаты. «Вы что, сегодня сговорились все что ли?» — Тэхён наоборот расслабляет хватку и хмурится ещё больше. — Я просил не спрашивать об этом, — он старается ответить спокойнее, но вспоминается разговор с братом, и в словах начинает появляться досада и злость, от чего следующий кусок фразы звучит резче: — Вот и не надо. — Тэ... мне ведь интересно. Я понимаю, что это, быть может, неприятно, но ты можешь доверять мне, — теперь Хоуп один держит кисть Кима в своей крепкой хватке, смотря точно в глаза напротив. — Если я не хочу об этом говорить, зачем спрашивать? — Вишня старается понемногу вытащить свою ладонь, при этом его дыхание учащается из-за накатывающего гнева. Он понимает, что Хоуп сейчас, если продолжит в том же духе, попадёт под горячую руку. Но агрессия хочет выплеснуться. Её трудно сдерживать. — Тебе могло бы стать лучше. Может, бар – не то место, где стоит это обсуждать, но... я думал, ты расслабишься здесь, — Хоуп опускает голову, бросает взгляд на ладонь, что убрал Тэхён. Кажется, она начала сжиматься в кулак.— Если это правда и тебе некомфортно говорить об этом здесь, извини. Просто я думал, что ты мне доверяешь... — Да причём тут доверие? — воскликнул Ким, хлопнув ладонью по столу и опрокинув свой стакан, чем привлёк чужое внимание. — Почему так сложно выполнить простую просьбу?! Хоуп, зажмурившись на мгновение и вздрогнув, сглатывает. Но не уходит. — Ты мог бы доверить мне то, что беспокоит тебя, — всё же пытается на первый вопрос ответить Чон. — Видно же, что... что это тревожит тебя. Тэхён, прошу, успокойся. — Я не хочу это обсуждать, понятно? — поднялся Ким, сжимая кулаки ещё больше. — И если я прошу не задавать мне вопросы, сделай так, окей? Хоуп поднялся следом, вытягивая руки вперёд. Он хочет коснуться Тэхёна, делая маленький шажок. Как Намджун утром. — Почему ты так реагируешь на это?.. — всё ещё не отстаёт Чон. — Я не хочу навязываться, правда, но ты заставляешь меня делать это. Давай отойдём? Все смотрят. Ким двинулся назад, не желая, чтобы его трогали. Всё произошедшее за день сливается в один огромный ком: Намджун, презрение Хосока и несвоевременный вопрос Хоупа. Что-то отключается в голове Тэхёна на один момент, а ещё через один Хоуп отшатывается от парня, закрывая ладонью разбитую скулу. Вишня врезал ему. И со своей силы. В этом ударе слилось всё негодование, вся ярость, что вообще предназначались Намджуну. — Я... я не хотел... — Вишня отстранённо посмотрел на свою руку со сбитыми костяшками, потом обвёл шокированных посетителей взглядом и метнулся к выходу. В момент удара разум Хоупа будто деактивировался, а в глазах потемнело. Руки автоматически потянулись к лицу, закрывая ту часть, что была подвергнута насилию со стороны Тэхёна. Больно. И снаружи, и внутри. Зажмурившись, Чон почувствовал двух людей рядом: Хосока и Чимина, но не Вишню. Они что-то говорят, держат его, а Ким просто уходит. Опять. — Тэ... — произносит Чон-старший, аккуратно отстраняется и, держась за щёку, идёт на выход за Тэхёном. Точнее, бежит. Вишня старается как можно быстрее убраться от этого места. В глазах мутнеет, а рука буквально горит. Он ударил любимого человека... как можно было такое сделать? Этот гнев вылился не на того. А что если... он опять не сдержится и причинит ему боль? Чёрт, о таком вообще не хочется думать. — Тэхён! — слышится позади. Только не Хоуп. Боязнь Вишни заставляет желать, чтобы парень не шёл за ним, но последний нагоняет его, хватая за плечо, пока вторая рука лежит на щеке. — Лучше отпусти... — бросает в ответ Ким, не желая разворачиваться. Так на душе горько и мерзко от своего поступка. Но он действительно не хотел это делать. Сорвался. — Что с тобой? — сводит брови Хоуп, насильно пытаясь развернуть Тэхёна к себе лицом. — Это не важно, — парень мотает головой, — тебе лучше оставить меня. Чтобы я больше не смог тебе навредить... — Это всё... обстоятельства. Я знаю, — и вторая ладонь ложится на плечо Вишни. — Пожалуйста, посмотри на меня... прошу. — Я не хочу, чтобы такое повторилось снова. Обстоятельства, что-то другое... Я не могу сдерживать себя, и это, чёрт возьми, не дело, — говорит он быстро и сбивчиво. — Будет лучше, если... если мы расстанемся. Слишком больно говорить такое. Но Ким делает это. Он не желает ещё каким-либо образом причинить возлюбленному боль. — Хей! — моментально хватает его лицо своими ладонями Хоуп, пока глаза явно слезятся. Но Тэхён не любит этого, поэтому Чон старается сдерживать слёзы. — Хей, я хочу быть рядом... сложности или какие-то иные факторы... неважно. Ты просто сдашься, выбрав лёгкий путь? Просто уйдёшь? — Прости, — Ким очень бережно обхватывает его запястья, наклоняется, быстро поцеловав губы парня и вскоре отпрянув. — Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня. Какая бы не была ситуация. Я не имел права поступать так с тобой. Прости, пожалуйста... — он отпускает руки Хоупа, который старается уцепиться за него, и снова ринется в сторону. Дыхание Хоупа неконтролируемо становится гулким и частым, губы поджимаются, а глаза сверлят дыру в спине Вишни, покидающего его одного. — То есть... ты просто оставляешь меня? Знаешь что?! — кричит вслед Чон, голос которого срывается, а из глаз всё-таки начинают течь слёзы. — Пошёл ты к чёрту! В этой фразе никакой злости. Только обида. Обидно, что любимый человек уходит. Уходит, ещё и закончив отношения. И если Хоуп пойдёт за ним снова – потерпит неудачу, потому он отворачивается и закрывает глаза рукой, делая пару шагов к бару и вновь останавливаясь. Тэхён старается как можно быстрее удалиться, что даже срывается на бег. Не замечает сам, как позорно начинают слезиться его собственные глаза. Он тоже человек со своими чувствами. И ему неимоверно больно. Но лучше пусть он останется один, и никто не будет любить его, если в ответ он продолжит вытворять такое. К Хоупу же выбежал Хосок, сразу обнимая брата: — Милый... тише, не плачь, пожалуйста! Что он сделал? Он снова ударил тебя? — боязливо спросил он у близнеца. Хоуп цепляется за одежду младшего и громко всхлипывает, мотая головой. — Н-нет... мы... мы расстались. Он ушёл... — лепечет он в плечо Хо. — Что?.. — выдохнул сдавленно Хосок, прижимая к себе Хоупа и гладя его по волосам. — Хотя ну и кому он нужен такой тогда, а? Он не то что поднял на тебя руку, но и посмел ударить! Это вообще немыслимо! — Что? — Хоуп отстраняется от брата, смотря на него с полным непониманием. — Кому он нужен такой?.. Мне он нужен, Хосок! — воскликнул он. — Этот удар – не его воля! Я... я просто усугубил состояние, в котором Тэхён находился, а теперь он винит себя! — Ты считаешь, что он не поступит так же в другой раз? Если сделал это сейчас? — Хосок не желает мириться с тем, что сейчас Хоуп этого придурка ещё и выгораживает. — Он разбил тебе лицо! — А ты считаешь, что он должен поступить так же в иной раз?! Вы все, что ли, видите в нём какого-то монстра? — всплеснул руками Хоуп. — Это не так, он не такой! — Его поступки доказывают обратное, — продолжает его держать Хосок. — Пойдём... рану надо обработать. — Ты не понимаешь, — шипит Хоуп и опускает голову, делая несколько маленьких шагов, а после переходя на полноценный шаг. Хо решает не продолжать. Всё равно Хоуп будет гнуть свою линию. Сейчас самое главное – обеспечить ему первую помощь. Зайдя в бар, близнецы ловят на себе взгляды посетителей. Неловко. Хоуп отворачивается, чтобы не видеть никого. — Я покажу, где комната, — тихо произносит он. — Можно Чимина позвать. Хосок окликает подорвавшегося с места Пака. Арём успокаивает людей, а затем сама достаёт аптечку и идёт за парнями, надеясь, что её помощь они не отвергнут. Вскоре все оказываются в небольшом помещении. И первым делом Хоуп извиняется перед хозяйкой бара: — Я... не хотел заставлять тебя волноваться. Тебя и других, — произнёс он тихо. — После этого я вернусь на сцену, мне нужно успокоить всех. — Ты серьёзно это говоришь? — женщина покачала головой, открывая небольшой чемоданчик. — Тебе нужно время, чтобы.. отойти от такого. И не переживай, у нас здесь были драки и похлеще. — Всё в порядке. Будет лучше, если я буду переживать не за себя, а за других. Сейчас... — Хоуп зажмурился, — мне лучше отвлечься. — Думаешь, сможешь играть? — она смачивает ватный диск перекисью и начинает обработку раны на скуле. — Ай... да, думаю, ай, я смогу. Не руки ведь повреждены, — кивает Хоуп, шипит и неосознанно берёт ладонь рядом стоящего Хосока в свою. — Ребята, извините, — уже к нему и Чимину обращается Чон-старший. — Ты же за что извиняешься?.. — подаёт голос Чимин. — Не ты ведь виноват. — В этом есть и моя вина, — кажется, такое отношение Хоупа к себе друзей будет раздражать. — Мне не нужно было говорить с ним кое о чём... — Но всё же это он не удержал свои руки при себе, — ведёт плечами Пак, говоря довольно тихо. — Хён, может... тебе отдохнуть бы немного?.. — Нет! И... почему вы все говорите именно это?! Вы не знаете деталей! — шикает на всех, быть может, кроме Арём, Чон. Чимин замолкает, опуская голову. Наверное, ему вообще не стоило лезть со своими замечаниями. Арём же, заклеивая рану пластырем, убирает всё в аптечку. — Если музыка отвлечёт тебя, то стоит играть, — говорит она. — Возможно, она поможет разобраться со всеми мыслями, что у тебя сейчас в голове. — Да... я тоже так думаю. Она поможет мне, — кивает несколько раз Хоуп, а после поднимается и быстро подходит к Чимину, обнимая его и прижимая к себе. — Прости меня за эти слова. Но вы... вы с Хосок-и правда не знаете, что было до того момента, когда он взорвался. Хосок сейчас сам не свой, в совершенном негодовании. Он хочет оторвать этому Вишне голову за то, что тот навредил его брату. Но знает, что Хоуп этого мудака любит, и, понятно, защищает даже сейчас. Чон-младший пока не желает и задумываться о каких-то деталях. — Чимин-и, ты же знаешь, что я люблю тебя. Люблю и тебя, Хосок-и, но... вы не правы, — мотает головой Чон, совершенно не желая принимать мнение ребят. — Он не монстр, распускающий руки, — проговаривает тихо, опустив голову. — Пойдёмте, моя работа ещё не окончена. — Тем не менее, это выглядит так, — хмыкнул себе под нос Хо. Но Арём, услышав это, неодобрительно качнула головой в его сторону, и парень сник. Сейчас Хоуп грустил из-за расставания и мнения друзей, которые отзываются о Тэхёне так, как им хочется. Кажется, удар для Чона совершенно ничего не значит. Он понимает, что довёл парня, когда у того был сложный момент. Не помог, а наоборот. Но всё же нужно работать. С многочисленными извинениями Хоуп возвращается на сцену, уверяет, что с ним всё в порядке, а потом мягко берёт гитару, думая над тем, что же он сыграет.***
У Тэхёна было два настроения: напиться и выпилиться. Но выбирает он всё же первое, направляясь из бара прямиком в клуб. Нет, спать с первым встречным он не собирается. Но набухаться до отключки — да. Он слишком сильно подавлен сегодняшними событиями, так ещё и все моменты их с Хоупом отношений пролетают перед глазами. И так отвратительно становится, но не из-за воспоминаний. А опять же из-за того, что он ударил Чона. Бармен Чонхён, знающий предпочтения Тэхёна, с радостью встречает его. Но после положительное чувство сменяется отрицательным. Таким парня он ещё никогда не видел. Впервые Вишня настолько хреново выглядит, что хочется налить чего-то сильно покрепче. Что, собственно, парень, стоящий за стойкой, и делает. Но сможет ли он обеспечить клиента выпивкой так, чтобы тот отключился? Это ещё вопрос, ведь это грозит пагубными последствиями. — Не жалей, я заплачу, сколько скажешь, — тем временем оповещает его Ким, плюхаясь на стул у стойки. — Копыта не откинешь, если налью, сколько хочешь? — кивает Чонхён. — Что случилось? Никогда тебя таким не видел. — Не имеет значения, просто наливай, — лишь отмахнулся Вишня. — Даже если действительно сдохну, похрен. — Ты поосторожнее с такими словами, — лишь хмыкает в ответ друг, ставя около двух бокалов алкоголя. Для начала. — И что мне будет за это? Откажешься алкашку продать? — фыркает Вишня, чуть ли не залпом опустошая один из них и морщась. — Если ты вдруг сдохнешь, алкашка уже не будет иметь смысла. Не знаю, что у тебя произошло, но... всегда есть выход, разве нет? И я сейчас не про самовыпиливание говорю. — Порой кажется, что это единственный верный способ. Чтобы больше никто не мучился из-за тебя, — ведёт плечами Ким, берясь за второй стакан. — Обычно депрессивное состояние – не твой спутник, — коротко улыбнулся Чонхён, наливая ещё. — Я уверен, что есть выход, Вишня. Тебе нужно остыть, понять, что это не то, что тебе нужно. А напиться, чтобы было легче, можно. — Ага, только разрешения я не просил. Мне оно не нужно, — второй стакан опустел почти так же быстро, как и первый. — Давай ещё. — Это не было разрешением, — пожимает плечами парень и снова ставит несколько стаканов на стойку. — К твоим услугам, Вишня. Что ж, понятно, как у него пройдёт вечер. Хоуп свой закончил с горем пополам. В общежитие возвращаться не хотелось, но и в баре оставаться – тоже. Чимин и Хо вели себя на обратном пути довольно тихо, Хоуп тоже не был многословен. Он просто шёл рядом и смотрел себе под ноги. Лицо выражало подавленность и грусть, пока взгляд был достаточно усталым, на мокром месте. Что ещё можно испытывать, когда получил в лицо, а после расстался с любимым человеком? Ничего хорошего. Но завтра будет баскетбольная игра, может, всё наладится? — Хоуп-и... — когда они уже оказываются в комнате и укладываются, брат оказывается с ним рядом. Он многое обдумал за это время. — Ты... прости меня. Я был слишком резок с тобой сегодня... — выдыхает он тихо. — Мне не стоило устраивать какие-то нападки на тебя, особенно после того, что случилось, и я ведь знаю, как ты переживаешь... Но ведь пойми, что я прежде всего волнуюсь о тебе, и твоё состояние для меня на первом месте. Как же я могу остро не реагировать на то, что случилось? Ведь... он обидел тебя. — Я всё понимаю. Понимаю твоё волнение за меня и боязнь, но... он мне нужен, слышишь? Я ещё ни разу ни к кому такого не чувствовал. Быть может, он кажется тебе плохим, отвратительным, но... я верю, что Тэхён хороший. Я чувствую это, — лепечет тихонько Хоуп, обнимая своего брата. — Всё это просто хреновое стечение обстоятельств. Юнги ведь... с ним тоже не было всё гладко. Да, он не бил тебя, но ведь ты понимаешь меня. Хо вздыхает, обнимая покрепче старшего и целуя его в щёку. — Прости-прости-прости... — бормочет он, а в голове всплывает вопрос Тэхёна, который тот задавал, и его последующие слова после ответа Хосока. Совсем не по себе от этого становится. Может... Вишня действительно не настолько агрессивный и плохой, каким кажется?.. По щекам Хоупа снова текут слёзы, и он вынужден прижаться к груди близнеца. — Вдруг он не захочет быть со мной больше? Только из-за боязни, что снова сделает мне больно... Хосок даже не знает, что и ответить: — Не плачь, прошу... — только просит он тихо. «По большей степени, я виноват в том, что мы расстались... что всё так произошло», — про себя проговаривает Хоуп, пока на деле только кивает несколько раз и всхлипывает, потянувшись к глазам рукой, чтобы стереть слёзы. Может, порой ему заткнуться стоит? Не подкалывать, не болтать лишнего и закрывать рот, когда просят несколько раз. — Если... у него есть настоящие чувства к тебе, — говорит еле слышно Хо, — то скорее всего он не сможет долго... прятаться от них и избегать тебя. Но ты прав в том, что я не знаю его так, как ты. Поэтому я не могу предположить его поведение. Но можешь ты... — Могу... но сейчас... я даже не знаю, где он, — Хоуп заваливается на кровать полностью. — Он... у него была обессиленная походка. Я надеюсь, что он в порядке. В относительном. Поглаживая брата по голове, Хо выдыхает коротко: — В душ пойдёшь?.. — Нет сил. С утра, — мотает головой старший. — Давай постараемся уснуть? Завтра нужно поддержать Юнги. Может, он звал Джина и Тэ... Хосок лишь кивает. Они лежали уже в темноте, поэтому вставать, чтобы выключить свет не нужно. — Мне уйти к себе или... остаться с тобой? — Я... я не знаю. Я не хочу оставаться один, но... сейчас мне нужно, — Хоуп подаётся ближе и целует щёку брата. — Прости. Спасибо тебе, что ты рядом. Младший вздыхает ещё раз, но кивает снова и поднимается с постели брата, уходя на свою. Если Хоуп говорит так, значит так сделать и стоит. Хоуп чувствует, что сегодняшнюю ночь он должен провести один. Но потом без брата не справится. Обняв кусочек подушки, он потихоньку закрывает глаза и выдыхает гулко, надеясь, что быстро уснёт. В голове крутятся некоторые совместные моменты с Тэхёном, заставляя парня сжаться под одеялом. Остаётся верить, что усталость возьмёт свое и Чон уснёт.
