Имбирные сказки

1 декабря. Свон смотрела на календарь и не могла поверить своим глазам. Как вообще год прошёл? Никто его не видел? - Эмма, не хочешь помочь мне? - голос матери отвлёк её от созерцания глянцевой бумаги на стене. Женщина дёрнулась прежде чем повернуться к Мэри-Маргарет. - Что? - она мельком окинула Снежку, и коробки на полу, взглядом, наконец улавливая смысл фразы. - Ах, да, конечно, - запоздало бросилась женщина. Но Эмму хватило ненадолго. После того, как все гирлянды оказались развешенными, она ощутила дикую усталость и, воспользовавшись этим предлогом, смылась из дома, оставив всё позади. У неё же работа есть. А вечером Эмма оказалась одна в большом доме. Генри отпросился к Риджине, чтобы украсить дом мэра, что слегка укололо самолюбие Спасительницы, но виду она не подала. Сбросив в угол сапоги, она ушла на кухню. Нужно срочно выпить - очередной день в роли шерифа оказался тяжёлым, так что Эмма дала себе зеленый свет для бокальчика вина в незапланированном одиночестве. Нашарив на стене выключатель - ещё не привыкла к новому дома - она переключила его и свет осветил небольшую кухоньку. На столе стояла коробка, которую она точно не оставляла здесь этим утром. Свон подошла и заглянула внутрь. Куча гирлянд и новогодних игрушек лежали внутри, а рядом с сюрпризом лежала небольшая записка. Эмма поднесла её к лицу, рассматривая почерк Дэвида. - Мама попросила завести тебе. Люблю, папа, - брови полезли вверх, а на лице проскользнула тень улыбки. Эмма мысленно прокрутила картинку Дэвида и то, как любовно он писал эту записку, специально подчёркивая родственные связи, желая напомнить ей об обретённой семье в который раз. Эмма убрала записку в сторону, и разрешила себе рассмотреть принесённые вещи. Три гирлянды, огромное количество шариков, мишура, дождик. Н-да, Снежка явно собиралась украсить весь дом. Тяжёлый вздох сорвался с её губ. Ну и что теперь делать? Настроения вешать всё это не было, да и Эмма не являлась ярым фанатом Рождества. Прислушавшись к звукам, идущим с улицы, она узнала Франка Сената, что не смогло не вызвать улыбки. Постояв ещё с минуту и рассматривая добро, в голову пришла идея. Бутылка красного вина, и яблочный сок, припасённый для Генри, оказались в кастрюле. Поставив на маленький огонь, она утащила гирлянды с собою в гостиную. Одной применение нашлось над панорамным окном, красиво оттеняя кремовую шаль огоньками. Бросив в угол все подушки с диванов и кресел, она достала дополнительных несколько мягких пледов, сбросив в кучу к остальному. Вспомнив про кастрюлю, Свон поспешила обратно спасать свой незапланированный вечер. Женщина подоспела к тому моменту, когда жидкость достаточно нагрелась, но ещё не успела закипеть. Бросив дополнительные специи внутрь, и немного цедры апельсина, она оставила "зелье" готовиться. Телефон пиликнул, привлекая её внимание. Она достала аппарат из заднего кармана джинс, и только сейчас поняла что до сих пор не переоделась. Чертыхнувшись, она мысленно поставила этот пункт в список дел прежде чем она сядет ностальгировать этим вечером. На экране высветилось сообщение от неизвестного номера. "Свон, ты дома" Фыркнув, она ответила нарушителю её спокойствия, да и вообще всех жителей Сторибрука. "Крюк, откуда у тебя мой номер?" А после, ещё подумав, добавила: "И откуда ты знаешь как этим пользоваться?" Ответ не заставил себя ждать. "Это не важно.Ты дома, вот что главное" Эмма снова фыркнула. "Нет, я не дома" "Врать не хорошо. У тебя свет горит на кухне" Моментально высунувши нос через окно, она заозиралась, пытаясь понять откуда он наблюдает за ней, чтоб после наставлять хороших тумаков за слежку. После пяти минут пристального вглядывания в кромешную темноту, она просто развернулась и выключила свет, оставшись лишь при жалком освещении телефона. "Вредина" - тут же пришло ей на телефон и она довольно улыбается себе от того, что смогла насолить Крюку. Ну, хоть так. Выключив плиту, женщина разлила готовый напиток по двум кружка, догадываясь, что Крюк ещё попытается проявить себя сегодня. Телефон остался на столе, а сама женщина ушла переодеваться. Если и пить глинтвейн в компании наглого пирата, то уж точно не в рабочей одежде. Она копалась ещё минут пять, выбирая между простым кремовым свитером и красным с оленями, всё же отдав предпочтение кремовому свитеру простой вязки. Бесшумно спустившись вниз, Эмма обнаружила, что её телефон разрывается от входящих сообщений. - - Крюк, - несколько осуждающе протянула она, глядя на то, как сообщения непрерывным потоком вспыхивают на экране. Он у неё ещё за это получит... Но злиться не получалось. Запах глинтвейна приятно разносился по всему дому, так что Эмма поспешила в свой укромный уголок. Снега ещё не было, но декабрь однозначно нагрянул в город, ударив по градусникам. Аккуратно поставив две чашки в сторону и, укутавшись в одно из одеял, Эмма уселась у окна. Она сделала глоток и блаженно прикрыла глаза, давая горячей жидкости сделать своё дело. Приятное тепло со сладким послевкусием смешалось, вытесняя сегодняшнюю усталость прочь. Так уж получилось, что все предыдущие годы она была одна на Рождество, и это было главной причиной нелюбви Эммы к этому празднику, но в этот раз всё будет по другому. Мэри-Маргарет уже распланировала всё, каждое блюдо и игры, но Эмма не питала уверенности, что была к тому готова... Стук в окно отрезвил женщину. Она резко открыла глаза, с неким укором смотря на своего нарушителя. - Крюк! - с возмущением воскликнула она. Мужчина, вечно верный себе и своим принципам, был одет в плащ и рубашку, открывающую пол груди. Только в этот раз, хоть он и выглядел эффектно, наряд его подвёл. Не попадая зубом на зуб, он указал на щеколду, призывая впустить его внутрь. Картинно закатив глаза и помедлив с минуту, Эмма всё таки впустила своего ночного гостя. - Ты решила меня убить, Свон? - с игривой улыбкой спрашивает он, пока она закрывает двери за ним и зябнет от непрошенного мороза. - Это ты меня преследуешь, а не я, - не остаётся в долгу Эмма, и он беззаботно пожимает плечами, мол, с этим нельзя ничего поделать. - Чего тебе, Крюк? - она разворачивается к нему, заглядывая в глаза. В полумраке и при тёплом свете огоньков, она выглядит совсем по другому. Такой беззащитной, домашней, а главное женщиной, а не шерифом. - Я.. - голос предательски отдался хрипотцой. - Просто в гости.. пришёл... Долгий взгляд следует за словами и оба не смеют обронить ни слова. Все колкости предательски покидают в страну Оз. Она смущается первой, отводит взгляд в сторону. - Сними плащ, - бросает она через плечо, подобрав с пола одеало. - И обувь, а то заляпаешь всё. Он слушается её, не смея возразить, не удаётся даже бросить колкость в ответ, лишь кивок. Пират идёт в коридор и оставляет висеть свой плащ на вешалке, а сапоги становяться рядом с женскими. Когда он возвращается, то Эмма сидит на полу у окна, укутанная в одеяло, рассматривая узоры на стекле. Не смея разрушить идиллию, он просто прислоняется к косяку, рассматривая хозяйку дома. Кажется, он давным-давно пропал. Как утопленик в море. Почувствовав пристальное внимание к своей персоне, Свон вздрогнула и обернулась. - И давно ты там стоишь? - поинтерисовалась она, нахмурив брови. В ответ он лишь подал плечами, бросив без задней мысли в ответ: - Не важно. Я готов простоять здесь ещё целую вечность. Но Свон игнорирует, смущается и не отвечает. Она не готова попробывать ещё раз влезть в это болото, последнего раза ей вполне хватило, но... Киллиан был не таким - он не собирался просто так сдаваться. Пират идёт к ней и садиться напротив. Бросив взгляд из-под бровей, она удивляется. Его взгляд наполнен нежностью. - Держи, - она протягивает гостью ещё один плед. - А то ты заболеешь. - Я не заболею, - нагло улыбается Киллиан, и в его глазах появляются искры, которые так нравяться Эмме. А после он чихает, и Эмма победно улыбается, признавая свою правоту. - Ладно, - неохотно протягивает Джонс и накидывает на плечи махру. Молчание вновь затягивается и они оба ощущают некую неловкость от дыхания, разрезающего тишину. - Вторая чашка для тебя, - смущается женщина. - Ты решила меня напоить? - усмехается Киллиан. - Полно Свон, в следующий раз просто позови меня выпить. - Это ты меня преследовал, - напоминает она с нотками упрёка в голосе, что не может улыбнуть его ещё сильнее. - За тобою только глаз да глаз, - Эмма вновь отводит взгляд, пряча его в чашке с глинтвейном. Фарфон приятно греет замёрщие пальцы, а прянный напиток - душу. Краем глаза она замечает как он берёт свою чашку и делает глоток. - Не ром, конечно, но не плохо, - усмехается он, и Эмма не модет сдержать улыбки. - Ну, уж извините. - Да ладно, - отмахивается пират. - Необычно. Мне нравиться. Свон чувствует как кончики ушей тоже наливаются теплом, но больше не уверена если алкоголь был виноват в этом, или нечто другое. - Я рада, - кротко кивает блондинка, подняв взгляд с чашки на гостя. - Киллиан..? - неуверенно спрашивает она. - Мммм? - протягивает Джонс, делая новый глоток горячей жидкости. - Давай помолчим...? - неуверенно предлагает она, словно говоря о чём-то интимном. Мужчина заглядывает в её глаза и находит свой ответ, который, судя по всему, его устраивает. - Конечно, душа моя, - улыбается он, беря её свободную руку в свою и сплетая их пальцы. Она благодарно улыбается в ответ, не смея зделать замечания его действиям. Кажется, это именно то, что ей было так нужно сегодня - тепло чьей-то сильной ладони в её. - Смотри, снег пошёл, - указывает она свободной рукой, не выпуская его руку из своей. - Да, пошёл, - соглашается он, накрывая её губы своими. Кажется, Эмма только что признала, что декабрь не столь ужасен, как она думала последние 29 лет...