Хорошо прожитая жизнь (A Well-Lived Life)

Июль–август 1977 Суббота была прекрасной, и после завтрака я отправился в гастроном. Мне нужно было работать только до 14:00, а потом я собирался поиграть в D&D дома у Кевина. Мы заказали пиццу и играли примерно до 22:00. Утром в гастрономе было тихо, и после быстрой прогулки с метлой по тротуару, я упаковывал коробки для заказа кейтеринга. Я решил, что до обеда здесь будет относительно тихо, хотя, поскольку у них есть кофе и датский кофе, у них есть несколько утренних клиентов. Я закончил упаковку, и Андреас попросил меня поехать с ним, чтобы доставить еду Рыцарям Колумба. У них было какое-то собрание, и мы предоставляли еду. Мы все расставили, проследили, чтобы заказ был выполнен, и отправились обратно, как раз к обеду. Я был удивлен, увидев там Дженнифер. «Привет», — сказала она. «Я подумала, что сегодня снова приду на обед. Надеюсь, ты не против?» «Конечно, не против! Мне нравится обедать с тобой». Мы взяли сэндвичи и колу и пошли к скамейке для пикника. «Итак, что ты делал вчера», — спросила она непринужденно. Хм, как ответить. Если она собиралась стать моим доверенным лицом, то это должна быть правда, но я хотел, чтобы разговор не был слишком глубоким или подробным. Я слегка рассмеялся. «У меня был умопомрачительный секс. А чем занималась ты?» Она пристально посмотрела на меня: «Что? Подожди! Ты меня обманываешь!». Я просто улыбнулся. «Нет! Невозможно! С кем? Как? Где? Почему?» Вопросы сыпались так быстро, что я не успевал на них отвечать, пока она наконец не выдохлась. «Дженнифер, помни, я доверяю тебе, потому что ты мой друг. И мне действительно нужно с кем-то поговорить. Я начну с последнего вопроса — «почему?», поскольку именно об этом мне нужно поговорить. Я сделал это в основном потому, что Биргит настояла на этом». Ее глаза расширились: «Что?» «Я знаю. Для меня это тоже не имеет смысла, но, опять же, это имеет смысл в каком-то странном смысле. Я думаю, Биргит пыталась заставить меня не зацикливаться на ней и не откладывать свою жизнь на потом, пытаясь дождаться ее, когда есть реальный шанс, что мы никогда больше не встретимся. Она написала мне письмо, прислала несколько фотографий и сказала, чтобы я воспользовался возможностью, когда она представится. Вчера, к моему полному удивлению, и с человеком, которого я никогда бы не заподозрил, такая возможность появилась». Она перебила: «Возможность?». «Да, Биргит так и назвала это — «возможность». Дженнифер обдумала это: «Хм». «Когда я получил фотографии — они были доставлены вручную — у меня был полный шок, и я позвонил ей. В Швецию. Она сказала мне то же самое — воспользуйся возможностью. Я так и сделал. Что касается места, то это был мой дом. А что касается способа, ну, как обычно, ну, ты знаешь, вход-выход-вход-выход». Я ухмыльнулся, и она покраснела. «Да, я знаю, как это работает», — мягко сказала она. «Что касается кого, ну, ты знаешь мои правила. Я не могу сказать». Она посмотрела мне прямо в глаза: «Я так понимаю, что это было действительно умопомрачительно? На что это вообще похоже? Я не могу себе представить». «Я не знаю, как это описать. Это просто не поддается объяснению. Когда-нибудь ты узнаешь». «Наверное». «Когда ты будешь готова, ты узнаешь. Тебе всего четырнадцать». Ее глаза сузились. «Тебе самому только четырнадцать». «Да, но я думаю, что я был готов. И я парень. В каком-то смысле, мы всегда готовы!» «Это точно. Каждая девочка знает, что мальчики просто хотят залезть к ним в трусики!». «Ну, подожди подходящего парня, прежде чем позволить этому случиться, и все будет гораздо лучше». «Да…», — сказала она с тоской - «подходящий парень». Мы закончили наши обеды, и она спросила меня, есть ли у меня теперь девушка. «Нет, речь шла не о любви, а, как сказала Биргит, о том, чтобы «подурачиться друг с другом до поглупения». Она рассмеялась: «Ну, это звучит забавно. Значит, никакой девушки. Полагаю, ты все еще свободен». «Да, все еще свободен». Я засмеялся. В отличие от пары дней назад, на этот раз я действительно это имел в виду. Предыдущий день с Мелани действительно разрушил затор, и я не собирался упускать никаких возможностей. Я действительно хотел постоянную девушку, но это должна была быть та, которая знала бы о Биргит. Я никогда не смогу это скрыть. Мы с Дженнифер обменялись дружескими объятиями, и она ушла. Вернулся к своей метле и протиранию столов. В конце дня меня снова послали забрать конверт по тому же адресу. Мне стало интересно, что в нем, но я не стал ничего делать, кроме как отнёс его Андреасу. Затем я поехал домой. Я добрался до дома, и там было сообщение от Мелани. Я позвонил ей после того, как принял душ и собрался ехать к Кевину. Папа сидел в гостиной и сказал: «Стив, тебе нужно начать собирать свои вещи. По крайней мере, те вещи, которые ты не будешь использовать до октября. В гараже куча коробок, так что начинай». «Конечно, папа. Я занят сегодня и завтра, но я начну в понедельник после работы, если ты не против». «Да, это будет хорошо». Я направился в душ. Одевшись, я пошел на верхний этаж и набрал номер Спенсеров. Миссис Спенсер ответила, и я попросил позвать Мелани. «Привет, Стив! Конечно, минутку. Давай я ее позову». Мелани взяла трубку. «Поняла, мам!», и я услышал щелчок, когда ее мама повесила трубку. «Привет, Стив!» «Привет, Мелани, как дела? Я получил твое сообщение и хотел позвонить тебе, прежде чем снова выйду на улицу». «Ну, я хотела сказать тебе, что вчера вечером я рассталась со Стэном. После того, что мы сделали, после того, что ты заставил меня почувствовать, я должна была это сделать». О-о. Мне не нравилось то, к чему все шло. Неужели Дженни МакГрат была права? Неужели вопросы секса и любви смешались? Неужели я совершил ошибку и вступил в то, что разгребал в лагере на прошлой неделе? Должно быть, она что-то почувствовала в наступившем молчании. «Я позвонила, потому что хочу тебя увидеть. Мы можем назначить встречу на следующий четверг?» Назначить встречу? Это был странный способ попросить о свидании. «А? Назначить?» «Да, я подумал, что слово «свидание» подразумевает отношения между парнем и девушкой. Это не то, что я сейчас ищу». Кризис предотвращен. Все системы в норме, как всегда говорили в НАСА. «А, хорошо, что ты ищешь?» Я знал, но хотел услышать. «Ну, чтобы ты пришел в четверг, и мы могли снова подурачиться друг с другом до поглупения, глупыш!» Я рассмеялся: «Я попрошу маму подвезти меня». «Нет, все в порядке. Я заеду за тобой. Спроси у мамы, можно ли тебе поужинать здесь же». «Хорошо. Обязательно. Ты будешь восхитительным другом». «Увидимся в четверг», — радостно сказала Мелани. «И ты тоже будешь восхитительным другом». Мы повесили трубку. Похоже, что я зря волновался. И похоже, что мне не нужно было искать секс — он сам искал меня на каждом шагу. Я не жаловался. Я принял решение, и у меня не было никаких сомнений по этому поводу. Однако я решил убедиться, что любая девушка, с которой я буду встречаться, будет знать счет заранее. В советах Дженни и Биргит было много смысла. И взгляд со стороны Дженнифер тоже был полезен. Мне обязательно нужно будет поговорить с ней еще. Прежде чем уйти, я вернулся к папе. «Папа, вчера я звонил Биргит. Я посмотрел в телефонной книге и решил, что два звонка будут стоить около 25 долларов. Я очень соскучился по ней и хотел поговорить с ней. У меня есть деньги с работы, так что я заплачу за это». Он поднял голову: «Это твои деньги. Если ты хочешь так с ними поступить, дело твое. Но я бы не стал делать из этого привычку. Ты прожжешь свою зарплату быстрее, чем сможешь ее заработать». «Спасибо, папа». Я был рад, что он не задавал никаких вопросов и что он был спокоен за это. Я оставил маме записку, что в четверг еду к Спенсерам и останусь на ужин, и меня не нужно подвозить. Я знал, что она не будет против, так как знает миссис Спенсер. Я отправился домой к Кевину. Наша группа D&D использовала новые правила Advanced Dungeons and Dragons от TSR. Мне нравилось играть персонажем вора, который хорошо сочетался с бойцами, клериками и волшебниками, которыми играли остальные 5 игроков. В нашей группе были одни парни, а Кевин был мастером подземелий. Обычно мы весело проводили время за игрой, и сегодня не было ничего особенного. Мы попадали в затруднительные ситуации и думали или боролись, как из них выбраться. Кевин был отличным DM — не настолько строгим с правилами, чтобы они мешали, но и не настолько вольно с ними обращался, чтобы нам было легко. Пицца на ужин и еще несколько часов игры, и пора было отправляться домой. Когда мы закруглялись, он упомянул, что он и его друзья устраивают вечеринку «конец лета» в субботу перед началом школы в Ист-Форке. Я сказал, что спрошу, потому что его друзья, не играющие в D&D, были на два класса старше, и я не был уверен, что мама не будет против. Папа был бы не против, но мама — это совсем другая история. Когда я приехал домой, мама была там, и я спросил ее о поездке в Ист-Форк с Кевином (который будет за рулем). Она сказала, что все в порядке, если только я сделаю все свои домашние дела и не попаду в неприятности. Вздох. Я не был плохим ребенком. Но мой брат умел втягивать меня в ситуации, которые приводили к тому, что меня наказывали. К счастью, с церковью, походом к Ларри, работой и «назначением» я нечасто бывал дома. К сожалению, это означало, что я должен был заниматься домашними делами, все время когда был дома. В воскресенье мы, как обычно, пошли в церковь, и я удивился, увидев на мессе Дженни МакГрат, и еще больше удивился, что она была одна. Она села рядом со мной и прошептала: «Он уехал из города». Когда месса закончилась, она подошла к моей маме и спросила, свободен ли я в следующее воскресенье после церкви. Мама сказала, что я должен быть свободен, и Дженни сказала, что заберет меня сразу после этого, а потом привезет домой. Мне было интересно, чего она хочет, но я решил, что это работа во дворе и беседа, что меня вполне устраивало. У меня было о чем ее спросить. Я ушел с Ларри и его мамой, чтобы она могла подбросить нас к дому Дженнифер. Миссис Блок собиралась отвезти меня домой, когда мы закончим, а Ларри пойдет домой пешком, потому что это было достаточно близко, чтобы он мог это сделать. На обед были гамбургеры и картофель фри, и мы сели играть в шахматы и болтать. Я рассказал им, что через месяц мы переедем, и что мы будем жить в Оверлуке, рядом с Клондайком, всего в паре миль отсюда, и до него легко доехать на велосипеде. Это, по-видимому, порадовало их, поскольку так будет гораздо проще собираться вместе. Я также отметил, что поскольку Ларри был на год старше, то через год он получит права, что было бы еще лучше. В течение всего дня я получал странные взгляды от Дженнифер. Было ясно, что она хочет что-то сказать или спросить меня, но из-за присутствия Ларри это было невозможно. Когда он отлучился, чтобы отлить, она сказала: «Мне очень интересно узнать о сексе, и я хочу расспросить тебя поподробнее. Мы можем поговорить позже?» «Ну, я могу рассказать тебе то, что знаю, но я же не эксперт». «Ну, по сравнению со мной — да». Я подавил смех, чтобы не обидеть ее. «Можно и так на это взглянуть». Ларри вернулся, и мы вернулись к более мирским темам. В конце концов мы убрали доску, поужинали и расслабились перед телевизором, смотря повтор фильма с Памелой Сью Мартин в роли Нэнси Дрю. Вошла миссис Блок и сказала, что направляется в «Объединенные молочные фермы» за молоком и мороженым и вернется через некоторое время. Сериал закончился через несколько минут, и Ларри сказал, что собирается уходить, пока не стемнело. Я понял, что останусь наедине с Дженнифер в ее доме. Я посмотрел на нее, и она сказала: «Мама спокойная. Она доверяет нам, и, кроме того, она вернется через пятнадцать минут или около того». Ларри обнял Дженнифер и направился к выходу. Дженнифер выключила телевизор. «Мы можем сейчас поговорить? Если мама вернется, мы можем пойти в подвал». «Конечно. Что ты хотела узнать?» «Ну, у меня был урок здоровья. И мама рассказывала мне о птичках и пчелках, так что, как я уже говорила, я знаю, как это работает. Но это кажется таким механическим. Я даже никогда не целовалась с парнем, кроме Теда, и то это были два поцелуя в губы». «Ну, обычно все начинается с поцелуев, ты ведь знаешь о французском поцелуе?». Она кивнула. «Ну, это, а потом обычно касаемся друг друга внешней стороной одежды. Когда вы готовы, вы можете раздеться сами или каждый снимает одежду с другого. Я делал и так, и так. Больше поцелуев, объятий и прикосновений, и, если хочешь, оральный секс, а потом половой акт». «Подожди, «оральный секс»? Это когда ты кладешь свой рот на ее, ну, ты понял, или она кладет свой рот на твое?» «Дженнифер, если ты не можешь произнести эти слова, то, вероятно, ты не готова к этому или даже не готова много говорить об этом. Да, он кладет свой рот на ее киску или она сосет его член». Она ярко покраснела: «Я не знаю, смогу ли я это сделать». «Тогда не делай. Делай то, что хочешь. Если кто-то хочет этого, а ты нет, тогда не делай этого». «Но разве парень не разозлится?». «Если да, то это не тот парень, с которым ты должна это делать». «Мне трудно говорить такие вещи». «Как я уже сказал, пока ты не можешь попросить парня полизать твою киску или спросить его, можешь ли ты пососать его член, ты не должна ставить себя в такое положение, чтобы делать такие вещи». «Ты делал это?» «Да, делал». «Обе вещи? Я имею в виду, сделал одно и попросил сделать другое?». «Да». «О. И каково это, когда вы его вставляете? Сильно больно?» «У меня был опыт ровно с одной девственницей, две другие были опытными, из них одна очень опытная. Биргит сказала, что немного больно, но не сильно. По словам старшей женщины, это действительно зависит от ситуации. Иногда больно, иногда нет. В ее случае это было не больно. Та, что была после Биргит, сказала, что в первый раз ей было больно, и что это было очень плохо, не только боль, но и сам опыт. Я думаю, это было потому, что у парня тоже не было опыта. И, по ее словам, он был не очень сведущ и не был достаточно внимателен и предупредителен. Моя первая говорила мне, что всегда нужно делать так, чтобы девушке было приятно. Думаю, тот парень так не считал. Его потеря, так как они расстались после того, как мы с ней были вместе». «Ты собираешься сделать это с ней снова?» «Да, наверное. Но помни, ты не должна ничего говорить». «Я знаю. Это как случайный секс? Мама предупреждала меня об этом». «Наверное, это можно так назвать, но каждый должен решать сам. Как я уже сказал, у нас нет отношений». «Да, всё еще свободен! Так ты будешь делать это и с другими людьми?». «Возможно, но кто знает? Если представится возможность, и обстоятельства будут подходящими, то да, я бы сделал это. Конечно, если бы Биргит была здесь, то я бы занимался исключительно с ней. Любая девушка, с которой я буду, должна это понимать. Если они не могут с этим справиться, значит, они не для меня. Может настать день, когда Биргит или я решим, что мы не созданы друг для друга, что судьба выбрала для нас разные пути, но до тех пор я буду относиться к этому именно так. Я могу влюбиться, но не думаю, что влюблюсь. По крайней мере, не так, как в Биргит». По крайней мере, я надеялся, что нет. Это осложнило бы отношения с Биргит. Она просто сидела и смотрела на меня. Через мгновение она сказала: «Спасибо. Я, наверное, буду задавать больше вопросов. Думаю, я могу пока жить викарно, через тебя. Я просто не совсем готова». «Не торопись. Убедись, что ты готова. Убедись, что парень тебе подходит. Если ты сделаешь это, все будет замечательно». «Да. Думаю, я уже знаю подходящего парня, но посмотрим», — сказала она с загадочной улыбкой. «Круто». Я не собирался давить на нее. Мне было интересно, был ли это Тед, потому что он был довольно милым парнем. Если она серьезно настроена, я попробую найти способ помочь ей сделать так, чтобы ее первый раз не был катастрофой, как у Мелани. Может быть, я смогу собрать Теда и Дженни МакГрат на урок, подумал я. Нет, наверное, это была плохая идея. В это время вернулась миссис Блок, и Дженнифер поехала со мной, когда ее мама отвозила меня домой. Дженнифер наклонилась и поцеловала меня в щеку: «Спасибо за разговор. Спасибо, что был моим другом». «Спасибо, что ты тоже мой друг», — сказал я, вышел из машины, зашел в дом и отправился спать. Новая неделя практически повторилась — работа в гастрономе, обед с Дженнифер, работа по дому. По крайней мере, до четверга. Мелани приехала около 10:00 утра, я попрощался с папой и побежал в машину. Мелани выехала с подъездной дорожки и поехала вверх по улице. Она остановила машину перед 28-м шоссе и наклонилась, чтобы поцеловать меня. «Я не хотела, чтобы твоя мама это видела. Она может неправильно понять, а мы не парень/девушка». Я рассмеялся: «Да, наверное, трудно будет объяснить моим родителям, что у их сына есть подруга, с которой можно заниматься сексом». Она поставила машину на место и сказала: «Ну, мои родители более понимающие». Мне было интересно, что она имела в виду, но казалось, что она не беспокоится, если они увидят, как мы целуемся. Но мне было интересно. Я бы не хотел, чтобы меня преследовал сердитый отец за то, что я связался с его дочерью. Некоторые вещи нельзя делать в присутствии родителей. Да, быстрый поцелуй или объятие, но не такой разрывающий душу поцелуй, который она только что подарила мне. Я спросил ее, каков был план на день, и она ответила: «Я думала, мы договорились. Ты приедешь ко мне, и мы будем дурачиться до поглупения». «Это правда. Мы так и договорились». «Передумал?» «Ни за что!» Она ухмыльнулась и сказала: «Да, ты точно парень». Но то, как она это сказала, не было грубостью, это было просто признание того, что в моем теле бушуют гормоны. И опять же, я думаю, что она страдала от того же самого! Похоже, это было обычным уделом подростков, хотя я не думал, что Ларри был поражен этим, а Дженнифер не была под таким сильным влиянием, как я. Все это означало, что хорошо, что я был с Мелани. Мы подъехали к ее дому, и я удивился, увидев две машины на подъездной дорожке. «Твои родители дома?» «Да. Не волнуйся, я все спланировала». «ОК». Мы зашли в дом, и она предложила мне что-нибудь выпить. Я взял стакан апельсинового сока, а она взяла чай со льдом. Я сказал «Привет» ее маме и папе, которые были на кухне. Мелани взяла меня за руку и сказала: «Мам, мы идем наверх». «Хорошо, дорогая», — ответила ее мама. Должно быть, у меня было странное выражение лица, потому что Мелани прошептала: «Доверься мне», ведя меня вверх по лестнице. Ее комната была типичной для девочки-подростка. Нарядное покрывало — розовое, конечно, — на кровати, которая казалась полноразмерной, а у меня была двухспальная, несколько мягких игрушек, пара плакатов рок-н-ролла, проигрыватель пластинок и радио, письменный стол и диванчик. Ее комната была больше моей. Я никак не мог втиснуть диван в свою комнату. Впрочем, в новом доме моя комната будет намного больше. «Присаживайся, я на минутку», — сказала она с улыбкой и блеском в глазах. Она исчезла в коридоре, а я сел на диван и задумался о том, что происходит. Возможно, мы собирались куда-то пойти. Возможно, ее родители уезжают. Что ж, она сказала, довериться ей. Через минуту она вернулась и сказала: «Я получила письмо от Биргит. Я позвонила ей в воскресенье утром, и мы поговорили минут пятнадцать. Мои родители были не против, и мы разговариваем с ней каждые несколько недель. Она для них как дочь, а для меня — сестра». «Это круто. Мой папа был не против, чтобы я звонил, но предупредил, чтобы я не спустил все свои деньги на звонки ей». Она засмеялась: «Как я уже сказала, у меня есть письмо от нее. Оно адресовано мне, но в нем есть записка для тебя. Она отправила его в понедельник, а сегодня утром оно попало сюда, так как она отправила его авиапочтой и специальной доставкой». Она протянула мне небольшой лист бумаги. На нем почерком Биргит было написано следующее:

Стив, спасибо за то, что ты сделал для Мелани. Она мне обо всем рассказала. Я надеюсь, что ты изложишь все подробности в своем письме. [Здесь было нарисовано сердечко].

Похоже, она отлично провела время. Надеюсь, ты понимаешь, почему я сделала то,

что сделала. Я люблю тебя и скучаю по тебе, но я хочу, чтобы тебе было весело.

Пожалуйста, сделай Мелани счастливой, если она попросит тебя сделать это снова.

С любовью, Биргит. Я сложил его и положил в карман. «Она тоже написала мне что-то подобное. В основном она сказала, чтобы я получала удовольствие, и ей не терпится услышать, что мы «дурачимся друг с другом до поглупения», по крайней мере, время от времени. Если ты спросишь меня, то я думаю, что ее цель — чтобы у тебя был регулярный секс без обязательств». «Как бы она ни говорила, что ее все устраивает, она до смерти влюблена в тебя и боится, что ты найдешь кого-то раньше, чем вы сможете снова быть вместе. Я думаю, она считает, что так ты не будешь предан кому-то. Я знаю из нашего разговора, что она знает, что из этого может ничего не получиться, но пока, я бы сказала, у нее есть план, как сохранить твое сердце для себя, пока вы не разберетесь». Я просто сидел и не знал, что сказать. Казалось, что моя любовь подталкивает меня к сексу, чтобы не дать мне влюбиться, прежде чем она сможет снова сойтись со мной. Биргит снова взорвала мой мозг. Наверное, четырнадцатилетние шведки гораздо более подкованы в вопросах отношений, чем четырнадцатилетние американцы. Или ей давал советы кто-то намного старше ее. Я должен спросить ее об этом! Мелани дала мне время все это осмыслить и перебрать в уме. Она сидела на краю кровати и наблюдала за мной. Прокрутив все это в голове, я спросил: «Значит, ты не против быть «запасным вариантом»?». «Да. — Я люблю Биргит как сестру. Если я могу помочь ей с этим, я помогу. Проблема будет, если я встречу кого-то, с кем я захочу быть исключительно вместе. Но, как говорит Биргит, нужно просто искать возможность и не упускать ее». «Верно», — сказал я просто, — «И что теперь?». «Теперь мы подурачимся до поглупения, глупыш», — хихикнула она, вставая, закрывая и запирая свою дверь. У меня отвисла челюсть. Я знал, что ее родители все еще дома. Не может быть! Я надеялся, что у ее отца нет дробовика. Если они узнают, что происходит, я буду мертв. Мелани только рассмеялась: «Мои родители — дети цветов 60-х. Мама родила меня, когда ей было пятнадцать. Родители выгнали ее, когда она забеременела, и она пошла в коммуну с моим отцом. В конце концов они поженились, и папа решил, что им нужно дать мне более нормальное воспитание, поэтому он устроился на работу бухгалтером и дослужился до начальника. Мама тратит большую часть своего времени на политические кампании. Она была сотрудником предвыборного штаба Картера в Цинциннати. Она предложила мне таблетки, когда мне было тринадцать, но у меня была плохая реакция на них. После моего первого раза со Стэном, с резинкой, я попросила ее купить мне диафрагму». «Когда я вернулась домой в прошлую пятницу, я рассказала ей, что произошло, что происходит с Биргит, и что я расстаюсь со Стэном. Она была немного обеспокоена, но я объяснила, что я не против, что мне это нравится, что ты потрясающий, и что я собираюсь время от времени видеться с тобой из-за этого. И она сказала, что ничего страшного, если мы будем здесь. Она предпочла бы, чтобы мы были здесь или у тебя дома, а не на заднем сиденье моей маленькой машины!». Я был ошарашен. «Твоя мама на самом деле не против, чтобы мы занимались сексом, пока они здесь?» «Да». «А твой папа?» «Ну, у них с мамой был секс, когда маме было четырнадцать. Что он может сказать?» «Хорошая мысль», — вздохнул я с облегчением. Она встала и быстро разделась. Затем включила радио на приличную громкость и выключила свет, но сквозь шторы проникало достаточно света. Она стянула покрывало, столкнула на пол мягкие игрушки и забралась в кровать. «Присоединишься ко мне?» Моим ответом было раздеться и забраться в кровать рядом с ней. Она прижалась ко мне и сказала: «Вообще-то, на этот раз я бы хотела заняться любовью, медленно и страстно. Я никогда не получала этого от Стэна, а в прошлый раз с тобой, ну, мне нужен был хороший трах. Не знаю почему, но мне это было нужно. И, наверное, мне понадобится это снова. Но не сейчас». «Как хочешь, Мелани. Твое желание — для меня приказ». «Однажды ты можешь пожалеть об этом!» — сказала она загадочно. «Сомневаюсь!» Она хихикнула. Я глубоко поцеловал ее, провел рукой по ее бокам и медленно провел пальцем вверх и вниз по ее щели. Она уже была влажной, но от этого она начала буквально течь. «А как же противозачаточные?» «Я вставила свою диафрагму, когда вышла перед этим». «Всегда готова, не так ли?» «Да, готова! А теперь меньше разговоров и больше секса!» Я был рад услужить. Я расположился над ней, и она подвела мой член к своему отверстию. «Медленнее, пожалуйста», — вздохнула она. Я поцеловал ее, проникая языком в ее рот, и частично вошел в нее. Я осторожно проникал в нее, никогда не входя больше чем наполовину. Она удовлетворенно стонала мне в рот и мягко двигала бедрами в ритме, который я установил. Я чувствовал себя вполне уверенно, и после нескольких десятков ударов надавил глубже — не до конца. Еще несколько десятков толчков, и я понял, что она достигла оргазма. Я прижался грудью к ее груди, глубоко прощупал ее рот и вошел в нее до упора. Она тяжело выдохнула и удовлетворенно вздохнула. Мы продолжили медленное движение: я вытаскивал почти до конца, а затем осторожно вводил до тех пор, пока наши лобковые волосы не соприкоснулись. Она крепко обняла меня, обхватила ногами, прижалась ко мне всем телом и содрогнулась в оргазме. Я был близок к этому, но знал, что могу продержаться дольше. Я продолжал двигаться, пока ее киска спазмировала на моем члене, и она начала пыхтеть «о, о, о» снова и снова. Я немного ускорился, и она зашипела «Да!», когда ее настиг второй оргазм, намного сильнее первого. Я чувствовал себя так, словно меня зажали в тиски. Я не мог пошевелиться. Но это не имело значения. Я сильно кончил, когда стенки ее влагалища выжимали из меня каждую каплю спермы. Я вспотел и тяжело дышал. Я видел звезды, когда кончал. Я поставил локти на кровать, чтобы не раздавить ее. Мы оба сказали «Вау!» одновременно. «Это как раз то, что мне было нужно», — удовлетворенно сказала она. «Рад предоставить», — сказал я с ухмылкой. Я вышел и откатился. Она натянула на нас простыни, обняла меня, положила голову мне на грудь и удовлетворенно вздохнула. Мы лежали так некоторое время, и я понял, что она задремала. Я подумал, что это была хорошая идея. Подзарядка. Я закрыл глаза и вскоре заснул. Должно быть, я действительно очень устал, так как проспал большую часть часа. Я проснулся от толчка, на мгновение забыв, где нахожусь, и почувствовал объятия моей великолепной шестнадцатилетней любовницы. Ее груди прижимались ко мне, твердые как камни соски оставляли вмятины на моей коже. В этот момент она зашевелилась и открыла глаза. «Привет», — сказал я. «Тебе привет», — вздохнула она. «Это было потрясающе! Ты меня избалуешь». «Ты сама удивительная. Помни, для этого нужны мы оба, так что ты на 50% готова к другим отношениям». Она засмеялась: «Я никогда не думала об этом в таком ключе. Но я не была уверена, что у меня что-то получится, ведь со Стэном все прошло так плохо. Я должна не забыть написать Биргит большое благодарственное письмо». Я усмехнулся и сказал: «Я тоже». Она перевернулась и встала с кровати. Она взяла тряпку, лежавшую рядом, немного вытерлась, затем сдвинула простыню и вытерла меня. Она надела халат и бросила ещё один мне. «Готов к обеду?» «Конечно», — ответил я. Она отперла дверь, и я последовал за ней, чувствуя легкое волнение из-за встречи с ее родителями. Мне не следовало волноваться. Обед был типичным — сэндвичи, чипсы, прохладительные напитки. И шарик мороженого. Мне было немного неловко сидеть там с ее мамой и папой в халате, учитывая что я только что занимался сексом с их дочерью, но они вели себя как ни в чем не бывало. Это было забавно — еще когда Биргит была здесь, до того, как мы с ней сошлись, она рассказывала мне, что в Швеции это довольно распространено, мальчики и девочки остаются на ночь со своими парнями или подружками, даже когда они учатся в старшей школе. Мы закончили обед, и Мелани демонстративно слизала последнее мороженое со своих губ. Она взяла наши тарелки, поставила их в раковину и сказала: «Пойдем есть настоящий десерт». Я покраснел. Ее мама засмеялась. Ее отец ухмыльнулся. Я не знал, смогу ли я привыкнуть к этому, но это точно облегчит наши «встречи». Я последовал за ней наверх. «Ну, сейчас 13:00, ужин в 18:00, чем ты хочешь заняться в течение пяти часов?». «Мы могли бы поиграть в «Монополию», — сказал я, и она ударила меня. Не сильно, но я почувствовал. «Хорошо. Никакой «Монополии»! «Ты чертовски прав, никакой «Монополии»!». Она привела меня на кровать, и мы некоторое время обнимались, моя рука обнимала ее упругую грудь, когда мы обнимались. «Мне это нравится», — сказал я. «Мне тоже», — сказала она. «Стэн никогда не обнимался со мной после секса. Казалось, что как только он кончил, мы закончили. Мне не хочется продолжать сравнивать и вспоминать его, но ты показываешь мне, как это должно быть. Биргит была права. Забавно, у нее был только один опыт с тобой, и это ее единственный опыт, но она каким-то образом знала, что ты потрясающий любовник. Никто из моих подруг не поверил бы, что четырнадцатилетний парень может быть настолько хорошим и внимательным». Я поцеловал ее плечо и сказал: «У меня был отличный учитель в первые два раза, и отличный партнер в следующие три. Я учусь. Я могу легко кончить в любое время, когда захочу, но я понимаю, что девушкам это сложнее. Поэтому я стараюсь сосредоточиться на этом». Она помолчала мгновение и сказала: «Да, если ты сможешь сделать это своей главной задачей и всегда будешь уверен, что делаешь все возможное, чтобы доставить девушке оргазм, и об этом станет известно, и они будут ломиться в твою дверь. Надеюсь, у тебя еще будет время для меня, когда это случится!». «Конечно, найдется! Биргит убьет меня, если я этого не сделаю!» «Знаешь, я думаю, ты прав!» Мы обнимались еще некоторое время — торопиться было некуда, и мы оба уже кончили в тот день. Я наслаждался тем, что просто держал ее и болтал. Мы начали болтать о школе, друзьях, родителях, о чем угодно, только не о сексе. Просто лежали голые и обнимались. В конце концов, она повернулась ко мне лицом и сказала: «Теперь о том десерте…». «Что ты имела в виду?» «Ну, мороженое, банан, сосалка на весь день?» — сказала она. «Звучит отлично!» Мелани сдвинула простыни вниз, обнажив мой вялый член, и поцелуями проделала путь вниз по моему телу. Я начал возбуждаться, когда она подошла ближе, и когда она поцеловала кончик, я почти мгновенно возбудился. «О, я вижу, ему нравится то, что я делаю». «Да», — хмыкнул я, когда она обхватила меня своими великолепными губами и медленно брала меня дюйм за дюймом. Когда она достигла своего предела, она отстранилась, провела языком по головке несколько раз и снова погрузилась в меня. На этот раз она держала меня там, нежно посасывая. Вдохнув через нос, она продвинулась еще немного, но, проглотив кляп, отступила назад и снова стала дразнить головку моего члена. В третий раз она наклонилась вниз, глубоко дыша через нос, и ввела меня так далеко, что я коснулся задней стенки ее горла. Она начала сосать и водить языком по моему стволу, а затем переместила одну руку на мои яйца. Сжав их, она слегка надавила и начала двигаться вверх и вниз по стволу. Это было восхитительно. Она выпустила меня из своего рта и медленно начала дрочить мне рукой, ее язык играл с кончиком моего члена. Я знал, что долго не протяну. Когда она почувствовала, что я пульсирую, она быстро взяла меня в рот и стала гладить меня сильнее, пока я не кончил. Я был удивлен, как много было спермы, учитывая наши предыдущие действия. Она высасывала меня досуха, крутя языком так, что это сводило меня с ума, прямо на грани боли. Когда я закончил пульсировать, она подняла на меня глаза и улыбнулась. «Это был отличный десерт». Я притянул ее к себе и поцеловал. Она не сопротивлялась, наши языки танцевали, пока я пробовал свою порцию. Дженни была права — Мелани действительно оценила это, особенно после того, как с ней обращался Стэн. Это не было самым желанным, но если она собиралась так со мной обращаться, я собирался обращаться с ней как с принцессой. Я разорвал поцелуй и спросил, что я могу для нее сделать. «Просто подержи меня немного, пожалуйста». Так я и сделал. Я был не в форме, чтобы использовать маленькую головку, но мой язык, конечно, был доступен, если она захочет. Однако она, похоже, была довольна объятиями. Конечно, если я вел счет, у каждого из нас было по два оргазма — вероятно, не то, что нужно было говорить в этот момент. «Дай мне знать, когда ты будешь готов снова», — сказала она. «Скоро, я подозреваю». В четырнадцать лет я мог довольно быстро перезарядиться. Когда я впервые открыл для себя мастурбацию, я делал это пять раз за день. Я подумал, что с готовой сексуальной партнершей я смогу справиться и с этим. Я просто подержал ее немного и сказал: «Хорошо. Что ты хочешь делать теперь?». «Ну, Биргит сказала, чтобы мы подурачились до поглупения, так что я бы хотела, чтобы ты сделал со мной то же самое, что мы делали у тебя дома». «Хорошо. Я кончил дважды, так что это может быть долго». «Звучит здорово!» Так мы и сделали. Я встал на нее сверху, вставил член в ее киску и надавил как можно сильнее. Я скользнул прямо внутрь, а затем просто начал входить и выходить. Она обхватила руками мою спину, а ногами — заднюю часть моих бедер и сильно набрасывалась на меня при каждом толчке. Наши тела повторяли друг друга, создавая удивительный ритм. Она хрюкнула, и я почувствовал небольшую дрожь, а ее киска спазмировала. Мы продолжали, и через минуту спазмы стали еще сильнее. Я крепко целовал ее и прилагал дополнительные усилия, чтобы войти как можно сильнее. Плоть ударялась о плоть, и она кричала: «О Боже, да, да, да, да», и все ее тело спазмировало, когда она сильно сжимала мышцы влагалища. Было труднее продолжать двигаться в этих шелковистых тисках, но смазки было достаточно. Она все еще была в муках оргазма, когда я извергся, и она закричала: «О Боже!». Я замедлил свои толчки, осторожно отодвигаясь назад. Мы были такими потными, а на кровати был беспорядок. Простыни были скручены, а подушки в основном лежали на полу. Я лег на нее, моя эрекция медленно спадала, пока я был в ее киске, наши груди прижимались друг к другу, и мы обменивались нежными поцелуями. Она слегка подтолкнула меня, и я скатился с нее. «Мне нужна ванная», — сказала она. «Мне тоже». «Тогда надевай халат и пойдем». Мы надели халаты, и она повела меня по коридору. Она вошла в ванную, потянула меня за собой и закрыла дверь. Сбросив халат, она села на унитаз и быстро помочилась. Я был немного ошеломлен, но в этот момент меня уже ничто не удивляло. Она встала и направилась к душу. Я сбросил халат и помочился. Хорошо, что у меня не застенчивый мочевой пузырь! Она ухмыльнулась и сказала: «Ну, ты принял это близко к сердцу. В этом доме мы довольно открыты, и мы с Биргит раньше пользовались одной ванной, так что присутствие кого-то еще в комнате для меня не странно. А теперь давай примем душ перед ужином». Она включила душ. Кабинка была достаточно просторной для нас обоих. И я знал, что делать. Я взял бутылку с шампунем и осторожно намылил ее длинные темные волосы. Она вздохнула, когда я массировал ей кожу головы, а затем смыл шампунь с ее волос. Когда я закончил, я взял мыло и так нежно, как только мог, намылил все ее тело, уделяя особое внимание ее соскам и pudenda , будучи настолько чувственным, насколько я умел. Когда я закончил, она сказала: «Мне нужно снять диафрагму. Я могу поставить ее на место, если мы захотим еще один раунд после ужина». Я в изумлении смотрел, как она просунула пальцы внутрь и осторожно вынула диафрагму. Она сполоснула ее в душе и показала мне. «Я нанесла на нее спермицид, который не дает твоим маленьким парням сделать маленького парня!» — сказала она с блеском в глазах. Она отложила его в сторону, а затем вернула услугу, помыв меня, стараясь, чтобы я не слишком возбудился. Я обожал душ! Мы высушили друг друга, надели халаты и вернулись в ее комнату. Мы снова надели нашу одежду. Прежде чем открыть дверь, она указала на коричневый бумажный пакет на столе. «Это тебе». Я взял его и заглянул внутрь — две дюжины презервативов. «Зачем они, если у тебя есть диафрагма?» — спросил я, недоумевая. «Я знаю, что тебе будет трудно их купить, и я хочу быть уверена, что они у тебя есть, если они тебе понадобятся. Я купила их в аптеке на другом конце города, где Стэн купил те, которыми мы пользовались. Если тебе понадобится больше, дай мне знать». «Когда ты ожидаешь, что я буду использовать все это?» «Понятия не имею, но подозреваю, что в какой-то момент ты это сделаешь». Боже, что за безумный мир. Моя любовь, Биргит, подталкивала меня к тому, чтобы я спал с кем попало, а моя новая подруга пособничала. «Это Биргит тебя подговорила?». «Да», — просто ответила она и открыла дверь. Ужин был потрясающим, но мне все еще было немного не по себе от присутствия ее родителей, особенно после того, как она кричала в последний раз. Ее мама почувствовала мой дискомфорт, подумал я, и сказала: «Ну, похоже, вы двое хорошо провели время сегодня». Я покраснел. Мелани сказала: «Мам, смотри, ты заставила его покраснеть». Ее отец сочувственно посмотрел на меня и просто сказал: «Женщины». Обе женщины рассмеялись. Мы закончили ужин, и миссис Спенсер спросила, хотим ли мы десерт. Мелани быстро сказала, что нет, у нее в комнате есть кое-что для меня. Ее мама рассмеялась, и мы вернулись наверх. Это было почти сюрреалистично. Вернувшись в свою комнату и закрыв дверь, она быстро разделась. Когда я начал раздеваться, она сказала мне подождать. Она подошла к своему столу, открыла ящик и достала блеск для губ. Она нанесла его на свои губы, посмотрела на меня с озорной улыбкой и горящими глазами и намазала немного на каждый сосок, а затем нанесла немного на губы своей киски. Она посмотрела на меня и сказала, выпячивая грудь: «Как насчет клубники на десерт?». «Я бы с удовольствием». Я начал снимать рубашку, посмотрел на нее, и она кивнула. Я быстро скинул одежду и схватил ее для поцелуя. Сладкий вкус клубники наполнил мой рот. Я осторожно переместил ее назад, чтобы она села на край кровати, и опустился перед ней на колени. Еще один поцелуй, затем я пососал и облизал каждый сосок, чтобы почувствовать клубничный вкус. Она легла на спину и раздвинула ноги, а я смотрел на рай. Рай с клубничным вкусом. Я накрыл весь рот ее киской, пробуя смесь клубники и девичьих соков. Я не терял времени, чтобы получить каждый кусочек вкуса, используя свой язык вокруг и внутри ее киски. В конце концов, я сосредоточился на ее клиторе, и она содрогнулась от небольшого оргазма. Конечно, к этому времени я был тверд как скала. Она почувствовала мою эрекцию, когда я наклонился, чтобы поцеловать ее. Она села, встала и сказала мне сесть на край кровати. Мелани встала, подошла к бумажному пакету и достала коробку с тремя презервативами. Она открыла ее и вытащила один. «Ты никогда не пользовался им, верно?» «Да, две других были на таблетках, а у тебя есть диафрагма». «Хорошо. Давай сделаем это, чтобы ты знал, как». Она протянула мне резинку, и я вскрыл упаковку. «Просто разверни его немного. Затем надень его на головку своего члена, убедившись, что ты оставил немного места сверху. Будет веселее, если это сделает девушка, но ты должен знать, как это делается. Теперь просто скатывай его вниз, пока он полностью не размотается». Я так и сделал. Ощущения были немного странными. «Ты знаешь это с одного раза?» «Мама рассказала мне об этом, когда мне было тринадцать. Она хотела быть уверена, что я не забеременею в четырнадцать, как она!» «Ах». «Ну, теперь, когда ты знаешь как, было бы обидно потратить это впустую». «Да, было бы», — согласилась я. Я начал вставать, но она положила руку мне на плечо. Она опустилась на меня и поставила свои ноги позади меня. Она приподнялась, взяла мою покрытую резинкой эрекцию, провела ею по своей щели несколько раз, затем выровняла меня и медленно погрузилась, пока я не был полностью поглощен. «Это совсем другое ощущение. Не так приятно». «Это правда. Но это лучше, чем забеременеть для девушки». «Да», — задыхался я, чувствуя, как она сжимает меня своей киской. «Конечно, с презервативом можно продержаться дольше, хотя я не думаю, что у тебя есть проблемы в этом плане». «Сейчас нет, но в первый раз я кончил примерно через две секунды. Но она знала, что так будет, и использовала свой рот. Тогда мы сделали это». «Умная женщина. Теперь я знаю, что если я буду с девственником, то это вполне вероятно. Стэн продержался около 3 толчков. Даже с резинкой». Она начала нежно раскачиваться вперед-назад. Она поцеловала меня и сказала: «Я не уверена, что смогу кончить снова. Позволь мне просто заставить тебя кончить. Не беспокойся обо мне». Я кивнул и глубоко поцеловал ее, мой язык исследовал ее миндалины. Она нашла хороший ритм и медленно подвела меня к краю, а затем столкнула с обрыва. Мой оргазм был хорошим, но не таким сильным, как предыдущие, и с гораздо меньшим количеством эякуляций. Я не удивился, учитывая, сколько раз я кончил в тот день. Когда я перестал пульсировать, она сказала: «Держись за нижнюю часть резинки, пока я встану». Я так и сделал. «Теперь просто сними его и выброси в мусорное ведро». Я последовал ее указаниям. Когда я повернулся, она лежала на кровати и манила меня: «Иди обними меня, пока тебе не нужно идти домой». Я был более чем счастлив сделать это. Когда она отвезла меня домой, я сразу же отправился в свою комнату. Я написал еще одно письмо Биргит, хотя еще не получил от нее ни одного. Я рассказал ей о том, как прошел день, что мы делали, о чем говорили и даже о догадках Мелани. Я запечатал его и утром опустил бы в почтовый ящик. Воскресенье прошло без особых происшествий. У Дженни была работа во дворе, которую я должен был сделать. Мы дружески болтали, пока я ее выполнял. В конце дня, когда она отвезла меня домой, она сказала мне, что у нее все серьезнее с ее парнем, что я уловил по косвенным признакам. И что отныне он будет выполнять работу по дому. Я сказал ей, что не против этого, но надеюсь, что она будет оставаться на связи. Когда она подвезла меня к дому, она быстро осмотрелась, крепко поцеловала меня и прошептала: «Спасибо за все». Я вошел в дом, улыбаясь. Следующие четыре недели пролетели незаметно. Дженнифер встретилась со мной за обедом и продолжала расспрашивать о сексе. Семья Мелани уехала в отпуск на три недели, а я был занят делами, работой по дому и упаковкой вещей. По мере приближения дня переезда все больше вещей дома оказывалось в коробках. Письма приходили от Биргит и возвращались от меня. Она была взволнована (возможно, в нескольких смыслах) моими описаниями Мелани и моего совместного пребывания, и казалось, что Мелани рассказывает ей все по порядку (по минутам?). Я получил еще фотографии, но они были скромными. Ее семья. Ее друзья. Она с парнем. Записка на обороте гласила «Йонас и я». Я почувствовал укол ревности, но то, что я делал с Мелани, не было признаком моногамных, преданных отношений, поэтому я сглотнул и сказал ей, что они милая пара (так оно и было). Наконец настал день переезда. Приехал грузовик и погрузил все вещи. Мама отвезла нас в новый дом. Моя новая комната была в два раза больше. Бассейн наполнялся. Грузчики заносили мебель и коробки. Я начал убирать некоторые вещи, а потом вышел на улицу, чтобы осмотреться. В конце подъездной дорожки стояло несколько детей, которые с любопытством разглядывали новую семью. Я пошел поговорить с ними и познакомился с Дебби, Дебби и Донной, а также с Джимом и Уиллом. Все они жили в Оверлуке и были рады новому другу. Самое интересное, что им было от двенадцати до четырнадцати лет, то есть как раз в моей возрастной группе. А еще лучше было то, что все три девочки были симпатичными. Но я узнал, что им было двенадцать и тринадцать. Только Уиллу было четырнадцать. Ну, какого черта я беспокоился? Я мог бы ездить к Мелани на велосипеде из нашего нового дома! Но я решил, что у меня появятся новые друзья, и это было здорово. Я спросил о лошадиной ферме. Они сказали мне, что люди, владеющие лошадьми, были классными и занимались прокатом лошадей для верховой езды. Мне это показалось идеальным. Уилл рассказал мне об охоте в лесу. У нас было семь акров земли, но весь холм был покрыт лесом, так что там были сотни акров, по которым можно было бродить. У него был свой 22-й калибр, и я спросил, могу ли я как-нибудь пойти с ним. Он сказал, что с удовольствием. Джиму не разрешили пойти, потому что его родители не любили оружие, поэтому он надеялся на напарника. Я сказал ему, что у меня нет оружия, но он сказал, что его отец обязательно разрешит мне воспользоваться одним из их ружей. Это был совсем другой опыт. Я ненавидел переезды. С момента моего рождения мы переезжали десять раз, а в седьмом и восьмом классах я впервые учился в одной школе два года подряд. Я ненавидел расставаться с друзьями, которых было трудно завести. Я ненавидел ходить в новые школы. Но на этот раз я переезжал ближе к Ларри, Дженнифер и Мелани. Да, Ким была дальше, вместе с Кевином и бандой D&D, хотя он мог водить машину. Здесь были симпатичные девушки и парень с оружием. В кои-то веки я был доволен переездом. В субботу я пошел с Кевином на вечеринку по случаю окончания лета в Ист Форк. Я встретил кучу его друзей, все они были на два года старше меня, что означало, что все они были юниорами, в то время как я был в девятом классе. Гордон, Дэйв и Джим казались мне новыми друзьями. Я также познакомился с близнецами, Кристин и Бернадетт. Я знал их младшую сестру, Диану, которая училась в моем классе. Мы все отлично ладили, и они сказали Кевину, чтобы он начал привлекать меня к своим посиделкам. Казалось, Мелани не была случайностью. Я ладил с детьми старше меня лучше, чем с детьми моего возраста. Ларри был на год старше. Исключение составляли Дженнифер и моя Биргит. В субботу я вернулся домой и окунулся в бассейн. Я проплыл несколько кругов, затем принял душ, чтобы избавиться от хлорки, и упал в постель. Я был измотан. На следующий день мне было трудно встать в церковь, но я все-таки встал. Дженни снова была на нашей мессе, но на этот раз со своим парнем. Она улыбнулась мне, наклонила голову в его сторону и подмигнула мне. Это сказало мне все, что мне нужно было знать. Я был рад за нее. Когда я вернулся домой, я собрал свои вещи для первого дня 9-го класса, позвонил Дженнифер, чтобы договориться о встрече за обедом — у нас был тот же обед, что и у Ларри, что было здорово — и позвонил Мелани. Ее не было дома, но ее мама приняла сообщение и сказала, что перезвонит мне. Во Флориде было весело, и Мелани упомянула, что скучает по мне. Я молча удивлялся, почему она не звонит, но знал, что обязательно ей позвоню. Она была второкурсницей, поэтому училась в старшей школе, в то время как я был первокурсником и по соображениям экономии места учился в средней школе, где вместе размещались восьмой и девятый классы. Я не увижу Мелани, если только мы не окажемся в одном автобусе, но я так не думал, потому что Ларри и Дженнифер ехали в одном автобусе, но я в другом. Первый курс уже сформировался.