Плюс один

      — Ой! Ты жива? — напуганно спросила стайка девочек, ненароком сбившая свою ровесницу с ног.       — Да, к счастью, хоронить меня не нужно, — сама над собой подшутила та девочка, которой не повезло оказаться на пути у этой спешащей куда-то компании.       — Мы не хотели тебя сбивать, прости-прости! — извинилась одна из них, улыбчивая смуглая зеленоглазая девочка с каштановыми волосами, заплетёнными в косу, одетая в прелестное синее платье, — судя по всему, именно она была лидером всей этой компании. — Я Сара! — представилась она, протягивая руку для того, чтобы удобнее было подниматься.       Помощью Катрина — а той несчастливицей, в которую случайно врезались торопившиеся девочки, была именно она, — не побрезговала, взялась за руку и, опираясь на неё, поднялась на ноги.       — Ай, холодная какая, — удивлённым тоном произнесла Сара, отдёргивая руку, хотя надо было отдать ей должное — до тех пор, пока она не убедилась, что обладательница этих самых холодных рук стоит твердо на земле, хватки она не ослабляла.       — В самом деле холодная? — поинтересовалась ещё одна участница компании — у той пшеничные волосы были собраны в пучок, и судя по пышности того пучка, они были не очень-то и длинными. Вся она была одета в бирюзовые цвета, такого же цвета была и лента, перевязывавшая волосы. — Не возражаешь, если я проверю? — обратилась она к Катрине, и, получив кивок, пожала ей руку. — Действительно, — неловко хихикнула она, — Холодная. Но я хотя бы с тобой познакомилась! Я Рейна, а твоё имя какое? Это точно она, — шепнула Рейна поражённой от невиданной разговорчивости пшеничноволосой Саре так, чтобы новая знакомая их не слышала.       — Катрина, — ответила обладательница этого имени, ведь она действительно до сих пор не представилась.       — Рина, очень приятно с тобой познакомиться! — ответила ей Сара, отошедшая от шока, обращаясь, судя по всему, сокращённым именем. Катрина была уверена, что раньше её так никто не звал, но возражать не захотела. — Очень приятно! Со мной и Рейной ты уже знакома, это Тея, Мона и Летти, — указала она ещё на трёх девочек, не решавшихся до сих пор подать голос.       — Летти — это сокращённая форма от Джульетты? — неловко поинтересовалась Катрина, потому что у неё было ощущение, что она уже очень давно кого-то так называла.       — Не-а, — покачала головой довольно бледная девочка в оранжевом платье с тёмно-рыжими волосами, почти как у самой Катрины, только менее кудрявыми. — То есть, конечно, можно и Джульетту до Летти сокращать, — будто бы спохватилась она, — но в моём случае это не так, потому что моё полное имя — Летиция, — представилась она.       — Сара вообще очень любит сокращать имена, — добавила темнокожая девочка в жёлтом платье, явно выше остальных в своей компании. — меня вообще-то Рамона зовут полностью, а Мона — это так, для друзей, по-простому. Правда, если она сократит твоё имя, будь уверена — к тебе это точно надолго прицепится, вот как ко мне, Летиции и Тее, — вздохнула Рамона.       — Доротее, — поправила подругу последняя, до сих пор не называвшая своё имя девочка, одетая в белую рубашку и чёрную юбку, вышитую красными цветами. — Даже сейчас ты меня назвала сокращённым именем, — легонько ткнула она подругу в бок, явно не с целью обидеть — скорее, поддеть. — А так да, я Доротея, очень приятно! — помахала она рукой Катрине, не решаясь прикасаться. Холода Доротея не любила, а потому проверять температуру рук новой знакомой не спешила.       — Было приятно поболтать с тобой, но мы спешим, — спохватилась Сара, жестом подзывая подруг идти за ней. — Ещё увидимся, Рина! — многообещающе попрощалась она, и вся девичья компания скрылась за углом.       Да уж, над этой ситуацией Катрина будет ещё долго размышлять. И какое им всем до неё дело, раз представились?

***

      — Мона, у тебя есть хоть одна идея? — страдальческим тоном вопросила у подруги Сара, возводя глаза к небу. — Нет? — переспросила она, когда Рамона покачала головой. — Летти, Тея, Рейна? — обратилась она к остальным, но те лишь пожали плечами.       — Да что же это такое? Абсолютно никто из нас не умеет нормально танцевать, как мы, спрашивается, на фестиваль пойдём? — в отчаянии воскликнула Сара. Неумение танцевать было на данный момент самой актуальной проблемой в их компании: делать это сносно умела лишь Рейна, но преподавательских способностей у неё не было никаких — недаром она была самой неразговорчивой в их компании, хоть и весьма любопытной. А как вообще возможно не уметь танцевать, когда наконец появилась возможность показать себя во всей красе перед парнями? Тем более, фестиваль был уникален — впервые за много лет обещали не только традиционные колумбийские и испанские танцы, а и других народов — ирландские танцы, например.       — Нанять учителя — не такая уж и большая проблема, особенно для меня, — с отсутствующим взглядом проговорила Рейна, вертя в руках какую-то подобранную палочку. Сначала на неё удивлённо поглядели — надо же, заговорила! Но затем Летиция поспешила эту идею опровергнуть:       — Ты что, Рейна? Мы не можем… — будто бы вопросительным тоном начала она, поглядывая в это же время на Сару. Дождавшись кивка с её стороны, Летиция продолжила. — Мы не можем все вчетвером пользоваться деньгами твоих родителей, понимаешь? Да и… наверное, со всеми нами учитель не сможет справиться, — пояснила она.       Рейна в ответ не издала ни звука, лишь пожимая плечами. Не хотят — их право, пусть сами думают, как выкручиваться.       — Вот бы был в нашей компании ещё один умеющий танцевать человек… — задумчиво протянула Доротея, а Сара радостно воскликнула:       — Дорогая, таки это прекрасная идея! Нашей компании давно не мешало бы немного увеличиться. Плюс один человек нам не помешает, вот только кто именно нам нужен? — задумчиво протянула она.       — Кто-то, кто умеет танцевать? — предположила Рамона.       — Ну это и так очевидно! — возразила Сара. — А ко всему этому надо, чтобы она нам подходила.       — И как же мы определим, что она нам подходит? — поинтересовалась Доротея.       — А вот так, Тея, — назидательно произнесла Сара, — что мы этого пока не знаем, но наверняка поймём, когда встретимся.       — Кхм, не хочу прерывать ваши обсуждения, но нам давно уже поручили занести выпечку сеньоры Джульетты сеньору Карлосу, а мы тут с вами стоим, — вклинилась Рамона в разговор.       — Вот чёрт, надо бежать! — воскликнула Сара, подхватывая корзинку с пирожками и начиная бег в сторону дома адресата вместе со своими подругами. К сожалению, на дорогу очень некстати выбежала ещё одна их ровесница.

***

      Катрина была уверена — всё это неспроста. Зачем им всей компанией представляться, рассказывать о том, какие они носят сокращённые имена? Да ещё и та, что была, казалось, бледнее всех, шепнула, видимо, их самой главной в компании, что она — та самая. Какая? Они уже давно не в том возрасте, чтобы просто так приходить, называть своё имя и предлагать дружбу — им уже тринадцать лет. По крайней мере, Катрина так думала — ведь они, судя по её внешнему виду, были ровесницами.       На повестке дня была ещё одна довольно важная проблема — подготовка к фестивалю. Tía Адриана отказов не принимала, и сказала, что если Катрина на танцах не явится, то она лично её туда приведёт. Всё-таки есть свои минусы в наличии у соседей ключей от твоего дома.       Да и на крышу Катрина уже как-то перехотела лезть, ведь именно там её однажды ночью tía Адриана и завидела танцующей. А что? Танцевать там было одно удовольствие, ведь крыша была покатой лишь частично — самая верхняя часть была плоской, являя собой маленькую и очень удобную площадку, не ограничиваемую стенами дома и предметами мебели, какие бывали в комнатах. А дымоход вполне мог сгодиться для тренировки растяжки, ведь после изучения шитья Катрина взялась за танцы, и они давались ей намного легче предыдущего занятия. Конечно, чтобы не терять навыки, она шила иногда — то же самое пончо девочка чисто из интереса воспроизвела с точностью до мелочей. Зачем ей это было нужно, она понятия не имела. Притвориться тем лицедеем, что ли?..       Однако, убедив себя в том, что на фестиваль пойдёт она так или иначе, девочка сочла, что ничего плохого в том, чтобы ещё раз ночью выбраться на крышу, не было.       Кем бы ни был тот человек, что оставил ей тот замечательный сундук — Катрина готова была буквально молиться за его здравие. Там было практически, если не абсолютно всё, чему она научилась с момента потери памяти. Тот инцидент она довольно смутно помнила, да и жалеть ей было не о чем — если бы у неё была семья, то её бы давно нашли, хоть она сама и сказала, что сирота.       Нынешняя жизнь её вполне устраивала — всегда было, с кем поговорить, все соседи вокруг её знают и вполне хорошо относятся, научиться могла всему из волшебного сундука. Чего ещё желать?       Но вспомнить всё-таки свою прошлую жизнь весьма хотелось — узнать хотя бы, каким ребёнком была, что из себя представляла. Девочке говорили, что весьма похожа на Катрину Кортес — тёзка, надо же, какое совпадение! Но ассоциировать себя с той малышкой Катри никак не могла — ну как они могут быть одним и тем же человеком? Да и погибла та Катрина, судя по всему, весьма трагично, ведь поговаривали, что их семью много лет преследовали злоумышленники, а когда наконец нашли, всех убили. Да и к тому же, у Кортес была замечательная старшая сестра — Адора, а у Катрины были лишь соседи. Конечно, они были весьма неплохими, но Адора была намного лучше, и девочка была в этом уверена, правда, сама не знала, почему. Вспомнить ничего не получалось — если она пыталась напрягаться специально, голова раскалывалась и отзывалась пронзающей всю Катрину болью, лишь иногда могли проскочить спонтанно какие-то факты, обрывки или действия.       Быть может, Адора так же бы собирала сундук своей сестрёнке, если бы та выжила?

***

      Катрина была готова к какому угодно началу дня, выходя на восточную площадь Энканто, но не такому неординарному, которое вышло в итоге. А произошло вот что:       — Берегись! — закричала, предупреждая, темноволосая смуглая девочка, едва удерживая равновесие на бочке, на которой катилась вперёд. Бегущая рядом девочка в жёлтом платье, довольно похожая на неё внешне, но выше, успела подтолкнуть под бочку корзинку с бельем, которую до этого несла в руках, и остановить бочку. Девочка — а Катрина её видела, кажется! Доротея, скорее всего, — благополучно приземлилась на тканевые изделия, а вот посуде, которую она держала в руках всё это время, не поздоровилось — из рук она вылетела, и быть бы ей разбитой после встречи с брусчаткой улиц Энканто, если бы Катрина не проявила чудеса реакции и не похватала все тарелки, молниеносно складывая их в одну стопку. Когда, наконец, посудный дождь окончился, а любопытные зрители в лице четвёрки-пятёрки заинтересовавшихся в происходящем людей разошлись, осознав, что больше ничего интересного не увидят, Доротея наконец поднялась на ноги, ожидая увидеть разбитые тарелки, но вместо этого перед глазами предстала та самая, с которой Сара очень настойчиво просила подружиться вчера вечером, протягивая абсолютно целую стопку посуды. Доротея взяла, конечно, но потом посчитала, что Рамона — а девочкой, которая успела подстраховать подругу, была именно она, — удержит всё это лучше, потому передала несчастные изделия из керамики ей.       — Знаешь, я ни разу не видела ещё людей, которые бежали бы на бочке, при этом держа в руках хрупкие предметы, — протянула Катрина, поглядывая с интересом на девочку, наконец избавившуюся от нелегкой ноши. — Можно узнать, как так вышло? — полюбопытствовала она.       — На самом деле история довольно занятная, — хмыкнула она. — Мi querida Сара попросила меня отнести тарелки, так как сама занята чем-то другим и «суперважным» — явно передразнила она подругу, показывая жестом кавычки, — ну и я слишком торопилась, а мне под ноги — как и почему, сама не знаю, — покатилась бочка… И я очень не хотела выронить посуду, ха-ха, — завершила свой рассказ Доротея неловким смешком.       — Понятно… Рада, что у тебя всё хорошо, — улыбнулась Катрина. Особыми навыками общения и располагания к себе она не обладала, поэтому стремилась разговор побыстрее завершить. — Ну, теперь у тебя есть помощь, мне Рамона кажется надёжной, так что не пропадёшь… Я пойду? — и почему последняя фраза прозвучала в вопросительном тоне, она сама не знала.       Девочки немного растерялись, но тут же вспомнили вчерашний разговор с Сарой, звучавший примерно так:       — Значит, Рина та самая? — спросила зеленоглазая у Рейны, получив на свой вопрос утвердительный ответ в виде кивка. — Ну, да, она красивая и голос её мне таки по душе, но я не уверена, стоит ли её брать к нам в компанию… — нахмурилась Сара.       — Ты же сама уже придумала ей сокращённое имя, конечно, та самая! И ещё… — воодушевлённо сказала Летиция. Такой порыв нельзя было спугнуть, поэтому подруги молчали до тех пор, пока она не продолжила. — Это ведь её дом? — указала она на маленький домик с зелёной черепицей и необычной крышей. — Я видела ночью, как она танцует на крыше, — заговорщически сообщила рыжеволосая, понизив громкость голоса до шёпота.       — Танцует… — повторила за Летицией Сара. Подумав секунду, лидер компании добавила:       — Нам очень нужно с ней подружиться. Очень. От этого зависит, опозоримся ли мы на фестивале — а ведь до него всего месяц! Очень прошу вас, если встретите её — заведите с ней общение, если не дружбу. Я тоже видела, как танцуют на крыше. Она нам нужна, — сказала Сара, как отрезала.       И поняли, что упускать возможность нельзя, а потому Рамона окликнула уже собиравшуюся уходить Катрину:       — Стой, подожди! — девочка резко обернулась, смотря на другую, в жёлтом платье, с недоумением. — В смысле… Может, подстрахуешь? Я в случае чего тарелки так быстро не словлю, ну и прогуляешься с нами, если тебе не сложно, конечно, — неловко улыбаясь, предложила Рамона.       Катрина осознала, что это вполне себе хорошая возможность заиметь общение со сверстницами, а может, даже влиться в их компанию. Конечно, записи записями, но они всё равно когда-то кончатся, а живое общение уже давно являлось проблемкой для девочки по причине недостатка оного. Потому, улыбнувшись в ответ, промолвила:       — С радостью!