Другая история

Не успели ученики оглянуться, как уже настали зимние каникулы. У каждого были свои рождественские планы: Рон собирался домой, в Нору, Гермиона — кататься на лыжах с родителями, а Гарри и Лира встречали праздники в кругу семей. Семьи Поттеров и Блэков были близки, почти родные, и каждый Новый год проводили вместе.

***

Собрав чемоданы, друзья направились к поезду. В вагоне Гарри и Лира устроили партию в шахматы, Гермиона углубилась в книгу, а Рон, едва устроившись поудобнее, моментально задремал. — Конь на b5, — объявила Лира, и на её лице появилась победная улыбка. — Шах и мат, Поттер. — Что?! Опять?! — Гарри всплеснул руками. — Да как ты это делаешь? Уже третий раз! — Ну, знаешь, у кого-то просто врождённый талант, — невинно пожала плечами Лира, начав собирать фигуры. — Думаю, на сегодня хватит, а то ты тут ещё кого-нибудь поджаришь своей яростью, — добавила она с хихиканьем. — Никого я не поджарю! — буркнул Гарри. — Просто уверен, что ты жульничала. — Что ты сейчас сказал? — в голосе Лиры прозвучала ледяная угроза. — Повтори, если хочешь дожить до Рождества. — А знаешь что?.. — начал Гарри, но вмешалась Гермиона. — Хватит! — её голос прозвучал строго. — Никто не жульничал. И тише, пожалуйста, Рон спит! — Она укоризненно посмотрела на них и вновь углубилась в чтение. — Простите, защитница Рона, — язвительно откликнулась Лира, театрально поклонившись. — А не вы ли недавно кричали друг на друга из-за Коросты и Живоглота? Гермиона промолчала, но её щёки чуть порозовели. Лира лишь лукаво улыбнулась. — Ребята, смотрите! — Гарри подошёл к окну. — Похоже, мы приехали. — Он тронул Рона за плечо. — Вставай, мы на месте. — Встаю, встаю... — пробормотал Рон, медленно расправляя плечи. Он ещё не до конца покинул царство снов. Они покинули поезд, отыскали родителей и, напоследок обнявшись, разъехались каждый по домам.

***

Войдя в родной дом, Лира устало сбросила рюкзак и медленно побрела в гостиную, где её уже ждала мать. — Привет, солнышко, — сказала Марлин, обняв дочь. — Как ты? Как школа? — Устала. Всю дорогу Гарри проигрывал в шахматы и возмущался, будто я отравила его тыквенный сок, — устало фыркнула Лира. — Расскажешь за ужином, — с улыбкой отозвалась Марлин и скрылась на кухне. Поднимаясь по лестнице, Лира едва не уснула на ходу. Чемодан оказался вдвое тяжелее, чем в начале семестра — всё из-за шуток, купленных в Хогсмиде с близнецами Уизли. Самое главное сейчас — спрятать фейерверки и вонючки подальше от мамы. С задачей она справилась, хотя и не без труда, и вскоре уже сидела на кухне, где её ждали родители.

***

В доме пахло жареным мясом, пюре с маслом и тыквенным пирогом. Сириус сидел за столом, растрёпанный, как всегда, но с широкой, довольной улыбкой. Марлин сняла фартук и заняла место рядом. — Ну как там Хогвартс? — спросил Сириус, протягивая ей миску с картошкой. — Ещё кого-нибудь довела до истерики? — Работаю над этим, — ухмыльнулась Лира. — Макгонагалл уже вздрагивает реже, а Флитвик, кажется, начал моргать чаще. Наверное, рефлекс самосохранения. — Горжусь, — сказал Сириус, подмигнув. — Только не слишком открыто, — вставила Марлин, бросив на него многозначительный взгляд. — А то снова начнёшь: «вредные проделки — это семейное наследие», — свяжу тебя и оставлю под ёлкой. — Но ведь она Блэк! — театрально воскликнул Сириус. — Спасибо за напоминание, — фыркнула Лира. — Иногда, когда вытаскиваю слизня из котла Невилла, чувствую себя слишком доброй для Блэков. Прямо предательство рода. — Начнёшь сдавать домашку вовремя — отречёмся официально, — хмыкнул Сириус. — Не переживай, пап. Профессор Снейп до сих пор уверен, что я его прокляла. — А ты не проклинала? — с прищуром спросила Марлин. — Ну... не совсем. Я просто немного улучшила его чай. Сириус прыснул со смеху, Марлин только закатила глаза, но тоже улыбнулась. — А если серьёзно, — сказала она, — как с учёбой? — В целом — нормально. Заклинания и трансфигурация — отлично. Зелья — это отдельный разговор, Снейп на мне отрывается. История магии — скукотища, но у Гермионы всегда есть ответы. — Кстати, как она? — оживился Сириус. — Всё та же ходячая совесть. Если бы могла — выдавала бы нам домашку и брала штраф за опоздание. Марлин мягко улыбнулась, потянувшись за солью. — А чай Снейпа — это было ради учебы. Точнее, ради удовольствия, — честно добавила Лира. Сириус захохотал, а Марлин только покачала головой. — После ужина — никакой магии, никаких фейерверков, и никаких «испытаний прочности кухни». Услышала? — Если только бурундучки- взрывчатки случайно не выберутся из сундука… — Лира! — хором воскликнули родители. Она засмеялась, довольная и ужином, и собой.

***

На следующее утро в доме Блэков царила лёгкая паника: нужно было собираться на ужин к Поттерам. Лира пыталась натянуть на себя «творчески протестную» юбку, пока Марлин осматривала её с прищуром. — Ты в этом и правда пойдёшь? — Мам, это стиль. Это протест. Это вызов консервативной магической моде. — Протест закончится, когда Джеймс уронит на тебя салат, — мрачно пробормотал Сириус, застёгивая пиджак, который доставал раз в год. — Тогда на него упадёт Петарда Фреда номер три, — невозмутимо отозвалась Лира и сунула что-то в рукав. — Без фейерверков, — простонала Марлин. — Ну что, семейство непредсказуемых, вперёд? — бодро заявил Сириус, подхватывая подарки.

***

У Поттеров было тепло, уютно и пахло праздником. — Сириус! Марлин! Лира! — Лили распахнула дверь, едва они пришли. Джеймс уже махал руками, приглашая всех внутрь. — Лиииираааа!!! — завопила пятилетняя Эмма, вцепившись Лире в талию с такой силой, будто боялась упустить её навсегда. — А это что за комочек счастья? — с улыбкой спросила Лира, прижимая девочку. — Или ты тайный агент Министерства обнимашек? — Я не агент! Я просто скучала! — хихикнула Эмма. — Ты пахнешь дымом и шоколадом! — Потому что я тайком ела шоколад в камине. Тсс! — прошептала Лира. — Гарри в комнате, — шепнула Эмма. — Он дважды переодевался. Нервничает. — Типичный Гарри, — усмехнулась Лира. — Что ты взяла с собой? — подозрительно спросил Сириус, заметив движение в её мантии. — Любовь, мир и немного веселья. Для декора. — После десерта — обыск, — устало сказала Марлин.

***

За столом царило веселье: Джеймс балагурил, Лили пыталась не смеяться, когда Сириус рассказывал истории из юности, а Лира, с Эммой на коленях, кормила её десертом. — Если Эмма так продолжит, ей приснится говорящий торт, — заметил Гарри. — Лучше торт, чем твои шахматные поражения, — усмехнулась Лира. — Надеюсь, в этом году всё будет спокойно, — мечтательно сказала Лили. — Если никто не взорвёт салат — уже успех, — кивнул Джеймс. — Я? Салат? Даже не дотрагивалась... пока, — невинно пожала плечами Лира. — Пока?! — в унисон воскликнули Гарри и Джеймс. — Ты моя любимая, даже если взорвёшь салат! — громко объявила Эмма и обняла Лиру крепче. — Вот видите, — сказала Лира, гордо подняв подбородок. — Кто-то всё-таки меня ценит.

***

Утро 31 декабря С самого утра в доме Поттеров царило оживление. Праздничная суматоха охватила и взрослых, и детей, но особый азарт был у Лили и Марлин — они, как всегда, старались устроить идеальный вечер. Кухня превратилась в маленькую алхимическую лабораторию: заклинания шептались шёпотом, ложки летали по воздуху, тесто вскипало в мисках, а специи вели между собой бой за господство над пирогами. — Лили, у тебя чеснок парит! — воскликнула Марлин, ловя его над головой. — Это нормально. Он добавляет характер! — ответила Лили, отмахиваясь. — Только не дай ему снова влезть в крем. В прошлый раз Джеймс решил, что это новый вид соуса. Из другой комнаты донёсся грохот, вскрик, и уже знакомое: — ЛИРА!!! — Даааа? — невинно откликнулась Лира, заглядывая из кухни. Но Гарри уже быстрым шагом вошёл в кухню. — У тебя за ухом еловая ветка, — заметила Марлин. — Это все Лира и её "прекрасное" умение все расставить по местам в кладовке. — Я? Да я ничего не делала, все полки были хорошо обставлены когда я все собирала. — Господи, да вы два заколдованных кошмара. — Джеймс вынырнул из-за лестницы, вытирая с рубашки блёстки. — Сириус, скажи своей дочери, чтобы хотя бы раз в год была нормальной. — О, я пытался. Но это как просить гиппогрифа спеть колыбельную, — философски отозвался Сириус. — Я нормальная... в своих пределах, — гордо сказала Лира. — Просто эти пределы не всем по зубам.

***

Поздний вечер, перед боем курантов. Гостиная дома сияла. Ёлка — высокая, густая, усыпанная настоящими и магическими игрушками, пела рождественскую песню каждый раз, когда кто-то к ней подходил. Потолок отражал имитацию звёздного неба, и каждую минуту на нём вспыхивала новая комета. Камин потрескивал, а в кресле перед ним дремала Эмма, укутанная в плед и обнимающая плюшевого гиппогрифа. Лили разливала тыквенный сок, Марлин с осторожной гордостью смотрела, как Сириус оживлённо спорит с Джеймсом, а Лира и Гарри сидели на полу, сортируя волшебные хлопушки по цвету. — Ты точно хочешь использовать зелёную? — спросил Гарри, щурясь. — Она в прошлом году выпустила змею. — Это был бонус, а не дефект, — спокойно ответила Лира. — В этом году, если повезёт, там будет пудель. — Магический? — Или просто очень пушистый. Узнаем позже. — С тобой всегда "узнаём позже", — вздохнул Гарри. — Иногда — слишком поздно. — А вот и первый симптом скучного взросления, Поттер. Ты стал предусмотрительным. — Лучше быть живым и скучным, чем искалеченными и весёлым. — Хм. Неплохой девиз для нашей семейной эмблемы. Они переглянулись, и, несмотря на подколы, улыбки их были настоящими. Гарри слегка подтолкнул Лиру плечом, она тут же ответила — но чуть мягче, чем обычно. Привычная пикировка, но в ней было тепло: их собственный язык привязанности.

***

Полночь Когда часы начали бить двенадцать, все встали. Сириус поднял бокал, а Эмма, проснувшись, уцепилась за руку Лиры. — Сейчас будет волшебство? — прошептала она. — Да, малыш. Самое настоящее. На последнем ударе хлопушки выстрелили разноцветными звёздами, конфетти разлетелось по всей комнате, и в воздухе появилась большая мерцающая надпись: "С Новым Годом, семья!" Лили и Джеймс обнялись, Марлин поцеловала Сириуса в щеку, а Лира и Гарри... столкнулись лбами, пытаясь одновременно обнять Эмму. — Ай! — в унисон. — Ты мне бровь сдвинул! — возмутилась Лира. — А ты мне нос задела! — буркнул Гарри. — Зато теперь у нас будет синхронный шрам на Новый год. — Может, и к дате привяжем? — Как тебе: «1 января. День лба и носа»? — Гениально. У тебя всегда идеи от мира сего. Они засмеялись — и пусть шум был, и блёстки в волосах, и крики Сириуса, гоняющегося за летающими хлопушками — но всё казалось идеально.