На мосту

      От пара в ванной запотели все стеклянные поверхности: зеркала, дверцы шкафчиков, стенки душевой кабины. Тишину нарушал лишь подтекающий кран. Монотонно и размеренно — кап… кап… кап… — падали капли в раковину. Из‑за плотно задёрнутой шторки проступали клубы влажного тумана.       В дверь негромко постучали.       — Сона, ты там утонула? — донёсся женский голос, чуть хрипловатый, будто после долгого молчания.       Ответа не последовало.       — Я вхожу, — предупредила гостья.       За шторкой послышалось торопливое копошение, но дверь распахнулась ровно в тот момент, когда прозвучало предупреждение.       — Так‑таки не утонула, — констатировала вошедшая с ноткой иронии.       В помещение шагнула девушка с выбеленными волосами и резкими, почти хищными чертами лица. Движения её были отточены, как у опытного бойца, ни одного лишнего жеста. Она уже протянула руку, чтобы отдёрнуть шторку, когда Сона поспешно воскликнула:       — Подожди!       — Почему не отвечала? Мне бы не пришлось заходить, — бросила девушка.       — Ты серьёзно думаешь, что я стала бы накладывать на себя руки, когда в квартире есть другие люди? — Сона невесело усмехнулась. — Мне всегда казалось, что суицид дело одинокое.       — Не обязательно суицид, — пожала плечами гостья. — Могла уснуть и захлебнуться. Да и… почему ты вообще сразу об этом заговорила?       — Просто предположила, что именно это ты и имеешь в виду, — Сона прищурилась. — Или ты, может, сожалеешь, что я не утонула?       Сона горько рассмеялась, и звук этот получился каким‑то ломким, словно треснувшее стекло.       — В любом случае я бы тебя откачала, — сказала Яся, но взгляд её оставался внимательным и цепким. — Слишком мало времени прошло с момента твоего предполагаемого суицида.       — О! Значит, моя жизнь в безопасности, — ответила девушка.       — Почему ты так долго тут сидишь? — спросила гостья, протягивая руку за шторку. Забрав у Соны электронную сигарету, Яся присела на крышку унитаза и глубоко затянулась, выпуская дым в запотевший воздух ванной.       — Я думала, в маленьких замкнутых пространствах это делается лучше, — Сона кивнула на сигарету. — Как будто мысли собираются в кучу, концентрируются.       — Ммм… И что же было предметом твоих размышлений? — Яся прищурилась, изучающе глядя на подругу.       — Чимин, — коротко ответила Сона.       — А что с ним? — насторожилась Яся.       — Я и сама не знаю, — Сона вздохнула, обхватив колени руками. — Всё очень странно. Я всё жду, когда он скажет мне об этом, но проходит время и ничего не происходит.       — В смысле?! — Яся вскинула брови. — Он же ночует у тебя, практически живёт здесь.       — Мы просто спим вместе на одной кровати, едим, смотрим фильмы, — тихо произнесла Сона. — И всё.       — Разве такое возможно? — недоверчиво переспросила Яся.       — Тебе ли об этом говорить? — Сона подняла глаза. — Ты жила у Юнги неделю и хочешь сказать, вы не занимались сексом?       — Мы не занимались сексом и спали в разных комнатах, — твёрдо ответила Яся, стряхнув пепел. — Почему все вокруг думают, что я обязательно должна была с ним спать?       — А вот теперь ты мне расскажи, как такое возможно, — Сона подалась вперёд. — Он же расстался со своей девушкой. Хочешь сказать, твоё проживание и его расставание никак не связаны?       — Нет, — Яся покачала головой. — У меня были осложнения из‑за сотрясения, рёбра долго заживали, а он… Видимо, очень любит пускать к себе жить всех сирых и убогих.       — Не говори так о себе, — строго оборвала её Сона. — В жизни не поверю, что он заботился о тебе из жалости. Я до сих пор не была дома у Чимина. Ни разу.       — А вы хотя бы целовались с ним? — Яся сделала глубокую затяжку, выпуская дым кольцами.       — Да, — Сона задумалась. — За всё время раза три, наверное. Иногда он обнимает меня.       — Ну так я с Минов даже за руку не держалась, — вздохнула Яся.       — Дело даже не в этом, — Сона отвернулась к стене, разглядывая капли конденсата на стекле. — Понимаешь, у меня нет цели переспать с ним. Дело в другом. Иногда я думаю, что наши отношения развиваются, мы куда‑то движемся, а в какой‑то момент понимаю, что ничего не происходит. Всё было лишь моим искажённым восприятием.       — Понимаю, — тихо сказала Яся. — Наверное, понимаю.       — Были моменты, когда я отчётливо вижу, что небезразлична ему, — продолжила Сона. — А потом он неделю не пишет, но я наблюдаю, как он отвечает фанатам, флиртует с ними… Ты часто переписываешься с Юнги?       — Нет, мы просто иногда видимся, в основном вечером, — ответила Яся. — Послушай, я уверена, что Юнги тоже так делает. Я имею в виду, флиртует в интернете.       — Нет, он так не делает, — Сона покачала головой. За шторкой раздался звук плеска воды. — Боже, — она закрыла лицо руками, — я превращаюсь в какого‑то сталкера…       — Вот чёрт, — Яся покачала головой. — Думаю, тебе на время стоит перестать так активно вникать во всё это. Ты сойдёшь с ума.       — Легко сказать… — Сона вздохнула, проводя рукой по влажному краю ванны. — Мне кажется, я влюбилась. От всей этой неопределённости мне невыносимо. Я одновременно хочу быть рядом с ним и бежать от него.       — Ну, тебе не кажется. Ты влюбилась, — уверенно подтвердила Яся.       — Замечательно, и что теперь делать? — горько усмехнулась Сона.       — Я не знаю, — Яся пожала плечами. — Найди ещё одну работу, забудься в делах или сгори на ней дотла.       — Господи, Яся, — Сона подняла на подругу изумлённый взгляд. — Ты вообще как медиком стала? Разве можно давать такие советы страдающим людям?       — Я специалист по физической боли, — невозмутимо ответила Яся. — Душевные страдания в мою компетенцию не входят.       — Но в целом ты права, — после короткой паузы признала Сона. — Всё это глупости, и я ничего не могу с этим сделать. Если я найду ещё работу, то, по крайней мере, когда он вздумает прийти переночевать, я буду занята или слишком уставшей.       — Отлично! — Яся хлопнула в ладоши. — Это решение взрослого человека. Не решить проблему, а найти способ элегантно от неё уклониться.       Сона заливисто рассмеялась, и звук этот прозвучал неожиданно легко, почти беззаботно.       — Давай уже вылезай отсюда, — Яся встала и потянулась. — Иначе превратишься в изюм и будешь выглядеть старше своих лет.       — Хорошо, — Сона кивнула. — Может, выпьем сейчас? Время вроде подходящее.       — Сейчас обед, но кто я такая, чтобы отказываться? — Яся подмигнула.       — Мне нужно пара минут, и я выйду.       — Ага, — уже из‑за двери отозвалась Яся, и её голос прозвучал гулко, отдаваясь эхом от кафельных стен.       Сона раскрыла шторку, как только дверь в ванной тихо щёлкнула, закрываясь за Ясей. В воздухе ещё витал лёгкий запах сигаретного дыма, смешиваясь с паром и влажностью.       «Найти новую работу и просто перестать с ним пересекаться в этой квартире… — мысленно повторила она. — Звучит как отличный план».       Она задумчиво провела рукой по запотевшему зеркалу, стирая влагу. Возможно, вернуться работать в бар? Пара ночных смен в неделю и она будет реже сталкиваться с Чимином. Меньше этих неловких встреч и меньше мгновений, когда сердце замирает, а потом бешено колотится.       Обтираясь выцветшим от постоянных стирок полотенцем, Сона всерьёз принялась взвешивать варианты. В глубине души она, конечно, понимала, что всё это лишь способ убежать. На самом деле всё, что нужно, просто сказать ему, чтобы больше не приходил. Чётко и ясно.       Но каждый раз, когда они встречались… Когда он нежно обнимал её, утыкался носом в изгиб шеи, шептал что‑то тихое и тёплое, ноги становились ватными. Хотелось остановить мгновение, забыть обо всех сомнениях, о тревогах, о том, что между ними нет ясности. В такие минуты мир сужался до его прикосновений, до запаха его кожи, до ощущения его дыхания на своей шее. Нет никакой возможности устоять.       Размышляя обо всём этом, она закончила обтираться и натянула одежду, простую футболку и шорты.       Выйдя в гостиную, объединённую с кухней, Сона замерла на мгновение. Яся уже успела достать бутылку виски, расставить стаканы и разложить лёгкие закуски на столе сыр, оливки, несколько ломтиков тёмного хлеба.       — Ты не теряла времени даром, — улыбнулась Сона, подходя ближе.       — Меня не нужно просить дважды, — Яся улыбнулась, разливая янтарную жидкость по стаканам. — К тому же, какой разговор о неразделённой любви без алкоголя?       — Не неразделённой, — тихо поправила Сона, усаживаясь напротив. — Просто запутанной. Очень запутанной.       Яся подняла стакан, глядя на подругу с лёгкой, понимающей улыбкой:       — За запутанность. Пусть она когда‑нибудь распутается. Или хотя бы станет чуть менее мучительной.       Сона и Яся сдружились как‑то сразу, просто посмотрев друг на друга и перекинувшись парой фраз, они поняли, что очень похожи. У Яси был цепкий, пронзительный взгляд, казалось, она видит людей насквозь. И то, что Сона увязла во всей этой истории с Чимином, она уловила мгновенно, но никогда не лезла с нравоучениями. Между ними была разница в возрасте, восемь лет, но совершенно этого не ощущалось. Они были на одной волне.       Сона села за стол, подогнув ногу под себя. Яся уже разлила виски по стаканам.       — Алкоголя не так уж и много, а вечер обещает быть долгим, — заметила Сона, наблюдая, как свет от лампы играет бликами в стакане.       — Мы можем потом пойти в бар, — предложила Яся, поставив бутылку на стол.       — Не то чтобы я настаивала, но хотела прояснить ситуацию, — усмехнулась Сона.       Они обе рассмеялись, легко, почти беззаботно.       — Ну давай рассказывай, — сказала сквозь смех Яся. — Я примерно знаю историю твоих страданий, но вдруг я что‑то упустила. Да и тебе лучше будет выговориться.       — Ты такая прелесть, — Сона склонила голову набок. — Я понимаю, почему Юнги на тебя запал.       — Да не запал он, — Яся махнула рукой. — Закрыли эту тему. В отличие от тебя, я не терзаюсь из‑за него.       — Угу, — Сона улыбнулась уголком рта.       — Ну же, начинай, — поторопила Яся, пододвигая к ней стакан.       — Рассказывать‑то особо нечего, — вздохнула Сона, крутя стакан в руках.       — Как вообще произошло, что вы начали общаться? В агентстве познакомились? — Яся откинулась на спинку стула, внимательно глядя на подругу.       — Нет, до этого. Когда я пришла туда, я даже не знала, что общаюсь с Чимином.       — Как это? — брови Яси удивлённо приподнялись. — А, это уже интереснее.       — Мы встретились на мосту Ч***, — начала Сона, глядя в окно. — Я пошла прогуляться, а он подошёл познакомиться. Я сначала думала, что это какой‑то сумасшедший сталкер. Первое время мы встречались там, потом обменялись контактами. Переписывались в сети, он даже забирал меня из бара. Тогда мы впервые поцеловались.       — Одну минуточку, — Яся подняла руку. — А как ты могла не знать, что это он?       — Он всё время ходил в маске, — просто ответила Сона.       — В смысле? — Яся подалась вперёд.       — Был всё время в маске. Говорил, что не может пока сказать своё настоящее имя и показать лицо.       — Хм… — Яся задумчиво постучала пальцами по столу.       — Я знаю, со стороны это кажется очень странным, — поспешила добавить Сона.       — Не то слово, — хмыкнула Яся. — Подожди, ты реально его не узнала? Ты же всё время подрабатываешь в агентствах.       — Понимаешь, — Сона вздохнула, — на моём уровне BTS это что‑то из разряда «со мной никогда не произойдёт». Я в основном подрабатывала на подтанцовке в группах, у которых только произошёл дебют. Естественно, я знала, что существует айдол по имени Пак Чимин. Но то, что это парень с моста, который ходит со мной на свидания и пишет в мессенджерах, представить не могла. Это не возможно.       Она замолчала, глядя, как жидкость стекает по стенке бокала. Яся молчала тоже, обдумывая услышанное. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене.       — М‑да, и вот это оказалось реальностью, — задумчиво протянула Яся, покрутив в руках стакан.       — Но когда я уже узнала, кто он, мы много общались и даже целовались, — продолжила Сона. — Так что особо это ничего не поменяло. В его агентство я прошла сама, не просила помочь. Всё открылось намного позже.       — Сказочная история, — хмыкнула Яся, слегка покачав головой.       — Да, — Сона вздохнула. — А потом он стал приходить в гости. Мы не можем никуда ходить вместе, а встречаться на мосту стало холодно. Так и получилось, что он после тура приезжал ко мне. А как‑то раз мы просто уснули, пока смотрели фильм.       — И что, он ни разу не пытался… — Яся замялась, подбирая слова, — даже не знаю, как это сказать помягче… ну, проявить больше инициативы?       — Господи, твоя чуткость меня поражает, — Сона невесело усмехнулась. — Нет, не пытался. Мы просто обнимались, иногда целовались и всё. У всего этого был какой‑то платонический подтекст. Короче, я не чувствовала себя куском мяса, ну знаешь, как это бывает с парнями обычно.       — Не знаю, — Яся пожала плечами. — Чушь всё это. Ты вообще с кем общалась до этого?       — С обычными парнями, — Сона поджала губы. — Так или иначе каждый из них хочет залезть тебе в трусы, и вопрос только в том, сколько усилий он готов для этого приложить.       — Судя по твоей логике, Чимин приложил много усилий, — заметила Яся.       — Слишком много, — Сона провела рукой по волосам. — Я вообще первый раз с таким сталкиваюсь. Мало того что он почти полгода встречался со мной на мосту, так теперь уже полгода ходит ко мне в гости. Готовит еду, я даже как‑то заметила, что он убрался. Мы смотрим кино, общаемся, выпиваем, иногда целуемся и даже спим на одной кровати. А потом я замечаю в сети, что, оказывается, красавчик Чимин был на каком‑то мероприятии, и фанаты делают нарезки, как он строил глазки кому‑то. Или он ходил с кем‑то гулять на набережную, а в это время я точно была дома. И что всё это значит?       — Ну, похоже на то, что вы в отношениях, — пожала плечами Яся.       — Ни хрена это не похоже, — Сона резко поставила стакан на стол. — Понимаешь, когда люди в отношениях, они проводят время вместе, имеют общий досуг, знают людей из окружения друг друга. Я знаю Чонгука только потому, что каким‑то образом с ним знаком брат Хэсу.       — О! — Яся приподняла брови. — Я видела их вместе. Поверь мне они знакомы очень близко.       — Да ну?! — Сона широко раскрыла глаза. — Серьёзно? Я даже не знала, а ведь мы подруги.       Бутылка почти опустела, разговоры стали более откровенными, а выражения менее цензурными.       — Они меня не видели, — пояснила Яся. — Вернее, думали, что их никто не видит. Я так поняла, что никто не знает об их близких взаимодействиях.       — Это так не похоже на Хэсу, — нахмурилась Сона. — Она же вообще не выносит чужих людей. Я ни разу не видела, чтобы они обменялись парой слов.       — Получается никто не в курве, кроме нас, — Яся засмеялась над собственной шуткой, хотя смех получился немного натянутым.       Сона сморщила нос и отвернулась к окну, разглядывая огни города за стеклом.       — Мне кажется, он специально так делает, — тихо сказала она. — Чтобы я думала, что у нас что‑то есть, хотя на самом деле ничего нет.       — И зачем ему это? — Яся откинулась на спинку стула. — Обычно тайно встречаться, а людям показывать, что между вами ничего нет. Хэсу с Чонгуком отлично с этим справляются.       — Так! — Сона резко встала. — Алкоголь закончился. Предлагаю пройти в какое‑нибудь увеселительное заведение и продолжить обмен сплетнями там.       — Поддерживаю, — кивнула Яся.       Девушки, уже слегка пошатываясь, встали из‑за стола и начали собираться. Сона надела куртку, взяла ключи и кошелёк, оглянулась в поисках телефона, тот остался лежать на диване, а обувь она уже надела.       — Не будешь брать телефон? — проследив за её взглядом, спросила Яся.       — Нет, — Сона махнула рукой. — Все равно! Даже если он позвонит и что с того? Я всё брошу и побегу домой? Точно нет. Пусть ждёт, если захочет.       — Да ты совсем не безнадёжна, — Яся подмигнула. — Всё, погнали!       Они вышли из подъезда и, весело рассуждая о тяготах жизни, направились в бар. Пили они долго и основательно, как будто завтрашнего дня не будет. У Соны было неоспоримое первенство в устойчивости к алкоголю, но кажется, сегодня у неё появилась достойная соперница в лице Яси.       Возвращались они на такси, хотя от дома до бара было пешком не более пятнадцати минут. Сона бы с лёгкостью преодолела этот путь, но Яся, будучи менее пьяной, здраво рассудила, что в таком состоянии идти пешком небезопасно.       Такси подъехало к подъезду и остановилось.       — Ты точно сможешь подняться сама? Может, мне проводить тебя? — спросила Яся, слегка наклонившись к подруге.       — Да, конечно! Всего два этажа! — Сона махнула рукой, чуть не потеряв равновесие.       — Я позвоню через десять минут, ты должна мне ответить, — строго добавила Яся.       — Хорошо, мамочка, — хихикнула Сона.       Они засмеялись, и Сона практически вывалилась из такси.       На свой этаж Сона поднялась без происшествий, но с кодом замка справилась не с первого раза. Цифры перед глазами расплывались, прыгали, отказывались складываться в нужную комбинацию. Наконец, одолев упрямый механизм, она услышала победную мелодию и характерный щелчок отщёлкивающегося замка. Сона ввалилась в прихожую.       В квартире горел свет, а из гостиной доносились приглушённые звуки включённого телевизора. Даже в состоянии полного алкогольного опьянения Сона отчётливо помнила, что перед уходом она всё выключила. Пока она пыталась сообразить, как такое могло произойти, из‑за спинки дивана медленно поднялась голова. Молодой человек, явно дремавший до этого момента, резко выпрямился, грохот входной двери вырвал его из сна. Он моргнул, привыкая к свету, и уставился на Сону широко раскрытыми глазами.       — Чимин?.. — выдохнула она, пошатнувшись и ухватившись за косяк двери.       Тот молча кивнул, провёл рукой по взъерошенным волосам. В комнате повисло напряжённое молчание.       — Привет, Сона. Где ты была? Я звонил, но ты телефон оставила на диване, — Чимин поднялся с дивана, глядя на неё с лёгким беспокойством.       Пока он всё это произносил, телефон, уже лежащий на столе, завибрировал. Сона долго смотрела на него, не отрывая глаз, словно пытаясь понять, что это за странный объект перед ней.       — Сона, телефон звонит, — мягко напомнил Чимин.       — Ага, — пробормотала она и, шатаясь, подошла к столу. Подняла трубку и ответила:       — Алло?… Да, я дома. Всё в порядке, я только попасть по цифрам не могла… Ага, он здесь, пока.       Весь разговор шёл на другом языке, Чимин невольно поморщился от незнакомой речи, пытаясь уловить хоть какой‑то смысл в интонациях. Сона положила телефон, медленно стянула куртку и бросила её на спинку стула, та соскользнула на пол, но девушка этого не заметила.       — Сона, ты ответишь мне? — повторил Чимин, делая шаг к ней.       — Да, привет, Чимин. Я была в баре с Ясей, а телефон, наверное, забыла, — она подняла на него мутный взгляд, пытаясь сфокусироваться.       — Я и забыл, что Яся говорит на твоём языке, — кивнул Чимин.       — Она просто знает язык, — машинально поправила Сона. И зачем я оправдываюсь? — мелькнуло в голове. Язык заплетался, говорить по‑корейски было тяжело, слова путались, словно ватные комочки во рту.       Чимин опять сел на диван и пристально смотрел на девушку, не совсем понимая, что происходит. В его взгляде читалась смесь беспокойства и недоумения.       — Я хочу спать, полежи со мной, — вдруг сказала Сона, и в её голосе прозвучала такая детская просьба, что Чимин невольно смягчился.       — Хорошо. Тебе нужно помочь? — встав, он сделал шаг к ней, готовый поддержать, если она вдруг потеряет равновесие.       — Нет, я сейчас переоденусь, — Сона развернулась и направилась в комнату, чуть не зацепившись за край ковра.       Она долго искала пижаму среди вещей в шкафу, со второй попытки всё‑таки стянула с себя уличные вещи и надела домашнее. Победно открыв дверь, она почти прокричала:       — Я готова, пошли спать!       — Не кричи, я слышу тебя, — Чимин улыбнулся, уже будучи в домашней одежде. Остаться на ночь, видимо, входило в его планы.       Домашняя одежда у него появилась в доме Соны почти сразу же. Это была пижама, которую девушка покупала своему брату в подарок, но тот так и не приехал её навестить. Брат был крупнее Чимина, поэтому вещь сидела свободно, периодически оголяя ключицы и скатываясь с плеча. Выглядело это крайне соблазнительно, и Сона тайком засмотрелась на него, тут же отводя взгляд, чтобы он не заметил.       Чимин выключил телевизор и свет в гостиной. Когда он зашёл в комнату, Сона уже лежала на кровати, укрывшись одеялом по уши. В квартире стояла полная тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием. Парень тихонько проскользнул в комнату и забрался под одеяло.       Девушка лежала на боку, и Чимин осторожно просунул руку ей под голову, обнял за плечи, а второй рукой накрыл талию над одеялом. Слишком близко он не прижимался, но тепло от его тела чувствовалось сразу же успокаивающее, почти убаюкивающее.       Сона заёрзала, устраиваясь поудобнее, и невольно придвинулась чуть ближе.       — Сона, тебе плохо? — прошептал парень над ухом, щекоча кожу дыханием. Мурашки пробежали до самого основания позвоночника девушки.       — Чимин‑а, я не буду блевать, — съязвила она, но в голосе уже не было прежней резкости, только усталость и лёгкая уязвимость.       Чимин тихо засмеялся и уткнулся носом в её затылок, вдыхая запах её волос.       Её раздирали противоречия, от которых хотелось выть. Раньше он хотя бы спрашивал, когда обнимал, а теперь делает это не задумываясь. Он издевается надо мной? — мелькнула горькая мысль. Но в объятиях Чимина было так уютно, так тепло и безопасно, что сопротивляться этому притяжению становилось всё труднее.       Последнее, о чём она подумала перед тем, как провалиться в сон, было: это нужно прекращать… Всё становится невыносимым. Но тело, расслабленное теплом и близостью, уже не слушалось разума, сон накрыл её, как мягкое одеяло, унося прочь от тревог и сомнений.       Сона проснулась от пульсирующей головной боли, сколько она выпила за прошлый вечер, знала, наверное, только Яся. Во рту было так, будто там умер целый прайд кошек, к горлу подкатывала лёгкая тошнота.       В постели она уже была одна. Мелькнула даже мысль, а не приснилось ли ей, что они засыпали вместе? Но запах еды, доносившийся с кухни, говорил однозначно, дома она не одна, а значит, спали они точно вместе.       Раскинувшись на кровати, Сона ещё полежала минут пять, надеясь снова уснуть, но голова гудела нещадно, словно в ней завели свой ритм тысячи маленьких молоточков. Нужно было срочно что‑то предпринять. В памяти всплыла полузабытая фраза: «Лечить подобное подобным» — кажется, даже в классической литературе такое предлагали.       Разлепив глаза, она поднялась только усилием воли, чувствуя, как мир покачивается вокруг. На кухне вовсю орудовал Чимин.       — Сона, ты проснулась. Как спалось? — его голос звучал необычайно бодро и весело. Что вообще могло его так радовать в это утро?       Сона посмотрела на него воспалёнными глазами. Как же он был красив, по‑прежнему в пижаме её брата, которая от каждого движения скатывалась с плеча и оголяла часть груди. Ткань сидела свободно, подчёркивая стройность фигуры, и Сона невольно засмотрелась, на мгновение забыв обо всех своих страданиях.       — Сона? — Чимин слегка наклонил голову, пытаясь поймать её взгляд.       — А? Да, нормально всё, — она моргнула, возвращаясь в реальность.       — Как себя чувствуешь? — в его голосе звучало искреннее беспокойство.       — Плохо, — честно призналась Сона, потирая виски.       — Может, тебе поесть? Я приготовил блинчики, — Чимин указал на тарелку с золотистыми кругляшами, источающими аромат ванили.       — Нет, я сейчас не могу есть, — она поморщилась. — В холодильнике вроде было пиво?       — Ты уверена, что это хорошее решение? — Чимин приподнял бровь, явно сомневаясь.       — Да. Ты когда‑нибудь похмелялся? Отлично помогает, главное не переборщить, а то опьянеешь снова, — Сона встала и прошла к холодильнику.       Слава богам, там оказалась банка пива. Взяв её, она вернулась за стол, открыла и сделала пару глотков. Холодная жидкость скользнула по пересохшему горлу, и почти сразу стало легче, будто кто‑то убавил громкость в голове.       — Просто удивительно, — Чимин смотрел на неё непонимающим взглядом, скрещивая руки на груди. — Никогда не слышал, чтобы от похмелья пили алкоголь.       — Я серьёзно, тебе говорю, это помогает, — Сона пожала плечами. — Главное мера.       Закурив электронную сигарету, она почувствовала себя ещё лучше, напряжение в висках ослабло, а тошнота отступила. Даже блинчики перестали казаться чем‑то противоестественным. Сона взяла один, откусила и удивлённо подняла брови — вкусно.       — Надо же, — пробормотала она с набитым ртом. — А я думала, меня вывернет от одного запаха.       Чимин усмехнулся, наблюдая за ней.       — Видишь? Иногда старые методы работают, — Сона доела блинчик, отставила тарелку и потянулась. — Я в душ.       Она встала из‑за стола, чувствуя, что мир уже не качается так сильно, а головная боль отступает, уступая место лёгкой ясности. Чимин остался на кухне, она заметила, как он смотрит ей вслед, и на мгновение ей показалось, что в его взгляде мелькнуло что‑то большее, чем просто забота. Но она тут же отогнала эту мысль, сейчас главное смыть с себя остатки вчерашнего вечера.       Уже более бодрой походкой Сона прошла в ванную. Посмотрев на себя в зеркало, она поняла весь масштаб трагедии. Из зеркала на неё смотрела девушка неопределённого возраста с серым лицом, вчера она забыла умыться. Косметика осыпалась, тени размазались под глазами, помада кусками впиталась за край контура. Волосы спутались, с боку даже образовался колтун, а завершала образ замятина на щеке от подушки.       — Боже, — простонала Сона и склонилась над раковиной. — Бедного парня к такому нужно готовить годами.       Нужно отметить, что от природы Сона была красивой девушкой. У нее было круглое личико с чуть заострённым подбородком, светло‑коричневые миндалевидные глаза, обрамлённые тёмными ресницами и чёткими бровями. Венцом этого творения были длинные белые волосы. Не находя в себе сил больше разглядывать себя, девушка включила душ, сняла одежду и залезла в ванну.       Стоя под струёй тёплой воды, она размышляла о том, как выглядела со стороны. Ппомятая, с колтуном вместо причёски, с осыпавшейся косметикой, да ещё и, скорее всего, с запахом перегара.       «Просто божественное создание, — горько подумала она. — Сидела перед Чимином, пила с утра пиво и курила…». Девушка застонала в голос. Ну как после этого она может надеяться, что он предложит ей быть вместе и они уйдут в закат, взявшись за руки?       Думая об этом, она закончила водные процедуры, надела пижаму, в которой спала, отжала волосы полотенцем и снова посмотрела на себя в зеркало. На лице появился румянец, влажные волосы волнами спадали с плеч. Решив, что теперь выглядит более‑менее терпимо и может предстать перед парнем, Сона вышла в гостиную.       Чимин уже мыл посуду, которую использовал для приготовления завтрака. Он оглянулся и очень нежно улыбнулся ей. Сона опять невольно засмотрелась.       — Я думала, ты сбежал, — пробубнила она.       — Почему? Ты хочешь, чтобы я ушёл? — парень замер на месте, не домыв тарелку.       — Я по утрам, после пьянки, зрелище не для слабонервных, — Сона отвела глаза. Ей было стыдно. Наверняка его окружают прекрасные нимфы, которые в любое время суток выглядят божественно. Она же чувствовала себя неряхой и чуть ли не алкоголичкой. Кто ещё может пить с утра?       — Вовсе нет, ты милашка, — Чимин снова улыбнулся, и его глаза сузились в две весёлые щёлочки.       — Ну да, ты просто очень вежливый, — буркнула Сона.       Она прошла в гостиную и плюхнулась на диван, уставившись в одну точку. В голове не было ни одной связной мысли. Чимин закончил мыть посуду и сел рядом.       — Какие у тебя планы? — спросил он.       — Выжить, — невесело улыбнулась Сона.       — Хочешь, поваляемся здесь? Можно какой‑нибудь сериал посмотреть.       «И почему он так чертовски мил? Устоять просто невозможно. Конечно, влюбишься в такого парня…» — пронеслось у неё в голове.       — Угу, включай что хочешь, — кивнула она.       — Я давно хотел посмотреть этот сериал, — Чимин принёс одеяло из спальни, укрыл девушку и сам забрался под него.       Они сидели на разных концах дивана, но укрывались одним одеялом, хоть он и был небольшим, полноценно укрыться оба не могли. Сона заметила, что ноги Чимина остались не прикрыты, и стала предлагать ему часть покрывала, но при этом невольно раскрывала себя. Парень это заметил.       — Сона, подвинься поближе, — мягко сказал он.       Девушка послушно пересела, а Чимин ухватил её за талию, укутал в одеяло и усадил к себе на колени, укрыв их обоих краями.       — Чимин, у меня мокрые волосы, твоя одежда промокнет, — обеспокоенно сказала Сона.       — Ничего страшного. Тебе удобно?       — Да, — тихо ответила она.       Сона положила голову на его плечо, вдыхая знакомый запах его тела и наслаждаясь теплом, исходящим от него. От ровного стука сердца, тепла и монотонной речи с экрана телевизора её начинало клонить в сон. Чимин еле ощутимо гладил её по спине. Постепенно напряжение покидало тело, тревоги отступали, и Сона снова провалилась в сон на этот раз спокойный и глубокий, без тревожных мыслей и сомнений.