Элдийская принцесса

Скрип ручки нарушал привычную тишину. Капитан Леви сидел у окна, склонившись устало над лежавшими перед ним бумагами. Очередное заполнение похоронки. Столько времени без смертей, и вот тебе ещё один удар судьбы под названием Саша Блауз. Если бы только Леви знал, что всё это был хитрый план Эрена. Если бы только мог представить, во что выльется их кража Зика. Хотя поздно жалеть о чём-то, когда последствия уже наступили. Положив ручку, Леви потёр устало виски, после чего взглянул в сторону спящей Ури. Она лежала у него на кровати, накрытая одеялом. Рыжие кудри разметались по подушке, подобно ручейкам крови. Красные лучи заката ползли по её почти белому лицу. Не удержавшись, капитан встал из-за стола и подошёл к ней. Провёл мозолистой ладонью по нежной щеке. Наклонился, чтобы поцеловать её в щёку. Ему так была необходима эта обычная ласка. Совершенно обычная, житейская ласка. Рейсс, ощутив его прикосновение, разлепила глаза. Потянулась к нему и крепко обняла, словно затягивая в свои сети. — Побудь со мной, — хрипло попросил он, утыкаясь носом в её ключицу. — Я так устал. Сегодня проходили похороны Саши. Капитану, как её начальнику, пришлось читать речь. Не то, чтобы он был против. Просто читать слова утешения перед могилой собственного солдата — не самое приятное задание. Его люди стояли в чёрных одеждах. Хмурые, заплаканные. Отец Саши, словно когда-то отец Петры, сидел у могилы дочери, держа в руках букет цветов. Как же сильно ненавидел Леви Эрена в тот момент. Как же сильно… — Тебе надо поспать. Она заставила его лечь рядом с ней. Впрочем, он и не возражал. Усталость и бессилие приковали его к кровати. Такой привычный к бессонным ночам капитан теперь чувствовал непомерную усталость. Была ли она вызвана моральным негодованием или большой загруженностью, связанной с заключением под стражу Эрена, он не знал. Возможно, всё вместе навалилось огромным комом. — Завтра собрание, — капитан нехотя, но поднялся с кровати, принявшись раздеваться. — Там и примут окончательное решение. Судя по всему, у твоей сестры что-то важное случилось. — Хотелось бы поговорить не с ней. — Ури потянулась, выгибая спину. — А то как вернулись во дворец, ни слуху ни духу от неё. Аккуратно положив одежду, капитан снова вернулся к ней в кровать. Крепко обнял, прижимая к своему телу. Уткнулся носом в её рыжие пряди. — Утром, дорогая, утром. — Шершавые ладони скользнули по талии. — На сегодня хватит. Аккерман уже почти уснул, когда в их дверь постучали. Злобно ругнувшись, Леви нехотя поднялся с кровати и, надев штаны, подошёл к двери. — Смит? Эрвин заинтересованно взглянул за спину капитана. Ури приветливо махнула ему рукой, прикрываясь одеялом. Об их отношениях с капитаном знали немногие. Лишние сплетни Аккерману были не нужны. — Чего хотел? — Леви нервно забарабанил пальцами по косяку. — Не знал, что тебя пригласили во дворец. — Это была личная встреча, Леви. Сейчас мне нужно поговорить с Ури. Аккерман нахмурился. — Не строй из себя ревнивого любовника, Леви, — Смит хмыкнул, затем дружелюбно похлопал товарища по плечу. — Это важно. — Ладно. Подожди. Леви закрыл дверь, давая возможность Ури переодеться. Девушка, откинув одеяло, встала с кровати, после чего накинула на плечи длинную тёплую кофту. Капитан же подошёл к столу, принявшись собирать документы в аккуратные стопки. Солнце уже совсем село, из-за чего комната погрузилась в холодный сумрак. Ури, стащив с тумбочки купленные для Смита книги, вышла, напоследок ещё раз взглянув на хмурого и усталого Леви. — Здравствуй, — Смит дружелюбно улыбнулся, когда Ури вышла к нему и закрыла за собой дверь. — И тебе доброго вечера, — девушка протянула книги. — Я принесла книг из Марлии. Как и обещала. — О! — глаза Эрвина заинтересованно засверкали. — Да, спасибо большое. Это действительно интересно. — Смит бережно сложил подарки в свою сумку. — У меня к тебе есть небольшая просьба. — Какая? — Ури приложилась спиной к двери. — Мне нужна помощь в школе, — признался он. — Хочу рассказать детям о Марлии. Но ты была там и сможешь детальнее обо всём рассказать. Сможешь? — Я только за! — воскликнула Ури. — А, извини, ты говорил с моей сестрой? — Эрвин кивнул. — Как она? — Думаю, завтра ты обо всём узнаешь, — мужчина коснулся её руки. — Но то, что ты услышишь, тебе явно не понравится. — Звучит многообещающе, Эрвин, — Ури потупила взгляд. — Понимаю, принцесса, — мужчина шутливо погладил её по голове, — но в нашем мире теперь всё довольно многообещающе.

***

Закклай был хмурым. Действительно хмурым. В глазах его читалось такое беспокойство, что всё внутри у девушки сжималось. Сестра сидела рядом с ним. Уставшая и немного опухшая. Она была закутана в розовый платок и смотрела на членов Совета стеклянными глазами. Казалось, что только Эрен выглядел уверенным во всём, что сейчас происходит. — С вашего позволения, королева Хистория, мы начнём. — Закклай поправил на столе бумаги. — Сегодня мы должны обсудить план действий с Марлией. Совет остановился на том, чтобы разбудить титанов Стены Мария и использовать их для устрашения других народов. — Но тогда нам придётся передавать титанов от одного человека к другому и до бесконечности! — возразила Ханджи. — Неужели нет другого выхода? — Если бы он был, мисс Ханджи, мы бы его давно нашли, — огрызнулся Найл. Остальные советники зашептались. — Силы Марлии намного превосходит наши, — Закклай сцепил руки в замок. — По информации, добытой разведкорпусом, они собираются уничтожить нас. Народы всего мира считают нас монстрами и переубедить их в этом будет невозможно. Пугать их — наш единственный более-менее нормальный план. — Но тогда мы действительно станем монстрами! — возразил Армин. — Разве нет возможности договориться? — Титаны много лет были нашими врагами, — Смит скрестил на груди руки. — Теперь же они служат нам защитой. Я понимаю тебя, Армин, но подумай о том, что люди, подверженные страху, не будут мыслить логически и мирно. Пока за нами такое оружие, как титаны, никто и слушать не станет наши речи о мире. К сожалению, избавить наш народ от проклятия мы не сможем, а в наш отказ от этой силы никто не поверит. Они боятся нас, а значит, нам надо использовать это для защиты. В любом случае, пара искалеченных жизней — ничто по сравнению с жизнями людей этого острова. Наши титаны — солдаты, что сами выбрали такой путь. Раньше для разведки умирать было делом привычным. Смит хоть и ушёл в отставку, всё равно участвовал в совете. Присвоенный ему титул дал возможность быть приближённым к королеве. Более того, Эрвин всё равно оставался важной фигурой, с чьим мнением считались. В этот же момент с ними была согласна большая половина собравшихся. Ури потупила глаза, размышляя над словами бывшего командующего. — Я согласен со Смитом, — Закклай взглянул на королеву. — Ваше Величество, вы согласны? — План Зика мне изначально не нравился, — ответила Хистория. — Почему наш народ должен погибнуть внутри стен, лишившись возможности иметь детей? Мы мечтали о свободе, а не о том, чтобы самоуничтожиться. — Значит, вы согласны с планом? — Я даю согласие на его исполнение. Наш народ достаточно страдал. Нам нужно время, чтобы решить все вопросы. «Но ведь тогда Хистории придётся съесть Зика, — с ужасом подумала Ури, сминая ткань платья и опуская взгляд. — Ей придётся передавать титана своим детям». — Есть возражения? — спросил Закклай. Все молчали. Хотелось бы пойти против, но другого реалистичного и хорошего плана у них не было. Против Элдии шёл весь мир, а титаны — единственное, что сдерживало их. Ури в надежде посмотрела на Ханджи, но та, поймав на себе её взгляд, лишь покачала головой. Принцесса царапнула ногтями кожу на коленках. — Но есть один важный нюанс, — Хистория положила ладонь на свой прикрытый живот. — Я беременна. И пока нахожусь в положении не могу обратиться в титана. Послышались возмущения. Ури, ошарашенная такой новостью, смотрела на сестру, не зная, радоваться ей этому или нет. С одной стороны, теперь сестра не станет есть Зика, но с другой — Марлия уже совсем скоро нападёт, и есть ли у них время ждать? — Но Марлия не станет ждать, пока наша королева родит! — возмутился кто-то из чиновников. — Мы должны защитить Парадиз! — У меня уже шестой месяц, — бледными губами объявила Хистория. — Я не дам убить своего ребёнка. «Шестой месяц?» — Ури и Микаса чуть ли не одновременно взглянули на совершенно спокойного Эрена. Они обе знали, что Эрен навещал Хисторию на ферме. Как раз примерно шесть месяцев назад. Более того, новость о беременности его нисколько не удивила. Он сам сказал Ури, что по возвращению на остров обстоятельства резко изменятся. Но в тот же миг и Эрвин Смит знал о положении королевы и даже не попытался изобразить удивление. «Если они обсуждали это, значит, собрание — лишь способ утвердить задумку. Решение следовать плану было выбрано намного раньше». — Но что тогда нам делать?! — возмутился Найл. — Эрвин, Ханджи, есть ли у нас время ждать? — Возможно, есть, — Ханджи кивнула, — но риск высок. — Я предлагаю, чтобы принцесса Элдии приняла на себя титана, — словно громом прозвучали слова Закклая. — Это возможно? — Возможно. — Эрен, всё ещё закованный в цепи, поднялся. — У принцессы Ури Рейсс больше нет силы огня, а значит, она сможет обратиться в титана. Девушка взглянула на Эрена. Поймала на себе его внимательный взгляд. «Видимо, такова судьба». Принцесса гордо встала с места. Разговор с Эреном крутился у неё в голове. Если такова её судьба, то и противиться ей больше смысла нет — рано или поздно она всё равно настигнет. Быть может, в роли очередной шестерёнки будет раскрыт смысл. Смысл её существования. Если так она сможет защитить свой дом, значит, так тому и быть. — Я согласна принять титана, — Ури уверенно взглянула в глаза Закклая. — Я возьму на себя эту роль. — Тогда нам придётся временно поменяться местами, — Хистория осторожно подошла к сестре. — Ты должна будешь временно занять место королевы, чтобы иметь возможность представлять страну, когда дело дойдёт до переговоров. Ури нервно улыбнулась. — Я понимаю, Хистория. — Значит, решено! — Закклай громко ударил по столу. — Мы коронуем принцессу Ури Рейсс, а затем скормим ей Зика Йегера. Припугнём их хорошенько и, когда власть будет в наших руках, начнём думать, что делать дальше. Согласен ли с решением совет? Хистория обняла сестру, незаметно прошептав ей на ухо: — Прости меня.

***

После совещания Эрена увели обратно в темницу. После случившегося ему никто не доверял. Более того, не оставалось никаких сомнений в том, что титан был на стороне брата. Ури осталась стоять у стены в коридоре, смотря на удаляющуюся спину Эрена. Ей очень хотелось поговорить с ними обо всём, но ноги будто одеревенели и не слушались её. Впрочем, как и собственный голос предал её, пропав. Она могла бы подойти к нему, попросить стражу остановиться и дать им возможность побеседовать, но сил на это просто не было. Так и стояла, смотря ему в след, не в силах пошевелиться. — Ури! — Леви подошёл к ней неожиданно. — Надо поговорить. Девушка вяло кивнула, последовав следом за капитаном. Аккерман вывел её в другой коридор, где на тот момент не было людей, и, приложившись спиной к стене, сердито взглянул на Ури. — Ты знала? Принцесса закусила губу, заметив плохо скрываемое раздражение на лице капитана. — Я не ожидала именно этого, — наконец, ответила она, отводя глаза. — Об этом тебе сказал Эрен, — голос капитана предательски охрип. — Вот почему он попросил вызвать именно тебя? Тогда, в Марлии. — Да, но он… — Ури. — Капитан отошёл от стены и подошёл к ней. Схватил за подбородок, заставив взглянуть в глаза. — Тогда, когда ты потеряла силу, точно ли это было по воле Эрена, а не по вашему плану? Принцесса вздрогнула от его слов. — Да, но на это были причины. Леви резко отпустил её. Гневно сжал и разжал кулаки, пытаясь взять эмоции под контроль. — Ты понимаешь, что Эрен это всё подстроил? Или ты с самого начала была согласна с его планом и знала о нём? — Нет, я… — А ведь неплохо получилось, верно? — Леви хмыкнул. — Ты не могла получить титана из-за силы Имир, а он успешно так её забрал, зная, что королева беременна. Как удобно вышло. И что, по-твоему, я должен после этого подумать? Есть ли ещё что-то, что ты скрываешь от меня? Может, Эрен решил обмануть нас и, когда сила будет передана тебе, вы встретитесь и исполните план Зика? Ури стало холодно. Стальные глаза капитана с холодом и непониманием смотрели на неё. Леви больше всего на свете уважал и ценил доверие, а сейчас та, которую он назвал своей, бесстыдно у него за спиной крутит интриги с преступником. — Это не так, — сухо ответила Ури, начиная раздражаться. — Я бы никогда не предала тебя или свой народ! Тогда Эрен показал мне пророчество, в котором я убиваю дорогих мне людей. Я не отдавала силу просто так! — А что, если пророчество было обманом? — Леви немного смягчился, заметив в её глазах слёзы. Ури на секунду замерла, обдумывая его слова. Возможно, раньше она бы и была уверена в том, что это не так, но сейчас, когда капитан сказал об этом, в душе начинали зарождаться сомнения. Эрен уже был не тем человеком, которого когда-то она знала. Он показал другую пугающую сторону, и эта сторона могла быть способна на многое. — Я не знаю! — прошептала она, думая о том, что ей срочно нужно поговорить с Эреном. — Леви, мне нужно идти. Капитан схватил её за запястье прежде, чем она сделала попытку уйти. — Тебе не нужно справляться со всем одной, — капитан подошёл к ней и обнял, прижимая к себе. — Я буду защищать тебя. Следить за тем, чтобы Зик и близко не подошёл. Убивать каждого, кто подойдёт к тебе на поле боя. От него пахло чаем и травами. А ещё мылом. Такой умиротворяющий аромат, что заставляет довериться. Она закрыла глаза. Обняла в ответ. — Только я и сама должна защищать себя, Леви, — ответила она. — Я должна повзрослеть. Капитан ничего не ответил. Лишь нежно поцеловал девушку в макушку, задумчиво смотря в окно, за которым шёл проливной дождь.

***

Эрен крепче схватился руками за края раковины. — Борись! Борись! Из зеркала на него смотрел уставший парень с синяками под глазами и взъерошенными волосами. В зелёных глазах не было ничего кроме ярости. Очередная капля холодной воды упала на дно раковины. В коридоре послышались шаги. — Эрен. Йегер повернул голову. Всмотрелся в знакомое лицо, что смотрело на него с грустью. Рыжие волосы убраны в тугую косу. Губы поджаты, будто вот-вот Ури заплачет. — Что ты тут делаешь? Принцесса достала из сумки, что висела у неё на плече, краюшку хлеба. Просунула её сквозь перила клетки, с надеждой смотря на Йегера. — Не думаю, что это единственная причина твоего прихода. Эрен вытер мокрые руки о спортивные штаны, после чего подошёл к перилам. Взял предложенный ему хлеб. Оторвал от него небольшой кусочек и положил в рот, внимательно всматриваясь в глаза Ури. «Неужели ты и правда думала, что меня можно задобрить едой? С Сашей спутала?» От мыслей о Саше стало больно, но Эрен не показал этого. Когда переходишь черту, надо оставлять прошлое далеко позади и больше не жалеть, не думать, не мучаться. Иначе просто не сможешь идти дальше. — Это всё было подстроено? Эрен, ты обманул меня? Ури подошла к клетке. Схватилась за прутья. Йегер отложил хлеб на край умывальника. Бросил на принцессу взгляд исподлобья. — Я думал, ты будешь благодарна мне. Рейсс сильнее сжала прутья клетки. Эрен не признал, но он и не отрицал. Если всё это и правда было его коварным планом, то что делать ей теперь? Она зря лишилась своего огня? Эрен теперь враг для неё? — Благодарна за что? — спросила она сорвавшимся голосом. — Теперь у тебя есть сила, — пожал он плечами. — Сила, которой ты хочешь воспользоваться для плана Зика. — Если бы я хотел этого, то мне нужен был сам Зик, а не ты. Девушка непонимающе посмотрела на него. В её взгляде так и читалось робкое: «Поясни» — Неужели ты правда думаешь, что план Зика мне нужен? — Эрен громко рассмеялся. Его смех в тёмных коридорах темницы звучал зловеще. — Единственное, чего я хочу, — это отмстить всем, кто заставил меня жить взаперти. В животе Ури завязался тугой узел. Стало трудно дышать. Паника постепенно подкрадывалась к её сердцу. — Но за морем есть и хорошие люди! — возразила она, бледнея. — Их просто учили тому, что мы враги. Но ведь всё можно исправить! Мы можем восстановить нашу репутацию. Зачем убивать невинных? Перед глазами проносились лица улыбающихся детей, играющих во дворах Марлии. Тех добрых женщин, что покрасили ей волосы, а потом ещё и потратили время на то, чтобы объяснить Ханджи, как работает краска. Марлия особо ничем не отличалась от Парадиза, разве что навыками и уровнем развития. Разрушить всё это казалось кощунственным и жестоким. Разве люди были виноваты в том, что их так растили? Конечно, это не значит, что теперь их нужно жалеть, но это так же и не значит того, что их нужно уничтожать. — Если мы уничтожим их, то действительно станем монстрами, — Ури попыталась произнести это решительным голосом, но получилось плохо. — Я решил, что уничтожу их, и слушать ничего от тебя больше не желаю, — Эрен скривился. — У тебя правда своя, у меня — своя, а что из этого истина, не тебе решать. Йегер сильно ударил руками по клетке, из-за чего та сотряслась. Ури зажмурилась от неожиданности. Ощутила прикосновение чужого дыхания к своему лицу. — Хочешь остановить меня? Борись! Ради этого тебе и дана будет сила титана. Сделай то, что не сможет сделать твоя сестра. Останови меня. Помоги им остановить разрушения. Ури открыла глаза и резко отпрыгнула от прутьев клетки. На неё смотрели грозные, переливающиеся ненавистью и злобой, зелёные глаза.

— Мы станем врагами, Ури. Мне больно говорить это, но скоро мы оба встретимся с богиней Имир, и тогда нам придётся столкнуться в битве.

— Как это понимать?

— Очень тебя прошу: не смалодушничай. Знаю, ты этого не просила, но и я не умолял отца передавать мне титана. Так вышло. Это вина обстоятельств. Такова наша судьба.

— Судьба, которая лишила меня семьи и нормальной жизни… Я поняла тебя, Эрен. Я доверюсь и очень надеюсь, что таким образом поступлю правильно.

Ури сглотнула нервный ком. Всё, наконец, встало на свои места. Единственное, что она действительно хотела узнать было: — Эрен, ребёнок Хистории… он твой? — Мой. Рейсс развернулась к нему спиной. Прикоснулась рукой к холодной стене, желая отдышаться и хоть немного успокоить сердце, что предательски сжималось. — Тебя не выпустят больше, — сухо пригрозила она, даже не пожелав обернуться. — Я расскажу обо всём, что ты мне сказал. — И думаешь, что это поможет? — Эрен снова усмехнулся. — Меня не удержать, в какую бы клетку вы меня ни посадили. — Тогда, как и обещала, я остановлю тебя сама! Ури резко развернулась к Эрену, сжимая ладонь в кулак. Когда-то её решимость помогла ей поднять кинжал, теперь же она поможет принять корону, а вместе с ней и свою судьбу. — Я дал тебе такую возможность, но ты правда думаешь, что народ сможет поверить нам? Нам, дьяволам, которых они ненавидели столько лет? — Эрен прищурился. — Я был наивен, думая, что могу ошибаться. Тем не менее, я оставил тебе право выбора. Можешь взять корону и управлять государством, как настоящая королева, заставив сопротивленцев пойти за тобой, и изгнать разведку, а можешь остановить меня, кинув свою мирную жизнь в огонь только для того, чтобы защитить тех, кто всегда будет ненавидеть тебя. Ури, не желая всё это выслушивать, пошла к выходу, даже не соизволив попрощаться. В спину ей было брошено напутствующее: — Выбор за тобой, будущая королева.