под защитой четвёртого

—Никто! Слышите?! Никто и никогда больше не тронет Зонтика без его согласия! Поняли меня?!–раздаётся по всей комнате громкий, злой и явно недовольный голос Феликса, который сейчас прижимал к себе валета треф. В ответ на эти крики все клоны слегка испуганно кивают и спешат удалиться из комнаты четвёртого. Кроме одного, самого печального и унылого клона. Зонтик сильнее прижимается к тёплому телу друга и громко всхлипывает. Это уже не первый раз, когда валет черв отчитывает своих братьев по колоде, а в частности пикового валета, за то, что они трогают этот маленький невинный голубой комочек. Всё бы ничего, да только это происходит почти каждый день. Каждый день жёлтоглазый орёт на всех, кто присутствует в доме, прижимая к своей груди голову пострадавшего. Многие даже не виноваты ни в чём. Например те же самые Куромаку, Данте, Ромео, которого волнуют только девушки и отношения с ними, а также Габриэль, который даже не додумался бы хоть пальцем тронуть шестого. Но Феликсу было плевать, он в ярости, когда снова слышит жалобы от Зонтика. —Всё хорошо.. Думаю, эту неделю ты проживёшь спокойно. Давно они так не были напуганы, хех,–вытирая слёзы с лица трефа большими пальцами, проговорил жёлтоволосый. На эти слова червовый получает только кивок и новые всхлипы. Всё тело Зонтика было покрыто синяками, заработанные благодаря Вару и частично благодаря Пику. Причём тут Пиковый король? В последнее время он часто срывается на всех, а под рукой оказывается голубоглазый. Не повезло же ему. Но Феликса поражало то, что шестой доверяет именно ему свои переживания. Ведь четвёртый всё время меняется в настроении. А Зонтик пугается из-за того, что из доброго валет черв становится злым. Но он уже привык к такому. —Хочешь чай? Покушать? Может обезболивающее? Наверное тебе очень больно..–как же он прав. Трефовому очень больно, как морально, так и физически. Если всё будет так продолжаться, то взгляд голубых глаз на себе уже не почувствует никто. А всё почему? Потому что обладатель этих же глаз сделает суицид. Он не выдержит такого отношения к себе. Он не выдержит физического, морального и сексуального насилия. И только лучик солнца в этой тьме продолжает вселять в него надежду, что всё будет хорошо. Этим лучиком солнца являлся, как ни странно, Феликс. —Ничего. Ничего не нужно.–слова, произнесённые с заиканием прерываются на очередные всхлипы.–только останься со мной. И четвёртый слушается своего друга. Он ни за что не уйдёт от него, если он скажет остаться. Он никогда не предаст его, не изобьёт, даже будучи в гневе. Он любит Зонтика, не как друга. И ради счастья своего любимого он готов на всё. Проходит некоторое время и трефовый успокаивается. Сегодня он будет ночевать с Феликсом. Они оба это понимают, ибо шестому будет страшно одному в комнате. А с самым добрым, по словам Зонтика, клоном ему будет спокойнее. Намного. И сейчас им уже ничего не важно. Они есть друг у друга и больше их ничего не волнует. Ни синяки на теле голубого, ни то, что недавно он снова подвергся физическому и сексуальному насилию. Это просто забывается на какое-то время, когда ты лежишь в обнимку с человеком, которому ты доверяешь и с которыми тебе комфортно. Они любят друг друга и скоро они узнают это. И больше с Зонтиком ничего не будет. Он будет под защитой Феликса. И он будет по-настоящему счастлив.