Внеклассное чтение

      «Каким бы большим и грозным ни был шкаф, на полках внутри могут быть мягкие игрушки». Так рассуждает Дима, ласково гладя Артура по голове, пока тот чуть ли не плачет.       В повседневной рабочей жизни Колесников выглядит вполне серьёзным. Если шутит на уроках, то в меру. Когда надо, может запросто включить страшное хладнокровие, легко отстоять свою позицию. Взрослый, умный, образованный и авторитетный дядька.       Двадцать минут назад Артур вернулся с работы после восьми отведённых уроков, разулся, снял куртку и вплыл в комнату в состоянии, похожем на предобморочное. Бросил на пол рюкзак с тремя стопками тетрадей на проверку и едва не взвыл. Дима сразу понятливо раскинул руки, приглашая в объятия.       А сейчас Артур лежит у Димы на груди, понемногу переставая сдерживать слёзы. Ничего страшного не случилось, у всех накапливаются негативные эмоции, а потом, рано или поздно, выплёскиваются. — Всё заебало, блять, — срывающимся низким голосом скрипит Колесников. — То пойди сделай, заполни, там замени. Премию ещё хуй дадут, сука. Машина эта сраная еле ездит, то на эс-тэ-о, то на заправке, только деньги выкачивает. Мать звонить доебала уже. Деньги на телефоне закончились, и весь телефон глючный стал. Спина ещё болит, блять, голова раскалывается. Как я хочу просто лечь дома на месяц и не вставать даже вообще. — Ну, солнце, потерпи до отпуска. Съездим куда-нибудь, — успокаивает его Дима, разминая задеревенелые мышцы Артуровой спины. — На какие шиши я куда-то поеду? — бубнит в ответ Колесников и раздосадованно хмурится, вспоминая, насколько ущербна в онлайн-банке его «финансовая подушка». — Ну мы ж не в Дубай. Куда-нибудь на базу отдыха или... санаторий? Я могу заплатить за тебя, мне ж не жалко. Хочешь, и телефон тебе куплю? — И не жалко тебе столько денег? — историк приподнимает голову. Дима ласково улыбается и бегло целует его в губы. — Вообще ничего не жалко, а денег тем более, не в нищете же живу. Да и если бы жил... — Мне стыдно с тебя так деньги выкачивать. Не солидно в моём возрасте. — Всё хорошо, правда, — заверяет математик, дотягиваясь рукой до кнопки «пуск» на ноутбуке, который лежит рядом на кровати, чтобы потом включить какой-нибудь фильм или ролик на Ютубе. — А я щас ещё и время трачу своим нытьём. И своё, и твоё. Работу работать надо, — всерьёз начинает загоняться Колесников. — Лежи ты уже. Отдохни. У тебя есть право проверять тетради две недели, — Якубовский крепче обнимает Артура, блокируя пути отступления. — А у тебя ничего срочного? — виновато спрашивает историк. — Мало ли я правда у тебя время занимаю своими причитаниями. — Так, успокоился, — говорит Дима почти строгим тоном. — Я могу один день и не сделать работу, вселенная не схлопнется. Мне не жалко для тебя времени. Если надо будет, я всё своё время отдам тебе. Самое важное для меня — твоё хорошее самочувствие и твой комфорт. Потому что... А вот потому что. Ясно? — Ясно, — Артур вздыхает и расслабляется. Даже улыбается слегка. Снова кладёт голову Якубовскому на грудь, прислушиваясь к стуку его сердца и смотрит, как он водит пальцем по тачпаду на ноутбуке, пролистывая онлайн-кинотеатр. Ощущает, как Дима мягко перебирает его волосы. — Я тоже тебя люблю.