Патронус Истинной Души

Как назло, Рона в башне Гриффиндора опять не было. А обсудить произошедшее надо было хоть с кем-то. Гарри сам не понял, что там такое произошло с Малфоем, но, похоже, что-то серьёзное. Он там ещё грозился, что его папаша упрячет Гарри в Азкабан. За что?! Им, Малфоям, вообще, что ли, закон не писан! Метнувшись из гостиной в спальню и обратно — и не найдя там никого — Гарри помчался к Люпину. Хоть он, может, объяснит? Нарастающее непонимание беспокоило больше всего, а беспокойство — перерастало в тревогу. Но и Люпина в его кабинете тоже не оказалось. Посоветоваться. Надо посоветоваться. Хоть с кем-то. Он, вроде, в башне краем глаза видел Дина... Не самый лучший собеседник с учётом их натянутых отношений. Но он же поймёт, что тут не рядовая ситуация? За неимением лучшей альтернативы — Гарри помчался обратно в гостиную гриффиндора... И, в чётком соответствии с законом подлости — Дина с Симусом там тоже уже не было. Парень судорожно перебирал варианты. Невилл? У того и своих проблем хватает, да и проку от его советов будет мало. Колин? Он с радостью выслушает, да вот пользы от него — будет ещё меньше, чем от Невилла... — Ты чего такой дёрганный? — раздался сбоку глубокий голос того, о ком Гарри сейчас даже не подумал. — Кормак, ты охуенный и всё такое, но прямо сейчас — мне не до тебя, — бросил брюнет, даже не оборачиваясь. — Так может поделишься, что стряслось? Вдруг помогу чем? Готовность помочь — была приятной. Но в данный момент — Гарри был нужен друг, а не красивое тело для ёбли. «Он же там хотел в друзья заделаться? Ну вот, чем не шанс проверить его решимость? Правда, есть одна проблема...» — Кормак, — он-таки повернулся к высокому блондину, — я рядом с тобой плохо соображаю. А сейчас — мне надо включить мозг. — Оу... — старшекурсник расплылся в умилённой улыбке. — Влюблённый ты мой, — он наклонился и шепнул на ухо, — и что же тебе помогает сосредоточиться? — Как минимум, — через силу собирая себя в кучку после того, как опять обмяк от этого завораживающего голоса, — не делай так. От этого у меня голова отключается напрочь. Блондин самодовольно ухмыльнулся, но послушно выпрямился: — А что — сделать? — Не знаю... Я рядом с тобой только ночью мог трезво мыслить... Ну, сразу после того самого. И сегодня, за завтраком. Но у меня там половина внимания уходила на то, чтобы посреди разговора член не встал. — Ну так пускай встанет. Я его и так уже стоячим видел, и не только в штанах. Гарри уставился на него шокированным взглядом. — Ты реально не понимаешь, в чём тут проблема? А если увидит кто? — Пошли, — без объяснений, МакЛагген положил ему руку на плечо. — Куда пошли? — Туда, где не увидят. Кормак повёл его в сторону винтовой лестницы. На этот раз — ведущей к мужским спальням. Они поднялись несколько этажей... и прошли мимо спальни Гарри. Остановились они у какой-то другой двери этажом выше. — Заходи, — блондин отворил дверь и сам шагнул внутрь. Гарри застыл у порога. — И как это поможет? А если зайдёт кто? Что они подумают? — Не зайдёт. Это моя спальня. — Понял, что твоя. Но в смысле — «не зайдут»? — Гарри сделал неуверенный шаг вперёд. — Откуда ты знаешь, когда им сюда за чем-то понадобится подняться? — В смысле, не у всех же курсов — ровное количество учеников. Иногда получается, что последняя спальня достаётся не пятерым и даже не двоим, а одному студенту. Со мной, как ты понимаешь, после первого курса никто вместе оказаться не хотел — вот и... короче, я тут один. Круглая комната была такого же размера, как и спальня у самого Гарри или у Фреда с Джорджем, в которой он бывал пару раз. Точно так же стоящие тумбочки. И кровати по кругу. Точно такая же печь-буржуйка в центре. Точно такие же окна и шторы на них. Вот только застелена — лишь одна кровать. На остальных — голые матрасы, поверх которых разбросаны какие-то вещи: одежда, открытые чемоданы, учебники. — Только — это... я не ждал гостей, — извиняющимся тоном сказал старшекурсник. — Не обращай внимания на бардак. Он закрыл за ними дверь на засов и прошёл вглубь спальни, указывая на застеленную кровать как на место, куда можно приземлиться. Сам же принялся спешно скидывать вещи с двух ближайших кроватей на пол — чтоб они хотя бы не мозолили глаза. Признаться, Гарри думал, что комната такого ухоженного и самовлюблённого красавца — будет тоже идеально прилизана, и увидеть такую обстановку было довольно неожиданно... но даже приятно. Кормак стал в его глазах каким-то... более настоящим, что ли. Такой интерьер его даже обрадовал... и этот запах! Тот самый запах! Комната была буквально пропитана тем ароматом, от которого Гарри напрочь срывало крышу. — Кормак, это плохая идея, — попятился он назад к двери. — Тут со всех сторон тобой пахнет. — Воняет? Прости, я... блин, давно не проветривал, видимо. Я ж сам-то не чувствую... — Не воняет, — он уже поплыл. — Но соображать я уже не могу. Он упёрся спиной в дверь и на ощупь потянулся к ручке... но теперь уже выйти не мог. Не с таким настырным стояком. — Тебя сильно запах напрягает? Можем проветрить, только холодно будет... — Не напрягает... я от него тащусь... а мне трезво мыслить надо... — Тащится он... Какой ты милаха... Оууу... Какой ты похотливый милаха! — видимо, кое-кто заметил эрекцию. — Ты иди сюда, садись. Может, привыкнешь со временем. Понимая, что теперь уже деваться некуда, и лучший вариант — это, и правда, привыкнуть и отвлечься — он проковылял к кровати... как же неудобно ходить со стояком! Он сел с краю, положив ногу на ногу, чтоб хоть как-то это скрыть. Хотя МакЛагген, как и сказал, не стал вообще обращать на это внимание, лишь пару раз украдкой туда взглянув с довольным видом. — Ну, в чём проблема? — спросил он, как только его парень уселся и перестал ёрзать. Сам он сбросил обувь и залез с ногами на кровать. — Это запутанная история, Кормак, — только сейчас Гарри сообразил, насколько многое подразумевается при общении с Роном и Гермионой, о чём этот парень просто не в курсе. — Там надо понимать мою историю с Малфоем, а ты ж меня почти не знаешь... — Вот и узнаю. И что там понимать? Малфой — мелкая гнида, и он тебя достаёт. — Там посерьёзнее, чем просто «достаёт»... Борясь с желанием обнять и впиться губами в этого бесподобного красавца, Гарри вкратце пересказал историю своего взаимодействия со слизеринцем. Поведал о тех тонких полунамёках, за которыми скрывались явные угрозы совершить что-то куда более серьёзное, чем просто осложнить жизнь в школе. Рассказал о том, что и преподавательский состав в курсе, но сделать ничего не может. Не вдаваясь в подробности, уточнил, что ставить Малфоя на место удавалось только с помощью друзей — и то, не всегда такими методами, которые укладывались в правила школы... — Кормак, зря мы сюда пришли, — наконец, прервал рассказ он, понимая, что уже вот-вот набросится на сногсшибательного блондина. — Я соображаю ещё хуже, чем до этого. Не выходит у меня отвлечься... тут, с тобой. — Ну значит, остаётся второй вариант. Когда голова не варит оттого, как хочешь жрать — так надо не отвлекаться, а пойти и поесть. — Я не хочу есть, мы же только что с завтрака... — Ага. МакЛагген пододвинулся ближе, рукой опустил закинутую ногу Гарри обратно на пол и молча начал расстёгивать его брюки.

♥♥♥ ♥♥♥ ♥♥♥

PWP-сцена: https://ficbook.net/readfic/11540642

***

Суть™: Они смачно развлеклись в 69, остудив пыл Гарри. По ходу — оба окончательно раскрепостились друг перед другом. Затронули его похабные фантазии, а Кормак — проговорился, что знает о своих недостатках, часть из которых Гарри в упор не видит. Сбросив напряжение, разговор так и продолжили частично раздетыми, в далеко не самой приличной, но приятной для обоих позе.

***

— Так ты не только змееуст, но ещё и легилимент-невербал, что ли? — с внезапно возникшей тревогой спросил Кормак, глядя на своего парня сверху вниз и отстранившись от него назад с этими словами. — Уже на третьем курсе? Вот как ты узнал, что мне нравится... А я-то уже... — Леги-что? — Легилимент. — Я не знаю, что это. — Как это — не знаешь? Тебе родители, что ли, не расска... — он осёкся, поймав колючий взгляд Гарри. — Ну или не родители, а кто там у тебя... — Меня вырастили магглы. Та ещё семейка придурков, которая меня презирает. Они мне — точно ничего такого не рассказывали. — Хм... вот ни за что бы не подумал, что именно этот слух окажется правдой... Серьёзно не знаешь, что это? — тревога сменилась на настороженный взгляд. — Да объясни уже! Кормак вкратце описал тёмное искусство проникновения в чужой разум, всё ещё внимательно наблюдая за реакцией подозрительно идеального бойфренда-легенды, который вот так просто взял и ни с того ни с сего втрескался в него по уши, да ещё и слишком удачно совпал с ним по вкусам. — То есть, Малфой думает, что я ему залез в голову? — прервал его объяснение Гарри. — Похоже на то. — Ну так и замечательно! Наконец-то — я ему, а не он мне. Блондин смотрел на него взглядом того, кто впервые увидел заклятие Круциатус в действии. — Что? — насторожился уже третьекурсник. — Это — не замечательно. Это тёмная магия, Гарри. И за неё отправляют в Азкабан. — Так вот что он имел в виду... — Похоже, ты реально был не в курсе, — Кормак, вроде, расслабился. — А я мог эту твою легилименцию как-то случайно использовать? — Пфф! — МакЛагген усмехнулся. — «Эту мою». Случайно такое не освоить никому, даже великому Гарри Поттеру. Наверняка даже Дамблдор ею не владеет... наверное. Хотя... может... нет, не владеет. Для него — это что-то слишком тёмное. — Насколько тёмное? — Настолько, что эту магию применял только Сам-Знаешь-Кто. И некоторые его приспешники — и то, далеко не все. Теперь Гарри понял, о тёмной магии какого уровня шла речь. — А отец Малфоя ею владеет, как думаешь? — Сильно сомневаюсь. Это должен быть реально могущественный маг... что, вообще-то, говорит о том, насколько этот гадёныш высокого о тебе мнения... Но оно и понятно. Я и сам бы не удивился, узнав, что ты такое можешь. Ну то есть... удивился бы, конечно. Но — не удивился... Короче, ты понял! — Ну спасибо, записал меня в тёмные маги... Так, погоди. Ты это сейчас подумал? Что я у тебя в голове копался? — Ну а что мне ещё было думать? Сваливаешься на меня весь такой герой, легенда и вообще. Восхищаешься мной с щенячьим восторгом, рассыпаясь в комплиментах, которые точно бьют по всем моим слабостям. Потом ещё оказывается, что досконально знаешь мои вкусы — при чём, даже лучше, чем я сам... — Я не «знаю досконально твои вкусы», а пробую то, что хочется самому. И ты мне это позволяешь. Не думал, что сексуальная раскрепощённость — это преступление. — Да нет, я... Ты правда ничего о моих предпочтениях не знал? Даже у прошлых моих тёлок ничего не выведывал? — Кормак, твоё самомнение... Я тебе щас врежу. И похуй, что ты меня потом одной левой сложишь пополам. — Не сложу, — он наклонился с извиняющимся выражением лица и поцеловал Гарри. Примирительный поцелуй быстро перерос в благодарный, а затем — в тот, который чётко дал понять, что обоим просто приятен сам процесс. Гарри отметил, что целоваться вниз головой — особенно приятно тем, как можно лизать языки друг друга. И судя по реакции Кормака — тот тоже поначалу удивился такому, но вскоре и сам был явно не против. Наконец, он вновь выпрямился. — Ну вот что ещё я должен думать после такого? — Что ты мне нравишься? — недоумённо изогнул бровь Гарри. — Я много кому нравлюсь... — Скромный ты мой! — Нет... я в смысле... Ты же вот делаешь всё, что я хочу — ещё до того, как я это успел подумать. — Я делаю то, что Я хочу. И кайфую оттого, что тебе это нравится тоже. — Гарри... — он расплылся в своей сногсшибательной улыбке. — Ты и так это постоянно ото всех слышишь, наверное. Но скажу ещё разок: ты — охуенный. — На самом деле, ты первый, кто мне такое сказал... Ну, не считая Колина. Но он — совсем в другом смысле. И точно не в таких формулировках. Они все — во мне видят какого-то образцового героя-спасителя, у которого проблем не бывает. — Ну... вообще-то... — Кормак покраснел, — я тоже. — Ну ага. Посмотри-ка ещё разок, в какой позе мы сейчас находимся. Сильно геройская? И тебе напомнить, как мы тут вообще оказались? Я пришёл к тебе жаловаться на Малфоя. Я уж молчу о том, что минуту назад грозился тебе врезать, готовясь к тому, как ты меня потом в узел завяжешь. Вот уж точно: герой — так герой. — Парня, с которым мне так повезло — я не то что в узел не завяжу, а вообще лишний раз поостерегусь пальцем тронуть, — он положил руки под голову Гарри, зарывшись в его нестриженые волосы, и начал заботливо массировать ему голову. — К тому же, один Мерлин знает, что ещё от тебя можно ждать. Такого пушистого зверька лучше не злить, пока он не превратился в зубастую зверюгу. Гарри издал довольный стон. — Но ты давай тоже поаккуратней на поворотах. Будешь такими фразами бросаться — я, конечно, в драку с тобой не полезу. Но по лбу дам. Скажи мне такое одна из моих обычных баб — уже бы вышвырнул из кровати и послал на хуй. — Прости, меня и правда занесло. Не очень приятно, знаешь ли, выяснять, что твой парень считает, будто я кого-то там изображаю только ради того, чтоб ему понравиться. Особенно — после того, как он меня заподозрил в том, что я втихаря стал бы у него в голове копаться. — А что, если бы мог — разве не стал бы? — Кормак! — он бы прозвучал значительно резче, если бы не так обомлел от того, как старательно его парень массирует ему голову, что само по себе было более чем достаточным извинением. — Тебе — не стал бы. Если легилименция — это и правда такая дрянь, как ты говоришь. — Ну я ж говорю: герой. Я вот — стал бы. Чтоб узнать, как мне тебя в себя влюбить. — Я тебе уже это и так сказал, в нашу прошлую встречу. И повторю, раз ты такой непонятливый. Тебе — для этого вообще ничего делать не надо. Я тебя и так обожаю. — И я тебя. Они уставились друг на друга влюблёнными взглядами. — И вообще, — добавил Гарри. — Завязывай уже меня идеализировать. Никакой я не герой. Вот, например, Малфою — я бы в голову залез. Выяснить, что там за хрень творится. Или Снейпу. — А что там творится, кстати? — У Снейпа-то? — Нет, у Малфоя. С чего он взял, что ты у него в голове копался? — Да поди разбери. Я думал, это у них такое обычное семейное развлечение, что он всех подряд в этом подозревает. Он там что-то твердил: «как ты узнал», «как ты узнал»... А я сам не в курсе, что я там у него узнал. — Ну ладно. Так. Я устал. Хватит? — Да конечно хватит. Я тут лежу, балдею... Спасибо. — Ты очень заманчиво лежишь, кстати. Я обнять тебя хочу, — в его голосе чувствовалось, что он просит разрешения. — Кормак, ты всё ещё не понял? — Что? — Я повторю ещё раз. Но, надеюсь, в последний. Запоминай: «Тебе. Меня. Спрашивать. Не надо.» Бери — и делай, что хочешь... ну, по крайней мере, когда мы вдвоём. Ты чего вообще такой закомплексованный? — Да я не... — он так и не закончил фразу, а просто лёг рядом с Гарри, перевернул его на бок и обнял со спины. Его руки скользили по голому торсу третьекурсника, жадно прижимая его к себе. Одной ладонью — за грудь, другой — за низ живота, почти касаясь его уже успокоившегося члена. Он с наслаждением лапал своего парня, а тот, в свою очередь, смаковал то, как вжимается в сильную грудь, каменный пресс и такой желанный пах. Кормак наклонил голову и медленно заговорил своим томным голосом прямо на ухо Гарри: — Вот так, говоришь, мне не делать? От этого тебе башню сносит? Низкий голос, резонируя, отдавался через спину в грудной клетке парня со шрамом. — Ага, — ответил довольный голос. — От этого и от твоего запаха. Не делай так на людях — а то я превращусь в безвольную амёбу, неспособную контролировать себя. Или просто выебу на месте. Но прямо сейчас — твои чары на меня не действуют, соблазнитель ты бесстыжий. — Не нравится? — Нравится. Но я пока могу соображать. Правда, если продолжишь — через несколько минут я тебя снова заставлю кончать — хочешь ты этого или нет. — Понял, — он послушно отвёл голову в сторону. Затем немного подумал — и вернулся обратно, продолжив нашёптывать уже специально как можно более эротично. — Хотя знаешь... угроза так себе. — Думаешь? — Ага. Мне кажется, у тебя самого силёнок не хватит. — И с чего же ты взял? — По-моему, ты сам себя переоцениваешь. — Ну ты продолжи говорить таким голосом и так жадно меня тискать — и скоро мы это выясним. — И насколько скоро? Думаю, я в таких делах поопытнее тебя, и поймаю момент, когда ещё не поздно... — МакЛагген? — М? — Руку чуть ниже опусти. — Ну как хочешь, Пот... тер. Думая, что успеет подразнить своего парня в самом заветном месте до того, как тот по-настоящему возбудится, Кормак скользнул рукой вниз, чтоб взять в охапку его нежные причиндалы... но его там встретил уже вновь стальной стояк. — Я предупреждал. А теперь придётся наказывать одного непослушного блондинчика. Понимая, что сам виноват, главный бабник факультета тяжело вздохнул, готовясь трахаться снова. В третий раз за одни сутки — это было многовато даже для него. Но вскоре неугомонный брюнет вновь нашёл способ превратить то, что казалось уже утомительным, в очередной аттракцион несказанного удовольствия. Ещё час пролетел за закрытой дверью спальни, пока в общую гостиную то и дело забегали встревоженные гриффиндорцы, по всей школе разыскивающие пропавшего Гарри Поттера. Он не знал, какие судьбоносные решения принимались в этот момент в кабинете директора, где его присутствие могло самым радикальным образом повлиять на исход.