Гидра

Это был кошмар. Я знал, что эта чёртова работа доведёт меня до могилы. Я часто помогал магам, отвозил их на важные миссии и разыскивал информацию. А теперь по приказу должен этих самых магов вести в логово опаснейшего проклятия. Утром перед работой я корил себя, слишком долго собирался. Обещал себе, что уволюсь, но как это бывало всегда - обманывал сам себя и приступал к новой бумажной волоките. Всю дорогу до тюрьмы нервно крутил очки в своих руках. Я понимал, что это не моя вина, но всё равно чувствовал себя совестно. Глядел как моросит дождь за автомобильным стеклом и не мог успокоиться. Это ведь дети, всего лишь дети. Также был дан приказ по поводу Сатору Годжо, что был отправлен этим самым утром в одну из многочисленных командировок, даже хорошо что я не пересекался с ним сегодня, потому что мне кажется, что от нервов я бы умер прямо на его глазах. Но также я чувствовал беспокойство. Я определённо был предан работе, но также слишком сильно уважал сильнейшего мага. У меня были связаны руки. Я подъезжал к месту назначения, не переставая смотреть в зеркало заднего вида и видел я там слишком дёрганного человека, обливающегося потом. Кое-как привёл свой внешний вид в порядок, надевая на своё лицо напускное спокойствие и вышел на встречу к первогодкам. Про Сакуру Харуно я знал ровным счётом ничего. Мы пытались найти информацию о ней, но в этом мире её будто не существовало. В отчетах Годжо упоминалось, что она владеет силой, способной крушить бетон, но и не понятно откуда эта сила взялась. Её наряд меня немного смущал не в плане какой-то моей порочности, а в плане странности, такую одежду я видел впервые. Я только начал свой рассказ. Её изумрудный взгляд прожигал меня насквозь. Так иногда смотрел на меня директор, когда я умудрялся как-то перед ним провиниться. Смотрит не на меня, а глубоко в мою бренную душу, будто видит это фальшивое безразличие. Кажется я скоро заплачу. У нас завязался конфликт и я не смел его останавливать. Я считал, что меня вполне заслуженно трясли в женских руках. От изумления и страха даже забыл где нахожусь. Откуда в этих руках столько силы? Я точно уволюсь! Когда-нибудь...! Всё прекратилось. Сначала меня будто простили, да ещё и так нежно отпустили, что мне самому стало омерзительно от себя. Ох, какой я жалкий. Я поставил завесу, проводил этих детей в корпус и не мог найти себе места.

***

Всё время я ожидал худшего, находясь в одной из служебных машин, перегрыз себе губы от волнения и боролся в глубине своего сознания. — Может всё-таки? — бубнил я себя под нос, — да нет же! Меня потом самого повесят... — Ты плохой человек, Идзити! Очень плохой! — продолжал я разговор сам с собой, теребя бедный телефон в руках и не решаясь. В один момент из здания вывалился Фушигуро. Я сразу же побежал к нему, замечая рядом шинигами жабы. У него во рту сидит Кугисаки? Этот день и так полон неожиданностей... — Увезите её в больницу, я останусь здесь! — его голос был запыхавшимся, очевидно он бежал сюда. Потрёпанный вид подростков сломал во мне что-то. Как если бы рычаг с рабочими приказами переломился. Я кивнул мальчику, забирая с собой бессознательную девушку, аккуратно укладывая её на заднее сидение. Только мои руки коснулись руля, как я сразу же вдарил на газ. По пути я искал тот самый спасительный контакт в телефоне. Палец ударил на нужную кнопку, прикладывая мобильник к правому уху. Раздался гудок. — Ало? — Учитель Годжо? Это Киётака, — я сглотнул. — Вам срочно нужно приехать...

***

Я смог это сделать, сообщил ему. После того, как я отвёз в ближайшую больницу первогодку, то сразу же вернулся. От представленной картины мои очки перекосились: везде царила разруха, близлежащие здания попадали как домино, а в центре всего находились бедные дети. Я осторожно передвигался по территорию, не смея вызывать подмогу в лице людей, что работают на старейшин. Я ведь дал обещание учителю Годжо... К слову стоило его вспомнить, как он тут же оказался рядом. Я видел часто мага беззаботным, вечно дурачившимся, но сейчас его вид таким не назовешь. Он вроде не кричал, не размахивал руками. Но его каменная поза, бледность этого лица и несвойственная тихость заставила меня снова сглотнуть. Может я что-то и хотел сказать, доложить крупицу информации, но абсолютно всё позабыл. Даже язык прилип к нёбу, чтобы я не смел вымолвить ни слова. Маг двинулся вперёд, а я только спустя мгновение поплёлся за ним следом. Сначала мы нашли сосуд двуликого и Фушигуро, оба валялись на земле без сознания. Здание позади их тел было особенно разрушенным. Если убитый вид черноволосого меня напугал, то тело Итадори с вырванным сердцем заставил меня содрогнуться. Я беспокойно переводил глаза на учителя Годжо и не знал что делать. Каким-то шестым чувством понимал, что он невероятно взбешён и до такой степени, что мне никогда не приходилось его видеть в таком состоянии. Да что уж сказать, я никогда не видел его злым! — Где Сакура? Его голос был спокоен, но интонация с которой он вопрошал, колола мне сердце самым острым и холодным льдом. И правда, я совсем забыл о ещё одной первогодке. Моё молчание стало для мага каким-то своеобразным ответом. Он просто поднял тела подростков и пошёл по другому направлению. Там то мы и обнаружили Сакуру, она валялась в высокой траве, вся изнеможденная. Лежала лицом вниз. Тоже находилась без сознания, я попытался нащупать пульс на её шее, но с удивлением заметил глубокий и страшный укус, когда убирал чужие волосы. Я отшатнулся. — Что такое? — Она очень холодная, а ещё... вот это, — я поменял позу, привлекая внимание и откинул девичье лицо в сторону, показывая рану. Учитель удивленным не выглядел. Только сейчас до меня дошло, что сильнейший маг и так увидел повреждение задолго до меня, просто не понимал причину моего испуга. От стыда мои щёки залились краской. Годжо поднял третье тело и схватился за заднюю часть моей рубахи. Кажется я понимаю что он хотел сделать.

***

Мы телепортировались сразу в морг. Сначала я хотел возразить о том, что нам нужно в больницу, но меня быстро переубедил грозный вид беловолосого. Он уже набирал номер Иэйри Сёко, но не думаю что в этом была надобность. Эта женщина жила в морге. Только я услышал гудок, как железная дверь отворилась, пропуская женщину в белом халате. Они о чём-то недолго переговаривались. Из контекста мне удалось вырвать немного фраз о том, что Фушигуро и Сакуру положат в другой комнате и подлатают. Ещё было что-то о том, что никто не должен их видеть. Итадори сразу уложили на железный, препарированный стол. Пока Иэри Сёко готовила свои инструменты, мы расположились в одном из углов, устраиваясь на стульях. Белые стены давили на меня. Мне определенно не нравилось находиться в морге, да и видеть собственными глазами как мальчика будут выкавыривать я не хотел. Но кто меня отпускал? Молчание со стороны мага терпеть было ещё сложнее. Кажется я снова весь покрылся потом. — Преподавание это не моё... — внезапно устало выдохнул Годжо. Он неожиданности я снова вздрогнул. — Может мне просто перебить всю верхушку? — его кулаки сжались и я даже не знал от чего больше перепугался. От слов мага или от вида взбухших вен на его руках, — нет, — протянул он снова, — так ведь ничего не изменится. Он ведь не хотел слышать ответ на своё рассуждение? Как же я хочу домой... — Эй, мальчишки! Я начинаю, — девушка надевала перчатки, окликивая нас. Всегда удивлялся обильным чёрным мешкам под её глазами. Ну с такой работой то... Годжо лишь махнул рукой. Только она взяла один из своих инструментов, как железная дверь скрипнула, обваливаясь. Я ошарашенно смотрел на Сакуру в дверной проёме. Это ведь был специальный сплав, а она его... пополам! Не только я выглядел удивленным. Девушка взглянула на помещение, натыкаясь взглядом на Итадори. Её вид и так был изнурённым, даже шаги были немного пьяными. Она подошла к нему, тихонько отодвигая застывшего работника в халате. Годжо подскочил к Сакуре, хватая ту за предплечье. — Он мёртв, иди обратно в комнату, — холодно изъяснил маг. — Да успокойся ты, — устало начала она, выхватывая свою руку, — я и без тебя прекрасно вижу. Сакура отодвинула мага, доставая из своей поясной сумки странный свиток. Я и так ничего не понимал, но когда из свитка с хлопком выскочило сердце, вообще оцепенел. — Не умер он ещё, эта тварь всё ещё поддерживает его жизнь, а теперь отойди и не мешай мне. Годжо уходить не собирался, продолжая стоять рядом. Сакура лишь раздражённо выдохнула, начиная осматривать остывшее тело. Мы с Сёко лишь по глупому остались в стороне, продолжая наблюдать. Я даже не мог понять почему её никто не останавливает, да и что она собирается делать с мертвым человеком? — И много у тебя таких свитков? — спросил маг. — Нет, — послышалось сухо. — Это же его сердце? — Да, Сатору, это его сердце. От напряжения между ними, я почувствовал себя весьма неловко. Мне вообще казалось, что учитель просто прибьёт её прямо сейчас, судя по заходившим желвакам на его челюсти. Да она даже называет его по имени! Немыслимо... — Ты хранишь чужие органы, тебе не кажется это странным? — Сатору... Я видел как у неё на виске выступила вена... но к своему удивлению ещё я заметил, что укус пропал вообще бесследно, словно его и не было никогда. Рядом со мной девушка наоборот была поглощена процессом. Она тяжело дышала и смотрела не моргая. Я нахмурился, совсем забылся. В этом месте одни ненормальные... Точно уволюсь... Вопреки всем раздражителям, движения Сакуры были точные, аккуратные и решительные. Даже сам не понял как загляделся, мне тоже было любопытно что из этого выйдет. — Я нашла его сердце в траве, успела только положить его в свиток и отрубилась. — Это... — не успел Годжо закончить, как его снова перебили. — Я ниндзя-медик, — продолжила она спокойно, — на войне мне приходилось хранить все найденные органы, а иногда вытаскивать их ещё из теплых тел, чтобы они пригодились после. Она тоже ненормальная... какая ещё война? Моему недоумению не было предела. — Это специальный свиток, он не даёт органам погибнуть. — ... Я затаив дыхание, наблюдал за тем, как мягкий зеленый свет режет тело парнишки. Она сделала несколько глубоких разрезов, второй рукой просто обволакивая тело мягким свечением. А после... вернула сердце. — Фух... — тяжелый протяжной вдох разрезал пространство. Из ромба на лбу девушки поползли темные полосы, они обвивались вокруг её тела, опускаясь на руки, а потом поползи по телу мальчишки, собираясь в области сердца. Теперь свет стал ярче, он покрыл каждую частичку тела Итадори. Прошло от силы минуты три, но я с удивлением наблюдал за тем, как кожа стремительно затягивается, не оставляя после себя следов. Бледность на лице Итадори стала пропадать, даже лёгкий румянец проступил на юных щеках. И всё прекратилось, Сакура опасно покачнулась, но бледная рука учителя успела придержать её. Полосы пропали и мы все затаив дыхание, уставились на розоволосого. И мои колени подкосились, когда первогодка дёрнулся на железном столе. Он подорвался, начиная ошеломлённо оглядываться и моргать, прямо как я. Первое что он сделал, так это заключил Сакуру в объятия и начал рыдать... Я обессиленно скатился по стене, не веруя. — Ты в порядке? — Сёко наклонилась ко мне, наклоняя голову вбок. Я лишь кивнул, не понимая почему она так спокойна в этой ситуации... Итадори долго ревел. Но всё же спустя время успокоился. Он успел переговорить с учителем. Удивиться отсутствию одежды на себе и даже взбодриться, словно не он недавно пролил несчитанное количество слёз. Сакура, понимая, что закончила, обессиленно направилась в сторону другой двери, что вела наружу. Но не успела она подойти к оной, как Сатору появился перед ней и они оба исчезли.