Рутина господина Камисато

      Глава клана Камисато всегда устаёт больше всех. Он почти никогда не выбирается с рабочего места: увидеть его можно только за бумагами или на съезде других кланов. Трудоголик и за это его корит каждый слуга. Особенно один блондинистый иностранец, по счастливой случайности ставший работать на него.       Забота, поддержка и тепло от одной мягкой улыбки заставляет Аято наполниться силами. Как батарейка.       — Господин-господин, давайте помогу! — семенящая за ним девушка приподняла рукой полы скромного кимоно и без разрешения забрала грязную чашку. — Не утруждайте себя. Вот же Тома! Негодник! Прошу прощения, такого не повторится.       И она тихими шажками идет в противоположную сторону. Камисато сразу же окликнул служанку и даже вежливо попросил сказать, где Тома. — Да бог его знает. Думает, что работу переделал и вяжет в своих покоях. Не беспокойтесь, мастер, я с ним поговорю.       — Чтобы ни одна нога не ступала в покои слуг, пока не разрешу.       Кивает и чуть хитро улыбается. Хочется и в этот раз застать парня за интересным занятием.       Тома его всегда удивлял своей хозяйственностью. Что не делал, так на пользу кому-то. И в этот раз даже не сомневается, что блондин делает что-то особенное для окружающих. Просто уверен.       Тихое и повторяющееся цоканье, видимо металла или дерева, а Аято ненадолго останавливается, заглядывая в щель. Как всегда сидит спиной к двери. Потом Тома резко вскидывает руку, держа голубую длинную нитку. Улыбается даже мягко и, боясь потревожить, бесшумно подходит, садится сзади. Рефлекторно его голова ложится на напряженную спину и от этого становится спокойно.       — Господин Камисато? — Тома на миг вздрагивает, отвлекается от успокающего для него занятия и оборачивается к мужчине. Аято тихо посмеивается, обвивая руки вокруг талии. — Вы много работаете, если вам так нужно моё присутствие, приказывайте.       Тома прекрасно знает, что его господин сейчас мило фыркнет, уставшим голосом начнет возмущаться, после непонятное бормотание и он уснёт. Но такое не происходит. Камисато упрямо молчит и это заставляет отложить спицы и недоделанный свитер для кошки.       Что-то тревожит? Неужто что-то случилось, что его Мастер не может сказать, изъясниться словами? Своевольно обхватывает чужие ладони и едва сжимает. Нагло вглядывается в чужое лицо, едва краснея, но это волнует его меньше всего.       — Я скучал по тебе, не стоит, — облегченная улыбка мондштадтца заставила улыбнуться и Аято. — Ты в последнее время очень занят и быстро устаешь, аж не успеваю застать тебя.       — Путешественница прибыла на Рито, — коротко отвечает, а Тома замечает в глубоких синих сапфирах блеск ревности. Смеется. — Простите за дерзость, Господин, но вы дурак.       — Не прощу.       От такого тона Тома испугался. Он как-то сожалеюще посмотрел на мужчину и едва поджал губу.       — Знаешь, так не честно, — он наступает на парня, повалив того на спину и довольно хмыкнул. Провел языком по своим губам, а после жадный взгляд по всему телу заставил почувствовать иностранца жертвой. — Непозволительно много одежды.       — Н-но, Аято, если я сниму, то всё внимание на меня... — четко сформулировать мысль не получается, но зато выходит потянуться рукой к шелковым волосам и расплести этот тугой хвост. — Я не хочу быть скован взглядами людей.       Тома — истинный ребенок Анемо Архонта. Это можно увидеть по словам, по поведению. Как же мило наблюдать.       — Но вашим... хочу. Хочу чтобы только вы смотрели на меня. Прошу.       — Хороший слуга.       Тома улыбается, тянет Аято за плечи и рвано целует. Огромное желание, но под взглядом сдерживает себя, чтобы прямо сейчас не начать стягивать с себя одежду, притягивать своего господина ногами к себе, а после... Ох, Архонты, стыдно представлять.       — Тогда только я посмею смотреть на тебя. Я прикажу всем...       — Аято!       Названный лукаво смотрит на смущенного возлюбленного. Только он будет контролировать его свободу. И оба согласны на это. А новый свитер для кота подождёт.