Всё, что я хочу на Рождество

— Скотина! Гнойный червь! Ублюдочный ублюдок! — Тэхён рыдает от переполняющих его эмоций, не выдерживая вселенской несправедливости и с горя запуская в стену напротив подушку. — Да как он смеет?! — оседая на пол, продолжает завывать Тэ, украдкой сморкаясь в шерсть проходящего мимо Танни. Тот смотрит на него с равной степенью брезгливости, сострадания и презрения. Иногда Тэхёну кажется, что его пёсик слишком быстро заматерел и перерос стадию милейшего щенка, которого всем хотелось потискать за мягкие бочка. Раньше дружелюбный малыш был только за тактильные взаимодействия, но сейчас вредный комок шерсти, в который трансформировался его компаньон, не настроен на телячьи нежности. Ну или он просто не любит человеческие сопли. — Танни, только ты меня понимаешь, и только ты у меня остался, — горше прежнего заливается Тэхён, беспардонно заграбастывая упирающегося пса в медвежьи объятия и продолжая заливать слезами и слюнями его шёрстку. — Не то что эти предатели, бросившие меня в самый ответственный момент! Под «предателями» подразумеваются его лучшие друзья — Чимин, Хосок и Намджун, умотавшие на каникулы в Японию без его скромной персоны. Чисто технически, конечно, Тэхён сам выпилился из давно спланированного путешествия, не желая портить никому настроение своей кислой миной, но и на друзей-то он злится так, не всерьёз. Больше от обиды на бывшего и собственного бессилия. При воспоминании о первом только выправившееся настроение неумолимо падает, пробивая отметку в «ноль». Потому что ну кто бросает людей в Рождество?! Неужели этот засранец не мог подождать и не поганить Тэхёну его любимый праздник?! Как будущий адвокат, Тэ авторитетно заявляет: за порчу рождественского настроения нужно привлекать людей к уголовной ответственности. Силясь хоть как-то приободрить себя, парень вслепую нашаривает брошенный куда-то в недра кровати телефон. На экране услужливо мелькает какая-то забавная хрень из ТикТока, и, глядя на нелепые кривляния и бессмысленные ролики, Тэ в самом деле чувствует себя намного, намного лучше. … Ох, знал бы Тэхён, что так вовремя и правильно подобранные видео — заслуга далеко не такого продвинутого приложения. Знал бы он, что прямо сейчас за ним наблюдает пара блестящих, карих глаз, в комплекте к которым идут умильно поджатые губы и надутые щёчки. Но он не знает, а потому продолжает бездумно листать ленту, свайпая ролики с периодичностью в раз в полминуты. Симпатичный, молодой и — вот засада, — безумно влюблённый в него спецагент только и успевает, что подкидывать своему подопечному самый хреново снятый, на его взгляд, материал. Чон Чонгук может с полной уверенностью сказать, что его жизнь пошла наперекосяк, стоило в ней появиться Ким Тэхёну: одному из нескольких сотен людей, случайно выбранных правительством для проведения эксперимента по глобальному отслеживанию поисковых запросов в сети. Да-да, детки, все эти шутки про личных ФСБ-шников — не такие уж и шутки, и Чонгук бы правда хотел, чтобы вы думали об этом каждый раз, когда гуглите порно с не самым традиционным содержанием. Вообще, для него это что-то вроде практики: разумеется, никто не станет засаживать опытных, ценных кадров выслеживать, кто какие трусы покупает на Алиэкспресс, да кто кому в Инстаграме смерти желает, а вот стажёров и новичков — пожалуйста. Поначалу Чонгук относился к этому с явным скептицизмом: не для того он спецшколу кончал, да в агенты шёл, чтобы сталкерить какого-то студента круглые сутки. Но делать было нечего: практика есть практика, тем более, что от её результатов и отчётности зависело, куда его направят после. Разумеется, наполеоновские амбиции Гука уже нарисовали ему красочные картины в духе «Щита» из марвеловских фильмов: а что, Чонгук очень даже неплохо смотрится в латексе ярких цветов! Так что, к вынужденной работе он относился как студент Сеульского университета к подработке в стриптизе: не очень этично, местами травматично, но временно и исключительно во имя будущих радужных перспектив. Вернее, так он относился к ней до того, как увидел Тэхёна. Гейская душонка Чонгука малодушно сжалась до размеров ореха при виде миловидного парня в огромном пушистом свитере, с трогательными вьющимися волосами и странноватой, квадратной улыбкой. Осознав, что это чудо природы будет видеться ему со всех устройств, девайсов и ракурсов каждый божий день, он невольно уверовал в Господа и даже пообещал себе на днях помолиться на чужую родинку над губой. Его ожидали потрясающие два месяца — именно столько длится правительственный проект. Ну, вернее, уже почти месяц: большую часть декабря он добросовестно следил за объектом своего тайного обожания, и терпеливо составлял отчёт. Всего девятнадцать дней, но за них Чонгук успел узнать Тэхёна едва ли не лучше его матери. Ха, та то уж точно не в курсе, какие фильмы для взрослых предпочитает её сын и что он делает в свободное от учёбы время. Ещё с первых дней их одностороннего сотрудничества Гук выяснил для себя несколько очень приятных аспектов чужой личной жизни. Во-первых, Тэхён — стопроцентный гей. Во-вторых, он определённо точно любит высоких, атлетичных парней, и предпочитает быть снизу. Поначалу Чонгук добросовестно уходил пить кофе каждый раз, когда на экране возникало что-то, выходящее за рамки бесконечного просмотра анимэ и вышеупомянутых марвеловских трилогий. После, однако, когда чувство стыда притупилось, а любопытство — разыгралось с недюжинной силой, он-таки решил для себя, что если не узнает, на что дрочит его личное божество, то просто умрёт. … Божество оказывается на редкость извращённым, а потому Чонгук, внимательно проанализировав богатую коллекцию порнухи, хранившуюся в папке «Нормативно-правовые акты», пришёл к выводу, что у безобидного на первый взгляд Тэхёна в голове те ещё бесята. Стоит ли говорить, что полный список фетишей младшего (а Тэ действительно оказался младше него на два года) был тщательно записан Гуком в специальный блокнотик с пометкой «на случай вселенского везения». Но не спешите называть его извращенцем и презрительно кривить губы: у Чонгука тут, вообще-то, великая любовь и крайне серьёзные намерения. Пожалуй, если бы не одно непредвиденное обстоятельство, то он бы добросовестно закончил свою практику, сдал отчёт о проделанной работе и с чистой совестью начал бы добиваться внимания одного очаровательного адвоката, однако определённые события подвели Чонгука к появлению в жизни Тэхёна немного раньше, чем он планировал. Итак, Тэ, его обожаемую булочку с корицей, мелодию для его симфонии, дырку для его бублика бросил парень — о его существовании Чонгук узнал в первые минуты работы, но не придал этому особого значения. Ну подумаешь — парень, ну подумаешь — отношения. На обязательном курсе психологии их научили первоклассно читать по лицам, составляя психологический портрет человека за считанные секунды с момента знакомства. Так вот, если в случае Тэхёна оный изобиловал розочками и лишь местами — незначительными, скорее даже умильными, шипами, то про его парня похожего сказать было нельзя. — Да у него на лице написано, что ебанат, — заявил Юнги, его друг и однокурсник, жуя яблоко и случайно цепляя взглядом открытое фото на мониторе младшего. — Угум, — отозвался тогда Чонгук, скользя намётанным взглядом по чертам лица парня и делая такие же выводы. — Надеюсь, что Тэ вскоре поймёт это и расстанется с ним. И Чонгук правда верил в это. Уповал на благоразумие Тэ, ликовал, когда тот начал замечать подозрительные моменты в поведении своего ПаРнЯ, но что уж точно стало для него полной неожиданностью, так это то, что какой-то там обмудочный Уён посмеет бросить его ангела первым, да ещё и в канун Рождества, да ещё и по СМС!

От: Уён-и ~ Кому: Тэхён Прости, детка, но я думаю, ты и сам понимаешь, что нам перестало быть в кайф вместе. Думаю, нам нужно расстаться ххх

— Да ты охренел?! — синхронно завопили тогда Чонгук с Тэхёном, возмущённо перечитывая сообщение. Тэхён, разумеется, тут же поспешил высказать сволочному уже бывшему всё, что думает о таком способе расставаний, напечатав такую впечатляющую матную тираду, что даже искушённый в вопросах ругательств Юнги, проходивший мимо, уважительно присвистнул, но Уён оперативно заблокировал его номер, оставляя Тэхёна сочиться яростью и обидой в гордом одиночестве. И вот Гук с Танни на пару вынужден развлекать свою трепетную ириску, подкидывая всё новый и новый материал для осмеяния в алгоритмы ТикТока. Когда Тэ грустно, он хочет плакать и смотреть на тупых людей — Чонгук уяснил это железно, впитал в себя, так сказать, вместе со всеми кинками младшего и списком его любимых дорам с Пак Богомом. Технически, он, конечно, не обязан был вмешиваться в жизнь испытуемого — так, чисто составить общий личностный портрет, основываясь на запросах и потребностях в Интернете, но поскольку у него в руках была неограниченная власть над гаджетами его персонального Божества, не развлечь его в трудную минуту казалось практически святотатством. — Так, ладно, может, тебе хочется посмотреть подборку рождественских фильмов? — говорит сам с собой Чонгук, нажимая соответствующую иконку. На экране Тэхёна всплывает уведомление от YouTube с рекомендацией «10 лучших фильмов на Рождество». Вопреки ожиданиям, Тэ яростно сворачивает подкинутый Гуком ролик, бубня себе под нос, что если уж он вынужден будет праздновать в одиночестве, то и рождественского настроения ему никакого не надо. Чонгук пугается и злится одновременно: Тэхён казался таким воодушевлённым по поводу скорого праздника, что сам Чонгук невольно заразился его настроением, потихоньку присматривая парочку ништяков для компьютера младшего, которые он планировал незаметно установить в качестве символического подарка. И вот теперь, на-те, приехали: из-за какого-то козла его прелесть будет сморкаться в платок и обрастать плесенью все праздники?! Ну уж нет, Гук этого не допустит. Просто не сможет. Решительно подхватившись с места, он перекинул основные программные параметры на телефон, подхватывая куртку и взъерошивая волосы, придавая им чуть неряшливый вид, памятуя о любви Тэхёна к подобного рода укладкам на парнях. Наскоро глянув в зеркало и убедившись, что он выглядит как ходячий фетиш Ким Тэхёнов и ещё доброй половины этой планеты, Чонгук пихает всё самое необходимое в небольшой рюкзак, наскоро отписываясь Юнги и прося прикрыть его ненадолго. Тот, разумеется, привычно ворчит и зубоскалит, но на авантюру соглашается. Гук расцветает довольной улыбкой, в последний раз трепля тёмно-каштановые волосы и вызывая такси. Курс — любимое кафе Ким Тэхёна. Отправляя на его телефон рекламу Нескафе, Чонгук на девяносто девять и девять процентов уверен, что его план обречён на успех.

***

Если бы в университетах существовало направление «Тэхёноведение», Чонгук бы защитил по нему диссертацию на твёрдое отлично. Не проходит и пятнадцати минут ожидания, когда двери уютного помещения отворяются, и в него влетает припорошенный снегом Тэхён. Гук готов пищать от умиления при одном только взгляде на покрасневшие с мороза щёки, искусанные вусмерть губы и предвкушающий блеск в глазах напротив. Тэхён спокойно подходит к прилавку, и Чонгуку даже не нужно подслушивать, что тот будет заказывать: когда дело касается выпечки, Тэ отличается удивительным постоянством, а потому всегда берёт круассан с шоколадом, заварное пирожное и ягодную корзинку, запивая это всё солидной порцией латте. Сам Гук, не будь дурак, заказал ровно то же самое, чтобы привлечь внимание объекта и расположить его к себе на подсознательном уровне. Тьфу ты, профессиональная деформация налицо. Как и ожидалось, парень заинтересованно стреляет глазами в сторону Чонгука, останавливая взгляд где-то на уровне шеи. Водолазка — осеняет Гука, ибо после того, как он прознал, что Тэхён считает мужчин с хорошей фигурой в водолазках невероятно сексуальными (спасибо переписке с mochi_chimmy, храни его Господь), сей элемент гардероба довольно прочно укоренился в его повседневной одежде. «Итак, я в точности повторил его заказ, оделся так, что он уже раздевает меня глазами и, стоит ему со мной заговорить, как ещё и окажется, что мы оба фанатеем от Мстителей», — думает Чонгук. Казалось бы, что может пойти не так? Господи, да это же Ким Тэхён, а стало быть — что угодно! Так оно и происходит: Чонгук уже открывает рот, чтобы что-то сказать, возможно, представиться и обратить внимание на схожесть вкусов, когда дверь кофейни оглушительно хлопает, звеня развешенными к празднику колокольчиками и пугая Тэхёна, и только приготовленный латте в его руке падает на пол, раскрываясь в полёте и забрызгивая тщательно подобранный аутфит Чонгука. Вот же блять. — Господи, простите меня пожалуйста, я сейчас… — рассыпается в извинениях Тэхён, хватая со стойки салфетки и принимаясь старательно елозить ими по одежде. — Наверное, лучше всё-таки пойти в туалет и замочить, — в конце концов приходит к выводу младший и тащит не сопротивляющегося Гука к противоположной стороне зала. — Ещё раз простите, — в который раз извиняется Тэ, доводя Чонгука на аркане до раковин и принимаясь не менее сосредоточенно водить руками по торсу старшего, а после, к его вещему ужасу, и по штанам. — Спасибо за помощь, ничего страшного, — впервые подаёт голос Чонгук, решая воспользоваться столь удачным случаем. — Но сейчас неловко чувствую себя уже я, ведь весь кофе оказался на моей одежде. После этого я просто обязан угостить вас ещё одним, что скажете? — Если вы хотите… — рассеяно бормочет Тэхён, заканчивая воевать с не столь заметными пятнами на штанах. — Ну, вот и всё, немного подсохнете и будете как новенький! — Ещё раз большое спасибо, — благодарно кивает Чонгук и кивает на дверь. — С вашего позволения вернёмся в зал и компенсируем столь значимую потерю. — Разумеется! И можно на «ты», наверное, — чуть смущённо предлагает Тэхён. — Сколько тебе лет? — Двадцать четыре. — О, так ты мне хён, — улыбается Тэхён, и Чонгук близок к тому, чтобы лечь на пол и помереть от умиления. За небольшими формальностями следует пространная и интересная беседа о самых разных вещах, начиная от музыки и заканчивая фильмами, книгами и едой. Да, у Чонгука есть довольно читерское преимущество, однако во многом их вкусы совпадают совершенно естественно. Младший — милый и обаятельный, и Гук правда не понимает, как можно было бросить такое чудо не то что в Рождество, а в принципе в какой-либо другой день в году. Ну, с другой стороны, ему же лучше: если какой-то придурок не оценил подарка, дарованного самим Сантой, не иначе, то Чонгук не будет тупить и заберёт его себе под ёлочку, холить и лелеять. — Ты такой забавный, — хихикает Тэхён в ответ на очередной рассказ старшего про смешные ситуации на стажировке. Разумеется, оные выбирались тщательно и рассказывались как можно аккуратнее, без какого-либо упоминания конкретных задач и функций в них лично Гука. Тэ сам для себя решил, что старший — программист, а тот и не стал его переубеждать, ответив уклончивое: «И это в том числе». — Ладно, хён, мне пора… — На учёбу? — услужливо подсказывает Гук и прикусывает язык. — Да… — немного озадаченно бормочет Тэхён. — А ты откуда знаешь? Я вроде не говорил, что студент. — Да, но ты сказал, что младше меня, а значит, скорее всего, учишься, ну а про учёбу просто предположение, — быстро выкручивается Чонгук, мысленно отбивая себе пять за сообразительность. — Аа… — покупается Тэхён: судя по всему, отговорка кажется ему вполне логичной. — Ладно, тогда до встречи! Чонгук покорно отпускает Тэхёна: несколькими минутами ранее они официально обменялись телефонами (да-да, Гук помнит про легенду, конспирацию и всякое такое!), так что он сможет подбадривать младшего мемами и глупыми тиктоками на правах нового знакомого в особо тяжёлые дни. Кажется, у Тэ скоро зачёт, но Гук не волнуется за него, во всяком случае, не в том, что касается юриспруденции. Тэхён, несмотря на образ обаятельного дорка, действительно разбирается в своём направлении, и Чонгук усмехается своим мыслям о возможной выгоде для себя его будущей профессии. О да, из них получится потрясающая парочка: адвокат и правительственный агент, если, конечно, он когда-либо признается в том, что выучил всю его биографию по содержимому переписок и посмотрел всю его коллекцию порнухи. Возвращаясь на вахту, Чонгук сталкивается с по своему обыкновению чем-то недовольным Юнги. Белоснежные волосы оного находятся в состоянии творческого безумия, а под глазами залегают тени — из всего этого Гук делает вывод, что старший снова не спал полночи, страдая похожим на чонгуков недугом. Пытками и щекоткой, что, в принципе, одно и то же, Чонгук выбил из старшего имя его объекта, премного удивившись тому, что им оказался тот самый mochi_chimmy, который стабильно снабжает Чонгука информацией, пусть и неосознанно, посредством переписок с Тэхёном. «Если настанет день, когда мы все завалимся на двойное свидание, случится конец света», — думается Гуку, и он весело фыркает, зарываясь в жёсткую шевелюру Юнги пальцами в приветственном жесте и получая злобное шипение в ответ. — Ах, прости, я забыл, что твоё сердце, почки и волосы всецело принадлежат мистеру пухлые губы, — продолжает хихикать Чонгук. — Больно уж у тебя хорошее настроение для человека, который ещё недавно отсматривал тонну тупорылого контента по всему Интернету. Что, твоя Джульетта смирилась с тем, что ты будешь сталкерить её сети до конца своих дней, и согласилась на двухэтажный дом, трёх детей и двух пуделей? — Откуда ты… — начинает Чонгук, а потом его осеняет: — Ты что, рылся в моём Пинтересте? — Лучше паролить надо, — зевает Юнги, получая лёгкий тычок в бок и… — О, Господи, Чон Чонгук, только не щекотка! … Но Гука уже не остановить. С воинственным кличем он бросается на друга, доводя его до истерики сотней прикосновений-иголочек, и подобные забавы, по классике, прекращаются только тогда, когда на экране чонгуковского монитора приходят в движение сразу несколько иконок. — Прости, труба зовёт, — обессилено уведомляет Гук, слезая с Юнги, у которого от непрерывного смеха начинается икота. — Даже не ври, что тебе жаль, — отмахивается старший, возвращаясь к составлению отчётов: кажется, этим он и занимался до тех пор, пока его не отвлёк Чонгук. — Ты прав, мне не жаль, — легко соглашается последний и перелетает на своё рабочее место, с разбега приземляясь на стул и всматриваясь в клики, происходящие на мониторе. Тэхён переписывается с Чимином, и Гук с предвкушением выхватывает среди потока слов собственное имя. Юнги в нескольких метрах от него усмехается, продолжая множить бюрократию в корейской агентурной системе, однако больно уж хитро поглядывает одним глазом на второй монитор, расположенный рядом. Сначала до младшего не доходит, но стоит ему ещё раз посмотреть на имя в диалоговом окне Тэхёна, как всё встаёт на свои места. Чёртов хён видит абсолютно такую же переписку, только с ракурса Пак Чимина, и судя по предвкушающему блеску в глазах, уже заряжает свой шуткомёт смехотронами. Вот же блядство.

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Мини-хён! Срочная мобилизация визжательных войск¡

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ ЧТО ТАКОЕ?! КУДА ВИЗЖАТЬ?!

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) В мой рупор специальных обращений! Скажи, насколько я испорчен по шкале от одного до ста, если хочу трахнуть собой парня, которого случайно облил кофе в кафешке, через несколько дней после типо болезненного расставания?

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Ох, детка, это твёрдая сотка :-/ А что, так хорош?

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Не спрашивай! Пока замывал пятна, успел пощупать, и хочу сказать, что с мускулами у него всё вэээри гуд, наш НепотребНадзор одобряет. Мы обменялись номерами, как думаешь, я буду выглядеть слишком нуждающейся задницей, если напишу первым?

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Честно? Будешь. Но, посмотрим правде в глаза, когда это тебя останавливало?

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Ты прав — никогда. Так и что писать? «Привет, мистер сексуальные ножки, мечтаю оседлать тебя под Sexy Back, играющую на фоне?», лол

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Ужасная сексуальная фантазия, солнце)

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Ойййй, только не прикидывайся, что Тимберлейк не был твоим первым крашем. Знал бы ты, как я ненавидел сучку Бритни, когда она прибрала его к своим наманикюренным лапам. Ладно, не суть, пришлю первое пристойное, что придёт в голову

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Ладушки, отпишись, как всё пойдёт

Чонгук шокировано пялится в экран, в то время как Юнги захлёбывается своим смехом: — Смотри, осторожнее с этим парнишкой, как бы он тебя не изнасиловал в тёмном углу! — прыскает парень, откидываясь на спинку кресла и продолжая гаденько хихикать. Чонгук абстрагируется от ситуации, погружаясь в пространные рассуждения. Итак, он прочитал то, что ему не следовало, получил весьма исчерпывающую информацию, а теперь ему необходимо решить, как этой самой информацией распорядиться. Тэхён предельно чётко обозначил свою позицию, но немного не так представлял себе Гук начало их отношений. Он думал, что будет охмурять Тэ постепенно, и к следующему году они, в лучшем случае, сходят на первое свидание и — возможно! — поцелуются под омелой, но чтобы вот так… Чтобы так сразу… Пожалуй, для человека, проглотившего почти гигабайт порно самой разной степени извращённости, он слишком очевидно ломается, однако имеет на это право! У него, вообще-то, как правильно подметил Юнги, были вполне себе целомудренные мечтания о доме, детях и собаке, а Тэхён, оказывается, подобными сантиментами не страдает. Размышления Чонгука прерывает вибрация телефона и знакомое имя на экране.

Кому: Сексуальный парень из кафе От: Моё, мать его, божество Хэй, я тот студент из кафе, который вылил на тебя кофе. Не хочешь сходить куда-нибудь на неделе?

***

Чонгук собирается на своё официально-неофициальное свидание, чувствуя прилив бодрости и волнения одновременно. От бушующих нервов парень влил в себя с литр кофе, несколько раз убедился в том, что его одежда идеально сидит на теле, которое, само собой разумеется, идеально тоже, и прямо сейчас занимается тем, что по десятому кругу прогоняет все двадцать пять возможных сценариев этого вечера. — Не понимаю, — ржёт Юнги, с которым они делят комнату на базе — временная привилегия и наказание в одном лице, неизбежное на время стажировки, — какой смысл так трепетно подбирать одежду для парня, который более чем ясно намекнул, что хочет её с тебя снять? — Ну не могу же я затащить его в постель на первом же свидании! — возмущённо отзывается та часть Чонгука, которая отвечает за джентельменство. — Можешь, — бескомпромиссно заявляет Юнги, прикуривая сигарету и наполняя помещение дымом; Чонгук уже не раз бодался с ним по этому поводу, даже угрожал подарить ему на Рождество установку пожарной сигнализации, но быстро сдался, осознав всю бесполезность своих попыток. — Нет, не могу, это… некрасиво, — скомкано заканчивает Гук, так и не придумав более подходящего слова. — Ух ты пух ты, некрасиво, — не преминет зацепиться за слово старший. — Из какого института благородных девиц тебя прислали? Тот парниша буквально сам расстёгивает тебе ширинку — не красней так, пока только метафорически, — а ты мнёшься и рассуждаешь о высоких материях. Некрасиво ему… А смотреть чужое порно — красиво, извращенец мелкий? — Далось тебе это порно! — воет Чонгук с твёрдым намерением упасть на кровать, но вовремя останавливает себя, боясь разрушить тщательно подобранный образ. — Как раз-таки не мне, — фыркает Юнги и, наталкиваясь на преисполненный обиды взгляд, послушно меняет тему. — Кстати, во сколько тебе выходить-то? — Ровно через… — Чонгук смотрит на часы и паникует: — Пятнадцать минут назад! … К счастью, обходится без опозданий. Гук даже опережает свою зазнобу, удобно располагаясь за столиком в уютном итальянском ресторане и решая по случаю освободившегося времени бегло просмотреть последнюю активность младшего. Наградой страждущему становится крайне занятная переписка… Чёрт, пожалуй, даже слишком, кхм, занятная, всё с тем же Чимином, дважды храни его Господь.

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Хэй-хо, милашка из кафе согласился покатать меня на своих бёдрах! *Гейский визг*

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Зная тебя и твоё умение делать из мухи слона, бедолага просто согласился сходить с тобой куда-нибудь, и уж точно не ожидает, что ты начнёшь домогаться до него в общественном туалете. Мать мою, Тэ, ты же будущий адвокат, так какого чёрта я должен объяснять тебе, что за такое можно и схлопотать?

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Ничего не знаю, он был в водолазке, а это запрещённый приём, который я истолковываю, как прямой призыв к действию. Кстати, я в процессе подбора одежды, нужна экспертная помощь!

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Валяй

Тэхён присылает три фотографии, и Чонгук чуть не захлёбывается принесённым в процессе чтения коктейлем и собственной слюной. Вместо вполне ожидаемого набора из различных комбинаций пальто, джинс и свитеров (сам-то Гук, не будь дурак, снова надел водолазку, но уже более жизнерадостной расцветки), он видит пресимпатичную филейную часть Тэхёна, обтянутую (матерь Божья!) женским нижним бельём. Всего их три: красные, чёрные и белые, блять, в рюшечку. Член в штанах заинтересованно дёргается, и Гук поспешно сворачивает фото, шепча укоризненное «предатель» себе в ширинку. Спешно перелистывая переписку, Чонгук пытается отвлечь себя последующими сообщениями от Чимина.

Кому: Тэхён-и я и я ;) От: Мой любимый моти ~ Ну ёб твою мать, Ким Тэхён! Помнишь, о чём мы с тобой говорили?

Кому: Мой любимый моти ~ От: Тэхён-и я и я ;) Не раздвигать ноги на первом свидании? Ууупс, прости, мой своенравный моти, но не в этот раз. Обещаю, насильно лезть в штаны никому не буду, но вот развязно гладить ногу под столом — очень даже

— Чонгук-хён! Гук молниеносно сворачивает переписку, даря Тэхёну очаровательную улыбку и ненавидя себя за это, но всё равно мучаясь вопросом, на чём же в итоге остановился Тэ. «Есть только один способ это проверить», — коварно шепчет внутренний бесёнок, но Чонгук решительно отметает эти мысли. Не сегодня. Ну не на первом же свидании, в конце-то концов! — Я уже сделал заказ, — продолжая удерживать улыбку, Чонгук протягивает Тэхёну меню, мысленно всё равно возвращаясь к злополучному белью. «Господи, как же заманить тебя в постель?» — думает Тэ, покорно выбирая парочку рандомных блюд и озвучивая их официанту. «Господи, как бы не скончаться от одних только мыслей? — тем временем размышляет Гук. — В обоих смыслах этого слова». Приносят предусмотрительно выбранное Чонгуком вино. После первого бокала диалог заметно оживляется и приобретает краски, а за первым бокалом следует второй, третий, новая бутылка… В общем, за ярыми спорами о художественной ценности картин Мане и параллельно идущем обсуждении любимого персонажа из Наруто, Чонгук успевает забыть о своей небольшой проблеме, полностью растворяясь в диалоге. Разумеется, Тэхён решает напомнить. Гук чуть повторно не давится напитком, когда чувствует на своей ноге чьё-то мягкое касание. Что-то, подозрительно похожее по ощущениям на человеческую ступню, мягко скользит от колена к тому самому, предательски чувствительному месту, и Чонгук всерьёз обеспокоен, ибо не уверен, как помягче отказать Тэхёну. Поправка: он не уверен, что сможет отказать ему вообще. — Пожалуйста, Тэ, ты уверен, что хочешь этого? — почти жалобно выдавливает из себя Чонгук. — Да, — мягко улыбается Тэхён и в следующую секунду требовательно надавливает ногой Гуку на промежность. — Прогуляешься со мной до ближайшего туалета? — Ну уж нет! — хотя бы здесь проявляет твёрдость характера Чонгук. — Если ты вознамерился обрубить мои восхищения Итачи таким пошлым образом, а у меня не хватает выдержки тебе отказать ради приличия, это не значит, что мы будем прижиматься к грязным поверхностям местного клозета. А вдруг там были туберкулёзники? — выдаёт первое, что приходит на ум, Чонгук. Тэхён заливисто смеётся, становясь в этот момент таким беззащитным и нежным, что Гук на секунду сомневается в том, что это чудо ещё минуту назад грязно домогалось до него под столом. — Ладно, мистер Привереда. К тебе или ко мне? … Всего лишь на секунду. — К тебе, — решительно отвечает Чонгук, едва не усмехаясь при представлении обалдевшего Юнги, если бы они с Тэхёном ввалились в их общую комнату, располагающуюся на, вообще-то, засекреченном государственном объекте.

***

— Тэхён… — предпринимает попытку отстраниться Чонгук. — Ничего не знаю, раньше надо было думать, — выстанывает младший, за волосы притягивая парня к своему лицу. Прямо сейчас Чонгук с относительной лёгкостью удерживает довольно худого Тэ, прижимая его спину к стене коридора квартиры последнего, и чувствует себя крайне паршиво из-за того, что по своей воле отказывается от, скорее всего, лучшего секса в своей жизни, но иначе он просто не может. Танни, вышедший было на шум, благополучно свалил в туман при виде какого-то мужика, вжимающего хозяина в твёрдую поверхность, а вместе с пёселем испарились и его шансы отложить неприятный диалог. — Тэ… Хё… — младший кусает его за мочку уха, прерывая так и не прозвучавшую фразу. — Да стой же ты! — Ну что? — с явным неудовольствием откликается Тэхён, чуть отстраняясь и приподнимая бровь. — В общем, скорее всего, после того, что я скажу, у тебя пропадёт всякое желание меня видеть, но иначе я просто не могу. Понимаешь, ты мне безумно нравишься, и это правда, но познакомились мы… Вернее, я с тобой… Намного раньше, чем ты со мной, — скороговоркой выпаливает Гук и, чуть отдышавшись, поясняет, видя непонимание на лице напротив: — Дело всё в том, что я — правительственный агент, ну или стану им, если не завалю этот экзамен, но не суть. В рамках необходимой практики нас должны были стандартно отправить в какую-нибудь Арктику, следить за пингвинами, ну или в Гватемалу, не знаю, отслеживать сбыт наркотиков и в нужный момент нажимать на кнопочку… Так бы, наверное, и получилось, если бы правительство не решило в последний момент организовать некий эксперимент для отслеживания действий людей в Интернете. Они случайно выбрали определённое количество граждан из разных слоёв общества, а нас посадили наблюдать и составлять отчёты. — И этим ты хочешь сказать… ? — лицо Тэхёна вдруг делается красным, как помидор, и Чонгук понимает, что тот мгновенно вспомнил все постыдные вещи, которые когда-либо писал или делал в сети. — Да, — он мотает головой и только сейчас додумывается мягко опустить Тэхёна на стоящий рядом пуфик. — Всё, что ты писал, гуглил, сохранял на свои устройства, мне необходимо было изучать и документировать. Но я честно-честно не лез в папку «Нормативно-правовые акты», что за папка, ума не приложу, наверное, там что-то по учёбе… Ой. Чонгук осекается, сталкиваясь с чуть насмешливым и потеплевшим взглядом напротив. Определённо не такой реакции он ожидал на свою исповедь, и прямо сейчас его оставшиеся нераспрямлёнными извилины судорожно работают, пытаясь выяснить причины столь поражающего спокойствия. Может, он решил, что Гук сумасшедший? Да, точно, как один из тех психов, что верят в инопланетное вмешательство и плоскую землю! Тогда его спокойствие объясняется очень просто: он всего лишь усыпляет бдительность, а сам ищет, чем бы огреть его по башке. — Так, говоришь, ты отслеживал всё, что я делал в своих устройствах? — таинственно улыбаясь, поднимается он с пуфика и подходит ближе. — Включая мои переписки? — Дааа… — тянет Чонгук, не совсем понимая, куда тот клонит. — А в переписку с Чимином ты сегодня залезал? — вкрадчиво продолжает Тэхён, хватаясь за низ чоновской водолазки. — Возможно… — И что ты думаешь? — Я не смотрел на твой зад в женском нижнем белье, клянусь! — В таком случае, — улыбка Тэхёна с каждой секундой всё больше походит на оскал, — это нужно срочно исправить. Подцепляя джинсы и ослабляя ремень, Тэ приспускает край, прикрывая глаза, и Чонгук нервно сглатывает, чувствуя знакомое напряжение в паху. Всё-таки чёрное. Чёрное кружевное бельё. На Тэхёне. Охренеть можно. Чонгук завороженно прикасается к тканевой полоске, после чего не выдерживает и сдёргивает джинсы с бёдер Тэхёна, опускаясь на колени и отодвигая мешающее бельё в сторону. Аккуратный член с розовой головкой мягко шлёпается о живот, вызывая больные ассоциации с леденцом или, чем паче, сахарной ватой. Чонгук припадает к этому великолепию ртом, слыша глубокий стон сверху, и в очередной раз молится на Тэхёна, но теперь уже не только как на личность, не только на его внешность или тело, но и на этот удивительный, всем херам хер. Чонгук пробует, невольно сравнивая себя с солдатом на минном поле. Тэхёну хочется сделать приятно, особенно когда он, весь такой невозможный и раскрасневшийся, прижимается к уже породнившейся с ним стене, судорожно хватает ртом воздух и направляет его голову, капризно заламывая брови и беспорядочно насаживаясь на чужой горячий рот. Чонгук боится задеть зубами чувствительную кожицу, боится, что в самый ответственный момент-таки прикусит что-нибудь или издаст какой-то особенно неэротичный «хлюп», но эти страхи быстро развеиваются под натиском Тэхёна. Методом проб и исследований, Чонгук фиксирует в памяти движения языка, при которых Тэхён вздрагивает, а то и стонет, особенно сильно, и отпечатывает их в памяти наравне с важными государственными тайнами (под оными, само собой, подразумевается пароль Тэхёна от Фейсбука). Периодически перемещаясь на не менее аккуратные яички и подключая вторую руку, Чонгук удовлетворённо хмыкает, слыша предупредительный возглас откуда-то сверху, и улыбается, чувствуя, как его хватают за волосы, пытаясь ненавязчиво отстранить. Ну уж нет: Чонгук набирает темп, вслушиваясь в прерывистое дыхание младшего, и почти пропускает момент, когда тело наверху как будто бы обмякает, а рот заполняет вязкая, горьковато-солёная жидкость. Гук, не задумываясь, проглатывает, ловя на себе обалдевший взгляд Тэхёна, и мягко приподнимается с колен, чувствуя тёплую руку у себя на спине. Тэхён без предупреждения запрыгивает ему на руки, прижимаясь опавшим членом к животу, и шёпотом инструктирует, как добраться до спальни. Чонгук примерно знает, но не считает нужным упоминать об этом; во всяком случае, точно не сейчас. Мягко поглаживая мокрую от пота гриву младшего, повисшего на нём на манер коалы, Чонгук доносит их до кровати, после чего сваливает туда сопротивляющегося Тэхёна, не удерживая равновесия и плюхаясь следом. Тэ вслепую шарит по пространству на тумбочке и находит тюбик смазки, рядом с которым удачно располагаются презервативы. Пожалуй, даже слишком удачно, что невольно наводит на определённый вопрос. — Ты подготовился? — Я надеялся, — не желая продолжать завязавшийся диалог, Тэхён утягивает Чонгука во влажный поцелуй, сцепляя ноги у того на спине и чувствуя, как тот стягивает с него последние остатки одежды, оставляя только роковое чёрное бельё, с которого всё завязалось и на котором должно развязаться… в прямом смысле этого слова. — Не уверен, что хочу растягивать тебя прямо сейчас, — озвучивает зародившуюся в голове мысль Чонгук и мимоходом целует Тэхёна в краешек губ. — Ну, без растяжки я заебусь потом бегать по проктологам, — просто отвечает Тэ, неверно истолковывая намёк Гука. — Я не про это, — хмыкает он, наваливаясь на миниатюрное тело под собой и смахивая налипшие на лоб пряди младшего. — А про что? — любопытствует Тэхён, только сейчас замечая, что Гук, в отличие от него самого, полностью одет. — Просто лежи и получай удовольствие, — шепчет Чонгук, умудряясь устроиться таким образом, чтобы нависать над младшим, но не давить на него не маленькой массой своего тела. Внимательно смотря Тэхёну в глаза, Чонгук толкается в его бёдра, имитируя секс без проникновения, и до первого, наконец, доходит. Что ж, петтинг — не совсем то, на что он рассчитывал, но так, наверное, даже лучше. Первый оргазм высосал Тэхёна, и он не уверен, что его хватило бы ещё и на полноценный секс, а в том, что Чонгук толкается в него, будучи целиком и полностью одетым, в то время как он лежит на кровати практически обнажённым, было что-то невыносимо возбуждающее, заставляющее его неугомонный член твердеть вновь. — Ненасытное чудовище, — фыркает Чонгук, но продолжает поступательные движения бёдрами, усиливая трение и заставляя Тэхёна выгнуться от нахлынувших ощущений. — Это… Твою мать… — бормочет Тэхён, вновь хватаясь за волосы на затылке старшего и утыкаясь носом ему в шею. Чонгуку хватает минут пять интенсивного трения, чтобы кончить. Тэхён делает буквально два движения рукой, догоняя его и получая уже второй оргазм за вечер — неслыханная щедрость всемирно известного Бога траха, в существовании которого он в своё время усиленно убеждал Чимина. « — Ну потому что бывает секс откровенно так себе, — говорил он с наисерьёзнейшим выражением лица, — а бывает такой, что хочется бухнуться на колени и молиться на существование одного конкретного мужика. Но молиться кому? Правильно, Богу траха. В конце концов, если существует Бог вина или развлечений, то почему не должно существовать Бога траха?» Чимин раскритиковал его практически религиозное учение в пух и прах, однако если бы у Чимина хоть раз в жизни получилось кончить два раза от не самого умелого минета и простых притираний, Тэхён уверен, этот скептичный гном ещё трижды бы подумал над своими словами и в конце концов согласился. Пока Тэхён предаётся размышлениям о Боге траха и отходит от оргазма, Чонгук успевает быстро принять душ, откопать себе халат и принести влажные полотенца, которыми обтирает младшего под недовольное бурчание последнего. Стоит Чонгуку закончить, как тот одним движением опрокидывает его на кровать, заползает на покорно замершего Гука сверху и утыкается носом в шею, принимаясь сосредоточенно сопеть и что-то туда шептать. — Я тебя не слышу, — улыбается Чонгук, трепля младшего по голове и приподнимая его лицо. — Говорю, что если ты собираешься свалить и относиться к этому, как к одноразовому сексу, то я накатаю на тебя жалобу президенту. — Ой-ой-ой, а кто первым потащил меня в кровать? Я, чтоб ты знал, хотел делать всё медленно и постепенно, добиваться тебя поэтапно и лишь на свидании десятом попросить разрешения тебя поцеловать. — Да ну? — Тэхён потирается о его грудь, распахивая халат и укладываясь на горячую обнажённую кожу. — Неужели тебя так впечатлила папка с «Нормативно-правовыми актами»? — Тьфу на тебя, — обиженно фыркает Чонгук, шутливо сбрасывая младшего на левую часть кровати. Не проходит и секунды, как Тэхён заползает обратно. — Итак, мой парень — правительственный агент? Как забавно звучит, — начинает Тэхён, внимательно наблюдая за реакцией Чонгука. Наталкиваясь на чужой удивлённый взгляд, Тэ поясняет: — Ну, ты, судя по всему, отупел от радости и решил не предлагать отношения после этих твоих обещанных десяти свиданий. Не думай, на них мы сходим, но отношения я хочу уже сейчас! — Тэхён вновь изображает капризного ребёнка, и Чонгук на секунду ощущает себя педофилом. — Ладно-ладно, — поднимает руки старший в сдающемся жесте. — Но со свиданиями у меня разбегаются глаза от идей. Например, мы можем сходить на рождественскую ярмарку, посмотреть новогоднюю часть «Очень плохих мамочек», купить дурацкие пижамы с оленями в торговом центре… — О, последний вариант мне нравится больше всего, потому что он подразумевает возможность быстрого отсоса в туалете. Ну, нужно же мне как-то вернуть должок. — Господи, Тэ, ты просто ужасен, — смеётся Чонгук, прижимая парня к груди. — Ты хотел сказать прекрасен, просто ошибся в нескольких местах, — убеждённо отзывается Тэхён, и, спустя примерно минуту уютного молчания, уточняет: — Ну так, какое видео из «Нормативно-правовых актов» тебе понравилось больше всего? — Ким Тэхён!