Мгновение жизни

— Доброе утро, доктор Сальваторе. Как вы себя чувствуйте? — Элайджа вызвав к его к себе поинтересовался его здоровьем. — Все хорошо, готов к работе, — Деймон натянул вымученную улыбку перед начальством, ему до ужаса надоело сидеть дома, он считал, что боль пройдет, как только он вернется на работу. — Хорошо, сегодня поработаешь в приемной, а там посмотрим, — Элайджа разрешил Сальваторе выйти на работу раньше срока. Смотря на этого парня в его душе, расцветала весна, но он всеми способами пытался это скрывать. Дни шли за днями, с какого-то дня на Сальваторе начали поступать жалобы, то он забыл назначить анализы, то рентген, на операции вообще едва не убил пациента. В добавок, выяснилось, что в картах, где он назначал обезболивающие пациенты их не получали или получали минимум. Элайджа вызвал его к себе и устроил ему разнос, говоря, что пора бы уже прейти в себя, Сальваторе извинялся, говоря, что такое больше не повторится. Тем же вечером на дежурстве медсестра искала Сальваторе и нашла его в одной из палат, он был мягко сказать не в себе, она тут же позвонила доктору Майклсону и доложила о случившемся. Элайджа еще не успел уйти, решил сам все проверить. Войдя в палату, он увидел Деймона. Понимая, что так больше не может продолжиться решил действовать. — Меган прикатите кресло, и, пожалуйста, никому ничего не говорите, — попросил медсестру Майклсон. Я уже вызвал доктора Дженкинса, сегодня он будет дежурным хирургом. Элайджа усадил Деймона в свою машину, после чего покинул стоянку медицинского цента. Всю ночь Сальваторе проспал, и только на утро следующего дня проснулся с жутким наркотическим похмельем. — Какого черта?! — возмутился Сальваторе, оказалось, что на его руках были кожаные браслеты, такие же как на психиатрических больных, а цепь от них заканчивалась, где-то у изголовья. Он периодически дергал то одной рукой, то другой, то обоими сразу, но желаемого результата так и не достиг. — Эй! Есть тут кто-нибудь? Помогите мне... — Деймон пытался звать на помощь, но все было бесполезно, вокруг него царила тишина. Только примерно пару часов спустя, он услышал, как ключ в двери повернулся, и дверь открылась. На пороге с разносом еды стоял Элайджа Майклсон. — Добрый день... смотрю уже пришел в себя... я принес тебе немного еды, думаю ты, наверное, проголодался, — мужчина вошел, поставил разнос на прикроватную тумбочку. — Что это за дерьмо? Сейчас же отпусти меня, — сверкал голубыми глазами полными ненависти Деймона, дергая руками по очередно. — Успокойся Деймон. Я тут, чтобы помочь тебе справиться с твоей зависимостью, — Элайджа коснулся щеки Сальваторе. Тебе нужно поесть, — Майклсон отрезал кусок от бекона и поднес к губал Деймона. — Если действительно хочешь мне помочь, то дай мне дозу, а это я не хочу, — кинул вызывающий взгляд на своего пленителя. — Прости Деймон... но сегодня только ибупрофен... — Иди на хер, — грубо выругался Деймон. Элайджа оставил своего пациента, ему нужно было вернуться в город, да и медицинский центр требовал его присутствия. Понимая, что ему нужно время, он взял небольшой отпуск за свой счет. Затарился в магазине продуктами и вернулся в загородный дом. К этому времени Деймон чувствовал себя все хуже. Ломка только усилилась, он кричал, умолял дать ему дозу, все его тело покрывала испарина. Он отчаянно дергал руками, желая избавится от оков, но ничего не выходило, они причиняли ему лишь боль. — Элайджа вошел в комнату с бутылкой виски, он налил бокал и поднес к губам Деймона, тот сделал пару глотков. — Умоляю дай хоть, что ни будь, — умоляюще смотрел на Элайджу Деймон. Домашняя терапия Сальваторе заняла чуть больше двух месяцев. Элайджа первые несколько дней держал Деймона прикованным к кровати, позволяя лишь выйти в туалет, но последующие дни смягчил режим, приковав его лишь за лодыжку, это позволяла ему посещать уборную и душевую, а еду он приносил ему сам. Но в самые тяжелые дни Элайджа был с ним рядом морально и физически поддерживая его. В один из таких тяжелых дней Деймону было очень плохо. Дрожь пробивала все его тело, Элайджа не знал, как ему еще помочь, и прижав к себе Сальваторе накрыл его губы жадным, страстным поцелуем. На глазах наворачивались слезы. Этот день был очень трудным и еще моя истерика, и я уже не смог сдерживаться, и все, что накопилась у меня внутри вырывалось наружу. Сильные руки Элайджи подхватили меня, и я оказался у него на коленях. — Тише... все будет хорошо... — сказал он, поглаживая меня по спине. Деймон посмотрел на Элайджу и уткнулся лицом ему в грудь. — Постираешь мою рубашку завтра, она вся в моих слезах и соплях, снимая свою рубашку шмыгая носом, Деймон смотрел на Майклсона. От моих слов Элайджа буквально сорвало крышу, он прижал меня к себе и скользнул язычком мне в рот. Наши язычки соприкоснулись в страстном танце. Было так страстно и знойно, что от нашего поцелуя могла закипеть вода. Я застонал, когда Элайджа потер мой пах свои коленом. Его руки блуждали по моему влажному телу, губы терзали мои. — Ох... А х.… я отвез покрасневший взгляд... Элайджа еще раз провел по моему паху рукой. Он слишком близко. Опасно близко, но я не смог оторваться от него. Чувствую его горячее дыхание. Он отрывается от моих губ давая мне вдохнуть воздуха. Но Секунду спустя его губы касается моей ключицы, мочки уха и снова жарки поцелуй затягивает меня как торнадо. В следующий момент, он стянул с меня джинсы. Его налитый кровь стоячий член прижался ко мне, он сплюнул, разминав мое лоно медленно начал входить в меня. Деймон напрягся, но жаркие слова и целуй в шею затуманили мне сознание. По началу чувствовался дискомфорт, хотелось отстраниться и сбежать, но после пару толчков, окончательно потерялся в новых ощущениях. Один толчок, затем еще один, удар ладонью по ягодицам, еще больше усиливал сексуальное возбуждение. Деймон застонал, когда почувствовал вязкую теплую жидкость, что растекалась по его бедрам. Сегодня Деймон спал спокойно.