По пятам

***

— Привет, Джесси, — в довольно тесную приемную зашел невысокий светловолосый парень, здороваясь с женщиной, сидящей за столом регистрации. — А, Эван, доброе утро! — женщина средних лет очень тепло улыбнулась вошедшему человеку. Приемная полицейского участка города Коверттаун была не особо посещаемым местом. Поэтому секретарь Джесси часто сидела в полутемном помещении одна, заполняя отчеты или попивая чай с конфетами, рассматривая стену напротив ее стола. А смотреть на самом деле было на что. Стены приемной были обиты деревянной панелью, выкрашенной в темно-коричневый цвет. На стороне, где находилась двойная входная дверь, висели многочисленные рамки с вырезками из газет. Атмосфера комнаты больше напоминала время второй половины двадцатого века, чем первые года нового тысячелетия. Несмотря на то, что после двухтысячных годов карманные телефоны и остальная техника начали набирать популярность, в маленьком городке не самого известного штата Америки о них как будто усердно пытались не вспоминать. Молодежь часто старалась уехать из Коверттауна при первой же возможности, поэтому некому было просвещать пожилых людей о современных технологиях. На самом деле, если описывать сам город, то нельзя было назвать точные причины отъезда младшего поколения. Да, возможно он был не самым современным, здесь не было брендовых магазинов и небоскребов, но все было не так уж плохо. Имелись многочисленные магазинчики, даже свой торговый центр, а также компьютерный клуб. Но главной достопримечательностью города было далеко не это. Лес. Стройные ряды елей окружали населенный пункт с разных сторон, как будто укрывая его от лишних глаз или, наоборот, заставляя жителей чувствовать себя в ловушке… В общем, все зависело от развитости воображения на него смотрящего. По мнению Эвана город был самым обычным. В первые годы, когда его направили сюда проходить практику, здесь было непривычно тихо и спокойно. В сравнении с сияющим, вечно молодым Нью-Йорком, где парень учился на стража правопорядка, Коверттаун казался пожилым джентльменом, прожившим долгую, но совершенно ничем не примечательную жизнь. — Ох, черт! — сквозь зубы прошипел блондин, чуть не пролив кофе на бежевые брюки его полицейской формы. Да, сказали бы ему десять лет назад, что самым неприятным событием дня может стать пролитый кофе, Джеймсон бы посмеялся и отправил бы неудавшегося шутника куда подальше. — Мы здесь не ругаемся, Эван, — укоризненно посмотрев на парня сквозь очки, произнесла миссис Джесси. — Да, прости, я немного забылся… — рассеянно, стараясь с максимально виноватым выражением лица посмотреть на женщину, произнес Эван. — День с самого утра какой-то странный. Чувствую, что что-то пойдет не так… Последние слова парень проворчал. На самом деле он привык верить своим ощущениям, которые не раз предупреждали его о надвигающихся неприятностях, но именно сегодня хотелось выкинуть этот противный колокольчик тревоги из своей головы. Еще раз Джеймсон посмотрел на подобревшую женщину, чтобы увидеть, как та качает головой. Успокоив мысли, парень наконец-то прошел в соседнюю комнату. Его стол, стол ведущего детектива, находился в самом углу. Эван считал расположение рабочего места одной из важнейших вещей на службе. Из угла было достаточно удобно наблюдать за всем офисом, а через находившееся рядом окно можно было в случае чего быстро покинуть помещение. Проходя мимо висевшего на стене зеркала, блондин без звука выругался. Он просил шефа еще в прошлом месяце убрать данную вещь куда подальше, но начальник лишь развел руками и с хохотом выпроводил детектива. «Эван, если у тебя проблемы с восприятием своей внешности, это не значит, что мы должны лишить Элисона единственной причины приходить на работу. Твой напарник этого не выдержит, если мы уберем его… хм… стимул к работе! Будь чуть милосерднее к себе и другим», — реплика главного детектива Ходдса звучала в голове каждый раз, когда его подчиненный смотрел в зеркало. «Ну да. Главное Элисону не навредить, конечно…» — мысленно Джеймсон поморщился. — «У него же такая тонкая чувствительная натура, и вправду…» Еще раз мельком взглянув в зеркальную гладь, парень на секунду застыл. Неужели… нет, показалось. В отражении можно было увидеть невысокого, жилистого, смуглого парня. Он был коротко стриженным блондином, на лице было несколько родинок, саркастическая ухмылка и невероятно яркие глаза. Зеленые глаза. Судорожно вздохнув, Эван тряхнул головой и быстро сел на свой стул. Как хорошо, что с его позиции он не видит себя. Смотреть на собственные лицо и тело все еще было непривычно, хотя одна деталь все же выдавала его старый облик. — Работа… да, точно, работа… — блондин еще раз вздохнул, как бы собираясь с мыслями, а потом подтянул к себе кипу бумажек. Неужели это все необходимо сдать к обеду?..

***

— Ну вот, а потом я ей такой говорю… — рассказы Элисона всегда звучали для Эвана как белый шум. Этакий звук телевизора, который можно было оставлять на заднем плане, когда делаешь какие-нибудь домашние дела или пытаешься вздремнуть. — Ага… — не отвлекаясь от экрана старого компьютера, Джеймсон пытался имитировать эффект вовлеченности в разговор. Это было бы довольно просто, если бы одновременно он не заполнял протоколы о хулиганстве каких-то подростков из местной школы. Он знал, что если попросить своего напарника отстать от него хотя бы на пять минут, то это обернется для него лишь минутным молчанием от обиды, а потом долгими-долгими расспросами «что с тобой такое, почему ты так себя со мной ведешь, неужели я такой плохой…». В общем, Элисон и вправду был очень тонкой чувственной личностью, поэтому Эван старался терпеть. Ради своего душевного спокойствия. — Представляешь, я всего лишь один разок переспал с ее подругой! — напарник с длинными кудрявыми русыми волосами всплеснул руками. — Ну что такого в том, что я остался у нее один раз… ну два… но это неважно, зачем вообще истерику разводить?! Мы что, не можем как цивилизованные люди, разобраться с ситуацией и опустить конфликт? — Ага… — Джеймсон еще раз перепроверил данные о подростках. В протоколе обычно записывались данные о нарушении, о личности преступников и об осмотре полицейскими места преступления. «Обкидали дом туалетной бумагой. Оригинально», — он на секунду приподнял уголки губ. Иногда их городку не хватало небольшой встряски, пусть даже и подростковой. «Хм, интересно, если я повторю их подвиг, может меня тоже засунут в камеру на сутки, и я смогу наконец-то спокойно отдохнуть или поработать в тишине?» — мысли как будто пролетели перед глазами мужчины, превращаясь в образы, и он было почти решился на данный эксперимент, если бы не резко наступившее молчание. — …рядом с шефом. Что думаешь по этому поводу? — Эван поднял глаза на напарника, чей стол находился напротив, совсем рядом с тем злосчастным зеркалом. Тот вопросительно смотрел на него, сидя на краю стола, закинув ногу на ногу. — Ты меня слушаешь вообще? — Ага-а… — машинально ответил ему Джеймсон. Но только он увидел надувшиеся губы и насупленный взгляд из-под кудрявых прядей парня, как понял, что сморозил что-то не то. — Стоп, ты говорил что-то о шефе? Взгляд Элисона начал снова светлеть. Складка между бровями разгладилась, и он снова начал балаболить без остановки. — Да, я же тебе говорю! — парень начал нетерпеливо трясти ногой, как будто так выражая свое возмущение из-за того, что Эван снова его слова прослушал. — Сегодня на подходе в офис видел такого красавчика, сразу видно, что не наш. Шеф о чем-то очень серьезно с ним разговаривал, но когда я решил подойти к ним и поздороваться, сразу сделал вид, что они говорили о погоде! — Элисон надул верхнюю губу. — Ну вот, а красавчик был такой… прям м-м-м… рука, как две мои ноги! Представляешь? — Ой, избавь меня от подробностей, пожалуйста, — Джеймсон поморщился. Он привык, что его напарник увивался почти за каждой юбкой, которая иногда была не только юбкой, но и вполне вероятно чьими-то джинсами. — Ну и пожалуйста… — кудрявый парень на секунду остановился, будто раздумывая, воспринимать это как обиду или нет. Но видимо удача сегодня все-таки улыбнулась Эвану, потому что Элисон довольно быстро продолжил: — Короче, я не знаю, о чем они точно говорили, но почти уверен, что темой их разговора был ты. Печатавший на клавиатуре мужчина застыл. Подняв голову и взглянув на пристально на него смотрящего парня, Джеймсон как-то неуверенно наклонил голову на бок. — Ты уверен, что про меня? — все знали, что Элисон много болтает по делу и без, но его сведения часто оказывались полезными, особенно если это касалось знакомых и друзей. — Шеф говорил про своего подчиненного. Серьезного, спортивного, соображающего, умеющего молчать, но нелюдимого… ну я понял, что это про тебя, когда услышал про нелюдимость, — беспечно произнес напарник. — Не знаю, что им от тебя надо, но главное, я тебя предупредил. Все еще смотря на мгновенно посерьезневшее лицо Элисона, Эван напрягся. «Вот оно», — в голове звучало это предложение. — «Не зря я сегодня предупредил миссис Эми, что вернусь поздно…». С тоской покосившись на довольно большую кипу бумаги, лежащую на столе, парень протяжно вздохнул. День обещал выдаться долгим…

***

— Джеймсон, зайди ко мне, пожалуйста, перед уходом! — из кабинета начальника, находившегося по соседству с офисом обычных полицейских, раздался голос мистера Ходдса. — У-у-у, Эван, а я ведь тебе говорил… — на сидящего все в той же позе мужчину с сочувствием смотрел его напарник, попутно собирая свои вещи в портфель. — Ну, в общем, бывай! Что-то напевая себе под нос, Элисон вышел из кабинета. Джеймсон лишь с завистью смотрел в дверной проем, где напарник с улыбкой попрощался с сидящей на посту Джесси. Женщина как ни в чем не бывало перебирала какие-то бумажки, как будто не замечая, что время на часах близится к двенадцати. «Иногда мне кажется, что она робот…» — понаблюдав еще немного за неторопливыми движениями рыжеволосого секретаря, мужчина встал. С тяжелым предчувствием в груди, Эван постучался в кабинет начальника, после чего почти сразу зашел, плотно закрыв за собой дверь. Комната не представляла из себя ничего особенного. Лишь пара грамот, висевшие за спинкой высокого кожаного стула, давали понять, что за человек сидит за широким дубовым столом. Кстати, этот самый человек прямо сейчас находился там, встречая своего гостя не как обычно, с широкой улыбкой на лице, а хмуро, можно даже сказать задумчиво, вглядываясь в посетителя, словно пытаясь рассмотреть его насквозь. И будто что-то решив в своих мыслях, мистер Ходдс мигом посветлел в лице, приглашая Джеймсона присесть на стул для посетителей. Хотя Эван бывал здесь не раз и не два, именно сейчас он чувствовал себя максимально некомфортно. Как будто его вызвали на ковер к преподавателю в училище, которое он закончил. Да, профессор Смертни, учитель криминалистики, был самым жестким преподавателем, который был у парня, Снейп или Макгонагалл не сравнятся с ним никогда… «Держи себя и свои мысли в руках!» — сам себя одернул парень, усаживаясь на деревянный стул, предоставленный ему начальником. Он постарался расслабиться, но воображение уже подкидывало ему десятки всевозможных вариантов развития разговора. — Ах, Эван… — мистер Раймонд Ходдс был высокого роста, с черными, по-армейски короткими волосами, а также с ярко-зелеными глазами. Его внешность совершенно отрицала вероятность того, что Раймонд коренной американец. Но тем не менее, профессия полицейского передавалась в его роду из поколения в поколение на протяжении многих лет. — Как себя чувствуешь? Шеф старался вести себя как можно беспечнее, но Джеймсон был почти на пределе, поэтому еле сдерживал себя от того, чтобы не нагрубить шефу. Прямо сейчас он буквально тонул в волне беспокойства и тревоги, что по нарастающей овладевали им. — Я в порядке, шеф, — он твердо сказал это, глядя главному детективу в глаза. — Мне казалось, отчет я могу сдать завтра. Там остались некоторые мелкие детали. Несколько секунд два детектива молча смотрели друг другу в глаза. Между ними как будто шел молчаливый диалог, каким образом продолжить их беседу. Наконец мистер Ходдс отвел глаза, поудобнее устраиваясь в кресле. — Мистер Джеймсон. Я знаю, что вы очень ответственный сотрудник, который любит свое дело и свое государство… — шеф начал говорить о всех заслугах Эвена, пока тот еще сильнее не начал ерзать. Он уже не мог нормально сидеть, понимая, что то, что сейчас произойдет, опять изменит его едва стабильную жизнь. — Пожалуйста, шеф… — блондин почти с мольбой в глазах произнес фразу начальнику. — Давайте сразу к делу. Мужчина напротив от неожиданности резко поднял бровь. Обычно на его сотрудника это не похоже. Что же заставило его так нервничать? Неужели интуиция?.. Только Раймонд решил заново начать говорить, тишину в кабинете прервала фраза, сказанная незнакомым Эвансу мужским голосом. — Хватит его мариновать, мистер Ходдс, — парень резко обернулся на источник звука, столкнувшись с пристальным взглядом серых глаз. — Мистер Джеймсон, чисто теоретически, как вы относитесь к существованию магии? «Вот это я попал», — пронеслось в голове Эвана, прежде чем комната погрузилась во мрак.