Больше не моя.

Прошло уже две недели с того времени как Куронеко порвала с Кёске. Отрицательные эмоции просто переполняли юношу. Он не находил себе места. Постоянно ходил по комнате проверял почту, звонил, посылал СМС, но ответа не получал. Постепенно он начал понимать, что она уже не позвонит и не напишет. Та запись в тетради действительно была частью её плана? Но, как она так легко смогла это сделать? Разве её чувства были не настоящими? Смущение, радость, злость, высокомерие. Неужели все это было ложью? Он не знал наверняка, да и не мог знать. Кёске стал замечать, что ведет себя словно робот. Встал, спустился вниз, чтобы выпить воды, поднялся наверх, допоздна учил уроки и лег спать. Учеба была эдаким заменителем. Углубляясь в решение задачи, он забывал про все мирские проблемы и просто решал. Решал все, что было понятно и не понятно. Не вникая в суть задачи. Если были устные уроки, то просто сидел и читал. Прочитав один раз, ложился спать. Все запоминалось с первого раза, будто вместо мозга, у него компьютер. Когда в очередной раз он встал и спустился на кухню, то увидел на пороге Кирино и незнакомого парня. Выглядел он эффектно: костюм, стильная прическа, модные очки и красивое лицо. Замешкавшись на секунду, Кеске продолжил путь. На кухне сидели отец и мать и попивали чай. Пройдя мимо родственников, он подошел к холодильнику, вытащил сок и налив себе кружку, встал около умывальника. Как раз после него зашли и Кирино и ее парень. Они сели напротив родителей и завязали разговор на отвлеченную тему. Он совершенно не слушал, о чем трещат мать и Кирино, но он точно знал, что появление ухажера Кирино очень не понравилось отцу. Поставив стакан в мойку, он подошел к столу и, положив на плечо отцу свою руку, наклонился к его уху, чтобы только он его слышал: - Давай, я, как всегда, сам все сделаю, хорошо? – в ответ он получил едва заметный кивок. Кёске выпрямился и, посмотрев в глаза парню, кивнул ему на дверь. Юноша тоже едва заметно кивнул и потихоньку вышел вслед на Кёске. - Ты хотел поговорить? – снимая очки, спросил парень. Кёске медленно развернулся и посмотрел на парня. Было ощущение, что сейчас начнется драка, но Кёске лишь снял тапочки и переобулся в уличную обувь. - Знаешь бары, где подают алкоголь несовершеннолетним? – юноша усмехнулся и, скинув тапочки, одел туфли. Следом он накинул плащ и вышел из дома. Что ж, молчание – знак согласия. *** - Так, что у тебя случилось, что ты попросил меня отвезти тебя в такое заведение? Ты явно не кота на велосипеде переехал, - потягивая дешевый виски из стакана, спросил Джон. Оказывается, что Кирино не только бегом в Америке занималась. Успела даже роман завести. Кёске вкратце рассказал свою историю, которая больше была похожа на романы, которые крутят по ТВ: - Вот так поворот. Честно, друг, у меня только два варианта: ты, конечно, извини, но первый подразумевает только то, что твоя бывшая полная сволочь, а второй, это то, что она не понимает что творит. Единственный способ знать, что, правда, так это пойти, встретиться ней и поговорить, - Джон залпом осушил бокал и подозвал бармена. - Да, ты прав. Надо пойти, и поговорить с ней. Сейчас два часа? Отлично, через полчаса у нее кончаются уроки. Как раз у школы и поговорим, - Кёске сделал еще глоток и, кинув пятьдесят иен, пошел в сторону выхода. Алкоголь, несмотря на свое маленькое количество, уже начал действовать. Все ощущения слегка притупились, в том числе и боль в сердце. Он стал понимать людей, которые буквально утопают в алкоголе. Он в какой-то мере глушил неприятные чувства. Но он сделал всего пару глотков, поэтому кроме притупления чувств, ему ничего не грозило. *** Он уже десять минут шел к школе, куда недавно перевелась девушка. Прибыв к школе, Кеске привалился к воротам спиной и стал ждать, пока она выйдет из территории школы. Прошло около пяти минут, и послышался звонок. Потихоньку из ворот начали выходить школьники, но Куронеко нигде не было. Когда толпа рассосалась, он заметил Куронеко. Он хотел было подойти но увидел, что она идет под ручку с каким-то парнем. Кеске будто молнией поразило. Земля ушла из под ног, а горло сдавила невидимая давка. Сил на то, чтобы вздохнуть не было, и чтобы не упасть, он прислонился к стене. Так он простоял, пока парочка не вышла из территории школы. Случайно повернув голову в сторону Кёске, она заметила его. Глаза её округлились, и она встала, как вкопанная. Она не ожидала, что он придет в школу: - С-семпай? – до сих пор не веря своим глазам, спросила брюнетка. - Теперь мне все ясно. А, я, дурак, поговорить пришел, - юноша развернулся и потихоньку поплелся в сторону дома. Ему с трудом удавалось держаться на ногах. Сердце будто разрывало на части и клетка за клеткой оно умирало. Вместе с ним, умирало все, что радовало в ней. Умирала последняя надежда на ее любовь. *** Уже два дня он буквально не вставал с кровати. Сил что-либо делать не было. Они все бросались на осмысление сложившейся ситуации. При одной мысли о том, что у его принцессы есть другой, сердце рвалось на куски, атомы и частицы. Так продолжалось весь день, а когда сил на то, чтобы думать уже не оставалось, он засыпал чтобы восстановить раны и продолжить пытку. Двенадцать часов подряд он мучил себя, разрываясь на части, а во сне восстанавливался и начинал заново. Кирино не раз его будила, говоря, что он кричит во сне. И так день за днем. Но облегчение не приходило. Даже наоборот, становилось все тяжелее. Хотя он старался не показывать своего состояния. Мать и отец с трудом верили, но Кирино… Она всегда была умницей и видела, что творится с братом. Она старалась отвлечь его, но даже Аясе не могла помочь. Однажды он все-таки попытал счастье выйти из комнаты и потерял сознание прямо перед лестницей ведущей вниз. *** - Доктор, как он? – спросила Кирино выходящего из операционной врача. Мужчина громко вздохнул и слегка опустил голову. Значит новости не радостные: - Я не хочу тешить вас надеждами. Возможно, ему осталось лишь сутки, - мать обняла отца и заплакала навзрыд. Кирино обессилено осела на пол и заплакала. Она в первый раз так сильно волновалась за брата - Кстати, вы в курсе, что у вашего сына порок сердца? Просто в карте не было нужного документа, указывающего на это. - Да, я единственный, кто знал это. Но он сильный парень, поэтому он сможет выдержать, - уверенно заявил отец. Он все это время скрывал справку о том, что у его ребенка порок сердца, хотя и не представлял, что сможет это держать в секрете так долго. Но все, что он сейчас мог, так это успокаивать мать и дочь, которые и не думали успокаиваться. Спустя время подъехал Джон, который узнал о происшествии от Кирино. И пусть Джон знаком с Кёске всего два часа, он понимал, как брат дорог для сестры. А поэтому и в какой-то степени дорог ему. Время шло очень медленно. Оно буквально давило на всех присутствующих. Секунды сменяли минуты, а за ними шли часы. Было невыносимо ждать, когда им сообщат результаты. В операционную их не пускали из-за правил больницы. И спустя шестнадцать часов врачи не смогут запустить сердце подростка, что попал к ним. Узнав это, даже отец пустит слезу. Он никогда не думал, что придется хоронить собственного сына. *** Через несколько дней состоялись похороны. Как и положено все, кто знал его пришли в черных одеждах. Друзья, знакомые, родственники. Все без исключения. Будет даже она. Та, из-за которой по её мнению случилось все это. Она будет стоять так далеко, чтобы ее никто не увидел, но когда все разойдутся, она сможет подойти к надгробию, упасть на колени и зарыдать. Она будет винить себя, но он не будет разделять ее мнения. Он будет думать, что именно он виноват. Он виноват потому, что не попытался отвоевать. Она, потому, что была такой дурой.