Блуждающий Трактир (The Wandering Inn)

И вот… наступило Рождество. Эрин снова встала ещё до рассвета, протирая глаза. Она натаскала воды, помогла Лионетте закончить уборку и приготовила еды. Просто еды. Эрин на автомате создала и приправила жирный суп с колбасой, грибами, растительностью, мукой, чесноком, варёным яйцом… и всё это добавила ко ржаной муке и воде, которые были замешаны несколько дней назад. Кислый суп. На вкус он был лучше, чем звучал. Но это было первое блюдо, и Эрин предстояло ещё немало потрудиться. Она пожарила маленькие пельмешки – любимое блюдо дрейков, – поджарила шашлыки в стиле гноллов и завершила всё старым добрым человеческим декадансом из гамбургеров, пиццы, попкорна… Эрин готовила всё, что могла придумать. Потому что она знала, что еды ей понадобится много. Её гости-авантюристы приходили и уходили, сначала позавтракав, а затем пообедав. Эрин продолжала орудовать на кухне, готовясь к настоящей трапезе. Время от времени девушка доставала из кармана листок бумаги и смотрела на него. На доставке. Срочно: деревне нужны припасы и еда. Постараюсь вернуться к Рождеству. Риока. Она получила его из Гильдии Магов. Эрин каждый раз пристально смотрела на сообщение, а затем аккуратно складывала его. Каждый раз, когда открывалась входная дверь, девушка с надеждой оборачивалась на неё. Но это никогда не была Риока, и в конце концов Эрин перестала её ждать, потому что у неё было полно других забот. Они начали приходить в полдень. Сначала Рэлк, потирающий руки и восклицающий от восторга, увидев два подарка со своим именем. Затем Селис, Криша и, к радости Эрин, усталый Брункр. Его рука была чистой, перевязанной, и у гнолла были силы ей улыбнуться. В какой-то момент открылась дверь в Целум, и из неё вывалилась Октавия. Она упала и заснула прямо на полу. Спустя некоторое время через дверь прошли также Джаси, Уэсли, другие [Актёры], а ещё Маран и Сафри. Мисс Агнес не появилась, но Грев тоже проскочил внутрь и случайно наступил Октавии на голову, разбудив её. Затем появились Паун, Бёрд, Белград и даже Гарри. Эрин не смогла не выйти из кухни, чтобы встретить Гарри и обнять его. Ананд всё ещё находился в Эстхельме, но Рабочие антиниумов привели с собой ещё несколько других Рабочих и Солдат. Антиниумы сели в углу, а Гарри предложил Эрин свои услуги. Девушка с облегчением согласилась, и они вернулись на кухню. Рога Хаммерада на самом деле и не уходили, но Фишес в последнюю минуту принёс подарки вместе с Ксмвром. Они присоединились к Церии и Йивлон, которые сидели и пили вместе с Полуискателями. Группа Охоты Грифона пришла в трактир почти одновременно с Клбкчем. Антиниуму пришёл не совсем с авантюристами, а пробрался внутрь с таким виноватым видом, какого Эрин ещё у него не видела. Причина этого вскоре стала очевидна: чуть позже в трактир заглянула разгневанная Ксрн. Она хотела утащить Клбкча, но Эрин угостила её жареной пчелой, и антиниум решила остаться. Кто ещё должен был прийти? Эрин уже начинала теряться. Она удивилась, когда в дверях появился Хоук, с удивлением уставившийся на множество гостей, но ведь она послала приглашение и ему, разве нет? Затем появились и другие: дрейки-друзья Селис, гноллы-знакомые Криши, ещё люди из Целума… И один разумный пришёл последним, когда праздник уже начался. Зел Шивертейл стоял у ворот Лискора и слегка ёжился от ветра, леденящего его чешую. Было холодно, гораздо холоднее, чем вчера. Дрейк бы с радостью оказался внутри и выпил немного «гоголь-моголя», который приготовила Эрин, но сейчас он был снаружи и слушал того, кого слушать ему не хотелось. — Если ты так беспокоишься, иди и сам присоединись к вечеринке, — огрызнулся дрейк-[Генерал] на Илврисса, пока Крепостной Лорд стоял, тепло и уютно укутавшись в свой тяжёлый меховой плащ и зачарованную одежду. Тот недоверчиво уставился на Зела Шивертейла. — Я скорее съем свой хвост, чем сяду в одном помещении с одним из муравьёв. Ты, похоже, способен терпеть их… и всех этих людей, но я просто говорю тебе, что стоит высматривать. — Я знаю, что стоит высматривать. Что угодно. Мы не знаем, почему здесь Ксрн и другие антиниумы. У твоих драгоценных городских лидеров и советов есть ох как много подозрений и страхов, но при этом вы ничего не знаете, — зарычал Зел на Илврисса. Крепостной Лорд остался безучастен к словам [Генерала] и с кислым выражением лица посмотрел в сторону трактира. — Просто слушай и не напивайся до потери сознания, Шивертейл. У нас есть долг. Может, мы с тобой и пришли на север в поисках этого человеческого Бегуна, но это гораздо важнее, чем мы оба вместе взятые. — А то я не знаю. Я буду держать уши открытыми, не волнуйся. Дрейк отвернулся от Илврисса и начал топать в сторону трактира, двигаясь быстро, чтобы не замёрзнуть. «Быстро» по меркам Зела означало, что он добрался до дверей меньше чем за три минуты. По пути он немного заледенел, но, открыв дверь, почувствовав на чешуе тёплый воздух и ощутив в воздухе восхитительные запахи… дрейк понял, что всё это того стоило. — Дядя! — кто-то его окликнул. Зел оглянулся и улыбнулся, увидев свою любимую племянницу. Единственную, которая не относилась к нему как к живой легенде. Селис сидела за столом вместе с Мршей, гноллом по имени Криша, Олесмом и – улыбка Зела чуть дрогнула – Пауном. Дрейк колебался лишь секунду. Он подошёл и улыбнулся шире, когда все поприветствовали его. Он не стал садиться рядом с Пауном, но и не стал садиться далеко от антиниума. Его он ещё мог терпеть рядом с собой. — Дядя, кажется, та голубая антиниум здесь. И Клбкч тоже. Не устраивай сцен, — предупредила Селис Зела, что, вероятно, было разумно. [Генерал] напрягся, но Селис усадила Мршу к нему на колени. Гнолл проникновенно посмотрела в глаза Зелу, и катастрофа была предотвращена. Бегая по трактиру, Эрин чувствовала, что всё двигалось к катастрофе. Она схватила сковороду и вскрикнула, когда горячая ручка обожгла ей ладонь. Девушка уронила бы сковороду с жареным фаршем и луком, но кто-то успел поймать её за дно. — Вы в порядке, мисс Эрин? Гарри совершенно беззаботно держал горячую сковороду на ладони. Эрин дула на руки, пока антиниум ставил мясо обратно на плиту. — Спасибо, Гарри! Твой панцирь просто отличная штука, ты знаешь об этом? — Он мне очень помогает, когда я берусь за горячие или холодные предметы. Или за острые. Гарри кивнул. Он поднял корзину с новым, сверхпышным хлебом Эрин и понёс его в общий зал. Эрин последовала за антиниумом с горшочками масла и мёда. Шум. И куча народу, зовущая её по имени. Эрин улыбнулась, когда её гости, евшие, смеявшиеся и игравшие в игры, повернулись и помахали ей руками. Она поставила еду в центре зала и увидела, как Мрша спрыгнула с колен Зела и направилась к еде. Среди тех, кто направился к Эрин, была также и Реви. [Маг] упёрла руки в боки. — Эрин, пожалуйста, скажи Октавии, чтобы она перестала пытаться мне что-то продать! То, что мы обе одного вида, не означает, что я буду покупать её безумные зелья. — Я с ней поговорю. Хочешь хлеба? — обратилась Эрин к Реви, когда кто-то подошёл, чтобы взять несколько тёплых буханок и намазать их мёдом и маслом. — Мисс Солстис, вы уверены, что у вас достаточно еды для меня? Я знаю, что мой аппетит… — Всё в порядке! Ешь! Ешь! Девушка повернулась и улыбнулась Мууру. Тот улыбнулся в ответ и опустил голову. Когда полугигант шёл обратно к своему столику, за которым собралась компания авантюристов, он проследовал мимо двух спорящих антиниумов. Одна из них, стройная антиниум с голубым панцирем, единственная в своём роде, была недовольна другим. — Ты сбежал в этот трактир и уже в пятый раз уклоняешься от разговора со мной, Клбкч. Что тебя так привлекает в этом месте? Палач Клбкч, один из легендарных Сентениумов, Ревелантор Свободных Антиниумов Лискора и действующий Прогнугатор Улья, сгорбил плечи под тяжёлым взглядом Ксрн. — Сегодня Рождество. Это важная традиция, которую я должен соблюдать, чтобы распространять доброе отношение… — Ты проводишь всё своё время за едой и разговорами с тем человеком. Твоя Королева вообще знает, что ты это делаешь? Он не ответил. Ксрн издала раздражённый шипящий щелчок, не требующий перевода. — Как только я закончу есть эту пчелу, мы с тобой вернёмся в Улей. Мы должны поговорить, Клбкч. — Но я должен получить свои подарки. — Это не… что за подарки? И это там что, мёд? Ксрн отвлеклась, увидев пухлый хлеб, аппетитно разложенный на столе. Она знала, что антиниумы плохо перерабатывает глютен, но это всё же не мешало ей желать его попробовать. — Почтенный Прогнугатор Ксрн, — внезапно раздался голос, пока Клбкч угрюмо горбился на своём стуле. Оба антиниума подняли взгляды. Ксмвр немного дёрнулся при поклоне, но всё же сумел протянуть вперёд маленькую безделушку, которую держал в третьей руке. — Что это? И кто ты? — Я был Прогнугатором Улья до своей… неудачи. Однако я заметил, что вы смотрите на хлеб. Я хотел бы дать вам этот маленький амулет, который позволит вам его съесть. Он протянул Ксрн безделушку, зачарованную на сопротивление пищевому отравлению, которую антиниум забрал у мёртвого гоблина. Ксрн уставилась на амулет, а затем на Ксмвра, сомкнув его пальцы на амулете в отказе. — Потрясающе. Спасибо, Ксмвр. Я увидела заклинание и скопирую его. Твоя помощь очень ценна. Ксмвр был ошеломлён, но поклонился и удалился, бросив один взгляд на Клбкча. Ксрн, неслышно что-то пробормотав, постучала себя по груди, повторяя только что увиденное заклинание. — Я и не подозревала о существовании такого заклинания. До этих пор я не вела поисков и не думала в этом направлении, что необычно. Я бы хотела попробовать этот хлеб. Клбкч рядом с ней выпрямился. — Ты наложишь на меня это заклинание? — Нет. Ты этого не заслужил. Почему ты изгнал этого бедного антиниума, Клбкч? И почему он выглядит как копия тебя прежнего? Он движется, как ты. Что задумала твоя Королева? — Это длинная история. Если я расскажу тебе, ты наложишь заклинание и на меня? Пока два антиниума продолжали сидеть вместе, Ксмвр прошёл мимо Эрин, возвращаясь к Рогам Хаммерада. Он увидел, как [Трактирщица] отчаянно звала Лионетту на помощь, балансируя в руках с по меньшей мере одиннадцатью тарелками. — Позвольте мне. Ксмвр не успел первым предложить помощь, как это сделал Тайфенус. Маг поднял тарелки заклинанием и прошёл на кухню. Эрин с облегчением вздохнула. — Спасибо большое! — Прости, Эрин! Я бегала за водой! — тяжело дыша, сказала Лионетта, вернувшись с вёдрами с улицы. Эрин увидела у камина несколько тазиков, наполненных снегом, который постепенно таял, превращаясь в воду. — Всё хорошо, Лионетта. Возвращайся к сервировке, если у тебя есть время… думаю, Гарри уже приготовил пиццу. Так… кто меня звал? [Трактирщица] подошла и увидела, что Джаси нервно заламывала руки. Грев сидел за столом и хмуро смотрел на Уэсли, пока бывший [Стражник] виновато горбился на своём месте. Эрин сначала даже не заметила Рэлка… тот пытался спрятаться под столом. — Что слу… Девушка почувствовала холодный сквозняк и увидела разбитое стекло в окне. Джаси объяснила: — Они играли в игру с ножом, но Уэсли потерял хватку и… Мне очень жаль, Эрин! — Ничего страшного. Да, ничего страшного… я, эм, просто закрою дыру доской… Эрин убежала, и Рэлк вылез из-под стола. — Упс. Она сильно разозлилась? Криша увидела, как Эрин вернулась с молотком, гвоздями и куском дерева. Гнолл уже встала, чтобы протянуть Эрин лапу помощи, как Брункр, сидевший рядом с ней, внезапно зашипел и схватил тётю за руку. — Тетя! Там сидит Зел Шивертейл! Я знал, что его лицо мне знакомо! Это же он! Волнорез! — Конечно же, это он. Он остановился в трактире Эрин, да? Криша покачала головой, когда Брункр вытаращился на неё. — Если бы ты чаще выходил, ты бы это знал. Иди и поговори с ним, если тебе так хочется. — Поговорить? Я? В другом конце зала чуткий слух Ульриена услышал, как Эрин вскрикнула. Он увидел, как девушка дует на палец, по которому случайно ударила молотком, и опустил свою кружку. — Зачем ей молоток? Сидевший рядом с ним Халрак проследил за взглядом Ульриена и раздражённо хмыкнул. — Кто-то разбил окно. — Вот почему стекло – это рискованно. Давний товарищ Халрака покачал головой. Ульриен смотрел на Эрин, пока она убрала свои инструменты и разглядывала неровную заплатку на окне. Крупный мужчина кивнул на [Трактирщицу]. — Твоя подруга, похоже, устала. — Она не моя подруга. И с ней всё в порядке. Она улыбается. Халрак зыркнул на Ульриена, но лидер Охоты Грифона только отставил кружку и мотнул головой. — Как ты можешь быть [Ветераном-Разведчиком] с более чем 30-ю уровнями в своём классе и при этом не видеть очевидного, Халрак? Посмотри на неё. Она улыбается, но она измотана. [Разведчик] посмотрел, и на этот раз он увидел, что Ульриен был прав. Эрин улыбалась, но при этом она едва не споткнулась о своё же ведро, пока несла его на кухню. Под глазами у неё виднелись мешки. — Ей нужно нанять кого-нибудь ещё. Управление трактиром – это не работа для одной только её и единственной [Барменши]. Это сказал Хоук. Он сидел с Халраком и Ульриеном, только познакомившись с ними. Вообще-то он уже несколько раз встречал этих авантюристов во время доставок, поэтому они легко сдружились. Все трое мужчин наблюдали, как Эрин подбежала помочь Гарри и Лионетте поставить на стол огромную тарелку с жареными рёбрышками. Затем Эрин бросилась на кухню и вышла оттуда с жареными картофельными палочками, которые она называла «фри». — Трудяга. Ты был прав, когда сказал, что мы должны здесь остаться, Халрак. Ульриен поднял свою кружку и допил последние капли того, что в ней оставалось. Хоук кивнул, с голодом глядя на картошку фри. Часть была сделана из сладкого картофеля и напоминала ему морковь. — Этот трактир просто нарасхват. И еда превосходная! Я слышал, что Эрин придумывает новые блюда каждый день, и это просто впечатляет. Вы случайно не знаете, не собирается ли кто-нибудь съезжать? Я бы с удовольствием снял комнату… — Эй, Эрин! Эрин! Халрак заскрипел зубами, когда знакомый голос уже в седьмой раз за эту ночь назвал её имя. Эрин подошла немного медленнее, чем обычно, потому что Реви махала ей рукой. — У нас кружки опустели! Мы уже пять минут ждём! — Уже бегу! Эрин скрылась. Халрак зыркнул на Реви, сидевшую за столом позади него. — Хватит ей докучать. Разве ты не видишь, что она занята? Реви бросила на Халрака снисходительный взгляд, который он очень ненавидел. — Она трактирщица, Халрак. Это её работа. Если она слишком занята, чтобы подавать напитки, ей следует нанять кого-нибудь ещё! — Я так и говорил! Хоук наклонился перед Халраком, чтобы поговорить с Реви: — А ты знаешь, что раньше в трактире помогал скелет? О нём говорил весь город! Интересно, что с ним случилось… Фишес или кто-то другой из Рогов Хаммерада мог бы рассказать об этом Хоуку… Но все они были заняты наблюдением за тем, как Белград и Паун обыгрывают всех за столами, где шла игра в Го. Два антиниума играли со всеми, кто садился напротив них. Они быстро двигали руками, выкладывая белые и чёрные камни, и легко побеждали большинство игроков. В данный момент Фишес и Паун вели жаркую скоростную битву, где у каждого игрока была всего лишь секунда, чтобы поставить камень, а Белград дуэлировал с Олесмом в более медленном и вдумчивом поединке. — Эрин! Эй, Эрин! Церия помахала Эрин рукой, и девушка остановилась, неся напитки Охоте Грифона. Реви на заднем плане громко застонала. — Что такое, Церия? Что-то срочное? Что-то нужно? Эрин попыталась вытереть пот со лба, повернувшись к Церии. Полуэльфийка покачала головой и подняла наполовину съеденное рёбрышко, указав на него. — Мясо просто отличное! Мне нравится соус! Эрин на секунду тупо пялилась на Церию. [Трактирщица] открыла рот, а затем повернулась и поспешила прочь. — Эрин! Эрин! Эй, Эрин! Я уронил вилку и не могу её найти! Мне нужна другая! — Когда мы будем открывать подарки? — У тебя есть ещё овощи? От слишком большого количества мяса у меня газы. — Извините, но мне нужно ещё одно ведро воды. Слишком много тепла. У вас оно есть под рукой? Эрин отмеряла минуты по поступающим просьбам. Она бегала туда-сюда, улыбалась, стараясь не вносить свою лепту в беспорядок на полу, и в промежутках подавая напитки и еду. Она не замечала времени, пока в очередной раз не подала напиток Реви и та не заговорила: — А на эту ночь есть какие-нибудь развлечения? Или мы должны только смотреть, как муравьи играют в настольную игру, болтать и есть? [Трактирщица] сделала паузу, пока Халрак и Ульриен награждали Реви тяжёлыми взглядами, а она упорно их игнорировала. — Развлечения? Эм, например? Больше алкоголя? — Нет! Разве у тебя нет кого-нибудь, кто играет на лютне или рассказывает истории? Реви обвела взглядом зал и с надеждой посмотрела на группу [Актёров]. Эрин подумала, смогут ли они выступить, но только опечалилась, когда осознала, что половина из них настолько пьяна, что едва может сидеть прямо. — Я посмотрю, что я могу сделать. — Почему бы не спеть? — окликнул [Трактирщицу] смеющийся дрейк, слышавший их разговор. Эрин повернулась к нему… он был одним из друзей Селис и имел розовые чешуйки. Он мог бы утверждать, что они красные, но в глазах Эрин они были скорее розовыми, чем красными. — Что? Спеть? — Это разве не ты тот человек, который пел в тот раз? Я слышал музыку даже на улице Хессал, через полгорода! — Точно! Ты же можешь петь, Эрин! — встала и окликнула её Селис. Головы повернулись, и, после того как гости трактира поняли, что происходит, ещё больше народу подали голоса в знак одобрения. — Спой! — Мне понравилась песня о победе над гуннами! Хорошая военная песня! А кто такие гунны? Церия, сидевшая за столом и пытавшаяся отговорить себя от поедания очередного рёбрышка, тоже выпрямилась и подтолкнула Йивлон. Воительница уставилась на Эрин, которую заваливали призывами спеть. — Песни, а? Я помню, как Эрин пела. Йивлон перевела взгляд на Церию, и их взгляды скользнули к столику в центре зала. Они обе помнили, как пела Эрин. Пела в ночи, в помещении, полном авантюристов, держа на руках раненого Пауна. Полуэльфийка затаила дыхание, когда Эрин вышла в центр зала. Девушка покраснела и выглядела измученной от такого напора. Но она послушно взяла деревянную ложку, держа её, словно микрофон. — Внимание! Внимание всем! Кажется, пришло время песен! Я собираюсь спеть вам несколько рождественских песен из дома… надеюсь, они вам понравятся! — Наконец-то, — пробормотала Реви и получила толчок в бок от Белграда, когда антиниум возвращался за свой стол. Стоя в центре помещения, Эрин вытирала пот с лица и пыталась подобрать хорошую песню для исполнения. Она чувствовала себя такой уставшей. Но это Рождество, и ей нужно развлекать гостей! — Это песня, которую я постоянно слышу… слышала дома. Бубенцы! Девушка перевела дыхание, и все зааплодировали. Эрин закрыла глаза. И вспомнила. Звуки вокруг неё стихли. Частично присутствующие затихли сами в ожидании её пения. Но другая часть разумных затихла по иной причине. Возможно, это была магия, возможно, это был Навык, но гости трактира вдруг услышали звон колокольчиков, удары барабана, а затем голос Эрин, поющей песню из детства. Из дома. — Как звонко на скаку бубенчики звенят, по свежему снежку в даль белую манят… Дом. Это было то, о чём она избегала думать. Но здесь, в этот момент, в этом месте, Эрин не могла убежать от этих мыслей. Поэтому она просто дала волю этим чувствам в своей груди, воспоминаниям. Дом. Может быть, именно поэтому следующая песня, которую она исполнила, не была рождественской. Эрин спела песню группы Journey. Классику. Историю, рассказанную в песне, под которую она столько раз танцевала в детстве. Песню, звучавшая в третьем сезоне сериала «Клиника». «Don't Stop Believing». Когда Эрин закончила, толпа в её трактире дико зааплодировала. Некоторые из присутствующих тёрли уши и оглядывались по сторонам в поисках игравших барабанов и электрогитары, другие просто сидели, слушая с открытым ртом музыку, которой до этих пор не существовало в их мире. Эрин улыбнулась, когда все радостно потребовали исполнения ещё одной песни. [Трактирщица] сразу же начала классическую песню «Тихая Ночь», которую она пела вчера для Лионетты и Мрши. Девушка пела с закрытыми веками. Она уже не стояла в трактире. Она была в совершенно другом месте. Где бы она сейчас была в своём мире? Она была бы… была бы в гостиной своего дома, ужинала бы с мамой и папой. Она бы смеялась и разглядывала подарки под ёлкой. Зная своего отца, она предполагала, что он наверняка купил бы ей какое-нибудь пособие по шахматам или новую доску… а мама подарила бы ей одежду, о которой Эрин бы намекнула, что хочет. А ещё она бы с нетерпением ждала реакции родителей на купленные подарки. Или… голос Эрин немного дрогнул. Может, она бы сейчас училась в колледже? Она могла бы поступить в колледж после годичного перерыва. Эрин, наверное, приехала бы домой на праздники, но… — Эрин? Девушка заозиралась и поняла, что песня закончилась. Разумные ждали следующей песни. Эрин улыбнулась. Она почувствовала, как что-то начало давить на её груди изнутри. Девушка искала следующую песню, но ничего не могла придумать. — Эм… Что мне спеть дальше? Ещё одну рождественскую песню? Хорошо. Тогда я спою… Ей в голову пришла песня, и она схватилась за неё без раздумий. — Как насчет «Домой на праздники»? Кто-нибудь слышал эту песню? Что ж… Эрин слабо улыбнулась, когда все зааплодировали. Она сделала глубокий вдох и начала. Для этой песни не было аккомпанемента. Это был не бессмертный момент. Эрин чувствовала, как её сердце билось всё медленнее и медленнее, пока она пела, механически повторяя песню, которую слышала столько раз: — О, нет места лучше дома для праздников… Только когда она пропела эту строчку, до Эрин дошло, о чём она поет. Она сделала паузу, и слушатели недоумённо на неё уставились. Девушка кашлянула и почувствовала, как что-то в ней остановилось. Разумные, раскачивавшиеся в такт музыке, остановились и теперь смотрели на неё. Эрин прочистила горло, сказав: — Извините. Что-то в горло попало. Давайте я попробую ещё раз. Она открыла рот и попробовала ещё раз: — О, нет места лучше дома для… Эрин снова прервалась. На этот раз шум в трактире утих. Девушка опустила деревянную ложку. Что-то было не так. Её глаза щипало, а мир становился нечётким. Эрин попробовала ещё раз. Она сделала глубокий вдох. — О, нет места лучше… Тишина. Все взгляды были устремлены на Эрин. Движение в трактире остановилось. Все гости уставились на девушку, стоящую в центре зала. Щёки Эрин раскраснелись, её глаза просто горели. Последнее слово, которое она хотела пропеть, так и осталось невысказанным. Девушка уронила ложку. Она с грохотом упала на пол. Эрин огляделась. Ну её глазах собиралась влага. Одно слово продолжало эхом отдаваться в её сознании, в её сердце. Дом. Она не дома. Она далеко от дома. И пусть она пыталась об этом забыть, но Эрин это не удалось. Она помнила своих родителей, свой дом. Своих друзей. Но их здесь не было. Это был не её мир. Стоя в центре зала, Эрин моргнула и потеряла улыбку, которую так долго сохраняла на лице. Её губы опустились. Она не могла остановить начавшееся, как ни старалась. Мир помутнел. Плечи Эрин затряслись. По её щекам медленно покатились слёзы, падая на пол трактира. Кап. Кап. Эрин закрыла рот руками. Она прижала ладони к глазам, но слёзы не останавливались. Дом. Она скучала по дому! Она хотела снова увидеть маму и папу. Она хотела снова оказаться в своей комнате. Эрин хотела этого так сильно, что не могла ничего делать, кроме как плакать. Никто не мог вымолвить ни слова. Эрин со слезами оглядывалась по сторонам, будучи не в силах говорить. Её окружали молчаливые лица с широко раскрытыми глазами. Девушка издала тихий звук, а затем повернулась. Эрин побежала к двери в трактир и распахнула её настежь, исчезнув в снежной ночи. Дверь трактира захлопнулась. На секунду в помещении стояла мёртвая тишина. Все гости Эрин смотрели на закрытую дверь. Затем Мрша завыла, и все разом начали кричать.

***

Первые несколько минут представляли из себя сплошной хаос. Мрша бросилась к двери, но её поймала Лионетта. Церия встала и хотела пойти за Эрин, но Йивлон оттащила её назад. Воительница пыталась сказать Церии, чтобы та позволила Эрин погоревать в одиночестве, в то время как Грев разрыдался, а Клбкч перевернул стол и встал. Некоторые направились к выходу, но другие вставали на пути или имели другое мнение. Шум был настолько подавляющим, что невозможно было ни думать, ни разобрать отдельные голоса. В конце концов, Рэлк вскочил на стол и прокричал во всю мощь своих лёгких: — Так, а ну все заткнулись! Его голос был привычен к крикам в разгар сражений и перекрикиванию шумных толп. Все затихли, уставившись на Рэлка. Дрейк оглядел помещение, а затем спрыгнул со стола. — Чёрт побери! Он пнул упавшую чашку, а затем уставился на дверь и тяжело вздохнул. — Кто-то должен пойти за ней. Там холодно. И в снегу прячутся камнекрабы и пауки-щитовики. — Я пойду. Клбкч, Халрак, Паун, Олесм, Криша, Селис, Церия… всё меньше разумных оставалось сидеть. Но именно Фишес первым оказался у двери при помощи заклинания [Мерцающего Шага]. [Маг] оглядел присутствующих. — Я пойду. Незаметно. Я знаю [Невидимость]… прослежу, чтобы она не замёрзла, и не подпущу никаких монстров, пока она не вернётся. Никто не успел ничего сказать, как юноша открыл дверь и скрылся в ночи. Остальные сели и стали тревожно переговариваться между собой тихими голосами. — Довольна? Халрак зыркнул на Реви. Сшитая девушка вскинула руки, выглядя расстроенной. — Не смотри на меня так! Я не виновата! Почему она так расплакалась? — Потому что она тоскует по дому, дура! И она очень много работала, чтобы устроить эту вечеринку! — Ну и в чём тут моя вина? Повышенный голос Реви привлёк несколько мрачных взглядов, но окружающих больше волновала Эрин. Селис погладила Мршу по голове, когда гнолл прижалась к Лионетте и зарылась лицом в её рубаху. — Я и не знала, что Эрин так себя чувствует. Она мне ничего не говорила, а ведь мы лучшие подруги! — Я говорю, что это всё из-за работы. Ульриен прав… ей нужен отдых. И друг. Посмотрим, захочет ли она поговорить, когда вернётся. Церия положила голову на руки, сидя за столом вместе с Йивлон, Ксмвром и Полуискателями. Полуэльфийка почувствовала, что у неё щиплет глаза, и сердито протёрла их. — Мы должны были помочь ей и составить компанию, а не сидеть и пить! Мы должны взять завтра выходной и… просто побыть рядом с ней. Йивлон и Ксмвр согласились с этой идеей, и Церия увидела, как и другие разумные в помещении кивали в знак согласия. Однако Рэлк уставился в потолок и внезапно покачал головой. — Нет, это глупо. — Что? Церия повернулась и со злобой уставилась на дрейка. Тот вздохнул. Сейчас, сидя на стуле и откинувшись на его спинку, Рэлк выглядел старше. — Знаешь, что мы должны сделать? Мы должны оставить её одну. Если кто-то останется здесь, то она просто начнёт присматривать за ними. Она всегда так делает. Заботится обо всех вокруг. Такой она странный человек. Полуэльфийка открыла было рот, чтобы сердито возразить, но тут же закрыл его. Сидя за другим столом, Ульриен кивнул. — Это правда. Если мы будем здесь, значит, у неё будет работа. Мы её клиенты, а не просто друзья. Я предлагаю завтра всем нам отправиться в город и дать ей тишину, которая ей нужна. Мы поедим и поспим в городе, если получится. — Ульриен! — запротестовала Реви. Мужчина перевёл на неё тяжёлый взгляд. — Это будет правильно, Реви. Нам будет несложно занять себя на один день. И тем временем все, кто хочет поговорить с Эрин, могут это сделать. Но я думаю, что дрейк прав. Дать Эрин побыть одной – вот что ей нужно. — Меня зовут Рэлк, придурок. Остальные постояльцы трактира Эрин согласились. Однако Селис всё ещё была очень расстроена. Она расхаживала взад-вперёд перед своим столом. — Я просто… я не знаю, что сказать Эрин! Она хочет домой? Откуда она? Из Терандрии? Балероса? Чандрара? Она ни разу не говорила об этом! Дрейк перевела взгляд на Кришу. — Откуда Эрин? Она тебе не рассказывала? Гнолл сдвинулась с места и оглядела зал. Брункр, до этого державший голову опущенной, настороженно поднял её. Криша кивнула на дверь. — Я немного знаю о её доме, но не мне говорить о нём, нет. Мне очень жаль, Селис. Но Эрин – девушка со множеством тайн. Её дом – одна из них, и мало кто о нём знает. — Некоторые знают. Или догадываются. Церия сложила руки и нахмурилась, глядя на дверь. Полуэльфийка говорила о Фишесе, который, как она была уверена, знал больше неё. — Насколько трудно это выяснить? Эрин должна была хоть кому-то что-то сказать. Почему ей так трудно вернуться? Неужели у неё не хватает денег, чтобы оплатить дорогу домой? Она изгой? В чём дело? На лице Уэсли отразилось искреннее замешательство. Он огляделся по сторонам. — Я имею в виду, она никогда не говорила со мной об этом. Но где её дом? Никто не знал. А те, кто знал, не говорили. Йивлон сидела с остальными и хмурилась, обсуждая эту тему: — Она не знала о Терандрийских королевствах. — И она не из Чандрара, — добавил Олесм. — Ты уверен? Дрейк кивнул. Он вертел в руках шахматную фигуру, дёргая хвостом от волнения. — Да. Она не знала о Короле Разрушения. Йивлон покачала головой. — То, что он проснулся? Это большая новость, но… — Нет, она вообще о нём не знала. — Да ты шутишь. Тогда она из Балероса? — Вряд ли. Помнишь Гази? Она сказала мне, что никогда в жизни не встречала ни одного газера! Она даже думала, что Гази – это полноценный газер, а не полугазер! Джелакуа приблизилась, внезапно насторожившись и уставившись на говоривших. — Подождите, Гази? Ты имеешь в виду Гази Всеведущую? Этого монстра? Откуда такая девушка, как Эрин, знает её? — Она выколола Гази глаз. — Она что? Среди повторной волны шума Халрак заскрипел зубами. Он схватил деревянную ложку, которую уронила Эрин, и решительным движением руки сломал её. Треск дерева разнёсся по общему залу, словно выстрел. Все уставились на [Разведчика]. Лицо Халрака было красным, и он выглядел настолько злым, каким его ещё никто, кроме Ульриена, не видел. — Все это разговоры никуда нас не приведут. Значит, Эрин, похоже, не родом из четырёх основных континентов. Так откуда она взялась? — Оттуда же, откуда и Риока Гриффин, — тихо проговорила Церия, рисуя узор на разлитом на одном из столов эле, замораживая жидкость кончиком костяного пальца. Все замолчали. Те, кто не знал Риоку, спрашивали, кто она такая, и получали разные ответы. Но кое-кто ещё бурно отреагировал на имя Риоки. Зел слегка повернул голову. Дрейк не произнёс ни слова, продолжая прислоняться к дверному косяку кухни. Только Мрша увидела, как напряглось всё его тело, а когти на лапах впились в половицы. — Погоди, если Эрин из того же места, что и та Бегунья, то это не может быть рядом. В Изриле нет никого, похожего на Риоку, я уверен. Рэлк почесал шипы на голове, нахмурившись. Йивлон кивнула. — Риока островитянка. Далеко из-за моря, как мне показалось. Эрин оттуда же? — Нет, не может быть! Она никогда не говорила мне о том, что была на корабле, когда мы познакомились, — высказался Рэлк. Все взгляды устремились на него. Стоя у дальней стены, Клбкч также пристально смотрел на своего напарника, пока дрейк пытался вслух разгадать происхождение Эрин: — Знаете, мы с Клбкчем были первыми, кто её встретил. В этом трактире. Ну, точнее, не в этом трактире, а в старом. Однажды во время патруля мы увидели дым из трубы. Мы пришли выяснить, не прячутся ли здесь разбойники или дезертиры, и нашли… её. Просто живущую здесь. — Вы не спросили, как она сюда попала? Церия недоверчиво уставилась на Рэлка. Тот вскинул руки. — Это было не наше дело! Она сказала, что это могло быть заклинание телепортации, но она не была полностью уверена, как оказалась в Лискоре. Кроме того, никто из магов не обнаружил никаких следов магии, когда мы их спрашивали, так что я решил, что она ошиблась. На этом мы и остановились. — И это всё, что вы сделали? — Мы были заняты! Она нигде не была разыскиваемой преступницей… поверьте, Капитан заставила нас проверить. Она была просто странным человеком, который появился здесь из ниоткуда. Забавно, но… Дрейк сделал паузу и почесал подбородок. — Она не могла прийти с юга. Путешествовать в одиночку слишком опасно для того, кто не Бегун или воин, а у Эрин не было с собой ни зелий, ни оружия. А если бы она пришла по северной дороге, кто-нибудь обязательно бы о ней упомянул, так? Я помню, что в тот день движение было оживлённым, но, когда мы спрашивали, все говорили, что по пути не видели девушку, похожую на неё. — И что? — И… я не понимаю, как она сюда попала. Лискор окружен горами. Очень большими горами. Она никак не могла пройти через Высокий Перевал, не имея никаких уровней… Стоп, она же говорила, что она откуда-то родом. Погодите. Как оно называлось? Все ждали затаив дыхание. Рэлк чесал голову. — Как же называлось это место? Мичи… Мисси… хм. Нет. Не помню. Все выдохнули. Слушатели покачали головами, а Рэлк беспомощно пожал плечами. — Не имея никаких уровней? Тайфенус нахмурился. Рэлк рассеянно кивнул. — Ага. У неё было всего четыре уровня в [Трактирщице] когда мы её встретили. Но больше ничего. Так она сказала. — Странно. — И не говори. Подожди, я теперь вспомнил… Эрин говорила, что она от чего-то убежала. Ах да, она сказала, что убежала от дракона, когда попала сюда. Я помню, как подумал, какая же она сумасшедшая! — Дракона? Комната зашевелилась. Джаси обменялась взглядами с другими людьми из Целума, а Олесм и другие дрейки выглядели настолько же недоверчиво, как и Рэлк. — Не может быть. — Ага, мы с Клбом так и подумали. Она, наверное, убежала от виверны? Только вот рука у неё была обожжена. Наверное, от огнедышащей виверны. — Мне трудно поверить, что девушка могла спутать виверну с драконом. Себорн кивнул в сторону двери, и Рэлк пожал плечами. — Да ладно, это не мог быть дракон. Скорее всего, она просто так подумала, потому что никогда раньше не видела виверн. — Если это была виверна, почему она её не сожрала? Халрак уставился на шрам на своей руке. Ульриен кивнул, когда все повернулись к их столу. — Виверны – быстрые охотники. И они не бросают свою добычу. Даже если бы она бежала ночью, тварь бы её нагнала. Если только она не была под прикрытием деревьев, но в окрестностях Лискора деревьев практически нет. — Кроме тех, которые взрываются. Ага. Ладно. Но… нет, это, наверное, была огромная саламандра. Одна из огнедышащих. Это ведь не мог быть дракон, верно, Клбкч? Рэлк повернулся к Клбкчу. Антиниум выдержал мгновение молчания, так как все взгляды упали на него, а затем кивнул. — Вероятность того, что рядом с Лискором живёт дракон, крайне мала. Очень маловероятно, что Эрин видела именно дракона. — Вот, никакого дракона нет. — Да, это разумное предположение. Дрейк [Стражник] кивнул и снова повернулся к остальным. — Я упомянул об этом только потому, что Эрин сказала, что убегала от этого. Значит, она могла прийти из… Эстхельма? Только тот город был ей незнаком… чёрт. Если это был дракон, то он мог телепортировать её. Драконы ведь могут делать всякие такие штуки, так? Но если это был не дракон… она говорила, что когда-нибудь плавала на корабле?.. Дайте подумать. Остальные продолжали совещаться. Тем временем Грев, сидя за столом вместе с Джаси, вытер лицо, а затем уставился на Клбкча. Он оглянулся на остальных, а затем поднял руку. — Эй. Никто его не услышал. Грев помедлил, а затем позвал громче: — Эй! Все взрослые повернулись, чтобы посмотреть на него. Некоторые, как Халрак, были раздражены. Грев вздрогнул, но решительно произнёс, указывая на Клбкча: — Он не сказал, что дракона точно нет. Этот человек-муравей. — Что? Грев, не мешай… — Нет, подожди. Что ты сказал? Зел поднял руку и отошёл от входа в кухню. Он уставился на Грева. Мальчик сглотнул, но продолжил выкладывать свою мысль, немного заикаясь под взглядами окружающих: — Он… Это трюк, понимаете? В городе. Ты учишься слушать. Если кто-то не говорит, что это правда или неправда, то он не врёт, понимаете? Так можно ответить, не говоря, правда это или нет. Тот К… Кб… он сказал, что драконы вряд ли водятся в Лискоре. Но он не сказал, что их точно нет. В общем зале стало очень, очень тихо. Все головы медленно повернулись к Клбкчу. Он сидел рядом с Ксрн, и у его ног лежал опрокинутый стол. Голубая антиниум тоже уставилась на Клбкча, но тот ничего не сказал. — Ха! Никаких драконов тут нет. Скажи ему, Клбкч! Рэлк нервно засмеялся, глядя на своего напарника. Клбкч ничего не ответил. Криша громко прочистила горло. — Почему ты молчишь, Клбкч? Неужели всё так, как говорит человеческое дитя? У нас есть Навыки, да. Навыки распознавать ложь среди тех, кто находится в этой комнате. Скажи, что драконов нет, и мы узнаем. Если только ты не обманщик высшего уровня. Но Клбкч ничего не говорил. Рэлк потерял свою нервную ухмылку. Церия почувствовала, что её сердце начало биться быстрее. — Клб? Эй, приятель… Клбкч никак не мог выпутаться из этой ситуации. Даже Паун и остальные антиниумы уставились на него. Наконец Клбкч кивнул и оглядел помещение холодным взглядом. — Прискорбно. Я ничего не сообщу по этому поводу. Больше он ничего не сказал. Но его слова стали достаточным подтверждением. — Мёртвые боги! Тайфенус откинул стул, резко вскочив на ноги. Рука Халрака до побелевших костяшек сжалась на кружке. Ульриен пялился. Полуискателей словно парализовало. Церии казалось, что её сердце вот-вот выскочит из груди. А те, кто не был авантюристами, были ошеломлены. Селис уставилась на Клбкча и прошептала слово: — Предки. Зел чувствовал, что его сердце забилось быстрее, чем он когда-либо мог вспомнить. Он тоже пялился на Клбкча. Дракон. Может ли это быть правдой? Он видел открытый рот Рэлка и Олесма, чешуя которого была белой, словно простыня. Предки, Первые Родители. Как давно в Изриле… нет, во всём мире видели дракона? Мелькающие силуэты. Украденный скот или странные следы от огня. Такие слухи ходят везде. Но настоящий дракон? Дракон? Здесь? Он не мог в это поверить. Никто не мог. Но антиниум, знавший правду, подтвердил её отсутствием отрицания. Или нет? Была ли это просто уловка, разыгранная при ничтожных шансах? Глаза Зела сузились, пока он рассматривал Клбкча. Антиниум сидел спокойно. Он обводил взглядом помещение, встречая устремлённые на него взгляды и бесчисленные вопросы, вертевшиеся у всех на языках. Было совершенно ясно, что он не собирался отвечать ни на один из них. — Независимо от того, во что вы верите, раскрывать какую-либо информацию, подтверждающую или опровергающую ваши подозрения, не в интересах моего Улья. Я не держу на многих из вас зла, но и не вижу в вас товарищей. Эрин Солстис я считаю своим другом, но её друзья – не мои. Вы все – пыль. Его совершенно ничего не выражающее лицо было обращено к тому месту, где стояла Реви. Или, возможно, он смотрел на Зела, находящегося позади неё. [Генерал] медленно двинулся вперёд. Разумные перед ним расступались, пока он подходил к Клбкчу. Зел стоял прямо, и в его взгляде была та же враждебность, что и тогда, когда он встретил Клбкча в городе. — Если на континенте есть дракон, я думаю, мы должны об этом знать. — О? Я не знал, что мне необходимо перед тобой отчитываться. Клбкч медленно поднялся на ноги. Он выглядел… разозлённым. Рэлк это заметил. До этого ему не приходилось употреблять этого слова для описания своего друга. Но он видел агрессию в том, как Клбкч стоял, и в том, как его руки лежали рядом с мечами. — Эй, Клб, дружище. Притормози, ты разговариваешь с настоящим героем. Генерал Шивертейл… простите моего друга. Клбкч, перестань. Я служил с генералом Зелом во время войны. Он мне практически друг… — Мне он не друг. Он убил двух существ, которых я называл друзьями. Два моих товарища пали от его когтей, чтобы больше никогда не воскреснуть. Клбкч неотрывно смотрел на Зела. Дрейк чувствовал, как между ними заклубилась взаимная ненависть. Он кивнул, разжав кулаки и подготовив когти. — Я сражался против тебя на войне, Палач Клбкч. И, насколько я понимаю, война так и не закончилась. Не с антиниумами. Твой народ не знает мира. Так что если вы замышляете что-то с драконом… — То, что делает мой род, – это наше дело, Зел Шивертейл. Быть может, никакого дракона нет, и я просто обманываю тебя. Насколько я помню, во время войны ты легко поддавался на такие уловки. Это стало последней каплей. Зел почувствовал, как в его груди зажглась искра. Он сделал шаг… И тут на него упала тень. Зел повернул голову и увидел, что справа от него стоит Муур, упираясь головой в стропила. Слева от него стояла Джелакуа, а покалывание в чешуе на шее Зела подсказало ему, что прямо за ним стоит Себорн. — Не то чтобы мне была не по нраву драка, но, если она начнётся, я бы предпочла, чтобы гражданские и дети первыми покинули помещение, хорошо? — улыбнулась Джелакуа, положив руку на пояс. Её привычного оружия при ней не было, но наготове был кинжал. Кто-то ещё встал между Зелом и Клбкчем. Халрак и Ульриен встали вместе с Тайфенусом и Реви. Оба мага выглядели нервно, но Реви уже что-то держала в руках, а Тайфенус неподвижно смотрел на Клбкча. — Мы с Халраком сражались в Антиниумных Войнах. Ульриен спокойно смотрел на антиниума, говоря отчётливо и размеренно, но так, что было ясно, что мужчина готов к кровопролитию. Его лицо было нечитаемо, но в тоне мелькали эмоции. Мужчина взглянул на Зела. — Я сражался против антиниумов. Но я также сражался против дрейков каждый раз, когда их армии проходили за Лискор. Так что вы двое можете рвать друг друга на части… но в другом месте. Зел не двинулся с места. Он знал, что у авантюристов Золотого ранга есть численное преимущество, и если он пошевелится, то они все на него навалятся. Но он также знал, что ему всё равно. И, судя по тому, как Клбкч смотрел на него, антиниум чувствовал то же самое. Помещение замерло. Селис, глядя на разворачивающиеся события, наклонилась, чтобы шепнуть Лионетте. Девушка вздрогнула, когда дрейк дотронулась до неё и указала: — Иди вон туда. Если дядя Зел разозлится, ты должна быть позади него, как можно дальше. Если он выйдет из себя, никто в этой комнате не сможет его остановить. Она прошептала это слишком громко. Авантюристы Золотого ранга неловко переминались с ноги на ногу. Дрейк [Генерал], такой известный, как Зел Шивертейл, был как минимум эквивалентом Именного Авантюриста. — Это не так, — заговорила Ксрн в ответ Селис. Голубая антиниум спокойно встала, не обращая внимания на то, что окружающие переметнули свои взгляды на неё и на Селис. Она посмотрела на Зела, затем на его племянницу. — Возможно, ты не знаешь меня, юный дрейк. Но я – Ксрн, Малая Королева. Из всех, кто сражался в Антиниумных Войнах, я была единственной, кто ни разу не пал. Я сильнее всех в этом зале, и поэтому именно я говорю: достаточно. Она повернулась к Клбкчу. — Клбкчхецайм. Палач Клбкч. Ты будешь соблюдать мир. Или я сама тебя остановлю. Что касается тебя, Зел Шивертейл… Она повернулась к Зелу, когда Клбкч резко сел и сложил руки. Зел смотрел на Ксрн с такой же враждебностью, как и на Клбкча, но эта антиниум, казалось, игнорировала его едва сдерживаемую ярость. — Ты совсем не такой, как я ожидала. Удача или судьба не позволила нам встретиться на поле боя во время двух войн? В любом случае, ты меня удивляешь. В твоих действиях нет ничего общего с генералом Ссерисом. Он был гораздо более осторожен, несмотря на всю свою смелость. Зел отшатнулся, словно его ударили. Все в притихшем зале сделали вдох. Авантюристы Золотого ранга осторожно отошли подальше от Зела. В глазах дрейка была готовность убивать, когда он заговорил. — Следи за своим языком. Ссерис был моим наставником. Моим другом. Я не забыл, что это ты убила его. — Нет. Ты бы такое не забыл. Но известно ли тебе всё, Зел Шивертейл? Я была там, когда он умер. Я говорила с ним в последние мгновения до его смерти. Ни слова. Не было слышно ни вздоха. Все взгляды были устремлены только на этих двоих. Зел смотрел на Ксрн и знал, что если она скажет неверное слово, то следующим на полу окажется либо её голова, либо его дымящееся тело. Дрейка не волновали последствия. Всего одно неверное слово. И это будет война. — Что ты ему говорила? — Многое. То, о чём я не буду говорить здесь. Но знай, что это не я забрала его жизнь, Зел Шивертейл. Дрейк сплюнул. Ксрн покачала головой. — В этом зале есть и другие, кто знает, что я говорю правду. Я не убивала Ссериса. Итак. Хочешь узнать, кто это сделал? Сердце Зела замерло. Он уставился на антиниума. — Кто? — Это был не Солдат. Не обычный воин Ульев. Ты, разумеется, и так это знал. Один удар в сердце. Малая Королева обвела взглядом помещение. Её глаза вернулись к Зелу, и мандибулы раскрылись. — Три Прогнугатора, трое из первоначальных Прогнугаторов выжили в войне. Вы дали нам титулы. Каждому. Палач Клбкч. Я, Ксрн. Малая Королева. И последний… — Вримвр. Бессмертный. Ксрн слегка кивнула. — Именно так. Спроси его, что стало с Ссерисом, если захочешь. В груди Зела что-то жарко пылало. Он сделал шаг, и все напряглись. Но дрейк, пошатываясь, направился к выходу из трактира. Зел толкнул дверь и скрылся в снежной буре. Он не чувствовал холода. Он не чувствовал ничего, кроме биения своего сердца. Он слышал только два слова в своем сознании, повторяющихся, словно пульс, бьющийся в груди. Вримвр Бессмертный. Когда он ушёл, Ксрн повернулась к безмолвной толпе. Она улыбнулась, раскрыв мандибулы, и вихревые огоньки в её глазах засветились и стали ярко-оранжевыми. — Что ж, я сделала одну из тех вещей, ради которых пришла сюда. Клбкч, мы поговорим сейчас. Или, возможно, после того как будут открыты твои подарки. Эрин Солстис возвращается. Все головы повернулись к двери. Спустя несколько секунд она открылась. В трактир вошла Эрин, уже не плача. Она радостно улыбнулась всем. — Мне очень жаль, ребята. Я не знаю, что на меня нашло. Я очень сильно извиняюсь, но… Девушка остановилась и уставилась на опрокинутый стол, на стоящих разумных, на напряжённых авантюристов и на ошеломлённые взгляды большинства гостей. — Эм. Что случилось?

***

Затем последовали подарки. Эта затея казалась почти провальной после всего, что произошло, но никто не сказал Эрин, что произошло в её отсутствие, и девушка была полна решимости спасти праздник. — Вот ты где, Клбкч! Это от меня! Антиниум осторожно взял подарок, не обращая внимания на пристальные недобрые взгляды от окружающих. Развернув упаковку, он обнаружил… — Шарф. Он был чёрным, с красными вкраплениями на концах. Клбкч тупо уставился на шарф, и Эрин нервно улыбнулась. — Я специально его заказала. Джаси знает хорошую швею, и я подумала, что он будет хорошо на тебе смотреться! Я знаю, что у антиниумов нет личных вещей, но я подумала, что ты мог бы носить его время от времени… Клбкч поднял взгляд на Эрин и, не говоря ни слова, намотал шарф на шею. Красные концы шарфа легли ему на плечи. — Я очень ценю это, Эрин. — О, а это для меня? Что… еда! Рэлк вытаращился на свой подарок. Эрин засмеялась, вытаскивая из огромной банки странные круглые золотисто-коричневые кружочки. — Это печенье! Медовое печенье, очень сладкое, Рэлк! С тех пор как Октавия помогла мне сделать разрыхлитель, мне просто не терпелось их приготовить! — Они… они все?.. — Все для тебя! Давай! Попробуй! Рэлк попробовал. Он надкусил толстое печенье и прослезился, крепко обняв Эрин и заставив её вскрикнуть. Дрейк съел ещё одно и воскликнул: — Они восхитительные! Такие вкусные! Такие сладкие! Все получили подарки, и все их открыли, за исключением отсутствующего Зела и Ксрн, которых Эрин не включала в список. Все открывали подарки, сначала неловко, но вскоре, преодолев волнение последних нескольких минут, перешли к более нормальному, веселому времяпрепровождению. — Новая роба? Фишес недоверчиво уставился на Церию. Он держал безупречно белый халат из прочного и мягкого хлопка. Полуэльфийка криво улыбнулась ему. — Не благодари меня. Это Эрин настояла на том, чтобы я что-то для тебя купила… Подожди, Ксмвр, это для меня? — Я достал для вас подарок, да, капитан Спрингуокер. Церия нахмурилась, открывая упаковку. — Что это… Полуэльфийка ахнула, а глаза Фишеса едва не вылезли из орбит, когда он уставился на кусок золота. Церия уставилась на золотой самородок, а затем на Ксмвра. Тот удовлетворённо кивнул. — Эрин Солстис посоветовала мне достать для вас украшения. Золото является одним из компонентов ювелирных изделий, поэтому я посчитал этот подарок вполне уместным. Вам нравится? — Да! Другие подарки были не столь выдающиеся. Лионетта объясняла Халраку, что банка мёда и колбаса – это подарок Мрши и что гнолл сама выбрала колбасу. Брункр нехотя опустил глаза на бутылку вина, которую ему подарил неловко представившийся Уэсли, прижимающий к себе одеяло, которое купила для него Джаси. Рэлк для Клбкча купил остро отточенный изогнутый кинжал, который использовали [Убийцы], а антиниум купил ему квитанции с подписями всех владельцев таверн в городе, обещавшие Рэлку десять бесплатных напитков. — Вы такие милые, ребята! — рассмеялась Джелакуа, принимая подарки от Себорна и Муура. Это были, соответственно, набор пудры, чтобы тело выглядело более живым, и сверхмощное жидкое мыло, купленное у Октавии. Когда Эрин спросила, для чего нужно мыло, Джелакуа ей подмигнула. — Помогает мыть все те части тела, которые сильно пачкаются. Ну, ты понимаешь. Девушка поёжилась, но потом рассмеялась и обняла Джелакуа к большому удовольствию селфида. Наступило Рождество. Спустя какое-то время все начали поглядывать в сторону кроватей. Авантюристы отправились наверх, а остальные пожелали Эрин спокойной ночи. — Завтра они все будут в городе. Но если ты захочешь поговорить… Селис осторожно взяла Эрин за руки. Девушка улыбнулась, не встречая взгляда дрейка. — Со мной всё будет в порядке, Селис. Мне жаль, что… ну, с Рождеством. — Да. Доброй ночи. Это было очень весело, Эрин. Остальные проходили мимо Эрин, кивая ей, пожимая руку, обнимая её… Когда рядом оказался Клбкч, он приостановился вместе с Ксрн. — Я прошу прощения за то, что устроил переполох в твоё отсутствие, Эрин. — А? Ну что ж, ты прощён. Эрин моргнула, когда антиниум склонил голову и ушёл. Она смотрела, как Клбкч вышел на снег вместе с Ксрн. Два антиниума шли молча, а затем Ксрн повернула голову к Клбкчу. — Ты понимаешь, что я там сделала, Клбкч? — Понимаю, но не знаю зачем. Клбкч уставился на свою попутчицу. Малая Королева вздохнула. — Если бы мы поговорили, ты бы знал. Но пойми вот что, Клбкч. Я пришла сюда не для того, чтобы просто оценить последние работы твоего Улья. На кону стоит нечто большее. Антиниум заколебался. — Тогда, похоже, мы всё-таки должны поговорить. Я боялся того, что ты скажешь. Теперь же я не знаю, что ты пришла мне сказать. — Ну что ж. Давай узнаем. Они пошли в сторону своего Улья.

***

Вернувшись в трактир, Халрак, Реви, Тайфенус и Ульриен стояли в коридоре на втором этаже, пока Эрин прощалась с последними гостями, и тихо говорили. — Тогда завтра в город. Халрак, ты точно уверен, что хочешь это сделать? — Ещё спрашиваешь, Ульриен. [Разведчик] стоял со сложенными руками. Он смотрел вниз, на лестницу, и слышал, как Эрин всё ещё прощалась с Октавией. — С ней что-то связано. Просто спроси своих знакомых, а я спрошу своих. Это всё, что мне нужно. — Кто эта девушка? Реви уставилась на своих товарищей по команде. Никто не ответил. Ульриен зевнул и посмотрел в сторону своей комнаты. — Возможно, мы найдём ответ завтра. А пока… Счастливого Рождества. — Да. — Полагаю? — Счастливого Рождества вам всем. Халрак и Реви отправились в свои комнаты. Тайфенус пожелал им спокойной ночи и поступил так же. На пороге пожилой мужчина остановился и обернулся, чтобы убедиться, что коридор пуст. Затем он улыбнулся и приложил палец к голове. Войдя в свою комнату, он прошептал: — Я хочу отправить [Сообщение] лорду Тириону Вельтрасу. Пожалуйста, запишите следующее сообщение и немедленно его доставьте. Да… я заплачу за немедленную приоритетную доставку. Он проговорил короткое сообщение, закрывая дверь в свою комнату. Никто его не услышал. Вернее, Тайфенус думал, что никто не услышал. Фишес покачал головой, отменяя заклинание [Невидимости], и бесшумно спускаясь по лестнице в подвал. Маги. В Вистраме было то же самое… несмотря на знание столь сильных заклинаний, даже лучшие маги бывали столь беспечны. Неужели так трудно было наложить заклинание [Заглушения] или [Сдерживания Звука]? Он мог просто приложить ухо к двери и послушать! — Какого чёрта ты там делал? — зашипела Церия на Фишеса, стоя с остальными Рогами Хаммерада у двери в подвал. Фишес щёлкнул пальцами, и перед глазами полуэльфийки замерцало магическое послание, которое могла прочитать только она. Расскажу позже. Многое происходит. Она пристально посмотрела на сообщение, а затем распахнула люк. Йивлон и Ксмвр спустились вниз. — Эрин? Мы идём спать. Спокойной ночи. — О. Спокойной ночи! Эрин повернулась и улыбнулась Рогам Хаммерада. Церия кивнула, изучая лицо человеческой девушки. Но Эрин выглядела весёлой, пусть и уставшей. Полуэльфийка и Фишес спустились вниз последними. Эрин обернулась и увидела, что на лестничной площадке стоят Лионетта и Мрша. — Тебе ещё нужна с чем-нибудь помощь, Эрин? — Нет, я думаю, мы можем убрать завтра. Вам двоим спокойной ночи. Счастливого Рождества! Мрша издала тихий, невнятный, сонный звук, и Лионетта улыбнулась. — Счастливого Рождества, Эрин. [Барменша] пошла наверх. Эрин осталась стоять в центре своего беспорядочного трактира и слабо улыбалась. Затем она заметила монеты на столах и нахмурилась. Видимо, некоторые всё ещё платили ей за вечеринку. Девушка обошла столы, собирая деньги. При этом Эрин механически складывала посуду в кучу. Дойдя до опрокинутого стола, она остановилась. Девушка медленно оглядела тёмное помещение. Единственный свет теперь исходил от камина. Эрин подошла к нему и уставилась на угли. Они тускло светились в темноте. Угасали, не имея свежего топлива. Девушка снова огляделась. Никого. Эрин была уверена, что все уже спят. Поэтому она села и уставилась на угли. — Я действительно облажалась, не так ли? Эрин сказала это тихо, не желая никого будить. Как она могла так поступить? Сломаться у всех на глазах? На Рождество? Её руки дрожали. Теперь, когда она осталась одна, действительно одна, Эрин почувствовала, что глаза снова щиплет. Она испортила Рождество. Даже если сейчас все были счастливы, она заставила всех грустить. Только потому, что ей было грустно. Но ей было действительно грустно! Эрин уставилась на размытый оранжевый свет и вытерла глаза. Её плечи начали трястись. Лионетта стояла на верхней площадке лестницы и не издавала ни звука. Она смотрела вниз, в тёмный зал, на фигуру, сидящую у огня. Она слышала приглушенные звуки, почти неразличимые в тишине трактира. И голос Эрин. Та снова плакала, когда никто не мог видеть. Лионетта прислонилась к перилам, услышав голос Эрин. — Я хочу домой! Эрин безудержно рыдала, сидя в одиночестве у угасающих углей. Прячась в тени, Лионетта смотрела на Эрин. Она протянула руку, но потом отвернулась. В глазах Лионетты стояли слезы, когда она вошла в их с Мршей комнату и тихонько закрыла за собой дверь. Девушка уставилась в окно на чистое ночное небо. Она тоже плакала. Не за себя, а за Эрин. Плакала по девушке, которая хотела вернуться домой. Её голос был шёпотом. Лионетта смотрела в тёмное небо. Её никто не слышал, но она всё равно говорила, обращаясь к миру и звёздам: — Я, Лионетта дю Маркин, клянусь своим именем. Клянусь своей кровью. Когда-нибудь я… В своём трактире Эрин лежала на полу. Она продолжала плакать, выпуская наружу все те эмоции, которые так долго сдерживала. День, который она назвала Рождеством, закончился. Началась самая длинная ночь, и Эрин с заплаканными глазами заснула на полу в трактире, свернувшись калачиком у погасшего камина. Пока Эрин Солстис спала, начался самый короткий день в году. Её друзья останутся в городе, дав ей побыть наедине со своим горем. Эрин будет одна. Одна.